karl lagerfeld бренд история
Карл Лагерфельд
Раскованность в стиле и революционность идей, несмолкающая слава модного дома Chanel, соединение люксовой одежды с брендами масс-маркета – это достижения легендарного Карла Лагерфельда. Он не обращал внимания на преклонный возраст и до 85 лет занимался делом всей жизни. О детстве и юности, начале карьеры и блестящих успехах, достижениях модельера и его влиянии на моду, а также интересных фактах – узнаем, какой была яркая жизнь законодателя мировой моды Карла Лагерфельда.
Список кратких сведений
Перечислим основную информацию:
Родители и ближайшие родственники
Родителями и близкими родственниками знаменитости были:
Детство и юность знаменитости
Мальчишкой Карл Лагерфельд проживал в родном городе Гамбург. В детстве он увлекался иностранными языками, поскольку был очарован умением отца свободно изъясняться на 12 языках. Юноша изучил 5 языков. Мать прививала будущему модельеру эстетическое восприятие.
С юного возраста вместо футболки он надевал рубашку, к которой самостоятельно повязывал галстук.
Образование и начало карьеры
В 14 лет Карл отбыл в Париж для поступления в лицей по пошиву одежды. Спустя 3 года учебы Лагерфельд представил на конкурсе эскиз оригинального пальто. Жюри, среди которых были именитые кутюрье Кристиан Диор и Пьер Бальман, высоко оценили старания юноши. За изобретение его наградили премией, а Бальман пригласил к сотрудничеству. Карл обучался искусству создания модной одежды под руководством мастера на протяжении 3 лет.
Карьерные вехи
Молодой дизайнер изобретал откровенные вещи, неведомые публике, поэтому она холодно воспринимала подобную раскованность в стиле. 1958 год ознаменовался для Карла началом управления Jean Patou. Спустя 5 лет модельер отправился в Рим: он заинтересовался доскональным изучением истории искусства, знания которой позволили бы ему создавать оригинальные коллекции.
Уникальность модельера состояла в умении находить решения для конкурирующих между собой модных домов. В середине 60-х он сотрудничал одновременно с:
В их коллекции дизайнер привносил свою изюминку. Так, в Chloe появились камзолы с уникальным кроем и одежда из полупрозрачных тканей. Стараниями Лагерфельда Fendi стал известным брендом среди мировых звезд: легкие меховые изделия предпочитали Джина Лоллобриджида, Грейс Джонс и Катрин Денев. В 1971 Карл работал на должности креативного директора Chanel. На то время модный дом утратил свои позиции среди конкурентов, но Лагерфельд спас его, наделив коллекции оригинальностью.
Дизайнер взялся за парфюмерию. В 1975-м вышел первый аромат с нежными цветочными нотками.
Начало 90-х ознаменовалось выходом новой коллекции Карла Лагерфельда и сотрудничеством с Клаудией Шиффер. С 1992 по 1997 гг. кутюрье возглавлял Chloe, пока должность не заняла Стелла МакКартни.
В 2000-х мир моды узнал о еще одном бренде – Lagerfeld Gallery. До 2010-х легендарный кутюрье изобретал концертные наряды для Кайли Миноуг и Мадонны. Карлу было за 60, но его отличала удивительная энергичность: он основал еще один собственный бренд – K by Karl Lagerfeld. Вклад в развитие мирового искусства и культуры не остался незамеченным. В 2010 году дизайнера наградили Орденом Почетного легиона.
В 2015-м Лагерфельд выпустил собственную короткометражку о Коко Шанель. Мир увидел новую коллекцию кутюрье. Карл пошел дальше: он запустил выпуск обручальных колец вместе с Frederick Goldman.
Нестандартное мышление и оригинальный подход, присущие Лагерфельду, проявились в его коллаборациях с:
Продажа бренда
Она состоялась в 2005 году, когда «Karl Lagerfeld» перешел в собственность Томми Хилфигера. Кроме модного дома, Карл продал Lagerfeld Gallery. Марка включала:
Все вещи принадлежали Карлу Лагерфельду.
О влиянии на моду
Среди оригинальных модных идей Лагерфельда отметим:
Коллекции
Перечислим самые известные:
Кто есть кто: Карл Лагерфельд
Карл Лагерфельд родился 10 сентября 1933 года в Гамбурге, Германия. Семья Карла не была бедной: его отец владел компанией по производству и импорту сгущенного молока, а дедушка по материнской линии был местным политиком. Интересно, что сам Карл Лагерфельд утверждал, что никто не знал ни его настоящей даты рождения, ни его возраста. В интервью французскому телевидению в феврале 2009 года он сказал, что «не родился ни в 1933, ни в 1938 году».
В детстве Карл интересовался изобразительным искусством. Его одноклассники рассказывали, что он постоянно что-то рисовал во время уроков. Карла вдохновляли французские художники — он даже говорил, что ходил в школу только ради изучения французского. Свои юные годы Карл проучился в гимназии Бисмарка. В 1953 году он переехал с матерью в Париж и продолжил обучение в лицее Монтень при Синдикате высокой моды.
В 1955 году Лагерфельд делает свои первые шаги к великому будущему: он получает премию за дизайн пальто. «Я увидел на улице огромные рыжие афиши: «Отправьте нам эскизы пальто, платьев или костюмов из шерсти». Я отправил и забыл. Через шесть месяцев получаю телеграмму: «Приходите на площадь Мадлен, вы выиграли первую премию в категории «Пальто из шерсти». Я пошел. Там был один молодой парень. Очень худой. Очень модный. Очень веселый. Да-да, веселый, это же были его юные годы. Это был Ив Сен-Лоран. Мы стали очень хорошими друзьями. Эта премия не просто изменила мою жизнь, это событие сформировало ее».
Карл Лагерфельд, 1960-е
Карл становится все ближе к успеху. Пьер Бальмен предлагает ему стать своим ассистентом. Карл соглашается и набирает популярность среди дизайнеров. В конце 1950-х Лагерфельд продолжает развиваться как модельер и через некоторое время становится креативным директором у Жана Пату. Его первая коллекция называлась K-line. Она отличалась простым передом, вытачками на спине и завышенной талией. В 1967-м Карл берет на себя обязанности креативного директора итальянского Fendi, где модернизирует меховую и кожаную линейку бренда. В это же время он эпизодически работает с Chloé.
В студии Chloé в Париже
Chanel
В 1978 году Карл выпускает свой первый фирменный одеколон Lagerfeld для мужчин. В 1980-е Лагерфельд становится художественным директором Chanel. Он гениально обращался с наследием бренда. Одним словом, Лагерфельд вернул ему жизнь, так как после смерти Коко у Chanel настали не лучшие времена. Используя кодовые элементы — твид, букле, жемчуг, позолоченные пуговицы, двухцветную обувь, пересекающиеся буквы C — он создавал для нового поколения покупателей настоящие объекты желания. «С традициями нужно обращаться бережно, иначе они могут вас погубить. Уважение не имеет ничего общего с креативом. Моей задачей было дать Chanel новый импульс», — говорил он в интервью американскому Vogue. Тот факт, что бренд превратился в мультимиллиардную модную империю, во многом его заслуга.
Его коллекции для Chanel наглядно иллюстрировали уверенность дизайнера в том, что мода не может существовать в собственном мыльном пузыре. «Мода — это попытка визуализировать невидимые глазу аспекты реальности», — писал он в сопроводительном буклете к выставке Chanel в Метрополитен-музее 2005 года. С самых первых показов Chanel Лагерфельд демонстрировал свое проницательное понимание важности образов и хайпа. Его коллекции получили статус культовых: он выпускал моделей на подиум с брендированными хоккейными клюшками, досками для серфинга и магазинными тележками. «Сила Лагерфельда в том, что он одинаково хорошо создает контекст и модную одежду», — писала в 1979 году его подруга и бывший главный редактор французского Vogue Джоан Джулиет Бак.
Карл Лагерфельд, 1972
Наконец, в 1984 году дизайнер запустил свою собственную линию одежды Karl Lagerfeld, которую в 2005 году продал Томми Хилфигеру, сохранив за собой пост креативного директора. Не отягощенный бременем управления именной маркой, Лагерфельд использовал ее в качестве поля для выплескивания своего неуемного потенциала.
С Инес де ля Фрессанж в Париже, 1987
Карл Лагерфельд и Анна Винтур на премии CFDA, 1993
Творчество
Карл владел парижским книжным магазином 7L, руководил издательством и работал fashion-фотографом. Он безумно интересовался культурой и искусством — от мебели эпохи Людовика XV до музыки. У Карла была внушительная художественная коллекция, а также коллекция домов. Поговаривают, что у него еще было более 100 плееров iPod. В 2004-м его коллекция для H&M стала международной сенсацией и была продана за пару дней. Осенью 2008 года он выпустил серию ароматов унисекс под названием Kapsule. Они были весьма успешны. Лагерфельд не только являлся лицом кампаний, но и сам же их снимал. Так, одним из ярких его творений стала летняя рекламная кампания Coca-Cola Light 2010 года.
Лагерфельд всегда чувствовал повестку дня, это был его талант. «Дизайнер должен быть похожим на здание со множеством ТВ-антенн: улавливать все, что происходит вокруг, записывать это, а затем стирать». Он был заядлым книголюбом и каждое утро читал новости и статьи, а затем интерпретировал накопленный багаж информации в своих коллекциях. В его личной библиотеке, состоящей в основном из книг об искусстве и фотографии, насчитывалось более 300 тысяч экземпляров. Также он написал книгу The Karl Lagerfeld Diet, которая стала мировым бестселлером.
Показ Chanel весна-лето 2009 в Париже
Показ Chanel осень-зима 2012
© Pascal Le Segretain
Отдельного внимания заслуживают его музы: Инес де ля Фрессанж, Анна Пьяджи и Аманда Харлек, а позднее — Кира Найтли, Рианна, Кристен Стюарт, Лили-Роуз Депп. Пристрастия Лагерфельда могли меняться, да и разброс типажей кажется уж слишком широким, но каждая из этих женщин обладает внутренней силой и самобытной красотой. По словам Лагерфельда, женщины — краеугольный камень его творчества. «Без муз процесс создания был бы абстрактным и безжизненным, — говорил дизайнер в 2014 году. — Они помогают наполнять вещи экспрессией и формой».
Показ Chanel весна-лето 2015
Лагерфельд дал дорогу целой плеяде дизайнеров вроде Тома Форда, Николя Жескьера и Марка Джейкобса, которые впоследствии встали у руля крупных модных Домов. Даже в последние годы работоспособность Лагерфельда вызывала зависть, в том числе и у его юных коллег. Ежегодно из-под его пера выходило не меньше дюжины коллекций.
Анна Винтур как-то сказала, что успех Лагерфельда был неизбежен. «Конечно, Карл, будучи столь неординарным персонажем и обладая недюжинным талантом, не мог остаться незамеченным», — говорила она в интервью The New Yorker в 2007 году. Возможно, наследие Лагерфельда не столько в вещах, им созданных, сколько в направлении, которое он задал в моде. И конечно, в его бесконечном энтузиазме, с которым он брался за любую работу.
Когда начали поговаривать об уходе Карла на пенсию, он откровенно заявил, что уйдет из Chanel только вперед ногами. «Почему я должен уходить на пенсию? Если я перестану работать, я перестану жить, сразу умру, так что вообще все будет кончено». Именно из-за этого высказывания многие занервничали, когда Карл традиционно не вышел после показа — это случилось на кутюрном шоу Chanel весна-лето 2019 в январе 2019 года. Вместо него показалась его правая рука Виржини Виар. А в феврале великий дизайнер ушел из жизни.
Chanel сruise 2018/2019
© Bertrand Rindoff Petroff
20 июня 2019 года состоялось памятное 90-минутное мероприятие Karl For Ever, на котором присутствовало две с половиной тысячи гостей. Там была проведена ретроспектива карьеры Лагерфельда, посвященная его работе в Chloé, Fendi и Chanel. Через месяц модный Дом Карла Лагерфельда объявил о развитии The White Shirt Project (Проект белой рубашки) как дань памяти дизайнеру. Сам Карл однажды сказал: «Если вы спросите меня, что я больше всего хотел бы изобрести в моде, я бы сказал: белую рубашку. Для меня белая рубашка — основа всего. Все остальное приходит после».
Фильмы о Карле Лагерфельде
1. «Секреты Лагерфельда», 2007
2. «Лагерфельд», 2008
3. «Карл Лагерфельд: Un Roi seul», 2008
4. Karl Lagerfeld se dessine, 2013
5. «Карл Лагерфельд. Быть и казаться», 2016
6. 7 days out, сериал Netflix
Книги о Карле Лагерфельде
1. «Диета Карла Лагерфельда», Жан-Клод Удре
2. «Шупетт: личная жизнь модной кошки высокого полета», Патрик Морье, Жан-Кристоф Напия
3. «Красивое падение: мода, гений и блистательные излишества в Париже 1970-х», Алисия Дрейк
4. «Мир глазами Карла», Карл Лагерфельд (автобиография)
5. Kaiser Karl, Albin Michel
Книги, автором которых является Лагерфельд
1. «Веера: от XVIII до начала XX века», 1998
2. «Диета», 2004
3. «Портрет Дориана Грея», 2004
4. Иллюстрации для книги Жюстин Пикарди «Coco Chanel. Легенда и жизнь», 2011
5. «Маленький черный жакет», 2012
6. «Карл Лагерфельд. Мудрость жизни. Философия стиля», 2013
7. Fendi by Karl Lagerfeld, 2015
Немецкий бунтарь Лагерфельд презирал русских мужчин и любил кошек. А женщины обожали его вещи
19 февраля 2019 года закончился огромный период истории моды XX-XXI веков: умер Карл Лагерфельд, дизайнер, фотограф и художник, 36 лет возглавлявший один из самых известных модных домов мира — Chanel. В отличие от своих столь же легендарных коллег, например, Юбера де Живанши, он не ушел на пенсию (хотя мог бы) и до самой смерти в 85-летнем возрасте продолжал активно работать.
«Красота требует денег»
Лагерфельду повезло: как и уже упомянутый Живанши, он появился на свет в семье, принадлежавшей к привилегированному классу: его отец был бизнесменом. Молодой человек имел возможность выбирать то образование, которое ему хотелось: у родителей были деньги его оплатить, во-первых, и старшие дети, на которых можно было реализовать буржуазные амбиции, во-вторых. Благосостояние семейства не смогла фатально подорвать даже Вторая мировая: когда Гамбург, где Лагерфельды жили в войну, почти снесли с лица земли бомбардировки союзников, они просто переехали в свой загородный дом в городке Бад-Брамштедте.
В начале 1950-х Карл, уже выбравший моду своей профессией, отправился покорять Париж. Разумеется, такой выбор не был пределом родительских мечтаний, но они его приняли. Одна из самых популярных цитат модельера гласит: «Ты должен заниматься тем, что делает тебя счастливым. Забудь о деньгах или других ловушках, которые принято считать успехом. Если ты счастлив, работая в деревенском магазине, работай. У тебя всего одна жизнь». При этом нельзя сказать, что Карл хотя бы в молодости недооценивал силу звонкой монеты: он говорил, что «красота не требует жертв — красота требует денег», и понимал, что за красивые платья женщины будут платить столько, сколько он запросит.
Карьера молодого немца развивалась бурно. Он учился в престижной L’ecole de la chambre syndicale de la couture parisienne (школе при Синдикате высокой моды), где познакомился с однокашником, другой будущей звездой европейской моды второй половины ХХ века — Ивом Сен-Лораном. Там началось то, что журналисты называли их «непримиримым соперничеством». Лагерфельд делал учебные коллекции, через год после начала курса выиграл свой первый конкурс, в 1955 году получил премию Международного секретариата шерсти (International Wool Secretary, IWS) за дизайн шерстяного пальто. Ту же премию, только в номинации «Платья», получил и Сен-Лоран.
Лагерфельда заметили. Пьер Бальман, один из мэтров-модельеров старшего поколения, пригласил его к себе работать ассистентом. Своеобразная «стажировка» в этом оплоте старого французского стиля длилась до 1962 года. После нее Лагерфельд перешел в другой дом с традициями — Jean Patou; его основатель, Жан Пату, умер еще до войны, и его детище тоже постепенно умирало. Карлу не удалось его как-то кардинально реформировать, и в 1964 году дизайнер перешел в Chloé, куда его пригласила основательница марки Габи Агьен. Но и этой нагрузки феноменально трудолюбивому немцу было мало: параллельно он нанялся в итальянскую марку Fendi, креативным директором которой оставался до самой смерти — с 1974 года параллельно со своими именными марками для мужчин и женщин, а с 1983 года — еще и с руководством домом Chanel.
«Я не праздную прошлое»
Объем работы, который модельер проворачивал ежедневно, сложно себе представить, но он делал это и в 50, и в 60, и в 70, и даже в 80 лет. Если проанализировать творческий путь Лагерфельда, становится очевидно, что больше всего на свете он любил даже не моду как таковую: больше всего он любил работать. Создавать одежду (до 14 коллекций в год), читать и учиться, фотографировать (фотографом он стал уже, кстати, на склоне лет — и его снимки демонстрировали в парижской Пинакотеке), рисовать эскизы коллекций и карикатуры на скандально знаменитых личностей, придумывать сценарии дефиле, маскарадов и праздников: они не только развлекали его друзей и клиентов, но и способствовали известности самого Лагерфельда.
Лагерфельд на примерке, 1964 год
Фото: Gerard Decaux / REX / Shutterstock
Но главное — он постоянно, как ни скучно это звучит, работал над собой: не только над своими профессиональными навыками и кругозором (он читал на четырех языках — родном немецком, английском, французском и итальянском, был библиофилом и коллекционером книг), но и над собственным имиджем. На фото Карла 1960-х годов запечатлен милый молодой человек с полными губами, крупным носом и копной черных волос, в белой рубашке и при галстуке: мил, но ничего особенного. В 1970-е он надевает черные очки, что-то, судя по всему, делает с носом, отпускает пиратскую бороду, завязывает волосы в хвост и вообще постепенно приобретает демонические черты. С начала 1980-х мэтр — черные пиджаки, белые сорочки, солнцезащитные очки практически круглые сутки, автомобильные перчатки, веера, массивные украшения Chrome Hearts на шее и запястьях и, конечно, затянутые в хвост белые волосы — превращается буквально в логотип самого себя. О нем знают даже те, кто ничего не знает о моде.
Еще при жизни Лагерфельда его называли человеком-машиной и человеком-брендом. И если трудолюбие, доходящее до трудоголизма, можно считать национальной немецкой чертой, то международная известность делала его космополитом — впрочем, и его мироощущение в целом было космополитическим. Он не цеплялся ни за национальные корни, ни за собственные: «Я терпеть не могу дни рождения, — заявлял Карл Лагерфельд. — Я не праздную прошлое. Мне больше нравится настоящее и будущее».
При этом он, как и многие люди из модной индустрии, поклонялся молодости и всем ее приметам: свежести, упругости кожи, худобе. Он считал, что природные недостатки нужно исправлять («Никому не нужны эти ваши «натуральные» женщины!» — ругался он в ответ на проповеди сторонников бодипозитива) и уж во всяком случае не усугублять: так, Лагерфельд, несмотря на всю свою нарочитую порой экстравагантность, терпеть не мог татуировки, считал их «ужасными» и допустимыми только для «молодых и худых».
«Тело должно быть совершенным, — проповедовал модельер, наплевав на всю политкорректность XXI века. — А если оно несовершенно — сядьте на диету». Он знал, о чем говорил: ему удалось похудеть на 40 килограммов, и о том, как этого добиться, модельер рассказал в своей книге «Диета Карла Лагерфельда» (важным пунктом диеты дизайнера всегда была газировка Diet Coke и максимально узкие костюмы и джинсы: такая одежда его дисциплинировала). С таким же очаровательным презрением он относился к нападкам «зеленых»: пока один бренд за другим заявляли об отказе от меха, он придумал для Fendi коллекцию haute fur с центральной вещью — соболиной шубой за миллион долларов.
«Лучше раздвоение личности, чем ее отсутствие»
Вряд ли какой-то другой модельер ХХ века может сравниться с Лагерфельдом в нонконформизме. Он делал, что хотел, и говорил, что думал. Двоемыслие для него было равносильно утрате личности, а это было для дизайнера самым ужасным из возможных несчастий: лучше раздвоение личности, чем ее отсутствие, считал он. Лагерфельд не любил разговоров о своей личной жизни: даже самые пронырливые таблоиды знали лишь об одном его партнере — Жаке де Башере. За его благосклонность с Лагерфельдом сражался (и, как утверждают, преуспел) его противник на модной арене, Ив Сен-Лоран.
Скромный король деталей: каким человеком был Карл Лагерфельд на самом деле
Очень скромный юноша
У Жана Пату Карл Лагерфельд стал креативным директором, но его честолюбивые стремления еще не удовлетворены. Тем более что ему до смерти скучно. Тогда, чтобы развлечься, он с пользой
для себя тратит свободное между двумя ежегодными коллекциями время на развлечения, танцы и заботу о своем теле. Еще до наступления эры бодибилдинга и, главное, раньше всех остальных он начинает укреплять мускулатуру.
В 1962 году Ив Сен-Лоран представил первую коллекцию собственного Модного дома, основанного с помощью того, кто станет его самой верной опорой за кулисами, своего компаньона Пьера Берже. То, что Ив продолжает свое восхождение к высотам французской моды, видимо, по-прежнему не волнует его друга. Карл, очевидно, мечтает о другом.
Резкий разворот, намечающийся в индустрии моды, вероятно, послужит средством для того, чтобы подчеркнуть собственную индивидуальность. У высокой моды земля уходит из-под ног. «Сегмент прет-а-порте, который когда-то называли конфекцией, берет свое начало в 50-х годах. Сначала это было всего лишь отражение коллекций от-кутюр, которое представляли каждые полгода. Постепенно Дома прет-а-порте осознали, что они должны развиваться, и обратились к модельерам, чтобы создать что-то иное», — объясняет журналистка Клод Бруэ. Карл улавливает экономический смысл прет-а-порте, которое выигрывает от своей самостоятельности, и возможность изменить историю моды, когда в голову ему приходит одна идея: Карл во что бы то ни стало хотел работать в Доме Chloé, потому что «он знал, что это ведущий Дом роскошного прет-а- порте», — добавляет она.
Два совладельца, управляющие Chloé, Габи Агьен и Клод Ленуар, принимают Лагерфельда. Им не нравится, что модельеры из команды, обученной Жераром Пипаром для Дома Nina Ricci, работают и для других марок. «Я работал с Chloé, а также на стороне, со многими другими, что ужасно раздражало Ленуара. И он намеревался расстаться со мной, — рассказывает Тан Гудичелли. — Он хотел, чтобы его сотрудники работали исключительно на него». Карл убеждает обоих совладельцев Chloé в том, что он идеально подходит для них. В 1964 году они заключают соглашение. Портниха Анита Брие вспоминает о своей первой встрече с молодым тридцатилетним мужчиной: «Он был очень хорош, это был красивый мужчина. И потом, главное, что Карл невероятно приветлив, прост и любезен со всеми. Карл умеет расположить к себе людей».
Молодой человек фонтанирует идеями, которые дорабатывает у себя дома, прежде чем представить сотни эскизов побежденной начальнице. Между ними завязывается плодотворный художественный диалог. Карл работает скрупулезно, страстно. Он трудится без устали, больше, чем другие. Его многочисленные рисунки, которые он раскладывает на столе в мастерской, завораживают все ателье. Когда он дает разъяснения по поводу своих творений, нужно хорошенько сосредоточиться. Анита Брие вспоминает: «Нужно было приспособиться. Случалось, я иногда, оглядываясь на сотрудников ателье, говорила: «Черт, я не очень хорошо поняла, что он сказал, так быстро он говорил». Но, рассматривая его эскизы, ты непременно понимала. Это король деталей. Это не просто пара штрихов карандашом, основа, плечи и потом рукава. Он сделает вырез на груди, при необходимости вытачки, наконец все становится ясно, но это поистине удивительно». Иногда заготовка, сделанная руками портних на деревянной болванке, не соответствует рисунку. Тогда Карл, который всегда внимателен, находит решение за несколько секунд.
В какой-то день 1965 года Виктуар Дутрело, которая теперь тоже создает одежду, просит Карла зайти к ней на авеню Фош и помочь закончить ее первую коллекцию. Два заговорщика снова с удовольствием спорят, на этот раз о своей карьере. Карл работает модельером в Chloé, но его имя нигде не фигурирует, во всяком случае, на одежде. Виктуар удивляется подобной скромности. Она подбадривает друга: «Напиши «Карл для Chloé«!».
Лагерфельд, как и все остальные, никогда не подписывал свои коллекции не потому, что ему недоставало честолюбия, а потому, что просто так было заведено. «После ухода Жерара Пипара коллекции Chloé рисовали четверо или пятеро человек. Нам никогда не говорили, кто придумал ту или иную модель», — уточняет Клод Бруэ. Карл не возражает против подобной анонимности, которая защищает его под сенью марки и не ограничивает только одним стилем. Никому не принадлежать. Быть то здесь, то там, быть свободным, чтобы успевать везде. Двигаться вперед, не снимая маски, еще чуть-чуть.
Дух эпохи
В Доме CHLOÉ, создавая коллекцию за коллекцией, Карл обновляет образ марки, вдыхая в нее то, что отвечает требованиям от-кутюр. Как говорит Клод Бруэ, «он не изменил кардинальным образом силуэт одежды, но значительно облегчил его. Громоздкая подкладка, все эти приемы, пришедшие от прежних портных, он их упразднил. Он создавал очень строгий покрой, отстрачивая по краю как одежду из фланели и кашемира, так и манто, жакеты, изделия из крепдешина и вечерние платья. Женщинам в них было очень удобно».
Продажи в Chloé взлетают ввысь. «Габи Агьон безумно повезло, что она встретила Карла Лагерфельда. Он оживил ее Дом. Он привнес в него штрих оригинальности, женственности, шарма, которого Дом был лишен прежде. Он был ее благодетелем, ее добрым гением, — уверяет Жани Саме. Один из его будущих ассистентов, Эрве Леже, рассказывает, что он работал с утра до ночи, уходил последним и приходил первым. Он наблюдал за другими модельерами, полностью овладевая их стилем. Скоро «Габи Агьон начинает отдавать себе отчет в том, что Карл уникален и что другим здесь делать нечего», — заключает Эрве Леже. Один за другим эти другие уйдут.
Не влияние ли это Виктуар? Отныне, в эпоху, когда молодые дизайнеры, такие как Соня Рикель, Эммануэль Хан или Доротея Бис, открывают под своим именем собственные Дома прет-а-порте, Лагерфельд подписывает свои творения для Дома Габи Агьон. «Желанием Карла было остаться в Chloé. И так оно и случилось! Благодаря своему таланту и уму он опередил других модельеров и остался на дорожке один», — поясняет Клод Бруэ. В конце 60-х и начале 70-х годов Модный дом, меняя коллекции, задающие ритм модным сезонам, под руководством Лагерфельда приобретает больше свободы. «Обуженные жакеты и блузки в цветочек, все это в стиле ретро, но киношного ретро: кино в ту эпоху играло очень большую роль, и он ужасно много почерпнул из него. Он рисовал свободную, романтическую и в то же время ранимую женщину», — подводит итог Венсан Дарре. Карл часто наведывается во французскую синематеку, устраивающую показы фильмов золотого века немого кино. Он насыщается образами. Работает с материалами и цветами, контрастными тонами крашеного шелка. «Карл очень необычно и оригинально использовал графику, — анализирует Патрик Уркад. — Он черпал вдохновение в самых разно- образных источниках, начиная с журналов, не говоря уже о предметах, вазах, украшениях. Он без конца вырезал, перерисовывал, переклеивал. Именно так он создаст свои прославленные модели из набивной ткани, которые приобретут большую известность. Рубашки, прозрачные блузки, шейные платки, платья, пальто, жакеты, брюки [. ] Культура всегда была права».
Модные показы Дома Chloé сочетают в себе цвет и движение. Не за горами белые «Роллс-Ройсы», шампанское и завтраки в «Максиме». Видения художника воплощаются в жизнь. Карл Лагерфельд, обязанный хранить верность Дому Chloé, отныне занимает видное место, вызывающее много разговоров. Благодаря своему новому статусу, таланту и ловкости он выторговал себе свободу. Одновременно он стал фрилансером и успешно заключил множество контрактов с другими Домами.
«Я не был ни патроном, ни сотрудником, я не принадлежал никому», — подводит он черту. В каждой новой коллекции кутюрье представляет квинтэссенцию Дома, для которого работает. «Для каждого бренда он сумел создать свойственную ему идентичность благодаря своей культуре и живому уму», — замечает Венсан Дарре. Среди Домов, на которые он работает, — прославленный итальянский бренд меха Fendi, который он осовременивает. На краешке стола он рисует две соединенные буквы F, одна из которых перевернута, обозначая Fun Fur, мех для удовольствия. Рисунок становится логотипом торговой марки. Так начинается сотрудничество, которое станет одним из самых продолжительных в истории моды. Карл Лагерфельд обращается с мехом как с тканью, с бесконечной гибкостью, облегчая формы манто. Во время своих поездок к югу от Альп он останавливается в квартире, которую сестры Фенди предоставляют в его распоряжение в Риме. Когда он приезжает, все готово. Он смотрит, дает советы, уезжает. Теперь он носится из одного офиса в другой, меняя самолеты, стили, мате- риалы, своих собеседников. Как вихрь. «От Fendi, где он обновляет меха, он переходит к Chloé, где создают очень женственные, романтичные наряды с массой кружев. » — подчеркивает Эрве Леже. Начавшийся процесс неостановим.
Есть некое исступление в том, как успешно он завершает свои все более и более многочисленные проекты, вызывающие широкое одобрение; он наслаждается рисунками, выполненными как будто тайком от всех, как бывало с первых лет его пребывания в Биссенморе. Можно подумать, что вместо него действует двойник. Просто Карл работает быстро и хорошо.
Рождение легенды
Тогда, на исходе 60-х, то есть через пятнадцать лет после его приезда в Париж, пресса наконец начинает правильно писать имя Карла Лагерфельда. Ему посвящают репортажи, его преследуют на улице, ему задают вопросы. Журналисты хотят знать, кто этот фонтанирующий идеями немец, расчищающий себе место во Франции. Словом, они заинтригованы.
Май 1968 года. В километре от баррикад Карл спокойно, скрестив руки на груди, принимает в своей парижской квартире группу знаменитого женского тележурнала Dim Dam Dom. В этот революционный месяц создателей передачи интересует мужское нижнее белье. Карл — в белой водолазке, в костюме кремового цвета, с длинными прядями черных волос, зачесанных на косой пробор. Он возлежит на двух белых креслах, стоящих лицом друг к другу, скрестив ноги в бежевых ботинках. Мягкий взгляд черных глаз. Он уверенно разъясняет свою точку зрения на злободневный вопрос, отвечая на него как профес- сионал в области моды. Все зависит от отношения. «Для меня нижнее белье — это просто одежда. И я нахожу, что словечко нижнее почти уничижительно. Поскольку я считаю, что в нижнем белье мы должны чувствовать себя так же комфортно, как в любой другой одежде».
Вам необходимо мнение специалиста о качестве работы? Позовите Карла. В тридцать пять лет «полиглот и человек без родины» рисует для двух десятков торговых марок «около двух тысяч моделей одежды и аксессуаров в год». Этот единственный в мире случай, безусловно, заслуживает репортажа в телевизионных новостях, выходящих в 13.00. В апреле 1970 года — новое интервью, по-прежнему у него дома, на этот раз в его кабинете. Персонаж, стоящий перед камерами, начинает вырисовываться четче. Волосы отросли, цвет одежды потемнел, а глаза скрываются за большими темными очками, когда он объясняет свои идеи, демонстрируя их на манекене. Взгляд за стеклами очков еще различим, и от лица по-прежнему веет мягкостью.
Оно контрастирует с голосом, который всегда звучит уверенно. «Я делаю коллекцию дорогих платьев, коллекцию дешевых платьев, пуловеров, купальников, но я никогда не делаю одно и то же дважды, даже в другой стране». Чуть позже дизайнера приглашает даже Ив Мурузи, самый популярный журналист того времени, который в январе 1972 года принимает его на съемочной площадке. Карл Лагерфельд поддается игре: нужно переодеть певицу Дани в роковую женщину. Широкая публика завоевана. В это время пресса также обращает внимание на этого скромного и многоликого молодого человека: «Карл Лагерфельд [. ] оказывает влияние как на моду, так и на бренды. Популярная мода, кич, брюки-галифе, платья с кринолинами, он все предвидел, все приду- мал». Его работоспособность возбуждает любопытство: «Во Франции он рисует коллекцию роскошного прет-а-порте Chloé (в своей лаборатории), трикотажные модели Timwear, одежду из искусственного меха Momsier Z, перчатки Nevret. В Италии — обувь Mario Valentino, купальники, шляпы, сумки, ювелирные изделия, ткани. В Германии и в Англии — пуловеры». В то время как весь мир приходит в восторг, Карл продолжает прокладывать себе путь.
Он никогда не опаздывает на встречи. В перерывах между двумя коллекциями, двумя интервью модельер оттачивает свой обретающий форму образ и продолжает демонстрировать его среди обшитых деревом стен своего любимого кафе, излюбленного места встреч артистической и литературной интеллигенции. Отныне в «Кафе де Флор» всем известно, кто он такой. Один лишь Кори Грант Типпин, молодой американец, недавно приехавший в Париж, чтобы избежать отправки на войну во Вьетнаме, не знает, чем он зарабатывает на жизнь. Но каждое его появление поздним утром совершенно завораживает: «За свою жизнь в Нью-Йорке я видел много экстравагантных людей, но такого я не видывал никогда. Карл всегда носил кучу колец, драгоценностей, аксессуаров. Он был невероятным, откровенно смущающим». Нужно сказать, что тогда, в начале семидесятых, парижский район Сен-Жермен-де-Пре обуржуазился, его колонизировали блейзеры и водолазки. В отличие от всех остальных, графический образ Карла, отработанный с крайней тщательностью, одновременно мягкий по своей тональности, строгий по сочетаниям и современный в своей интерпретации популярной моды, воспринимался как сенсация. Шарф из шелкового крепа, который он носит поверх нескольких рубашек из одинаковой материи, с цветной набивкой, огромная пряжка на ремне джинсов — это новое веяние, выбивающееся из общепринятых тенденций моды. Перенеся на свой личный гардероб принцип женских моделей, которые он создает в Доме Chloé, Лагерфельд продолжает оттачивать свой облик. Он хочет выйти за рамки образа загадочного немца, который в конце пятидесятых годов разъезжал по Парижу на кабриолете. Он уже не просто скрупулезный исследователь парижского общества, а один из его незаурядных представителей. Возможно, он заказывает кока-колу, свой любимый напиток, вновь погружается в чтение и время от времени поглядывает на часы, которые носит поверх рубашки. Он никого не ждет.