ворсобин комсомольская правда биография
ПРЕСС-ПРОВОКАТОР ВОРСОБИН
Всегда бывает интересно пообщаться с журналистами из Москвы. Как правило, у них свежий «незамыленный» взгляд на нашу действительность, много информации, которая в глубинку не доходит. В этом плане была интересной встреча с Александром Хинштейном из «Московского Комсомольца». И в первую очередь – его открытостью и откровенностью. К примеру, обсуждая одиозную фигуру нового тувинского премьера, неспособного руководить правительством, принимать взвешенные решения и заслужить уважение людей, он в присутствии депутата Госдумы Неверова прямо сказал: что ты хочешь, как началась эпопея назначения глав регионов, в большинстве своём губернаторами стали такие, как ваш. Они же понимают, что теперь у них один избиратель – Президент России. Так что на остальных им, по большому счёту, наплевать. Вот они и воруют. Ваш, мол, ещё ничего – денег в республике мало – «разгуляться-то ему особо и негде».
Но разговор на этот раз пойдёт не о Хинштейне, хотя встреча с ним, безусловно, этого заслуживает. Хочу рассказать о другой, совсем недавней встрече с журналистом из «Комсомольской правды».
Я ехал за Саяны, когда на мой сотовый телефон поступил незнакомый вызов. Звонивший представился журналистом из «КП», сказал, что готовит материал о Туве, об Оюне и попросил о встрече. Он уже знал, что я в отъезде и предложил встретиться, когда вернусь. Мне подумалось, что это очередной исполнитель заказа МЧС на чернуху и отложил разговор с ним до возвращения. При этом звонивший продемонстрировал подкупающий юмор, уверяя меня в объективности материала, который он сделает: Вы, говорит, Сергей Семёнович, при встрече со мной сразу меня «расколете» и поймёте, кто я такой.
Так что, когда я вернулся, этот журналист проявил настойчивость и приехал в офис газеты «Риск».
Собеседник оказался молодым невысокого роста парнем, одетым по-простецки. Мы прошли в мой кабинет, и разговор начался. Представился он Владимиром Ворсобиным и сказал, что ему достаточно 40 минут общения. В итоге, мы проговорили часа полтора. Его интересовало, почему в Туве ещё сохранилась ситуация 90-х, когда депутаты парламента имеют собственное мнение, слепо не подчиняются губернатору, а оппозиционная газета нахально рассказывает, как «отдельные чиновники» в компании с уголовниками бессовестно разворовывают тощий республиканский бюджет.
Я ему прямо сказал: не делай из меня дурака, и не прикидывайся независимым журналистом. Ваша «Комсомольская правда» потому и стала третьеразрядной федеральной газетой, уступив по тиражности не только «Московскому Комсомольцу», но и большинству других федеральных газет, что она никогда не позволяет себе критиковать власть по-настоящему, что бы та не вытворяла. И попросил его быть пооткровеннее, иначе наш разговор не получится, приведя пример Александра Хинштейна, который в этом же кабинете при встрече со мной не врал и называл вещи своими именами.
Надо сказать, это подействовало на Владимира. Он переменил тон и стал задавать вопросы по существу. Он только что побывал в Киргизии и, судя по всему, был очень напуган происходившим там. Он время от времени интересовался: а у вас возможно повторение киргизского варианта? При этом оказалось, что он в курсе, что главный идеолог правительства Тувы Бичелдей по национальности киргиз и именно его усилиями в начале 90-х в Туве была поднята националистическая волна, которая привела к массовому исходу из республики русских и остановке всех серьёзных предприятий типа «Тувакобальт» или «Туваасбест».
Я ему попытался объяснить, что киргизский вариант – это, в принципе, просто реализация революционной ситуации, когда «верхи не могут, а низы – не хотят». А у нас «верхи» всё могут, пока нефть стоит 80 долларов за баррель. В случае чего пришлют, как в Приморье, самолёты со спецназом, и наведут «конституционный порядок».
Но он не унимался: а вы, говорит, готовите массовые акции неповиновения?
– Нет, пока не готовим.
– Трудно утверждать. Но раньше по 7 тысяч на площадь выводили.
– А не страшно было – могли и ОМОН натравить? – спрашивает он.
На что я ему пояснил: если на площадь выходят десятки или сотни митингующих – разогнать их можно. А когда тысячи – никакой ОМОН не поможет.
– Так вы готовите массовые волнения? – не унимается пресс-провокатор.
– Да нет, – говорю, – пока не готовим.
– Но можете организовать? И в каком случае?
– Конечно, – говорю, – сможем. Если, к примеру, власть захочет фальсифицировать итоги парламентских выборов или вообще отменить их.
Получив такой ответ, он немного успокоился и решил обсудить личность тувинского премьера. Оказалось, он начитался нашей газеты «Риск», был в курсе событий. Но главное – всё опубликованное в «Риске» подтвердилось в его беседах с другими. В том числе и с людьми из команды премьера. Больше всего негативного, судя по всему, он почерпнул из разговора с Тунёвым и Хаймановой. И был в некотором роде шокирован, что некое лицо, претендующее на право называться «местным лидером нации», практически все считают жуликом, бандитом, выскочкой, проходимцем и просто негодяем. И даже осмеливаются вслух об этом говорить. Что, видимо, и дало ему повод оценивать ситуацию в Туве как разгул гласности и демократии. Ему объяснил, почему: два года федеральные СМИ по заказу нашего геройского земляка поливают грязью Туву. Федеральным журналистам в Туве никто не верит в связи с их тотальной продажностью. Видимо, его поездку оплачивает не МЧС, поэтому Кара-оол не уверен в редакционной политике «КП» по отношению к нему. А Оюн, наверное, уверен, что поездка Владимира Ворсобина оплачена нашим знаменитым земляком. Вот и не доверяет.
Ворсобин стал горячо убеждать меня, что никто его командировку не оплачивал, и он приехал сам.
– За свой счёт, что ли? – спросил я.
– За счёт редакции, – отвечает он.
– А откуда известно, что редакции никто не платил? – спрашиваю.
Молчит. Понимает, что аргументов в споре у него нет.
Ладно, говорю я примирительно. Посмотрим, какая выйдет публикация а «КП», тогда и решим.
Но что больше всего запомнилось в Ворсобине – это страх, который он пытался передать мне. По окончании встречи он спросил меня: а Вы не боитесь? Я, говорит, знаю об истории с Вашим сыном. Вы же должны понимать, с кем Вы имеете дело. Они просто убьют Вас. Я знаю таких людей – они ради денег и власти не остановятся ни перед чем! Вот тут-то я понял: он не такой наивный мальчик, каким казался. Он понимает, в чьих руках его судьба. И свой страх переносит на окружающих. Он ни на минуту не сомневается, кто сегодня у власти и на что они способны. Но он надеется выжить в этой системе и даже, может быть, сохранить своё лицо.
В итоге, он всё же встретился и с Кара-оолом, и Оюном. И выпустил в «КП» материал под названием «Скоро о Туве заговорит вся Россия», приписав некоторое свои фразы мне, хотя я заявлений типа о неизбежности реализации киргизского варианта в Туве не делал. Впрочем, не в этом дело. Сделать окончательный вывод о том, кто и зачем отправил Ворсобина в Туву, может каждый, прочитав два последних номера газеты «Комсомольская правда».
КАК Я БЫЛ ЖУРНАЛИСТОМ РАЙОНКИ. ЧАСТЬ 1
Политобозреватель «Комсомольской правды» Владимир ВОРСОБИН решился на эксперимент. Бросить жирную Москву и рвануть… в глушь, в Саратовскую область, на должность простого репортера районной газеты. Чтобы прочувствовать, чем живет маленький среднерусский город, из каких и состоит страна.
ЗАЧЕМ ВОЛОДЬКА СБРИЛ БОРОДУ
Соединенные Штаты Америки чуть не разлучили меня с добрым Балашовом. С редакцией «Балашовская правда» в купеческом домике, вот уже два столетия дремлющем у тихого Хопра.
C ответственным секретарем Тамарой Николаевной, которая, уверен, и сейчас курит в окне второго этажа, с легким презрением разглядывая свежую верстку. Как и все ответственные секретари мира, она знает какую-то непостижимую масонскую тайну, поэтому говорит медленно, значительно, с мегамхатовскими паузами.
Да, допрыгался. Теперь я не Ворсобин.
Я спрятался в Балашове. Слился с ним. Вжился. Хотя при виде города было несколько желаний сразу. Перекреститься. Матерно взвыть. Догнать поезд и, взобравшись обратно на верхнюю полку, написать центру: «миссия невыполнима»… Но поезд ушел, он в лучшем мире. А ты завороженно смотришь, как таксист высаживает у вокзала старушку. Они стоят посреди бескрайнего городского болота, бабушка виснет на его шее, парочка тихо качается и медленно падает…
И ты, спрашивая себя, дебила, по-лавровски: КАК ЖЕ ТЫ ОКАЗАЛСЯ ЗДЕСЬ?!
ПРИВЕТ САЛТЫКОВУ-ЩЕДРИНУ
Если бы не США, не оказался бы.
Такой вот привет Салтыкову-Щедрину…
Как пел Семен Слепаков:
А в моей стране все есть./ Есть в ней нефть, и газ в ней есть./ Уголь есть, и никель есть,/ алюминия не счесть./ Есть в ней золото, алмазы,/ изумруды и топазы./ Как же так, в стране все есть,/ а народу не..р есть./ Как же так, все есть в стране,/ а народ живет в г..не.
Политобозреватель «Комсомольской правды» решился на эксперимент и уехал в Саратовскую область
Фото: ВИКТОР ГУСЕЙНОВ
ПОЧЕМУ ВЫБОР ПАЛ НА БАЛАШОВ
Открываю атлас России. Три десятка претендентов на N. Прореживаю. Первыми ушли города-анекдоты вроде Урюпинска. Затем те, кому слишком повезло (Мичуринск с богатым сельхозуниверситетом, например). Исчезли несчастные моногорода.
Осталось три потенциальные жертвы. Купеческий Елец, проживший тысячу лет так интересно, что его периодически сжигали.
И тут, как назло, я обнаружил в интернете блог «Русское ничто». Некий Вадим ФИЛАТОВ, преподаватель местного пединститута и философ, так суицидально описывает балашовскую жизнь, что мне неукротимо захотелось во что бы ни стало туда. не приезжать:
МНОГОСТАНОЧНИК
Для моей прохиндиады городу N полагалось иметь районную газету, куда мне следовало явиться начинающим корреспондентом. Чтобы, скрываясь под псевдонимом Владимир Волошин (его я использовал 20 лет назад в саранской газете «Молодой ленинец»), через местную районку постичь русскую жизнь…
Перед отъездом явился на инструктаж в отдел «КП», окормляющий провинцию.
И уезжаю в Балашов. В единственный город, который ответил на мое письмо (мол, переезжаю в ваш район, ищу работу). Редакции Ельца и Моршанска благоразумно промолчали.
Продолжение в следующем номере «КП».
Справка «КП»
ВЛАДИМИР ВОРСОБИН
Спецкор «Комсомольской правды» отправился в белорусскую глубинку.Фото: Виктор ДРАЧЕВ
Ан нет, отвечают, подделывают, гады. Нам бы настоящей еды. Первозданной.
И в своей гастрономической тоске напомнили мне китайца в Благовещенске, который пер через границу в Харбин грандиозную тележку молока и горько упрашивал помочь пройти таможню.
На белорусской ферме.Фото: Виктор ДРАЧЕВ
МЕСТОРОЖДЕНИЕ КОЛБАСЫ
И уже засобирался в Москву, но мой старинный минский приятель объявил, что едет навестить родителей.
Иностранец обычно спрашивает: как жизнь? Молчат колхозники.
Одного из моих знакомых, наихристианнейшего из российских корреспондентов, даже осенило: молчат в поддержку России?!
«НОРМАЛЬНО ЖИВЕМ. ПОКАЗУХА»
Деревенька кукольная. Маленькие домики на два окна простодушно таращились на дорогу. На русский взгляд, словно раздетые.
Без заборов вообще! Если в России дом широк, коренаст, обнесен забором-стеной, который взмывается в высоту на сколько хватает денег, то в Беларуси дома (я потом объездил много деревень) одинаково маленькие, скромные, с прозрачной сеточкой вместо ограды. Живем, дескать, честно, пусть люди видят. (Местные, правда, говорят: есть и богачи. Но в Беларуси ставить замки не принято, для замков у них свои «VIP-заповедники».)
Сельские дома в Белоруссии скромные.Фото: Виктор ДРАЧЕВ
Хирург закатил глаза.
Фото: Виктор ДРАЧЕВ
Чокаемся. Любуюсь хорошими лицами. Белорусская деревня. Солнце. Легкий запах то ли навоза, то ли настоянного на травах воздуха. Мужики после работы. Точат лясы.
Вот кто помнит, как зовут нашего председателя?
— Не, Костю выгнали. Петр Николаевич был, на «Ниве» катался. Но его тоже убрали. У нас каждые полгода новый председатель.
И собрание уже было потонуло в спорах о политике. Как один из мужиков задумчиво сказал:
— Я ж сантехник, по домам хожу, вижу, как люди живут. Был такой случай.
Белорусские колхозники.Фото: Виктор ДРАЧЕВ
Фото: Виктор ДРАЧЕВ
Президентский дом. Из него всем селом вытаскивали навоз, которые оставили «сельские специалисты». Они там держали свиней Фото: Владимир ВОРСОБИН
По курсу это 24 тысячи российских рублей. Для белорусской глубинки это хорошие деньги
Фото: Владимир ВОРСОБИН
БИЗНЕСУ СПУСКУ НЕ БУДЕТ
Переночевав в маленьком родительском доме моего друга, к утру я был полон белорусской горечи.
Знал, что местную школу закрыли, и теперь сонных детишек будят в 6 утра и везут за 50 километров в райцентр. Знал, что и детсад, где на 7 младенцев десяток нянечек и поваров, рано или поздно исчезнет.
Что все вокруг укрупняют: крепкие хозяйства сливают с отстающими, закрыт местный масло-завод, чье масло считалось лучшим (так власти оставили на плаву конкурента из соседней области).
Что робкие попытки местных «выползти» из-под государства в частный бизнес все реже заканчиваются счастливо. Смельчака встречают гигантский бюрократический аппарат и волокита, способная согласовывать ларек по продаже пирожков годами.
Горе-бизнесмен долго бегал с видеозаписью этого «хлопка» по инстанциям, пока его не принял КГБ и не пришлось бежать за границу как «пособнику польской разведки» и «бело-красно-белых* фашистов».
Лукашенко каждый год показательно убирает картошку и арбузы в своей резиденции. Ведь он и сам когда-то был директором совхоза. Фото: БелТА/ТАСС
Обычно директору в таких случаях светил арест.
КСТАТИ
Живые «комсомольцы»
Затянула меня белорусская деревня. Светлая, добрая, работящая. Так я и двинулся к российской границе. Из колхоза в колхоз. Из села в село. Пока не вышел к околице колхоза странного, невозможного.
Колхоза «Комсомольская правда», что в селе Воронцевичи.
Мы тряслись в его будке, что помогало мне скрыть хохот.
Колхоз Комсомольская правда исчезает, его соединили с соседним хозяйством. Но вывеска пока осталась.Фото: Владимир ВОРСОБИН
И с легким матерком закипела снова работа в «Комсомольской правде». Повезли фураж коровам, пошли куда-то цистерны, запылили трактора.
ОБРАТНАЯ СТОРОНА ЧУДА
«Извольте помогать. Просим по-хоррошему
Но однажды раздался звонок. Из Минска.
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов
Искушения Владимира Ворсобина
На некоторых интересных моментах журналистской биографии предлагаем остановиться, т.е. начнём не сразу с клеветнических статей журналиста в отношении Григория Грабового, а предложим тему, например «О Боге». Кто-то может сказать, что это темы семинаров, которые читал Григорий Петрович Грабовой. Такая тема волновала когда-то и господина Ворсобина, но у него она была больше как бы о грехе, чем о Боге. Например, в «Комсомолке» 21.07.2005г. была напечатана статья тогда ещё только набиравшего свою негативную силу журналиста Ворсобина В.В.: «Батюшки больших политиков», т.е. уже тогда он выбирал темы, близкие российским политвождям.
То ли возникла тогда, в 2005г., необходимость показать набожность политиков, то ли приближенность редакции и самого журналиста к властным структурам (хотя бы и через духовников), судить об этом, конечно, читателю. Это было время подготовки к основному вбросу клеветы в отношении Г.П.Грабового, но фоторобот ещё не был нарисован. Вся кампания реализовывалась по задуманному сценарию, катилась по проложенным рельсам, когда «поезд проедет лишь там, где проложен путь».
Заявление же Ворсобина В.В. в прокуратуру ЦАО о привлечении к уголовной ответственности Грабового Г.П. было подано 06.10.2005 г.. Журналист не являлся последователем Учения, не пользовался технологиями и методиками Григория Грабового, чтобы заявить, что технологии, например, не дают результата, ему не нужно было никого спасать от тяжелого заболевания. Так что же ему было нужно? Вероятно, Владимира Ворсобина вело к задуманной цели то самое «искушение», о котором он постоянно упоминает. Цель была поставлена то ли заказчиком, то ли опять начальством вместе с дьяволом, то ли сам он выбрал этот путь для своего пиара, но цель реализовывалась как-то очень долго. В его статьях в «КП» миллионными тиражами всё написано очень подробно.
Какую же работу надо было выполнить Ворсобину и К?
— Дискредитировать набирающее силу движение ДРУГГ, объявившее о создании организационного комитета партии ДРУГГ через регистрацию в Минюсте и публикацию в «Российской газете», путём возбуждения ненависти у граждан России к лидеру будущей партии Грабовому Григорию Петровичу (партия действовала шесть месяцев, а далее зарегистрировать не удалось из-за уголовного преследования её лидера).
— Закрыть обсуждение теракта в Беслане триггерными технологиями, т.е. путём замены на другую информацию (этот вывод сделан независимыми экспертами).
— Закрыть прогноз по Нальчику (теракт 13-14.10.2005г.), данный на 6-м съезде партии ДРУГГ 16.09.2005г., подменив его шокирующей информацией, якобы данной на съезде (всё же действия были предприняты и самолётам не удалось взлететь с аэродрома Нальчика для возможной бомбардировки АЭС).
— Организовать непрерывную клеветническую кампанию в отношении Грабового Г.П. и его сторонников (продолжается и по сей день).
— Запугать окружение лидера организующейся партии путём вызова на допросы в органы прокуратуры (допросы велись, но запугать не удалось).
— Возбудить уголовное дело в отношении Грабового Г.П. (дважды прокуратура отказала в возбуждении, потому что не все хотели играть написанные «сценаристом» роли).
— Другие вопросы, которые разрабатывались лично прокуратурой, но о которых стало известно от «странных потерпевших» или от людей, которые были связаны и с той и с другой стороной (всё тайное становится явным).
Преступный замысел представителей КП состоял в том, чтобы указанной публикацией создать информационное прикрытие возможным агентурным действиям, связанным с воздействием на Грабового Г.П.. Указанные действия противодействующих Грабовому Г.П. предусмотрены статьями 277, 205.1 УК РФ. То есть закон позволяет стороне защиты Грабового Г.П. активно защищаться, используя УК РФ, выявлять заказчиков, агентов и других представителей террора, надеющихся на информационное прикрытие со стороны СМИ, или на собственную власть, связи или на деньги.
В статье 6 проекта федерального закона «О полиции» установлено, что полиция осуществляет свою деятельность в соответствии с «общепризнанными принципами и нормами международного права». С принятием этого закона представители стороны обвинения и противодействия Грабовому Г.П. будут привлечены к уголовной ответственности по всему перечню нарушенных ими статей УК РФ, так как по принципам и нормам международного права содействующие террору не могут избежать уголовной ответственности. Так что обвинение в мошенничестве, предъявленное Грабовому Г.П. по существу сформировано для того, чтобы препятствовать антитеррористической деятельности по технологиям Грабового Г.П..
А вот много граждан России, чтобы допустить обвинение Грабовому Г.П., почему-то «вдруг» забыли про Библию, и что именно в ней сказано о всеобщем воскрешении, о вечной жизни, а человек, принёсший в мир Учение о спасении, просто не может быть мошенником.
Но в поезде сидит всё тот же машинист, или сам начальник поезда +, а право не садиться в этот поезд имеет каждый человек. Можно вообще не замечать этот поезд, тогда он исчезнет, как говорят, в тумане вместе с искушениями.
Ворсобин комсомольская правда биография
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
В РОССИИ ВПЕРВЫЕ ПОПЫТАЛИСЬ ПОСАДИТЬ СЕМЕЙНЫЙ КЛАН ГУБЕРНАТОРА, И ВОТ ЧТО ИЗ ЭТОГО ВЫШЛО
ЗА ОБОДКОМ «ЗОЛОТОГО УНИТАЗА»
О, хорошие. О, веселые. О, честные люди, гудящие в интернетах.
В восхищении «золотыми унитазами» ставропольского князя-гаишника, не забыли вы, случаем, прошлогодний дворец?
Особняк Алексея Гришина (молодого проректора МГУ, экс-министра строительства Самарской области и сына ректора «Плехановки»), на стены которого омоновцы карабкались словно средневековые крестоносцы?
Ну как же! Громкая была история. С блистательным интерьером, с челядью и портретами его обитателей в стиле Ренессанса.
— И это новая аристократия?! – возмущались все.
Мордовский принц
Откуда у проректора МГУ трехэтажный особняк с 56 комнатами в Подмосковье? Наш специальный корреспондент Владимир Ворсобин выяснял, почему головокружительная карьера «принца» из Мордовии пошла под откос
И золотого гаишника скоро забудете.
Наше сорочье общество ринется за новым скандалом, чтобы всласть погалдеть на его фоне.
Гаишник на золотом унитазе
Глава ГИБДД Ставропольского края – полковник Алексей Сафонов задержан за коррупцию. Внутри своего ведомства он организовал преступную группу, которая в течение нескольких лет брала взятки и подделывала документы. Жил главный гаишник Ставрополья с королевским шиком. Особняки, стилизованные под дворцы, дорогущие автомобили, люстры, канделябры и конечно же – золотые унитазы. Ну куда же без них при таком богатстве!
Потом перелететь на новый.
Как-то мне попалась статья писателя Александра Цыпкина.
По мнению Цыпкина, в стране, где нет института репутации уже не важно – кто перед тобой. Вор. Взяточник. Мерзавец.
Сам факт негодяйства нашу публику не волнует. Мораль «не цепляет».
Публика примагничивается к яркому, «золото-унитазному».
И как только «склеротический» балаган «общественного мнения» с криками «Позор!» и «Доколе!» скроется за поворотом, на место преступления выползают настоящие чудовища.
Их мало кто видит. А ведь стоит лишь подождать несколько месяцев.
Чтоб увидеть настоящие чудеса.
ЭЛИТЫ ИЛИ МАФИЯ?
Успешное дитя чиновников, как известно, народ раздражает. Особенно vip-дети бесят своей биографией. Жизнь холопом распахивает перед ними двери.