воронцово поле 6 8 история дома
«Дом беседующих змей»: посольство Индии [Воронцово Поле, 6-8]
Улица Воронцово Поле, 6-8. Бывшая усадьба Латышевых – Бахрушиных – Бардыгиных, где сегодня расположено посольство Индии. Усадебный особняк не единожды перестраивался и свой нынешний вид приобрел в 1911 году. За свой необычный декор получил у москвичей название «Дома беседующих змей».
История усадьбы Латышевых – Бахрушиных – Бардыгиных
В конце восемнадцатого столетия территория на Гостиной горе, по верху которой и проходит нынешняя улица Воронцово Поле, находилась в собственности князя Григория Александровича Потемкина, но после его смерти отошло российской казне.
Следующим хозяином владения стал Александр Андреевич Безбородко – светлейший князь и видный государственный деятель, которому место досталось в обмен на переданный императору Павлу I дворцовый комплекс в Немецкой слободе.
Планы у Александра Андреевича были грандиозными. Он намеревался возвести здесь новый дворец, для чего обратился к зодчему Джакомо Кваренги. Парковую же территорию проектировал архитектор Николай Александрович Львов.
И если последнее удалось завершить, то усадебный дом так и не успели построить. Безбородко скоропостижно ушел из жизни.
Спустя непродолжительное время территорию разделили на участки, которые продали на аукционе. Большую их часть выкупили представители немецкой общины, среди которых семейства Вогау, Марка и Банза.
Первый дом на территории нынешнего владения можно увидеть на плане Москвы 1822 года, где представлен небольшой деревянный жилой дом, установленный на каменном фундаменте.
Спустя 15 лет – на плане города от 1837 года – здесь уже изображен дом в 2 этажа (1 уровень из камня, второй – деревянный сруб) с террасой, выходящей на спускавшийся к речке Яузе парк.
В 1860-м году на новом плане Первопрестольной столицы, когда владение находилось в собственности купца Т.А. Латышева, помимо чертежа можно увидеть и рисунок главного фасада особняка, обращенного к нынешней улице Воронцово Поле. На месте террасы тогда уже стояла пристройка в два этажа, протянувшаяся вдоль всего южного фасада. Для обзора окрестностей на последнем разместили металлический, с кованым ограждением, балкон.
Усадьба при Бахрушиных
В 1896-м году городскую усадьбу выкупил Алексей Петрович Бахрушин – меценат и коллекционер, который приходился двоюродным братом основателю Театрального музея Алексею Александровичу Бахрушину.
Новый хозяин практически сразу перестраивает особняк, для чего приглашает зодчего Карла Карловича Гиппиуса. После окончания работ Бахрушин разместил в доме богатую личную коллекцию: гравюрные работы и миниатюры, предметы прикладного искусства, древние иконописные доски, изделия из фарфора и фаянса.
Кроме этого, здесь же разместилась и обширнейшая библиотека из порядка 30 тысяч книг и документов: исторических, этнографических и по археологии (под нее были выделены помещения на втором и третьем этажах дома).
В гостях у Алексея Петровича бывали известные люди, среди которых историки Иван Егорович Забелин и Петр Иванович Бартенев, живописец Аполлинарий Михайлович Васнецов, журналист Владимир Алексеевич Гиляровский, зодчий Илья Евграфович Бондаренко.
В 1904-м Бахрушина не стало, и вдова переуступила владение купцу из Егорьевска Михаилу Никифоровичу Бардыгину. Вся бахрушинская коллекция, оцененная в 140 тысяч (!) рублей, передали в фонды Исторического музея.
«Дом беседующих змей». Усадьба при Бардыгиных
Новый хозяин сразу записал домовладение на свою супругу Глафиру Васильевну (так тогда поступали многие представители купечества, дабы в случае банкротства значимые активы оставались в семьях, не подпадая под конфискацию), но далее самолично распоряжался этой недвижимостью.
В 1911-м Бардыгин решает перестроить дом и нанимает зодчего Ивана Тимофеевича Барютина. Созданный последним роскошный особняк ныне и стоит по адресу Воронцово Поле, 6-8, строение 1.
Особняк в стиле модерн (франко-бельгийский ар-нуво), с привнесенными элементами барокко и рокайля, вместил в свой объем два старых рядом стоящих дома, из-за чего строение получило ассиметричный вид и различный декор на каждой из «половинок».
Левая часть строения двухэтажная с завершением в виде щипцовой крыши. Правая поднимается на три этажа, а ее центральный эркер венчает купольная надстройка в стиле барокко. Фасадные плоскости закрыты гладкой однотонной керамической плиткой, служившей фоном для лепных элементов.
На уличных и внутридворовых аттиках, а также на ограде, были размещены скульптурные вазоны, которые обвивали изваяния змей. Именно благодаря им особняк Бардыгина москвичи прозвали «Домом беседующих змей».
Стоит отметить, что выбор такого элемента декора не был случайным. Среди представителей купеческого сословия керикион (жезл глашатаев у древних греков и римлян) трактовался по-особому. Так, одна из змей являлась символом жадности, вторая – хитрости. Купцы считали, что если змеи меж собой смогут договориться, то и предприниматель будет «жить-поживать в достатке».
Интересно, что до прихода большевиков в 1917-м в глазницах статуй и маскаронов на фасаде дома размещались хрусталики тончайшей огранки, которые в солнечные дни давали яркие блики.
Сегодня во владении №6-8 по улице Воронцово Поле, помимо особняка, располагаются бывший гостевой флигель (стр.3), каретный усадебный сарай (стр.4), оранжерея (стр.6) и садовый павильон со звучным названием «Дача Наполеона», который выстроили еще при князе Безбородко, включив в него объем бывших каменных палат XVII-XVIII столетий.
Усадьба после революции
Благодаря тому, что Бардыгины не относились к дворянскому сословию, судьба пощадила их с приходом большевиков и они даже были привлечены новой властью для работы: Михаил Никифорович стал мануфактурным советником при московском Губсовнархозе, а его сын был членом оценочной комиссии и выбору ценностей для музеев. Лишь в 1923-м году семья практически в полном составе (супруги и восемь их детей, кроме одного сына) отправилась в эмиграцию во Францию.
Владение национализировали только в 1925 году, после чего здесь разместился Институт экспериментальной биологии, возглавляемый академиком Николаем Константиновиче Кольцовым.
В 1946-м сюда переехал уже Институт океанографии, возглавляемый в ту пору академиком Петром Петровичем Ширшовым.
Посольство Индии в России
Посольство Индии в СССР, а сегодня – в России, заняло усадьбу в 1952-м году. В связи с этим парковая территория закрыта для посещения, но попасть сюда можно во время официальных государственных индийских праздников.
Интересно был узнать, что посольский особняк стал натурой для одной из сцен популярного в советское время художественного сериала «ТАСС уполномочен сообщить …». Дело в том, что в 1980-е годы на крыше здания стояла огромная спутниковая параболическая антенна, чей размер диссонировал с размерами самого особняка. Вот ее то и можно увидеть на кадрах фильма, как символизм «передачи секретной информации за границу».
Такова история бывшей усадьбы по улице Воронцово Поле, №6-8.
Особняк Бахрушина-Бардыгина на Воронцовом поле
В конце XVIII века обширное владение на склоне Гостиной горы, по верхней бровке которой ныне пролегает улица Воронцово Поле, принадлежало Григорию Потемкину. После смерти князя оно перешло в казну. А позже было пожаловано князю А. Безбородко в возмещение переданного им Павлу I дворца в Немецкой слободе.
Александр Андреевич хотел построить здесь усадебный дом с парком и заказал проект дома зодчему Дж. Кваренги, а парка – архитектору Н. Львову. Но если парк разбить успели (его остатки сохранились до сих пор), то дворец так и не был возведен: Безбородко умер. Вскоре огромная усадьба была разбита на небольшие участки и продана с торгов.
В 1860 году в современном владении № 6 купцы Латышевы построили особняк, который в 1896 году приобрел Алексей Петрович Бахрушин, известный благотворитель и коллекционер, двоюродный брат Алексея Александровича Бахрушина, создателя знаменитого Театрального музея.
Вид из сада на особняк Алексея Петровича Бахрушина (1853—1904) во владении №№6-8 по улице Воронцово поле. 1893
Тогда же зодчий К. Гиппиус – по сути, семейный архитектор Бахрушиных – перестроил по заказу Алексея Петровича старый латышевский дом. В этом особняке и разместилась обширная коллекция хозяина: гравюры и миниатюры, произведения русского декоративно-прикладного искусства, старинные иконы, фарфор, фаянс и др.
Воронцово поле. Музей А.П.Бахрушина 1893
Зала русских фарфора и бронзы, портретов и жанровых сцен Николаевской эпохи частного музея Алексея Петровича Бахрушина. Бахрушин состоял членом-соревнователем Императорского Исторического музея, участвовал в работе Общества ревнителей русского исторического просвещения, Общества любителей художеств. Один из учредителей Московского общества любителей книжных знаков.Совладелец знаменитой фирмы Бахрушиных (с 1875 года).
После кончины Алексея Петровича коллекции поступили в Императорский Исторический музей. В 1920-е гг. книжная часть собрания передана в Государственную Историческую библиотеку, в том числе ценнейшие книги по истории Москвы.
В гостеприимном бахрушинском доме часто бывали историки И. Забелин, П. Бартенев, художник А. Васнецов, писатель В. Гиляровский, архитектор И. Бондаренко.
Воронцово поле. Читальный зал дома А.П.Бахрушина 1899
В 1904 году Алексей Петрович умер. Его вдова продала особняк егорьевскому купцу Н. Бардыгину (усадьба была записана на его жену Глафиру). В 1911 году по проекту архитектора И.Т. Барютина дом был перестроен в стилистике модерна.
Парадный фасад получил пышную лепную отделку, фоном для которой послужила гладкая керамическая плитка. Левая двухэтажная часть особняка завершается щипцовой крышей,
правая трехэтажная – барочным куполом.
Аттики и ограда украшены вазонами-светильниками, обвитыми змеями. Из-за этого бардыгинский дом получил неофициальное название «дом беседующих змей».
Соседнее владение (ныне – № 8) принадлежало в конце XIX века А. фон Вогау. Для нее архитектор С. Воскресенский в 1897–98 годах выстроил в глубине участка особняк, сохранившийся и поныне. Последней дореволюционной его владелицей была Эльза Гуговна Марк, дочь известного предпринимателя Г. Вогау. Немецкому клану Вогау-Марк принадлежал целый ряд домов в районе Воронцова Поля, улицу даже называли в шутку «Вогау-штрассе».
В объединенном владении № 6-8 уже долгие годы находится посольство Индии и резиденция посла. В парке при посольстве (это часть сада, разбитого еще при Безбородко), на кромке крутого берега Яузы, сохранился садовый павильон с гротом и «миловидой», возведенный, вероятнее всего, в 1821 году. В нем сейчас посольский тренажерный зал.
источник
источник
источник
Улицы Москвы. Воронцово Поле (с)
Вид с колокольни церкви Симеона Столпника за Яузой. 1884 год
Воронцово поле
© Н.А.Найдёнов 1884 Ч.V №20
В XIV веке здесь находилось село Воронцово — окружённая лесами вотчина князей Воронцовых-Вельяминовых. В XV веке село перешло во владение Андроникова монастыря, так что когда Иван III решил расширить до Яузы великокняжеские сады, то договариваться ему пришлось именно с монастырём. По преданию, дворец Ивана III стоял на склоне между современной улицей Воронцово Поле и Яузой; документально подтверждено, Иван действительно жил здесь после пожара 1493, уничтожившего Московский кремль. Преемник Ивана, Василий III, в 1514 выстроил в округе первую каменную церковь Благовещения с приделом Ильи пророка («Илья под Сосёнкой», арх. Алевиз Фрязин). Иван Грозный учредил здесь опричную Воронцовскую (Ильинскую) слободу.
Только в конце XVII века сёла Воронцово и Воробино (расположенное южнее, ближе к Яузским воротам), слились с городом Москвой. Ильинская церковь стала заметным духовным центром; храмовый праздник, день Ильи Пророка, ежегодно посещал патриарх Московский, и в тот же день в приходе открывалась «подгородная» ярмарка. В 1702 церковь была перестроена; в 1740 выстроена колокольня, а в 1876—1878 весь храм был перестроен архитектором П. П. Зыковым (старшим) в псевдорусском стиле. В советские годы в обезглавленном храме расположился Музей народов Востока, здесь до сих пор хранятся его фонды.
Пожар 1812 года мало коснулся Воронцова Поля; улица в течение XIX века сохранила церковно-купеческое домовладение и соответствующий уклад жизни. П. В. Сытин отмечает, что в 1850-х годах из 28 дворов на улице половина имела площадь свыше тысячи квадратных сажён — необычно много для тогдашней Москвы; это были обширные сады с редко стоящими деревянными домами. К 1914 число дворов сократилось вдвое, и все они были купеческие; доходные дома на Воронцовом поле не строили.
В советское время на углах Бульварного и Садового колец были выстроены многоэтажные дома. По планам 1935 года предполагалось спрямить её трассу, поэтому дома предвоенной постройки стоят далеко от проезжей части, а сама улица в целом сохраняет свой патриархальный, двухэтажный облик
Воронцово Поле, 9, 11
Название было дано по располагавшемуся здесь в XIV в. селу Воронцову (Воронцовскому) на Яузе, принадлежавшему боярам Воронцовым-Вельяминовым. Позднее территория перешла во владение великого князя Ивана III, построившего здесь свой загородный дворец для княжеской охоты. В XVI—XVII вв. здесь находилась Воронцовская слобода, жители которой в первой половине XVII в. были переселены стрельцами за Таганские ворота Земляного города.
В советский период улица носила имя ученого Обуха. Владимир Александрович Обух (1870—1934) — советский ученый, врач, крупный революционный деятель, член Коммунистической партии с 1894 г., член Московского комитета РСДРП (б). В дни Великой Октябрьской революции проделал большую работу по организации медицинской помощи раненым красногвардейцам. Много лет возглавлял отдел здравоохранения Московского Совета. По его инициативе был создан Научно-исследовательский институт гигиены труда и профессиональных заболеваний Академии медицинских наук, многие годы находившийся на этой улице.
© Имена Московских улиц, «Московский рабочий», М., 1985 г.
Воронцово Поле, 2
Дом, находящийся на пересечении улицы Воронцово Поле с Яузским бульваром и Большим Николоворобинским переулком. Дом был построен для причта храма Николая в Воробине архитектором Д.Е.Виноградовым в 1911 году.
Церковь Николая Чудотворца в Воробине. 1881 год
Церковь Николая Чудотворца, что в Воробине, на Гостинной горке (910px × 1080px)
Престолов 3: Николая Чудотворца; Святителя Петра; Алексия; Ионы и Филиппа; Иоанна воина.
Значится в 1625 году (в 1686 году деревянная). Ивановский сорок.
© Н.А.Найдёнов 1881 Ч.III ОТД.1 №60
Церковь была закрыта и сломана в начале 1930-х годов.
Здание, стоящее на месте уничтоженного в начале 1930-х московского храма Николая Чудотворца в Воробине.
11 октября 2003 года
Воронцово Поле, 6. Посольство Индии
Посольство Индии
Воронцово Поле, 6/8. Посольство Индии
Здания Посольства Индии, а также резиденция Посла были построены еще до революции 1917 года. Конструкция строений выдержана в усадебном стиле, присущем ортодоксально-европейским поместьям. До Октябрьской революции владельцами зданий являлся меценат, а затем магнат текстильной промышленности. В 1952 году здания были переданы Правительству Индии. В собственность Правительства Индии они перешли в 1988 году, и в апреле 2002 года процесс регистрации завершился выдачей сертификатов собственности.
Воронцово Поле, 10
Городская усадьба и парк Вогау, в советский период — научно-исследовательский физико-химический институт им. Л. Я. Карпова. Главный дом, конюшни, ограда, сторожка — 1882, арх. В. А. Коссов; служебные постройки 1920-х гг. — арх. Б. М. Иофан и С. Г. Чернышёв.
Воронцово Поле, 10. Научно-исследовательский физико-химический институт имени Л.Я.Карпова (НИФХИ)
Воронцово Поле, 12
Воронцово Поле, 12. Городская усадьба К.Капцовой XIX века. Главный дом 1888 года
Воронцово Поле, 14/5. б. Евангелическая больница, в советский период — Институт мозга, 1903—1914, арх. О. В. Дессин.
Церковь Ильи Пророка на Воронцовском поле (1080px × 900px). 1882 год (Воронцово Поле, 16)
Церковь Илии <Ильи>Пророка, что на Воронцовском поле (под Сосенками).
Престолов 3: Благовещения Божией Матери <Божьей Матери, Богоматери>; Илии <Ильи>Пророка; Мученицы Параскевы.
Известна с 1476 года (в 1686 году каменная). Ивановский сорок.
© Н.А.Найдёнов 1882 Ч.III ОТД.1 №54
Современное состояние московского храма Илии Пророка (Благовещения), что на Воронцовом поле.
18 октября 2003 года
Церковь Илии Пророка, что на Воронцовом поле. 18 октября 2003 года
Воронцово Поле, 16. Храм Ильи Пророка, что под Сосенками
(Благовещения Пресвятой Богородицы, что на Воронцовом поле)
Церковь Илии Пророка (Благовещения Пресвятой Богородицы), что под Сосенками, первоначально была построена в селе Воронцово великого князя Ивана III, который выменял его у Андроникова монастыря. Монастырь, в свою очередь, получил это село в подарок от Дмитрия Донского, а Дмитрию оно досталось после казни московского военачальника из семьи Воронцовых-Вельяминовых, давших название месту.
Воронцово Поле, 16. Бывшая Ильинская церковь, бывший музей народов Востока, ныне музейный склад. Март 2006
Колокольня при церкви Ильи Пророка
Колокольня при церкви Ильи Пророка на Воронцовском поле. Вид с Монастыря.
© Н.А.Найдёнов 1881 Ч.III ОТД.1 №54А
P.S. И еще некоторые интересные сведения
Прогулки по Москве. «У чёрта на Куличках». Часть 3
«. Подколокольный переулок когда-то являлся дорогой в царское село Воронцово. Давайте пересечём Яузский бульвар и пройдём немного вверх по улице Воронцово Поле.
Мы дошли до шумного Садового кольца. Здесь, на улице Земляной вал, мы и завершим нашу первую прогулку.» (Полностью можно почитать здесь)
Воронцово Поле, 20/42; Земляной вал, 42/20
Воронцово Поле, 15; Земляной вал, 38-40
Земляной вал, 46/48 — жилой дом МГБ.
Известен тем, что в 1949 его автор, Е. В. Рыбицкий, получил за проект Сталинскую премию,
а в 1955 был её лишен — за архитектурные излишества
Дом на Воронцовом Поле
Автор статьи Алексей Дедушкин
Старая московская улица Воронцово Поле. Довольно поэтическое название этой улицы – память о подмосковном селе Воронцово и полях, окружавших его. Вотчина, принадлежавшая ещё в XIV веке представителю знатного боярского рода Вельяминовых – Фёдору Воронцу. В следующем столетии владение перешло к Спасскому (Спасо-Андроникову) монастырю, устроившему здесь скит. Позже эти земли были куплены Великим князем Московским Иваном III для расширения территории государевых садов, уже располагавшихся к тому времени неподалёку, в районе Кулишек, на одном из московских холмов, получившим впоследствии название Ивановская горка.
В екатерининские времена обширные владения в районе нынешней улицы Воронцово Поле, на высоком правом берегу Яузы были пожалованы светлейшему князю Г. А. Потёмкину, а после его смерти перешли в казну.
Павел I подарил эти земли канцлеру А. А. Безбородко в возмещение переданного им императору Слободского дворца в Немецкой слободе. Ещё в 1794 году Безбородко писал: «Дом мой [в Немецкой слободе] отделан и теперь в городе первый». И он не грешил против истины. В «Дневных записках» польского короля Станислава Августа Понятовского, писанных во время его пребывания в России, с 2 марта 1797 по 12 февраля 1798 года есть следующие строки: «…Король осматривал дом министра графа Безбородки… Петербургский его дом, который богатее драгоценными картинами, не может равняться с московским в великолепии убранства; многие путешественники, которые имели случай видеть Сен-Клу в то время, когда он совсем отделан был для французской королевы, утверждают, что в украшении Безбородкина дворца и более пышности, и более вкусу».
Подобный же роскошный дворец, окружённый ландшафтным садом, Александр Андреевич задумал построить и на подаренных ему землях на Воронцовом Поле. Соответствующий проект был заказан архитекторам Дж. Кваренги и Н. А. Львову. Часть сада, устроенного Львовым на склоне Яузы, в совершенно запущенном виде сохранилась до наших дней, а дворец так и не был построен из-за смерти заказчика, последовавшей в 1799 году.
Позже это огромное владение разбили на несколько участков, которые выставили на торги. И вдоль улицы Воронцово поле был возведён целый ряд купеческих особняков.
К концу XIX столетия большая часть домов перешла в руки обширного и богатого клана московских немцев Вогау-Марки-Банза-Шумахеры-Германы. Поэтому и улицу в то время в шутку частенько называли «Вогау-штрассе». Так владение на углу Воронцова Поля и Кривогрузинского переулка (ныне — переулок Обуха) в 1878 году приобрёл Гуго фон Вогау, глава Торговой фирмы «Вогау и К». Его отец Филипп Максимилиан фон Вогау, происходивший из старинного немецкого рода, получил коммерческое образование во Франкфурте на Майне и двадцатилетним юношей приехал в 1827 году в Москву. За тринадцать лет он проделал путь от рассыльного в торговой конторе Глогау до владельца собственной фирмы, открытой им вместе с братом. В 1859 году учреждается «Торговый дом Вогау и Ко», занимавшийся торговлей чаем и сахаром, красителями и другими химическими товарами для текстильной промышленности. Деньги вкладывались в металлургическую, цементную, бумагопрядильную отрасли промышленности, банковское дело. В руководство торгового дома входили родственники Вогау. Наследовал Филиппу Максимилиану его сын Гуго.
Для него-то к 1882 году на Воронцовом Поле по проекту архитектора В. А. Косова с некоторым отступом от красной линии улицы был построен двухэтажный особняк, окружённый каменной оградой. Зодчий предложил на выбор несколько архитектурных вариантов. В том числе и в эклектическом стиле с элементами немецкого барокко. Но в результате выбор пал на более лаконичный неоклассический проект. Главный фасад особняка, декорированный пилястрами и лопатками, завершался венчающим карнизом с каменным парапетом. В отличие от скромного экстерьера внутреннее убранство дома поражало роскошью и прекрасным вкусом. От главных ворот усадьбы вниз по склону обширного сада вела аллея, засаженная липами.
На берегу реки Яузы был построен сахаро-рафинадный завод Вогау, а неподалёку от него, в саду возведено здание заводской конторы.
Усадьба очень сильно пострадала во время антинемецкого бунта в мае 1915 года. Главный дом выгорел. И до революции так и не был восстановлен. Вогау ликвидируют свои дела, распродают активы. А после заключения Брестского мира, по условиям которого всех желающих уехать российских немцев выпускают в Германию, большая часть представителей семьи Вогау покидает Россию.
В январе 1921 года в соседнем особняке (Воронцово Поле, д. 8), принадлежавшем до революции дочери Гуго Вогау Эльзе Гуговне Марк, размещается основанный незадолго до этого Институт биохимии Наркомздрава, руководителями которого стали А. Н. Бах и Б. И. Збарский (позже это здание будет передано посольству Индии и ныне здесь размещается резиденция посла). Заведующему отделом химической промышленности и члену Президиума ВСНХ РСФСР, известному учёному-химику Л. Я. Карпову удалось добиться передачи соседнего дома (бывшего особняка Вогау) Институту и выбить средства для его перестройки.
По проекту архитектора С. Г. Чернышёва при участии Б. М. Иофана и А. Л. Пастернака здание было реконструировано и надстроено третьим этажом. Фасад дома был украшен медальонами с барельефными портретами М. В. Ломоносова и Д. И. Менделеева. На старых снимках виден и третий медальон, давным-давно утраченный, скорее всего, с портретом А. М. Бутлерова. Помимо этого на фасаде были размещены доски с цитатами из трудов Ломоносова и Менделеева, что любопытно с «ятями» и «ерами», то есть по правилам русского правописания, принятым до орфографической реформы 1918 года.
В двух нижних этажах размещались научные лаборатории, а верхний был приспособлен под жилые помещения. Здесь поселились семьи сотрудников института: А. Н. Баха, а также приглашённых им на работу И. А. Казарновского, А. И. Рабиновича, Б. П. Брунса.
Сюда же была переведена и Центральная химическая лаборатория ВСНХ, находившаяся до этого в одной из жилых квартир дома № 7 по Армянскому переулку. Созданная научная структура получила статус Химического института ВСНХ им. Л. Я. Карпова (Льва Яковлевича к тому времени уже не было в живых – он скончался от сепсиса в январе 1921 года), возглавил который всё тот же А. Н. Бах.
Официальное открытие института состоялось 10 октября 1922 года.
Ныне это — научно-исследовательский физико- химический институт имени Л. Я. Карпова (НИФХИ).
Таким образом, здание Карповского института на улице Воронцово Поле стало, по сути, первой постройкой, возведённой в Москве после революции. Что, в общем-то, не удивительно, поскольку предыдущие годы – послереволюционная разруха, Гражданская война – не способствовали строительству.
Спустя несколько лет, в 1926-1929 годах, неподалёку от главного здания института на фундаментах бывшей конторы сахаро-рафинадного завода Вогау по проекту Б. М. Иофана была построена опытная станция, ставшая одной из самых совершенных по тем временам химических лабораторий у нас в стране. Здание с мощной полуротондой в центральной части, увенчанной куполом, было решено в стилистике главенствующего тогда авангарда.
В настоящее время главный корпус института выглядит довольно печально, штукатурка облупилась, окна давно не мыты, в прошлом году с фасада исчез барельеф Михаила Васильевича Ломоносова — Менделеев остался в гордом одиночестве.
До 1960-х годов территория института была обитаемой, в институтских корпусах продолжали жить семьи сотрудников и даже действовал детский сад. В настоящее время внутрь ограды пройти нельзя, парк, сохранившийся со времён Безбородко, стоит заброшенный. Впрочем, за исключением той части, которая относится к расположенному по соседству посольству Индии.
Последнее время в Интернете неоднократно раздаются призывы превратить старинный парк в общегородской. Предложение довольно спорное. Да, ещё один городской в самом центре Москвы иметь было бы заманчиво. Но, например, парк Зарядье создавался, по сути, на пустыре, на месте снесённой за несколько лет до этого гостиницы «Россия». И это, не касаясь самого проекта, было лучшим решением для историко-архитектурного пространства, расположенного в непосредственной близости от Кремля. Здесь же ситуация иная. Зелёный оазис на берегу Яузы сохраняет преемственность от парка, спроектированного знаменитым зодчим Николаем Александровичем Львовым ещё в конце XVIII века. Современное вторжение в довольно уникальную природную среду эту преемственность может разрушить. Посему к подобному вопросу надо подходить более чем деликатно.
Касаемо самого дома на Воронцовом Поле, будем надеяться, что этот первенец советского строительства, хранящий в своих стенах память и о московских немцах Вогау немало сделавших для развития отечественной промышленности, и о видных учёных, работавших здесь, будет, в конце концов, отреставрирован, а барельефы великих химиков вернутся на его фасад.