варламов пакистан день 4
Путевые заметки. Пакистан, день 4, Равалпинди
Вот и подошел к концу четвертый день нашего путешествия по Пакистану. Сегодня мы вернулись в Равалпинди, бывшую столицу страны. К сожалению, нормально посмотреть зону племен не получилось — на въезде охрана запретила снимать. Зато удалось нормально изучить Равалпинди — найти там помойки, речку с мусором и наркоманов, которые выползли на улицу как раз к нашему приезду.
01. С утра посетили большую автобусную станцию. К сожалению, не могу рассказать про нее подробно, так как про автобусы будет отдельный большой пост!
02. Это спит водитель.
03. А дальше зона племен! Вот такой охранник встретил нас на КПП
04. И запретил там снимать. То есть поехать посмотреть моно, а вот камеру брать нельзя! Это возмутительно. Прямо около КПП есть рынок наркотиков. Там я впервые увидел кусок гашиша размером с апельсин.
05. По дороге продают гробы. На любой размер 😉
06. К вечеру вернулись в Равалпинди, бывшую столицу Пакистана.
07. Город очень уютный и красивый.
08. Через город протекает река без названия.
09. Здесь так же грязно, как и в Кабуле. Местные жители сбрасывают все свои отходы реку.
10. Все берега покрыты толстым слоем мусора.
11. Главное отличие от Афганистана — это мухи. Здесь невероятно много мух, которые слетаются на отходы. Не успеешь остановиться, как тебя облепляют сотки помойных мух 😉
12. Городская улица.
14. Переправа. Попасть на другой берег стоит 1.77 рублей.
15. Мужик, который построил здесь канатную переправу озолотился ) От клиентов нет отбоя.
16. Вечером над городом парят десятки воздушных змеев — дети забираются на крыши и запускают их.
17. Все городские стоки сливают в реку.
19. Вода не такая черная и вонючая, как в Кабуле, но купаться не рекомендуется. Хотя. местные стирают здесь одежду и умываются.
23. Городская канализация.
24. Гадят люди тоже прямо на улице. Сел посреди главной улицы, сделал свое дело, и дальше пошел.
25. Вечером на улицу выползают наркоманы.
Завтра мы отправляемся в Лахор, а оттуда летим в Карачи! Следите за новостями.
Путевые заметки. Пакистан, день 2, Ид аль-Адху
Наше путешествие по Пакистану продолжается! Главным событием второго дня стал праздник жертвоприношения Ид аль-Адху (Курбан-байрам). Здесь, в отличие от остального арабского мира, этот праздник отмечают сегодня. После праздника нам удалось добраться до закрытого города Абботтабад,и посмотреть дом, где убили Усаму бин Ладена. Предупреждаю, если вы думаете, что мясо растет в пластиковых пакетах на деревьях, вам будет неприятно смотреть на некоторые фотографии.
* самые ужасные кадры даны ссылками, чтобы не травмировать впечатлительных читателей.
01. С утра пошли в Мечеть Фейсал на утреннюю молитву. Это одна из самых больших и некрасивых мечетей в мире. Известна это мечеть в исламском мире благодаря своим размерам и архитектурой, площадь 5 000 квадратных метров способна вместить 300 000 верующих.
02. Мечеть напоминает советский кинотеатр или дом культы.
03. Согласно Корану, Архангел Джабраил (явился к пророку Ибрахиму) во сне и передал ему повеление от Аллаха принести в жертву своего первенца Исмаила. Ибрахим отправился в долину Мина к тому месту, где ныне стоит Мекка и начал приготовления, однако это оказалось испытанием от Аллаха, и когда жертва была почти принесена, Аллах заменил для Ибрахима жертву сыном на жертву ягненком. Праздник символизирует милосердие, величество Бога и то, что вера — лучшая жертва.
04. В саму мечеть с камерой не пускают.
05. Всем места в мечети не хватило. Женщины молятся отдельно в специально отведенном месте.
06. В основном женщины были с детьми, которые играли, плакали, кричали и мешали молиться.
Путевые заметки. Пакистан, день 7, Карачи
Вчера вечером мы с Темой вернулись в Москву. Это значит, что путешествие по Пакистану благополучно подошло к концу. За неделю мы проехали страну с севера на юг, посмотрели основные города и узнали много интересного о жизни пакистанцев. Вопреки моим ожиданием страна оказалась очень безопасной и интересной, сюда можно спокойно ехать самостоятельно. Здесь не отрезают головы, не мешают фотографировать, а люди очень приветливые и всегда готовы помочь. Еще здесь каждый второй говорит на английском — это второй государственный язык! Последний день мы провели в Карачи, самом большом пакистанском городе.
01. Итак, последний день нашего путешествия предстояло провести в Карачи. Это крупнейший город страны и один из крупнейших городов мира. Население Карачи по разным данным составляет от 12 млн до 18 млн. Здесь расположены крупнейшие корпорации страны, морское судоходство, текстильная и автомобильная промышленность; индустрия развлечений, искусства, моды и рекламы; издательская деятельность, разработка программного обеспечения и медицинские исследования.
02. В городе есть хорошие дороги и многоуровневые развязки, есть даже несколько небоскребов.
03. Местные жители называют Карачи — «Город Огней» или «Невеста городов». Карачи является крупнейшим центром международной торговли гашишем и героином.
04. Местами карачи совсем не отличается от других пакистанских городов.
05. Из достопримечательностей можно отметить Мавзолей, где находится гроб Али Джина, основателя Пакистана. Мухаммад Али Джинн — «отец нации», как его называют в Пакистане.
06. Как и полагается, внутри находится пост №1. Пакистанские военные позволяет себе на посту чесаться, переминаться сноги на ногу и болтать. У нас бы за такое расстреляли.
08. Это городской автобус. Совершенно легально можно ехать на крыше, или зацепившись за бампер. Даже если в салоне много места, многие пассажиры предпочитают забираться на крышу. Дело в том, что проезд вне салона стоит в 2 раза дороже — 5 рублей, против 10 в внутри. Автобусы водят здесь в основном афганцы — они никого не пропускают и ведут машину крайне агрессивно. Частенько случаются и ДТП, в которых в первую очередь страдают пассажиры «эконом класса».
09. Иногда можно встретить колониальную архитектуру. К сожалению, в Пакистане нет никакой культуры сохранения исторических зданий. Здесь все сносится и перестраивается, а редкие сохранившиеся памятники архитектуры находятся в удручающем состоянии.
12. Свежая птица. На улице +35 и продавцы поливают птичек водой, чтобы не сдохли раньше времени.
17. Лавка с коровьими головами. Не знаю, что из них делают, но судя по богатому ассортименту, они пользуются популярностью у местных.
21. А еще в Карачи есть пляж! Напомню, город стоит на Аравийском море.
22. Море здесь грязное, так как все помои из соседних стран по рекам текут в него. На пляже можно прокатиться на верблюде, чем и занимаются немногочисленные посетители.
23. Песок здесь имеет необычный металлический цвет.
24. Несколько лет назад недалеко от берега сел на мель танкер. Вытекшая нефть загрязнила пляж, после этого песок стал золотым.
27. При выходе с пляжа продают воду в бутылках, которой можно смыть с ног песок. Странно, что у нас до этого не додумались, хорошая подработка для сочинских бездельников 😉
30. На одном из перекрестков попрошайничают трансвеститы. Относятся к ним здесь сожалением и часто подают, в основном женщины. Кстати о женщиных. Недавно в Карачи произошел забавный случай. 4 женщины затолкали в машину и похитили официанта, который помогал им донести до машины еду. Бабы насиловали несчастного несколько дней. После освобождения мужчина стал посмешищем, его уволили с работы, а злодеек так и не нашли.
31. На этом все. Дальше был длинный и сложный перелет, о чем я напишу отдельно в ближайшее время.
Пакистанские автобусы и грузовики
Как только у пакистанского владельца машины появляются свободные деньги, он первым делом пускает их на разрисовку кузова. Лидируют тут водители грузовиков, автобусов и джипов. Роспись грузовика стоит 3-5 тыс. долларов, ещё до 2 тыс. долларов уходит на оформление кабины коврами. Только в одном Карачи росписью машин занимается 50 тыс. мастеров.
01. Первым разрисовывать свои автобусы в Пакистане (тогда ещё – части Индии) в 1920-е годы взялся некий владелец фирмы «Кохистан». Художники, которых он нанял, до этого специализировались на оформлении сбруи для лошадей и верблюдов. Ну а потом пошло-поехало: такое оформление автопарка в Пакистане стало традицией.
02. Сегодня грузовики, автобусы, джипы, тракторы и т.д. принято там не только расписывать, но и украшать фигурной резьбой и электрическими огнями. При этом часто рисунки наносятся «со смыслом»: это могут быть военные герои – как к примеру, Азиз Бхатти, убитый в пакистано-индийской войне 1965 года; звёзды кино или великий игрок в крикет Имрам Хан; или даже леди Диана.
03. Как уже говорилось выше, только в одном 14-миллионном Карачи в росписи автосредств заняты около 50 тыс. художников. И что интересно – заработки среднего рисовальщика выше, чем водителя грузовика или автобуса.
04. Так, художник может зарабатывать до 300-400 долларов в месяц, подмастерье при нём – 150 долларов, а водитель – 150-200 долларов. Роспись грузовика занимает в среднем 6-10 недель, и всё это время транспортное средство простаивает (т.е. его владелец лишается в этот период средств к существованию).
05. Но было бы странным, если эти расходы не окупались. Владелец красиво раскрашенного грузовика может рассчитывать, что выгодный заказ на перевозку достанется именно ему, а не конкуренту на обычной машине, а в расписной автобус пакистанцы набиваются битком: как верят пассажиры, красивая машина оберегает их от аварий.
06. Кабина водителя не менее яркая, чем кузов!
«Здесь совсем другие люди» Россиянин отправился в Пакистан за приключениями. Чем его удивила мусульманская страна?
У многих людей из-за средств массовой информации Пакистан ассоциируется исключительно с терроризмом и войной, поэтому в этой стране туристов крайне мало. Однако все те, кому удалось проникнуть в республику, называют ее одним из самых привлекательных направлений для путешествия. И неспроста: богатый колорит, доверчивые и гостеприимные местные жители, древние традиции, необычная кухня и удивительная природа не оставят равнодушным ни одного гостя. Россиянин Алексей Терентьев отправился в южноазиатское государство и рассказал «Ленте.ру», почему Пакистан должен посетить каждый.
В поисках чуда
Каждый находит то, во что по-настоящему верит, особенно когда отправляется в путешествие за чудесами. А я в Пакистан ехал именно за чудом: в детстве мне не раз попадались на глаза различные упоминания о таинственном народе долгожителей из загадочной долины Хунза, затерянной в горах на севере Пакистана, недалеко от китайской границы. И вот, будучи уже взрослым, при первой же возможности я купил билеты на самолет, собрал рюкзак и отправился в путь.
Когда я готовился к поездке, меня поразило большое количество противоречивых фактов об этих людях. Одни писали про встречи с хунзакутами (так называют жителей этого региона), которым исполнилось более 160 лет, и отмечали их удивительное здоровье и активность, многие находили объяснение секрета долголетия в уникальной диете, образе жизни и изолированности от внешнего мира, другие, напротив, называли это пустыми слухами и яро отстаивали свою точку зрения.
Только в конце поездки я понял, что каждая из этих точек зрения по-своему справедлива, и каждый находит и видит в мире в первую очередь то, что есть в нем самом, что само по себе уже является немалой наградой за любое путешествие. А пока я, удобно расположившись в кресле самолета, готовился совершить посадку в Исламабаде — столице одной из самых интересных и неоднозначных стран азиатского региона.
Уже само название столицы недвусмысленно намекает, что жизнь в этом регионе подчинена религиозным законам ислама. Пакистан, что в переводе означает «земля чистых», совсем недавно был частью Индии, однако мусульмане решили, что отделение и создание суверенного самостоятельного государства больше соответствует их интересам. Так в свое время появился современный Пакистан.
Немирный мир
Процесс отделения не был гладким, и до сих пор пакистанско-индийские отношения с натяжкой можно назвать простыми и мирными. Туристы, не интересующиеся политикой, могут получить наглядное представления о взаимодействии между двумя странами на официальной церемонии закрытия индийско-пакистанской границы. Она проводится ежедневно во второй половине дня недалеко от Амритсара с индийской стороны и Лахора — с пакистанской.
Довершают сходство с театром многоярусные трибуны, специально построенные для зрителей. Однако чтобы понять, насколько зыбким является это мирное представление, достаточно вспомнить, что несколько лет назад из-за усиления напряженности возобновились воздушные атаки и обстрелы приграничных районов, ближайшие аэропорты в обеих странах закрылись для гражданских перелетов, а я долго объяснял индийскому представителю, что я делал в Пакистане, когда после своей поездки решил получить визу в Индию.
Говоря, что Пакистан — исламское государство, нужно понимать, что в исламе большое количество направлений и сект, нормы и требования которых сильно отличаются. Это можно заметить уже в аэропорту по одежде женщин: у кого-то полностью не видно лица, даже глаза закрывает что-то вроде сетчатой вуали, а у кого-то — платок лишь слегка прикрывает волосы.
Если к этому многообразию мы добавим различные варианты трактовок и понимания ислама, то поймем, что даже в рамках страны определяемое религией поведение людей очень и очень разное, с чем мы не раз сталкивались во время поездки.
Рыночные отношения
В целом же, несмотря на существующие в обществе стереотипы относительно того, что Пакистан — не самая безопасная страна для путешествий, я не нашел никаких подтверждений этому мнению.
Почти везде меня встречали с радушием, гостеприимством и неприкрытым интересом, как и полагается у миролюбивых народов. В остальном, если не говорить о влиянии религии, жизнь в Пакистане не так уж сильно отличается от жизни в других странах азиатского региона. Большинство людей живут непросто, зарабатывая на пропитание тяжелым физическим трудом. В деревнях это в основном сельское хозяйство. В крупных же городах процветает торговля всем возможным — от дешевых товаров до настоящих произведений искусства.
В ожидании покупателей он медленно пил масала-чай из маленькой фарфоровой чашечки, аккуратно держа ее за изящную ручку двумя пальцами, и, сделав очередной глоток, ставил на блюдце. Его вид, настолько не совпадавший с моими представлениями о людях, торгующих на базарах, был здесь в порядке вещей. Да и сам рынок больше походил на целый торговый район. В одном квартале расположены магазины, в которых продают один товар — например, ткани или одежду, дальше посетителям предлагают ковры, затем — продукты питания. Cоздается ощущение, что половина населения страны что-то продает или покупает.
В городе предлагают все возможное — от еды до одежды, ковров, бытовой техники и драгоценностей, а за городом главенство отдается рынкам скота. Каждому виду животных отведено отдельное поле: в одном углу продают коз самых разных пород и расцветок с причудливо загнутыми рогами, в другом на мощных растяжках представлена гордость продавцов — быки-производители.
Нрав у некоторых животных настолько воинственный, что подойти к ним осмеливается только хозяин, при этом каждое животное сдерживает продетая через ноздрю металлическая цепь. Ходить по такому рынку можно целый день, причем одинаково интересно наблюдать как за животными, так и за людьми. А если устал, можно пойти под навес, где готовят еду. В перерывах между торгами продавцы приходят сюда перекусить, отдохнуть и выпить ароматного чаю, медленно потягивая его из блюдечка, — традиция, которая так близка нам, русским.
«Видеть здесь чужаков не привыкли»
Кроме продавцов-пакистанцев на рынках множество грузчиков и подсобных рабочих, многие из них — беженцы из Афганистана. Им часто непросто найти работу и приходится соглашаться на любую подработку, несмотря на то, что некоторые афганские семьи живут тут уже более 40 лет.
Секрет взгляда перестает быть загадкой очень быстро: если на женщине нет паранджи, то взгляд, брошенный на незнакомца, да еще и на мужчину, почти всегда выражает смесь испуга и возмущения — видеть здесь чужаков с камерами не привыкли, ведь афганцы принадлежат к одному из самых консервативных и жестких направлений ислама.
Как в большинстве азиатских стран, надежды на лучшую жизнь здесь связывают с образованием. Для многих оно по-прежнему недоступно, но школ много, и строят их по всей стране, включая небольшие села и деревни. Немало и частных образовательных учреждений, обучение в которых стоит от 30 до 100 долларов в месяц, что для многих жителей немаленькая сумма.
Большинство школ в Пакистане — совместные, и здесь, в отличие от улицы, девушки никогда не закрывают лица. Все школы, которые нам удалось посетить, давали классическое светское образование, но при этом обязательно в школьном расписании присутствовали уроки ислама, причем преподают не только историю религии, но и непосредственно изучают Коран, много внимания уделяют правильному пониманию заложенного в нем смысла.
Мне довелось стать свидетелем обеденного перерыва: дети сели в круг, разложили перед собой принесенную из дома еду и, прежде чем начать обед, вместе прочитали молитву. Маленькие делают это под руководством преподавателей, старшие — самостоятельно. В остальном — обычная школьная жизнь, на переменах — общение и всеобщая игра в мяч на школьной площадке.
Придорожный колорит
Спустя несколько дней знакомство со столицей завершилось, меня ожидало погружение в провинции Пакистана. При поездке по Каракорумскому шоссе за каждым поворотом страна раскрывалась передо мной маленькими сценками из жизни обычных людей. Вот идет мужчина с огненными волосами — к слову, красятся здесь и мужчины, и женщины, и чаще всего в качестве красителя используют наиболее доступную натуральную хну. На другом участке дороги вижу, как в небольшом селе в тандыре пекут хлеб. Печь выложена прямо в земле, под небольшим навесом, местный житель ловкими движениями прикрепляет лепешки из теста прямо к вертикальным стенкам, а спустя несколько минут достает уже готовый хлеб.
За следующим поворотом появляется очищенная от камней ровная площадка, на которой около двадцати мужчин совершают намаз. Постройка мечети доступна далеко не всем селам, а совершать молитву нужно ежедневно, поэтому в некоторых деревнях для этих целей используют специально расчищенные площадки среди гор, прямо под открытым небом. В другом поселении мы познакомились с местным доктором, который лечит с помощью трав, проводя диагностику по пульсу, — он рассказывает нам о принципах, лежащих в основе аюрведической и тибетской медицины, согласно которой человек рассматривается как единое целое, а не делится на отдельные органы. Налицо влияние Индии, до которой отсюда рукой подать.
Уже познакомившись с моей привычкой бросаться с камерой и расспросами к первому встречному, при въезде в Хунзу мой гид и водитель наконец мог расслабиться. «Здесь совсем другие люди», — объяснил он свое поведение. В других районах страны реакция и на фотоаппарат, и на незнакомца может быть самой разной, а в Хунзе вы всегда можете рассчитывать на исключительно теплое отношение и чувствовать себя в безопасности.
Это связано с различным пониманием ислама в разных регионах страны. В Хунзе люди придерживаются особого взгляда на религию. Оставаясь глубоко верующими, они не столь радикальны, как представители других направлений, не скрывают свои лица, всегда с радостью приглашают в гости, женщины могут фотографироваться и общаться наравне с мужчинами.
Здесь, в отличие от других регионов страны, практически не бывает случаев агрессии или насилия. При первой же остановке я в полной мере ощутил разницу, когда женщины, мужчины и девушки с интересом обступили меня, приглашали в дом, готовые поддержать общение. К слову, в большинстве других мест такая инициатива чаще всего исходит от мужчин, а общение с представительницами противоположного пола более-менее свободное только в Исламабаде и его окрестностях.
Хунза уже давно потеряла статус таинственной Шангри-Ла, который имела когда-то. Через долину проходит отличное скоростное шоссе, связывающее страну с Китаем и им же и построенное. Однако это место не потеряло своего очарования. Величественные горы с покрытыми снегом вершинами, переливающиеся на солнце ледники и шум горных рек, красота цветущих весной абрикосовых садов, которым позавидует знаменитая японская сакура, — все это до сих пор влечет сюда любителей гор, свежего воздуха и захватывающих дух пейзажей.
Как в Каримабаде, так и в Верхней Хунзе построено несколько отелей, некоторые весьма комфортабельные. И хотя туристов тут пока немного, в сезон отели обычно не пустуют. При этом нельзя сказать, что жизнь обычных людей за это время сильно изменилось — как правило, это все тот же тяжелый труд, который позволял выживать в этих местах их предкам. Особенно меня поразил барьер из камней, выложенных жителями одной деревни: оказалось, обновлять его нужно каждый год, и эту тяжелейшую работу до сих выполняют почти вручную. Не делать барьер тоже нельзя, так как иначе сель и камнепады просто уничтожат маленькую деревню.
«Мир, любовь и поддержка»
Когда я подошел познакомиться к людям, работавшим в поле, один из моих собеседников неожиданно хорошо заговорил по-английски, а при прощании, порывшись в карманах, протянул визитную карточку научного сотрудника одного из пакистанских институтов. «Здесь у всех, даже у тех, кто состоит на государственной службе и получает зарплату, всегда есть свое натуральное хозяйство. Приходя со службы, мы идем работать на свое поле, иначе не выжить», — сообщил он печальный факт с улыбкой.
Позже мой провожатый захотел показать мне красивое озеро недалеко в горах, и мы, оставив машину, пошли вверх по маленькой тропинке. Чуть в стороне я заметил совсем пожилую женщину, которая перегоняла стадо барашков через горы на соседнее пастбище. Меня поразила ловкость и скорость, с которой эта немолодая пакистанка не только сама взбиралась по узкой горной тропинке, но в сложных местах еще и помогала перебраться ягнятам. Этот эпизод заставил меня вспомнить о теме долгожительства.
Один из моих собеседников посетовал, что последние долгожители умерли в середине XX века, и виной тому — нарушение изоляции региона. Другие говорили, что и сейчас в Хунзе немало пожилых людей с отличным здоровьем. Большинство же сходятся на том, что это просто красивая выдуманная история. Один человек как-то даже выдвинул версию, согласно которой в Хунзе всегда считали года за два: прошла зима — прибавили год, пережили лето — еще один, так и появились в здешних местах долгожители.
Интересный диалог случился у меня на школьном дворе в Верхней Хунзе с одним из учителей. «Главная беда Пакистана — в неверном понимании ислама. Это вообще беда нашей религии. Слишком много необразованных людей, слишком много желающих извратить смысл нашей религии и использовать это в своих, часто преступных целях. У нас в школе дается классическое образование, но вместе с тем мы прививаем детям правильные ориентиры. Все дети у нас одинаково уважительно относятся ко всем религиям и знают, что ислам учит единству и миру, любви к другому человеку, уважению своих обычаев, предков и самих себя. Мы не сторонники строгих внешних ограничений, но в наших семьях царят мир, любовь и поддержка», — рассуждал преподаватель о жизни пакистанцев.
«Ведь и сейчас в соседних ущельях у нас говорят на разных языках — это свидетельство того, что многие века народности, жившие на расстоянии 50 километров через горы, почти не контактировали, жили изолировано, и развитие шло разными путями. Многие приезжают к нам узнать секрет долголетия, записывают рецепты наших блюд. На мой взгляд, это совсем не главное. Ведь жизнь человека в первую очередь определяет вера, его мировоззрение, характер. Если человек живет в любви и гармонии, то самые сложные жизненные условия закаляют, делают нас сильнее, а не разрушают. И это, на мой взгляд, самое ценное. Это то, чему мы стараемся учиться сами и учить наших детей и внуков», — поделился школьный учитель.
В последний день недалеко от центральной площади ко мне подошла пожилая женщина и, наклонившись, поцеловала мою руку. Благословив меня с улыбкой, она отмахнулась от фотоаппарата и пошла по своим делам. Тогда я уже знал, что это одна из местных традиций и не означает ничего, кроме большого уважения. Но, глядя в глаза этой повидавшей жизнь женщины, я увидел столько света, силы, жизни и любви, которыми она без сомнения поделилась со мной — совершенно незнакомым человеком, что в этот момент я понял: поездка за чудом не была напрасной. А Хунза действительно удивительное место, но не из-за долгожителей, не из-за чудесных рецептов и даже не из-за прекрасных гор, которые тут действительно поражают величием, а из-за людей — их великодушия, веры и отношения к жизни.