Русский язык и санскрит что общего
Энциклопедия языков
Справочник по языкам мира
Санскрит и русский язык: древнее родство
от Владимир
Поразительное сходство санскрита и русского языка указывает на то, что в течение некоторого периода истории носители двух языков жили близко друг к другу.
Когда в последний раз вы пили водку? Что ж, в следующий раз, когда вы будете употреблять этот напиток, вспомните, что это русское слово происходит от ведического санскритского слова «вода» — udaka.
Классическое санскритское слово для «воды» — jal, и оно знакомо большинству индийцев. Но тот факт, что русское слово «вода» ближе к ведическому санскритскому слову, указывает на близкое и древнее родство между двумя языками.
Хотя общеизвестно, что оба языка принадлежат к индоевропейской семье языков, большинство людей считают, что связь между русским и санскритом столь же далекая, как и между персидским и санскритом или латинским и санскритом. Лингвист и писатель В.Р. Риши (W.R. Rishi) пишет в своей книге «Индия и Россия: языковое и культурное родство» (‘India & Russia: Linguistic & Cultural Affinity’), что русский и санскрит имеют более глубокую связь.
Согласно Риши, связь между этими двумя языками очень близкая, и соответствие между этими двумя языками настолько точное, что его нельзя отнести к простому случаю. «Факты … приводят нас к выводу, что в определенный период истории носители санскрита и русского жили вместе».
Риши указывает на еще одну особенность индоевропейских языков — способность образовывать сложные слова из различных слов. Такие сложные слова были перенесены из индоевропейского в греческий, санскрит и старославянский.
Происхождение русского слова «город» (древнеславянский «град» ) также можно проследить. В Древней Руси и в Индии города были построены, чтобы служить крепостями для защиты от агрессии со стороны врага.
Соответствующее слово на хинди — gadh, что означает «укрепление». В современном русском языке суффикс град и в современном хинди суффикс gadh используются для формирования названий городов: Ленинград (город Ленина), Петроград (город Петра) и Бахадургарх (город храбрых).
Два языка имеют два общих сходства. Во-первых, русский является единственным европейским языком, который имеет общую грамматическую основу с санскритом.
Во-вторых, и русский, и санскрит приятны на слух. Само название «санскрит» означает бережно созданный, систематически оформленный, отшлифованный и изысканный. Лингвист колониальной эпохи Уильям Джонс (William Jones) писал: «Язык санскрит имеет удивительную структуру; более совершенный, чем греческий, богаче, чем латинский, и изысканнее, чем любой другой».
Поклонники русского языка одинаково щедры на похвалу. На лекции в Лондонском университете в марте 1937 года филолог и лингвист Н.Б. Джэпсон (N.B. Japson) сказал: «Тем не менее, общеизвестно, что человек, совершенно не знающий русского языка, который впервые слышит язык, на котором говорит местный житель, добровольно воскликнет: «О, как мелодично звучит русский язык!». Писатель Иван Тургенев писал : «Но нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!».
Лингвист С. Жарникова пишет в журнале «Наука и жизнь»: «Существует много русских имен и слов на русском языке, происхождение которых можно легко отследить с помощью санскрита. Например, лингвистически можно найти следы названия русской реки Волга. Геродот называет эту реку именем Оарос, что лучше всего объяснить с помощью чисто санскритского слова «var», означающего «вода».
Чем объясняется сходство? На ведическом санскрите говорили еще в 300 г. до н.э., но его древность может простираться на тысячи лет до этой даты. Русский язык может быть либо результатом того, что древние индийцы перенесли свой язык и культуру с берегов реки Сарасвати на берега Оби.
Открытие статуй Шивы в Центральной Азии и России указывает на распространение индуистской культуры далеко за пределами индийского центра.Есть и другая гипотеза, что ведический санскрит был привнесен в Индию белокурыми арийцами, которые были родом из южной России. Эта идея популярна у европейцев, в том числе у россиян, несмотря на явные доказательства того, что нынешняя вера в арийское вторжение в Индию была результатом совокупности лжи, разработанной английскими и немецкими «учеными».
В то время как данные сравнения ДНК постепенно разрушают идею о том, что арийцы принесли цивилизацию в Индию, такие ученые, как Шрикант Талагери (Shrikant Talageri), проанализировали ведические тексты и показали, как древние книги рассказывают о местах в восточной Индии, в то время как более поздние книги дают описания географии северо-западных районов Индии. Это может означать только одно: древние индийцы перебрались в Среднюю Азию и, возможно, затем в Европу. Хотя на то, чтобы найти ответ на этот вопрос, могут уйти десятилетия, фактом является то, что ведическая индуистская цивилизация распространилась на большой территории. По словам болгарского лингвиста Владимира Георгиева, географические названия являются наиболее важным источником для определения того, как группа людей приобретает свою этническую принадлежность. Это может происходить в процессе самоидентификации или в результате внешней идентификации.
Георгиев говорит, что самые устойчивые — или древние — названия — это названия рек. «Но чтобы сохранить имена, необходимо поддерживать преемственность населения, передавая эти имена из поколения в поколение. В противном случае, могут прийти новые народы и дать свое название», — говорит он.
Георгиев иллюстрирует, что в 1927 году отряд геологов «открыл» самую высокую гору на Урале. Местные жители называли гору Нарада, и, что интересно, древнеиндийские эпосы описывают живущего на севере великого мудреца Нараду. Но поскольку это была 10-я годовщина Октябрьской революции, геологи решили отметить это событие и переименовать гору в Народную — или Народную. И это то название, которое сейчас указывается во всех географических справочниках и картах.
Странное сходство между санскритом и русским ясно указывает на близкое родство между двумя народами в далеком прошлом. Это может объяснить, почему индийцы и русские так легко уживаются по сравнению с любой другой нацией. Ибо оба народа — братские. По мере новых исследований в лингвистике и подробного изучения ДНК будет открываться все больше секретов, предоставляя нам лучшую картину прошлого.
СВЯЗЬ МЕЖДУ РУССКИМ ЯЗЫКОМ И САНСКРИТОМ
Материалы конференции Общества индийской и советской культуры (округ Мирут 22-23 февраля 1964 года, г. Газиабад, Уттар Прадеш).
Если бы меня спросили, какие два языка мира более всего похожи друг на друга, я ответил бы без всяких колебаний: «русский и санскрит». И не потому, что некоторые слова в обоих этих языках похожи, как и в случае со многими языками, принадлежащими к одной семье. Например, общие слова могут быть найдены в латыни, немецком, санскрите, персидском и русском языках, относящихся к индоевропейской группе языков. Удивляет то, что в двух наших языках схожи структуры слова, стиль и синтаксис. Добавим ещё большую схожесть правил грамматики — это вызывает глубокое любопытство у всех, кто знаком с языкознанием, кто желает больше знать о тесных связях, установившихся ещё в далёком прошлом между народами СССР и Индии.
Всеобщее слово
Возьмём для примера самое известное русское слово нашего века «спутник». Оно состоит из трёх частей : a) «s» — приставка, б) «put» — корень и в) «nik» — суффикс. Русскoe слово «put» едино для многих других языков индоевропейской семьи : path в английском и «path» в санскрита. Вот и всё. Сходство же русского и санскрита идёт дальше, просматривается на всех уровнях. Санскритское слово «pathik» означает «тот, кто идёт по пути, путешественник». Русский язык может образовывать такие слова, как «путик» и «путник». Самое интересное в истории слова «sputnik» на русском. Смысловое значение этих слов в обоих языках совпадает : «тот, кто следует по пути вместе с кем-либо». Мне остаётся только поздравить советских людей, которые выбрали такое международное и всеобщее слово.
Когда я был в Москве, в гостинице мне дали ключи от комнаты 234 и сказали «dwesti tridtsat chetire». В недоумении я не мог понять, стою ли я перед милой девушкой в Москве или нахожусь в Бенаресе или Удджайне в наш классический период где-то 2000 лет назад. На санкрите 234 будет «dwishata tridasha chatwari». Возможно ли где-нибудь большее сходство? Вряд ли найдется ещё два различных языка, сохранивших древнее наследие — столь близкое произношение — до наших дней.
Мне довелось посетить деревню Качалово, около 25 км от Москвы, и быть приглашенным на обед в русскую крестьянскую семью. Пожилая женщина представила мне молодую чету, сказав по-русски: «On moy seen i опа тоуа. snokha».
Как бы я хотел, чтобы Панини**, великий индийский грамматист, живший около 2б00 лет назад, мог бы быть здесь со мной и слышать язык своего времени, столь чудесно сохраненный со всеми мельчайшими тонкостями! Русское слово «seen» и «soonи» в санскрите. Также «madiy» — это «son» в санскрите может быть сравнено с «тоу» русского языка и «ту» английского. Но только в русском и санкрите «тоу» и «madiy» должны измениться в «тоуа» и «madiya», так как речь идет о слове «snokha», относящемся к женскому роду. Русское слово «snokha» — это санскритское «snukha», которое может быть произнесено так же, как и в русском. Отношения между сыном и женой сына также описываются похожими словами двух языков.
Совершенно верно
Вот другое русское выражение: «То vash dom, etot nash dom». На санскрите: «Tat vas dham, etat nas dham». «Tot» или «tat» — это указательное местоимение единственного числа в обоих языках и указывает на объект со стороны. Санскритское «dham» — это русское «dom», возможно, в силу того, что в русском отсутствует придыхательное «h».
Молодые языки индоевропейской группы, такие, как английский, французский, немецкий и даже хинди, напрямую восходящий к санскриту, должны применять глагол «is», без чего приведённое выше предложение не может существовать ни в одном из этих языков. Только русский и санскрит обходятся без глагола-связки «is», оставаясь при этом совершенно верными и грамматически и идеоматически. Само слово «is» похоже на «est» в русском и «asti» санскрита. И даже более того, русское «estestvo» и санскритское «astitva» означают в обоих языках «существование». Таким образом становится ясно, что схожи не только синтаксис и порядок слов, сама выразительность и дух сохранены в этих языках в неизменном начальном виде.
В заключение статьи приведу простое и очень полезное правило грамматики Панини, чтобы показать, насколько оно применимо в русском словообразовании. Панини показывает, как шесть местоимений преобразуются в наречия времени простым прибавлением «-da». В современном русском осталось только три из шести приведённых Панини санскритских примеров, но они следуют этому правилу 2600-летней давности. Вот они:
санскрит русский
местоимения значение наречия
kim какой, который kada kogda
tat тот tada togda
sarva все sada vsegda
Буква «g» в русском слове обычно обозначает соединение в одно целое частей, существовавших до того отдельно. В европейских и индийских языках нет таких средств сохранения древних языковых систем, как в русском. Пришло время усилить изучение двух крупнейших ветвей индоевропейской семьи и открыть некоторые тёмные главы древней истории на благо всех народов.
НЕВОЗМОЖНО пройти мимо того факта, что в Русском языке и Санскрите огромное количество одинаковых слов (примеры см. ниже). Невозможно не заметить также и общности многих слов других европейских языков с санскритом, который является Протоязыком, Прародителем всех индо-европейских языков. Настоящая статья в большей степени имеет отношение к связи Санскрита с Русским языком, и этому будет уделено основное внимание.
Ведический Санскрит (далее — санскрит) — это язык наших Славяно-индо-арийских предков. (Санскритское Корневое Соответствие (далее — СКС) слову «язык» в санскрите — «дЖИхВа», т.е. ЖИВая, наиболее подвижная часть тела.)
В действительности, именно Ведический санскрит — это родной язык всех Славянских народов, и осознание этого факта имеет весьма важное значение для общей духовно-культурной ориентации современных людей. Славянский лингвистический менталитет напрямую связан с санскритским языком и имеет в нем свои генетические корни (СКС: рус. «КоРеНь» — от санскр. «КаРаНа», т.е. причина, корневая основа).
Мыслительная основа Славян базируется на санскрите. САНСКРит — это наша, так сказать, САНСКаРа, — то есть нечто, заложенное в глубоком подсознании славян. Санскритская санскара, то есть отпечаток/импринт, — неизгладим, поскольку он находится на более тонком уровне, чем физическое тело и ум/рассудок. Иногда, в отдельные счастливые моменты, когда сознание обретает расширение и просветление, это можно прочувствовать до некоторой степени отчетливо.
Сколько бы ни проходило времени, какие бы процессы ни происходили в жизни народов, но живая-как-сама-жизнь связь между европейскими Славянскими языками и Ведическим санскритом не стирается, не портится и не гибнет.
Признать эту тесную связь между санскритом и Славянскими языками (т.е. русским, украинским, белорусским, болгарским, чешским, и т.д.) не так уж трудно. Факты, как говорится, налицо. Параллели (т.е. прямые родственные связи) между такими словами, как «джнана» и «знание», «видья» и «веденье», «двара» и «дверь», «мритью» и «смерть», «швета» и «свет», «джива» и «живой», и т.д. и т.п. — очевидны и неоспоримы.
Далее, необходимо отметить, что один из первостепенных моментов в исследовании Санскрито-Славянского родства состоит в том, что те Славянские слова, которые имеют санскритское происхождение, играют крайне важную, — если не важнейшую, — роль даже в самой языковой структуре, то есть они выражают/называют главные (психические и соматические) функции человеческой жизнедеятельности. Например, все, что так или иначе связано в Русском языке с познанием или духовным и обычным видением, имеет корневую основу из санскрита: ЗНАть, поЗНАвать, уЗНАвать, приЗНАние, ВИДение, ВИДеть, предВИДеть, сноВИДеть, ЗРеть, ЗеРкало, (оЗеРо — гладь воды, на которой ЗРимо отражается луна), обоЗРение, проЗРевать, соЗеРцание, приЗРак, преЗРение, подоЗРение, обоЗРение, ЧИТать, сЧИТать, уЧИТься, и т.д. Также, у этих языков масса общих названий из области явлений, стихий и объектов природы (огонь-агни, ветер-вата, вода-удака, и др).
Как уже неоднократно отмечалось, Русские люди действительно говорят на Санскрите, — только на несколько испорченном и искаженном его варианте. Даже с поверхностной точки ЗРения, в Русском языке очень заметно эхо, или отголосок, Санскрита. Если же связь Русского языка и Санскрита подвергнуть более тщательному и внимательному анализу, то можно будет обнаружить множество удивительных вещей (СКС: рус. «вещь» — санскр. «вищайя») и сделать массу поразительных открытий (по части словотворчества). По наблюдению некоторых специалистов, Русский язык — один из самых близких, из всех европейских языков, к Санскритскому языку. И, может быть, Русский язык — это действительно самый сохранившийся (по отношению к Санскриту) из всех европейских Славянских языков всилу того, что Россия удалена ото всех западноевропейских государств, и не так активно смешивала свой язык с языками соседей.
В самой же Индии Ведический санскрит (язык Риг-Веды) также подвергался постепенному изменению вследствие влияния со стороны языков дравидийского населения.
Для того, чтобы обнаружить и проследить самые сокровенные и внутренние пласты Русско-санскритских языковых соответствий/аналогов, необходимо настроиться на серьезное научное исследование (- это само собой разумеется), и т.д. и т.п., — но самое, с нашей точки зрения, главное — это повсеместно и с максимальной осознанностью применять метод Мистическо-интуитивного проникновения (так наз. йога-пратьякша, — проникновение в образно-звуковые вибрации-соответствия, минуя буквальные интерпретации) в самую Суть (СКС: рус. «суть» — санскр. «сат») предмета. Почему на это обращается особое внимание? Потому, что методами одной лишь формальной лингвистики (СКС: «лингва, lingua» — санскр. «лингам, т.е. знак (в данном случае — языковой знак)») здесь не обойдешься, — этого будет слишком мало, и это принесет довольно скудные плоды. Линейно-формальные приемы так наз. «академического» сравнительного языкознания здесь если и сработают, то только на начальном этапе, на периферийном уровне. Если же мы хотим раскопать настояще сокровище, мы должны будем докапываться до значительно более глубоких языковых пластов, соприкасающихся уже не столько с поверхностным сознанием, сколько с подсознанием, с тем, что скрыто глубоко под землей слов и понятий, под грудой терминов, эпитетов и определений. Тот подход, который предлагается здесь, безусловно является чутким к буквальным интерпретациям слов-понятий и одновременно парадоксальным в том плане, что он иногда выходит далеко за рамки буквальных параллелей и соответствий, пытаясь проникать сквозь поверхностный слой форм вглубь сущностного содержания; задействуется также и вербальная, фонетическая область применения слов-понятий, выражающихся посредством речи.
Например, когда говорится, что Санскритско-Русские слова: «тама» и «тьма», «дивья» и «удивительный», «даша» и «десять», «сата» и «сто», «шлока» и «слог, слоган», «пада» и «пята» — однокоренные, то это не вызывает особых сомнений и возражений; совсем не обязательно быть профессором сравнительного языкознания Мюллером, чтобы увидеть тут прямое сходство. Когда же мы чувствуем коренное родство между некоторыми Русскими и Санскритскими словами-понятиями, но не имеем формальных доказательств этому (РОДству), то выявить и указать на это РОДство представляется достаточно сложным (и тем более представить доказательную базу). Сложным, но не невозможным, поскольку, как это мы уже ранее отметили, созерцательное абстрагирование и парадоксальная логика — это вполне действенные и апробированные инструменты, с помощью которых вскрываются и демонстрируются такие непостижимо глубокие и сокровенные лингвистические связи между Санскритскими и Русскими словами, что иногда захватывает дух. (Не забудем также и об опасности увлечься надуманными и «притянутыми за уши» параллелями и соответствиями, выдумками и фантазиями.)
Итак, чтобы не быть голословными, приведем следующий пример:
Мудрец Сократ, учитель Платона, говорит в книге «Государство, гл.1» —
«…ты стал таким кротким и перестал сердиться…».
Что сразу же бросается в глаза в этой небольшой компактной фразе?
Во-первых, все ее элементы имеют Санскритское происхождение;
во-вторых, особо на себя обращают внимание два слова, передающих определенные психо-состояния, — прилагательное «кроткий» и глагол «сердиться». Имеют ли они связь с Санскритскими корнями? Конечно, имеют, и для того, чтобы ее выявить, проведем следующие исследовательские сопоставления.
Сначала обратимся к слову «сердиться».
Словарь Ожегова дает такие синонимы слову «сердиться»: «быть в гневе, в раздражении на кого-либо, чувствовать злобу к кому-либо».
Затем, нетрудно сообразить, что коренная основа слова «сердиться» — «сердт/сердц/сердце», то есть «сердиться» — это означает «выказывать некий СЕРДечный аффект, движение души». Сердце — это Русское слово, произошедшее от Санскритского слова «хридая», т.е. корень у них один и тот же — СРД-ХРД. Также, в широкую сферу Санскритского слова хридая-сердце, входит и такое понятие как душа. И сердце, и душа, и ум/манас — все это покрывается областью значений Санскритского слова «хридая». Это прямо связано с психикой и происходящими в ней процессами. Поэтому происхождение Русского слова «сердиться» (т.е. проявлять некий негативный сердечный аффект) от Санскритского «хридая-сердце» — вполне логично и обоснованно.
Но тут возникает один каверзный вопрос: почему в Русском языке это слово («сердиться») имеет негативный оттенок, причем достаточно ярко выраженный (СКС: рус. «ярко» — санскр. «арка (яркое солнце)»), тогда как, по идее, все, относящееся к сердцу, должно отражать позитивные влечения души и сердца, — как напр., любовь, симпатию, привязанность, пристрастие, и т.д?
Суть здесь в том, что, как известно, от любви до ненависти — один маленький шаг; проницательные брахманы-индусы практически всегда соединяли страстную привязанность (каму) в пару с ненавистью и злобой (кродхой), то есть показывали, что они — неразлучные спутники. Где кама — там кродха, а где кродха (злоба, гнев) — там обязательно неподалеку должна быть и кама (вожделение). Иными словами, в психологии индусов, страстная любовь и злоба-ненависть — эмоциональные корреляты, взаимодополняющие друг друга факторы.
Затем, поскольку одним из синонимов слова «сердиться» является слово «раздражаться», то мгновенно напрашивается еще одна характерная
Почему санскрит так похож на русский
Если верить рассказу ныне уже покойной Натальи Романовны Гусевой, в 1964 году в СССР прибыл известный, по её словам, индийский санскритолог Дурга Прасад Шастри (दुर्गा प्रसाद शास्त्री). Пробыв в Москве месяц, учёный решил, что русские говорят на какой-то из форм санскрита. К такому выводу его сподвигло множество фонетических соответствий русских и санскритских слов при одновременном совпадении их смысла.
– Почему, например, одни слова, такие как «вам», «вас», «нас», «те», «то», – удивлялся Шастри, – просто одинаковы в обоих языках, а другие местоимения крайне близки, и русским «свой», «тот», «этот» в санскрите соответствуют «сва» («свая»), «тад» («тат»), «этад» («этат»)? Вечные понятия жизни и смерти тоже оказались сходными словами: «живой», «живо» – «дживан», «джива», а «мертвый» – «мрыттью». Оказалось также, что русским приставкам «про-», «пере-», «от-», «c(co)-, «нис (низ)-» соответствуют в санскрите «пра-», «пара-» (pr), «ут-» «са (сам)-», «нис(ниш)-». А отсюда вытекает и несомненное сходств множества форм. Например, слов «проплывает» соответствует в санскрите प्रप्लवते «праплавате», а «переплывает» – परिप्लवते «париплавате».
Наталья Романовна Гусева [1914 – 2010] — советская и российская писательница, драматург, индолог, историк и этнограф; доктор исторических наук, известный специалист по культуре Индии и индийским религиям. Лауреат международной премии им. Джавахарлала Неру,
Сходные соответствия санскритолог наблюдал и в передать – параде, пердеть-пардате, пропить – прапити, отпасть – утпад(т), открытый – уткрита, отчалить – утчал, совпадение – сампадана, собратья – сабхратри, отдать – ут(д)да, ниспадать – нишпад. Он даже установил, что и слово «семья» сопоставимо с caнскритским глаголом «самья», который в санскрите означает «держаться вместе». Поспрашивав у других индийцев, Наталья Гусева узнала, что те тоже удивляются сходству русских глаголов «быть», «будить», «стоять», «сушить», «варить», «печь», «падать», «реветь» и без труда узнают в них санскритские корни «бху», «будх», «стха», «шуш», «вар», «пач», «пад», «рав». Очень радуются они, услышав в советских булочных слово «сушка», так как знают его соответствие «шушка», а сухарь переводится как сухан (सूखन).
Словам «грива», «весна», «дева», «мясо», «тьма», «мышка», «день» существуют соответствия в виде ग्रीवा [грива] – ‘задняя часть шеи’, vsTt [васанта] – ‘весна’, देवी [дэви] – ‘дева, принцесса’,मांस [мамса] – ‘мясо’, तम [тама], मूषक [муcака], दिन [дина]…
С той поры востоковед, доктор исторических наук, Наталья Гусева, которая сопровождала Шастри в его поездке по стране и помогала ему в качестве переводчика (правда, тогда ещё не с санскрита, а с английского), и её индийская подруга Амина Ахуджа – профессор русской литературы Делийского университета имени Джавахарлапа Неру – занялись поиском «тайных истоков видимых рек», то есть, пропагандой арктической гипотезы прародины индоевропейцев.
Дурга Прасад Шастри (दुर्गा प्रसाद शास्त्री) [12 июля 1895 — 5 октября 1974]
Гипотеза эта впервые была сформулирована в 1903 году известным политическим деятелем Индии Бал Гангадхаром Тилаком в книге «Арктическая родина в Ведах». Гусева же и её единомышленники решили найти подтверждение этой гипотезе в поисках санскритской топонимики на русском севере. За эти поиски сторонники гипотезы, такие как, например, доктор философских наук Валерий Никитич Дёмин, кандидат исторических наук Светлана Васильевна Жарникова были объявлены расистами и подверглись критике со стороны учёного сообщества. Под раздачу попал даже выдающийся русский лингвист, славист, филолог, академик РАН Олег Николаевич Трубачёв, который не имел к «гиперборейщикам» никакого отношения, а просто говорил о близком родстве и теснейших контактах между славянами и индоариями в Северном Причерноморье. Этого было достаточно, чтобы академика причислили к националистам. Аргументом критиков было то, что нигде, кроме России и Индии подобные теории даже на ум никому не приходят.
Теперь уже мало кто помнит, что с конца 18-го столетия британские учёные, не ставшие ещё тогда пресловутыми, решили, что предком всех развитых языков является санскрит. Эта мысль впервые пришла английскому чиновнику в Индии Вильяму Джонсу, который в 1788 году издал книгу «Санскритский язык» (The Sanscrit language). В ней он и запустил в мир идею об индоевропейской языковой семьи. После того, как Джонс помер от цирроза печени, его работу продолжил немецкий писатель Фридрих фон Шлегель, который, сравнивая между собой санскрит, персидский, греческий и немецкий, пришёл к выводу об общности их происхождения. Первым же, кто понял, что индоевропейским первоязыком бы вовсе не санскрит, стал Август Шлейхер. Он-то и начал реконструировать первоязык. Начиная со Шлейхера санскрит ставили в индо-арийскую группу, но всё равно считали одним из древнейших языков. русский же выводили от древнеславянского, возникшего, по мнению большинства зарубежных лингвистов в середине I тысячелетия нашей эры.
Вторая же макроветвь разделилась сперва на германское и балто-славянское направление, и лишь в последнюю очередь, если верить Шлейхеру, из неё выделились славянские языки.
Член Русского Географического общества Светлана Васильевна Жарникова (27 декабря 1945, Владивосток — 26 ноября 2015, Санкт-Петербург) до самой смерти продолжала приводить неопровержимые доказательства родства северных диалектов русского языка и санскрита.
Чего же так испугались хранители чистоты науки? Дело в том, что «гиперборейщики» вплотную подошли к разгадке русско-санскритской тайны. Единственный порог, который они не смогли переступить, это опубликовать вывод о том, что санскрит произошёл от русского. За такой вывод в советское время их бы поисключали из партии, а в недавние годы торжества демократии могли бы даже засадить за решётку. Лишь неофициально в узком кругу учёные осмеливались говорить о том, что санскрит является развитием одного из акающих праславянских диалектов.
Как же обстоит дело на самом деле? На самом деле санскрит стал одним из последних диалектов, отколовшихся от нашего языка. Почему не наоборот? Почему не русский произошёл от санскрита? Всё дело в том, что санскритские слова происходят от более поздних вариантов наших слов, в то время как германские, армянские, кельтские и даже балтийские слова происходят от более ранних их форм.
Само наличие снега в санскрите, распространённом в Индии, где этого снега не наблюдается даже самой лютой зимой, когда температура опускается по ночам до +18°, свидетельствует о том, что люди, на нём говорившие, этот снег когда-то видали, а одинаковость звучания этого слова с нашим позволяет сказать, что видели они его не на вершинах Гималаев, когда шли в Индию, а наблюдали его вместе с нами. Если бы слово это возникло уже в Индии, то снег в санскрите назывался бы манку или пани как называется он сейчас, соответственно, на телугу и тамильском или бы этого слова не было вообще, как нет его в таких дравидских языках, как тулу или каннада (не путать с Тулой и Канадой). Арийцы, кстати говоря, применили слово ғима и для увиденного ими в Индии цветка лотоса.
Важным показателем времени обособления отдельного языка от общего является также наличие или отсутствие в нём палатальных согласных. В ходе процесса, называемого на учёной фене палатизацией, заднеязычные согласные переходили в мягкие шипящие. Так, «к» переходила в «ч», «дж» переходило в «ж», а «х» в «ш». До этого перехода, например, глагол «чати», от которого происходят сегодняшние слова «початый», «начатый», «час» и «часть», и который в те времена означал «отрезать», звучал как [катей]. Потомком этого «катей» в английском языке является неправильный глагол to cut, который Джон Хокинс ошибочно считал элементом догерманского субстрата. В санскрите же этот глагол звучит как छदि [чати], то есть, точно также, как и в нашем. Это также свидетельствует о том, что санскрит отделился от нашего языка позже германских. Кроме того, окончание «-тей» в этом санскритском слове уже сменилось на «-ти», что лишний раз свидетельствует о позднем обособлении санскрита.
Ещё одним свидетельством позднего отделения санскрита от нашего некогда общего языка является числительное «четыре», звучащее на санскрите как चतुर् (чатур). Давным-давно, когда от нашего языка ещё не отделились ни германские, ни романские, ни армянский, ни греческий, это числительное звучало как кветвор. В германских языках начальное «кв» превратилось в f, в греческом в τ, в кельтских в p и лишь в санскрите, славянском и латышском начальный звук звучит как [ч].
Происхождение числительного «семь» связано с глаголом «(на)сыпать», который тогда звучал как съптей. И когда ёмкость была полна, говорили «съптън», то есть, насыпан. то есть, семь означало полную ёмкость. На санскрите семь так и звучит как सप्त (саптан), а в германских языках «п» по закону Гримма превратилось в «ф», вследствие чего получилось староанглийское «seofon». Однако, оказавшись между двумя гласными, «ф» превращалось то в «v» как в новоанглийском «seven», то в «b» как в немецком «sieben».
Ещё одним обоснованием позднего отделения санскрита от древнерусского языка является слово «ребёнок».
В санскрите существует слово रेभति (ребхати), обозначающее кричать и реветь. Правда, для того, чтобы реветь по-звериному, в санскрите существовала слово रव (рава), а для того, чтобы рыдать по-взрослому – слово रोदन (родана). Но именно от глагола ребхати происходило существительное रेभ (ребха), то есть, рёва, и причастие रेभण (ребхана), то есть, ревущий. Во всех же других языках, отколовшихся от нашего на более ранних этапах истории, ребёнок называется плодом чрева и происхождение слов, обозначающих ребёнка, тесно связано со влагалищем. Так, всем известно английское слово cunt. Происходит оно от древнегерманского kuntōn. От этой же самой п. ды происходит и древнегерманское слово kindą, от которого произошли все германские киндеры. Более того, от блее раннего варианта этого слова происходит и греческий γένεσις, и латинский gēns, как впрочем и латинское cunnus, означающёё всё тот же женский половой орган. И лишь в русском и санскрите ребёнок происходит от детского рёва.
Наряду со словом «ребёнок» для обозначения этого же понятия применяется сейчас также и слово «дети», имеющее в единственном числе редко сейчас употребляемую форму «дитя». Слово это происходит от дэхти общего предка с санскритским словом धयति (даяти), имевшим значение «сосать». От этого же предкового слова происходит и слово «доить».