вся история дадзай осаму
Один из самых известных японских писателей начала XX века.
Дадзай Осаму родился в городке Канаги (префектура Аомори) в богатой аристократической семье. В 1923 году 14-летним подростком Дадзай поступил в префектуральную среднюю школу, затем, в 1927 году, уехал в Хиросаки и поступил на филологическое отделение лицея, который закончил в марте 1930 года, после чего едет в Токио, где поступает в университет Тэйкоку на факультет французской литературы (по его собственному признанию, вовсе не из любви к французской литературе, а только потому, что на этот факультет принимали без экзаменов).
Литературную деятельность начал в 1933 году и литературная общественность заговорила о рождении нового оригинального таланта.
В марте 1935 года Дадзай предпринимает попытку (повторную) покончить с собой, которая снова закончилась неудачей. Затем с сильным приступом аппендицита попал в больницу. После операции у него начался перитонит, мучили сильные боли. Ему постоянно кололи наркотики, и, выйдя из больницы, Дадзай уже не мог без них обходиться.
В октябре 1936 года, по настоянию своего друга, лег в психиатрическую больницу. Проведя там около месяца, он вылечился от наркомании, но впал в состояние глубочайшей депрессии.
Тело было найдено только 19 июня, а 18 июля прах был захоронен возле храма Дзэнриндзи, рядом с могилой Мори Огая, одного из любимейших писателей Дадзая.
Произведения: «Воспоминания» (1933); «Цветы шутовства» (1935); «На закате дней» (1936); «Знаменосец XX века» (1937); «Ученица» (1939); «Беги, Мелос!» (1940); «Дуэль женщин» (1940); «Припадаю к вашим стопам» (1940); «Новый Гамлет» (1941); «Справедливость и улыбка» (1942); «Цугару» (1944); «Сказки» (1945); «Шкатулка Пандоры» (1945); «Зимний фейерверк» (1946); «Жена Вийона» (1947); «Закатное солнце» (1947); «Вишни» (1948); «Исповедь «неполноценного» человека» (1948); «Прощай» (1948)
Осаму Дадзай
Биография
Японский прозаик Осаму Дадзай является одной из самых значительных литературных фигур XX века. Его произведения, отличающиеся глубоким психологизмом и рассуждениями о природе человека и общества, вобрали в себя передовые западные тенденции, пропущенные через призму традиционной восточной культуры. Самыми значительными работами писателя признаны повесть «Нингэн сиккаку», что в переводе означает «Исповедь неполноценного человека», и рассказ «Вишни», созданный незадолго до смерти в 1948 году.
Детство и юность
Осаму Дадзай, настоящее имя которого — Сюдзи Цусима, родился в Японии 19 июня 1909 года и был восьмым выжившим ребенком в семье, которая обитала в префектуре Аомори. Родители мальчика поначалу имели скромный достаток, но после того, как отец попал в верхнюю палату имперского парламента, они стали крупными землевладельцами и получили в собственность большой особняк.
Осаму Дадзай в молодости / Wikipedia
Из-за того, что глава семейства сутками пропадал на службе, а мать постоянно болела, детство Сюдзи прошло в обществе прислуги, которая воспитывала его под присмотром тети Кие. В 1916 году подростка отправили в начальную школу, а после смерти отца было решено, что он продолжит образование в префектуре, где была расположена Aomori High School.
В конце 1920-х годов Сюдзи редактировал серию студенческих публикаций для молодежной газеты и вместе с друзьями издавал журнал Saibō bungei. К тому времени юноша написал несколько рассказов, но после самоубийства почитаемого автора Рюноскэ Акутагавы забросил творчество, потеряв интерес.
После такого поворота событий юноша впал в депрессию и вместе с другой девушкой прыгнул в море, чтобы покончить с собой. К счастью, Сюдзи вытащили из пучины, и он пообещал родственникам продолжить обучение.
Книги
Началом писательской карьеры стали публикация ранних произведений, перевоплощение в Осаму Дадзая и лихорадочное сочинительство в течение нескольких лет. В результате рассказ «Поезд» был высоко оценен читателями и удостоен премии токийских газет.
Писатель Осаму Дадзай / Wikipedia
После выписки начался один из самых плодотворных периодов в творчестве Дадзая, в течение которого он написал автобиографические рассказы «Завершение срока обета», «Знаменосец XX века», «Восемь видов Токио» и эссе «Human Lost». Главные темы были тесно связаны с событиями в личной жизни и назывались «предательство», «трусость», «грехи» и «бог».
В 1938 году мрачные настроения, присущие ранним произведениям, сменились состоянием душевного подъема, и Дадзай избавился от морализма и назидательности и стал творить спокойно и много.
В 1946 году, когда Япония подписала акт о безоговорочной капитуляции, Осаму поселился в Токио и начал получать литературные заказы. Но, несмотря на это, мужчина пребывал в состоянии апатии и лишь иногда был разговорчив, весел и остроумен.
В 1948 году Осаму завершил собственную библиографию проникновенной миниатюрой «Вишни» и автобиографическим произведением «Исповедь неполноценного человека», в предисловии к которому были внутренний портрет автора и сторонние описания фото в детстве, юности и взрослой жизни.
Личная жизнь
В 1930 году, после неудачной попытки самоубийства, Дадзай женился на гейше Ояма Хацуе и окончательно поссорился с семьей. Через 6 лет безоблачного существования супруга совершила акт прелюбодеяния, это стало известно Осаму, и он снова попытался покончить с собой. Правда, передозировка снотворным не принесла желаемого результата, и дело закончилось разводом, после которого писатель решился на повторный брак.
Новая жена Митико Исихара работала учительницей средней школы и, как никто другой, понимала, что нужно мужу. В 1941 году она подарила ему дочь Соноко, а потом начала думать о рождении других детей.
Осаму Дадзай и Томиэ Ямадзаки / Wikipedia
В 1944 году семья Дадзая пополнилась сыном Масаки, а через 36 месяцев на свет появилась вторая девочка, ставшая знаменитой японской писательницей и творившая под именем Юко и настоящей фамилией своего отца.
Впрочем, личное благополучие не уберегло Осаму от посторонних связей. У него были внебрачный ребенок Харуко и бурный роман с Томиэ Ямадзаки, которая после гибели мужа считалась почетной военной вдовой.
Смерть
Вскрытие тел, найденных через 6 дней после самоубийства, вероятно, не проводилось, но официальной причиной смерти знаменитого японского писателя посчитали утопление, вызвавшее гипоксию и асфиксию.
Последней литературной работой Дадзая стал оставленный в квартире рассказ «Прощай», который вместе с завещанием, письмом жене и детскими игрушками в день гибели обнаружили ближайшие друзья.
После похорон на территории храма в Митаке личность писателя не исчезла бесследно и была воплощена в персонаже манги Кафки Асагири и аниме-сериале «Великий из Бродячих псов». Персонаж, который является Близнецом по знаку зодиака, родился в день обнаружения трупа Осаму и характеризуется как человек, совершивший несколько десятков самоубийств.
Дазай Осаму: персонаж аниме, рост, факты
Великий из бродячих псов Дазай Осаму — один из главных персонажей манги, но определенно — самый загадочный. Он сотрудник детективного агентства, расследующий мистические преступления и смело смотрящий в глаза смерти. Суровый бандит или самодостаточный юноша с веселым нравом и незаурядными способностями? Какой он — Осаму Дазай?
Дазай Осаму аниме: характеристика героя
Главный протагонист аниме «Великий из Бродячих Псов» Дазай умен, смел и хорош собой. Дазай — симпатичный парень: у него темные вьющие волосы, большие карие глаза, стройное телосложение. Какой рост Дазай Осаму? Персонаж имеет рост 1,75 м.
Герой носит длинный бежевый плащ, жилет, белую рубашку и брюки песочного цвета. Шея и руки юноши (а возможно и все тело) покрыты бинтами.
За все время существования аниме создатели ни разу не затрагивали историю возникновения шрамов, скрывающихся под бинтами Дазая. А как вы думаете — откуда они появились на теле персонажа? Возможно, какую-то информацию содержат фанфики про Дазай Осаму?
Герой скрытен в целом: поступив в детективное агентство, парень вовсе отказывался говорить о своем предыдущем месте работы. И только потом зрителю открывается правда — в прошлом Осаму был мафиози и лично обучал главного врага детективного агентства — Акутагаву Рюноске.
В те времена он был совсем иным: жестким, злым, хладнокровным, безжалостно расправляющимся с врагами. Один из пяти руководителей Портовой мафии в столь юном возрасте удостоился стать «правой рукой» самого Огая Мори. Однако гибель близкого друга Оды Сакуноске кардинально изменила взгляды Осаму.
Конфликт между мафией и организацией «Мимик», подстроенный Огаем Мори, унес немало жизней членов преступной группировки. Среди погибших оказался и боец низшей категории Ода Сакуноске. Дазай Осаму, услышав последние наставления единственного близкого друга, покидает ряды мафиози.
Так герой появляется среди детективов агентства и успешно применяет все полученные ранее навыки, но теперь — во благо.
Фото: youtube.com/Эльф Идиот: UGC
Какие способности у персонажа Дазай Осаму?
Дазай — неполноценный человек. Это означает, что через физический контакт юноша может нейтрализировать способности противника.
Название способности «неполноценный человек» аналогично названию произведения одного из японских классиков Осаму Дадзая. С него же создатели аниме писали прототип героя.
Какими еще способностями может похвастаться персонаж Дазай Осаму?
Дазай Осаму: факты
Любимый герой аниме «Великий из Бродячих Псов»:
Реальный прототип персонажа — величайший прозаик ХХ Дадзай Осаму — совершил несколько попыток самоубийства.
Фото: youtube.com/TTI: UGC
Дазай Осаму: цитаты
Вот несколько цитат, которые Дазай Осаму говорил в аниме и которые запомнились поклонникам:
Люди и правда до безобразия глупы. Но что в этом плохого?
Не жалей себя. Начав барахтаться в жалости к самому себе, ты превратишь собственную жизнь в бесконечный кошмар.
Какие достоинства и недостатки героя Дазай Осаму?
Поговорим о преимуществах Осаму. Наш герой:
А есть ли недостатки? Мы обнаружили несколько:
А какие достоинства и недостатки персонажа вы считаете самыми сильными? Давайте обсудим в комментариях!
Узнавайте обо всем первыми
Подпишитесь и узнавайте о свежих новостях Казахстана, фото, видео и других эксклюзивах.
«Страх, что я один не такой, как все. Я не в силах общаться с себе подобными…»
Доброго времени суток, пикабушники. Сегодня я бы хотел рассказать вам о малоизвестном у нас писателе Осаму Дадзайе.
Осаму Дадзай( Настояще имя Сюдзи Цусима)- один из величайших писателей 20 века. Его творчество нельзя отнести к какому-либо определенному жанру. Многие называют его классиком «романа о себе» («ватакуси-сёсэцу»), другие говорят о его близости к романтизму, но при том, что и то и другое, несомненно, присутствует в его творчестве, прозу Осаму Дадзая трудно вместить в узкие рамки одного жанра.
«Белое полотнище моей души испещрено какими-то мелкими знаками. Мне и самому непросто разгадать, что там начертано. Словно десятки муравьев, вылезши из моря туши, с еле внятным шорохом ползали, кружились по этому белому полотну, и на нём отпечатались их смутные следы. И если бы я сумел разобрать эти темные письмена, если бы я сумел их прочесть и понять, я смог бы объяснить, в чём смысл моего „долга“. Только очень уж это трудно»
Он родился в 1909 году. Его отец был богатым и влиятельным человеком, а мать постоянно болела. Он и его братья с сестры воспитывались многочисленными нянками. В большом богатом доме Цусима строго соблюдались старые феодальные порядки. Дети воспитывались в соответствии с традиционными представлениями о семейной гордости и чести. «Я твердо усвоил, что лучше умереть, чем позволить оскорбить себя», — вспоминал Дадзай. Он был младшим сыном, с которым особенно никто не считался, поэтому с малых лет привык ощущать себя «лишним».
«Мой отец был человек занятой и почти не бывал дома. А если и бывал, то с детьми не общался. Я его боялся», — писал впоследствии Дадзай в автобиографической повести «Воспоминания» («Омоидэ»).
Дадзая удручала суровая и сумрачная атмосфера родного дома. Чувствуя себя одиноким, он все больше и больше замыкался в своем собственном мире, общество других людей пугало, казалось враждебным, но, старательно избегая его, он одновременно страдал от своего одиночества, от своей непохожести на других, ему страстно хотелось быть таким, как все, жить так, как живут все.
Именно детские годы определили формирование личности и творчества Дадзая Осаму. Недаром он постоянно обращался к ним в своих произведениях.
«Часто, еще с детства, люди называли меня счастливчиком, мне же, наоборот, казалось, что как раз их жизнь куда благополучнее, притом, что моя — просто адская» («Исповедь „неполноценного“ человека»)
В 1923 году скончался отец Дадзая. И он уехал учиться в среднюю школу. Уже в школьные годы у мальчика пробудился интерес к литературному творчеству. Свои первые произведения он печатал в школьных журналах, которые издавал вместе с группой соучеников.
Уже в школьные годы у мальчика пробудился интерес к литературному творчеству. Свои первые произведения он печатал в школьных журналах, которые издавал вместе с группой соучеников.
В 1929–1930 годах один за другим скончались два брата Дадзая: младший — Рэйдзи и старший — Кэйдзи, с которым он был особенно близок. Дадзай очень тяжело переживал эту утрату. Его тяжелое душевное состояние усугублялось еще и назревающим конфликтом с родными, недовольными тем, что Дадзай, всегда бывший первым учеником и «гордостью семьи», стал пренебрегать учебой, вел рассеянный образ жизни, подружился с какими-то сомнительными литераторами. Последней каплей в чаше семейного недовольства было известие о его связи с гейшей Бэнико.
Запутавшись в своих школьных делах, напуганный слухами об усиливающихся репрессиях против участников демократического движения, об арестах и обысках, доведенный до отчаяния упреками родственников, чувствуя себя кругом виноватым, Дадзай попытался отравиться, но, к счастью, его удалось спасти. В марте 1930 года, с грехом пополам закончив лицей, он уехал в Токио, где поступил в университет Тэйкоку на факультет французской литературы (по его собственному признанию, вовсе не из любви к французской литературе, а единственно потому, что на этот факультет принимали без экзаменов).
Переезд в Токио усилил в нем ощущение собственной неполноценности — ведь в столице на него, привыкшего к мысли о своей избранности, смотрели только как на провинциального богатея. Ему захотелось выдвинуться, он мечтал принести себя в жертву, жить ради других людей. Он вовлекался в разные общественные движения, но это не приносило ему удовлетворения. Он вообще не любил людей и был сосредоточен только на себе.
Постоянно страдая от собственной обособленности, Дадзай ощущал себя словно на сцене — отсюда идея шутовства, пронизывающая его творчество, особенно в ранний период.
«Все его действия — это сознательная игра, — пишет Окуно Такэо. — вся его жизнь — это драма, героем которой является идеальный человек, живущий ради других, драма, которую он сам же и написал». И далее: «Всю жизнь Дадзая можно считать историей того, как он старался полюбить других людей».
Вскоре после переезда в Токио Дадзай встретился с писателем Ибусэ Масудзи, которого считал своим учителем и перед творчеством которого преклонялся. Эта встреча положила начало дружбе, продолжавшейся до самой смерти Дадзая.
Круг чтения Дадзая Осаму в те годы был чрезвычайно велик. Он прекрасно ориентировался в з
ападноевропейской классике, в его письмах мелькают имена писателей самых разных эпох, от Данте до Кокто. Интересовался он и русской литературой. Читал Пушкина, Гоголя, Достоевского, Толстого. Особенно любил Чехова и постоянно возвращался к нему в разные периоды своей жизни.
Глубоко восприняв западную литературу, Дадзай через нее словно заново открыл для себя японскую литературу.
Причиной новой попытки самоубийства был не только разрыв с семьей из-за Хацуё (в начале 1931 года Дадзай все-таки вступил с ней в брак), разрыв, который он переживал чрезвычайно болезненно, но и растущее разочарование в коммунистических идеях, в демократическом движении, к которому он снова примкнул, приехав в Токио. Ему претили антигуманные методы ведения политической борьбы, ограниченность коммунистических идей, жесткая партийная дисциплина, подавляющая человеческую индивидуальность.
Вместе с тем отступничество свое он воспринимал как предательство, его терзало постоянное чувство вины и ощущение собственной обреченности. Мучительный внутренний разлад привел Дадзая к сознанию никчемности, бессмысленности своего существования. Он бросался из крайности в крайность, решив, что теперь единственно возможный для него путь — самоуничтожение. Он решил написать завещание и умереть.
писать, Дадзай уже не мог остановиться. В феврале 1933 года в воскресном выпуске одной из токийских газет «Тоокуниппо» появился рассказ «Поезд» («Рэсся»), получивший первую премию на проводимом этой газетой конкурсе. Рассказ был подписан никому еще не известным именем — Дадзай Осаму. Это была первая публикация молодого писателя под псевдонимом, под которым он и вошел в историю литературы.
Дадзай был глубоко уверен в том, что литература — это его предназначение.
Для него литература была прежде всего средством оправдать свое существование, средством заставить общество признать себя (а вместе с собой и свое поколение), причем признать таким, каким он был на самом деле, без всяких прикрас — слабым, болезненно ранимым, неспособным ощутить правильность и необходимость столь непреложных для всех остальных людей общественных представлений и понятий.
В марте того же 1933 года в первом номере журнала «Тюлень» («Кайхё») появился еще один рассказ Дадзая — «Одежда из рыбьей чешуи» («Гёфукуки»), и литературная общественность заговорила о рождении нового оригинального таланта. Вскоре тот же журнал начал публиковать «Воспоминания». Дадзай подружился со многими молодыми литераторами (среди них — Дан Кадзуо, Накамура Дзихэй, Иба Харубэ, Китаму-ра Кэндзиро, Кубо Рюити, Ямагиси Гайси). В 1934 году они стали издавать свой журнал, который назвали «Синий цветок» («Аоихана»).
«Я, если можно так выразиться, пылал последней страстью молодости. Пляска накануне смерти. Мы вместе напивались и били тупых студентов. Любили скверных женщин, как родных… Журнал „Синий цветок“, посвященный чистой литературе, был готов в декабре. Но вышел только один номер, после чего наша компания распалась. Всех отпугивал этот бесцельный, граничащий с помешательством энтузиазм. Остались только мы втроем. Нас называли „тремя дураками“. Но эти трое стали друзьями на всю жизнь» («Восемь видов Токио»), «Эти трое» — Ямагиси Гайси, Дан Кадзуо и Дадзай Осаму.
Журнал «Синий цветок» просуществовал недолго. Собственно, вышел всего один его номер, после чего он слился с журналом «Японский романтизм» («Нихонроманха»), в котором сотрудничали Сато Харуо, Хагивара Сакутаро, Камэи Кацуитиро, Ясуда Ёдзюро, Ёдоно Рюдзо.
В марте 1935 года, желая успокоить старшего брата, недовольного тем, что обещание закончить университет не выполнено, Дадзай попытался устроиться на работу в одну из столичных газет, но не прошел по конкурсу. Эта неудача снова выбила его из колеи. К тому же его семейная жизнь совсем разладилась. Работа над сборником «На закате дней» была завершена, и, желая сохранить верность своему замыслу, Дадзай предпринимает новую попытку покончить с собой.
«Мои укрепления, построенные на столь совершенном обмане, готовы были пасть. Я понял, что пришло время умереть. В середине марта я один поехал в Камакуру. Это был 1935 год. В горах Камакуры я попытался повеситься» («Восемь видов Токио»).
Попытка самоубийства снова закончилась неудачей. Вернувшись из Камакуры, Дадзай с сильным приступом аппендицита попал в больницу. После операции у него начался перитонит, мучили сильные боли. Ему постоянно кололи наркотики, и, выйдя из больницы, Дадзай уже не мог без них обходиться. Еще в больнице он начал писать повесть «Цветы шутовства» («Докэно хана»), которая была опубликована в майском номере журнала «Японский романтизм».
Лежа в больнице, он узнал о том, что сделался знаменитым.
Впрочем, жизнь в Фунабаси была не такой уж беспечальной. Вскоре после выхода из больницы обнаружилось, что Дадзай нуждается в постоянных дозах наркотика. Той суммы, которую высылал ему брат, едва хватало на жизнь, и для того, чтобы покупать наркотики, приходилось брать взаймы у друзей.
Его собственная жизнь стала ценна для него лишь постольку, поскольку могла стать литературой.
«Человек хотя бы раз в жизни должен написать такое произведение, где он не обманывал бы самого себя», — пишет Дадзай Осаму. И далее: «Для меня писатель — всё. А написанное им — ничто, пустое место. Ни одно произведение не может быть выше своего создателя. Так называемые шедевры, в которых автор якобы „превзошел самого себя“, — пустая выдумка читателей» («Блуждающие огоньки»).
Надо сказать, что исповедальная литература существует в Японии спокон веков. Первые ее образцы относятся к X–XI векам, это дневники хэйанских дам. В «романе о себе», ставшем таким популярным во втором десятилетии XX века, соединились древние традиции японской прозы с традициями западноевропейского исповедального романа.
Одной из примечательных черт такой литературы является особая роль диалога и монолога, если можно так сказать, диалогичность монолога и монологичность диалога. Именно это мы наблюдаем почти во всех произведениях Дадзая Осаму.
Проникнуть в глубины своего сознания и выразить в слове сокровенные движения человеческой души — в этом видел Дадзай смысл своей жизни.
В феврале 1936 года, по настоянию Сато Харуо, Дадзай лег в больницу, надеясь исцелиться от наркомании, но лечение не дало никаких результатов, и, проведя в больнице около трех недель, он вернулся домой.
25 июня того же года вышел в свет первый сборник Дадзая «На закате дней».
В октябре, через три месяца после того, как Дадзай шумно отпраздновал выход в свет своего первого сборника, он, по настоянию Ибусэ Масудзи, лег в психиатрическую больницу Мусасино. Проведя там около месяца, он действительно вылечился от наркомании, но впал в состояние глубочайшей депрессии.
Выйдя из больницы, Дадзай сразу же начал писать рассказ «Human Lost», в котором впервые возникла тема «потерянного человека», достигшая полноты звучания в одном из последних его творений — «Исповеди „неполноценного“ человека» («Ниигэн сиккаку»).
Именно к этому времени относится увлечение Дадзая христианством. Еще в больнице он прочел Евангелие, и оно поразило его.
Знакомство с христианским учением сыграло очень большую роль в его творческих исканиях, дав новое направление давно уже занимавшим его мыслям о природе греха, предательства, трусости. Во многих его произведениях отразились мучительные раздумья, связанные с христианством и Библией. Известный критик Камэи Кацуитиро (1907–1966) называет писателя «протестантом японского образца». Дадзай не принимал крещения и не принадлежал к какой-то определенной церкви, он выстраивал свои отношения с Богом исключительно по собственному разумению.
«А ведь я боялся Бога. В его любовь не верил, но неизбежности кары Божьей опасался. Вера, казалось мне, существует для того, чтобы человек в смирении представал перед судом Господним и всегда готов был принять Божье наказание плетьми. Я мог поверить в ад, но в существование рая не верил».
Написанием рассказа «Human Lost» заканчивается первый, ранний, период в творчестве Дадзая Осаму. Произведения этого периода пронизаны печалью «красоты невзгод», «красоты поражений и неудач». Дадзай много пишет о семейных отношениях, постоянно обращаясь мыслями к детству и юности. Недовольный порядками, царящими в родном доме, он в некоторых рассказах конструирует идеальную по его мнению семейную жизнь: героем некоторых его рассказов (причем героем, с которым он вполне отождествляет себя) становится человек из бедной семьи, членов которой связывает нежная любовь. Мучаясь сознанием собственной вины перед другими людьми, сознанием собственной неполноценности, он много пишет о смерти.
2.Избранные произведения. Дадзай Осаму
«Его отец был богатым и влиятельным человеком, а мать постоянно болела»
это шикарно просто.
а «сделался знаменитым» это просто пять
Зачем читать об очередном нытье какого-то азиата?Подобного рода самокопание к хорошему не приводит.
ТС, будешь еще писать подобное? есть смысл подписываться?
баааать, я сюда тупеть прихожу! на.. мне вся эта гармония?
Концовка
Фантастика и фэнтези ноября 2021
Под конец осени на прилавки книжных магазинов поступило несколько примечательных новинок. И хотя самый, пожалуй, ожидаемый осенний релиз — «Мудрость толпы» Джо Аберкромби — немного задерживается, ноябрь знакомит нас и с другими примечательными книгами в жанрах фантастики и фэнтези.
Аркадий Саульский — «Красный Лотос»
Энди Дэвидсон — «Дочь лодочника»
Мистический триллер о месте, где среди болот и джунглей скрывается таинственная необъяснимая сила. Героиней романа выступает контрабандистка Миранда, очередной заказ которой предвещает ей большую беду — как минимум тем, что назад она уже не вернется. Но это не самое страшное, что ее ждет…
Еще один хоррор, но на сей раз частично основанный на реальных событиях. Действие происходит в Америке середины XIX века: группа переселенцев отправляется в Калифорнию на поиски лучшей жизни. Дорога становится все сложнее, начинаются странности, люди начинают пропадать. Словно кто-то или что-то следует за путниками.
Макс Максимов — «Вход в рай 2»
Продолжение повести из сборника «Апокалипсиса3», который пару лет назад принес блогеру Максу Максимову первую литературную известность и множество лестных отзывов от читателей. Автор рассматривал три разных сценария Конца света и жизни после него. Теперь он продолжает одну из этих тем, делая сюжет более многослойным, а мир продуманным. История, в которой мир состоялся Великий суд и души людей оказались во власти демонов. По сюжету, девочка Ева пытается найти способ спасти своих близких.
Алекс Анжело — «Сон и Пепел»
Фэнтези, ставшее хитом в Сети и собравшее множество поклонников еще до выхода печатной версии. Книга издана с иллюстрациями художницы Александры Буториной. Сюжет рассказывает о проснувшейся студентке Академии Снов, которая проспала двадцать семь лет, и все давно считают ее погибшей. Она не помнит последние месяцы своей жизни, но догадывается, что причастна к возникновению портала, через который в этот мир пришла тьма.
Петр Гурский — «Закон Ордена»
Темное фэнтези о профессиональном охотнике на преступников по имени Кестель Нетс. Очередной его заказ — или точнее жертва — оказывается не так проста, как предполагалось. Она отличный манипулятор, которая многое скрывает и ведет собственную игру, а по пятам идет мертвый паяц, собирающий лица убитых им людей. И все это как-то связано с орденом, которому ранее служила девушка.
Шамиль Идиатуллин — «Все как у людей»
Сборник фантастических произведений в малой форме писателя Шамиля Идиатуллина. В издание вошла ранее не публиковавшаяся повесть «Светлая память», сценарий короткометражного фильма «Коллектор» и коллекция микрохорроров (рассказов из одной строки). Каждый текст сопровождается комментариями автора.
Дочитал минут 15 назад, решил поделиться, пока впечатления свежи.
Люблю иногда пощекотать себе нервы хорошим ужастиком, как фильмом, так и книгой. Книгу порекомендовал коллега, большой любитель тематики оборотней и прочей чертовщины, совет был необычен еще и тем, что, по его словам «три дня потом спал с включенным светом».
Сказка ли? Легенда ли?!
. Оборотень. Не сказка, не легенда — кошмар, внезапно ставший явью. Кто посмотрит в глаза Смерти?
Секретные военные исследования, оборотни, детективное расследование, даже какая-никакая любовная линия, и всё это в реалиях России 90-х годов. Язык у автора хорош, цепляет сразу и держит до конца книги. За героев и просто людей реально переживаешь, тем более, что «не все доживут до зимы». Это битва со страшным злом, то ли неожиданно вырвавшимся из лаборатории беспринципных ученых и их алчных до денег и власти покровителей из спецслужб, то ли неожиданно вылезшего на свет из каких-то хтонических глубин запределья, присутствие которого рядом ощущается явно.
Ну и на флибусте и в тележных ботах тоже есть)
Перечитайте классику
Обозналась: Мужчину, отсидевшего 16 лет за изнасилование автора «Милых костей», оправдали спустя 40 лет
Энтони Бродуотера посадили в 1982. Он отсидел 16 лет, а после выхода из тюрьмы жил с клеймом сексуального маньяка.
Так вот его теперь оправдали. По ходу, Элис чо-то напутала и засадила невиновного. И за его счет построила всю свою успешную карьеру. Ну чо, бывает. Обознатушки!
Книги в процентах
Может и мне помогут найти книгу?
Давным давно ищу книгу, часть которой прочел в детстве.
У дяди была книжонка в мягкой обложке, я помню смутно ярко красные рисунки. Явно была только часть более большого произведения, на ней еще цифра стояла если мне память не изменяет.
Так вот, сюжет был очень странный, это была типа научная фантастика, и все что я помню, что там было про переходы между мирами/уровнями одного мира/еще чем то. Типа герою нужно добраться до центра чего то чтобы всех спасти бла бла бла, и он пытался найти это место, нужно было находить нужные переходы туда, типа нырнул в пруд, и вышел в другом месте, и так много раз. В той части он вроде как пробился через первый уровень планеты, что то такое.
Просьба большое восстановить мою поломанную память и подсказать названия этой неуловимой книги, что ищу с детства.
Что почитать в жанре эпической фэнтези: 5 знаковых авторов и больше 40 книг
Машина экранизаций фэнтези набирает ход: уже состоялась премьера сериала по «Колесу Времени», на очереди выход второго сезона «Ведьмака», а там уже рукой подать и до нового «Властелина колец» с игропрестольным «Домом дракона».
Но в сонме сериалов не хочется потерять интерес к их литературным первоисточникам: куда же мы без Джордана, Сапковского, Мартина и других демиургов эпической фэнтези? Отсюда и эта подборка: в ней всего 5 пунктов, но зато несколько десятков книг, которые точно заслуживают не меньшего внимания, чем их младшие кинобратья.
Вращается Колесо Времени, приходят и уходят эпохи, оставляя в наследство воспоминания, которые становятся легендой. Легенда тускнеет, превращаясь в миф, и даже миф оказывается давно забыт, когда эпоха, что породила его, приходит вновь.
Многотомный книжный цикл Роберта Джордана – один из столпов эпической фэнтези, не ослабляющий своего влияния на жанр даже спустя тридцать с лишним лет после выхода первого романа «Око Мира». Есть среди читателей те, кто считает многотомное «Колесо Времени» устаревшим, но даже они не отрицают его значимости для эпической фэнтези. Тем более, что его эпоха действительно пришла вновь: после многолетнего ожидания наконец-то реализована экранизация этой великой истории.
Начинается все в уютной деревушке с романтическим названием Эмондов Луг, что близ Мокрого леса и Винной реки. Здесь живут пятеро главных героев, которым суждено повлиять на судьбу мира: это Ранд ал’Тор, Перрин Айбара, Мэт Коутон, Эгвейн ал’Вир и Найнив ал’Мира. Однажды на их деревню нападают кровожадные троллоки, солдаты Темного властелина, которые почему-то ищут Ранда, Перрина и Мэта. Герои покидают деревню вместе с могущественной Морейн Дамодред, пришедшей в Эмондов Луг в поисках легендарного Возрожденного Дракона. Так начинается одно из величайших приключений в истории фэнтези…
Сияющий всегда ищет способы защитить все живое. Он никогда не убивает без необходимости и не рискует собственной жизнью по пустякам. Жить сложнее, чем умирать. Долг Сияющего — жить.
Казалось бы, мы перешли к совсем другому автору, но преданные читатели как Роберта Джордана, так и Брендона Сандерсона знают, что творчество этих двоих связано крепко-накрепко. После смерти Джордана именно Сандерсон по его черновикам дописывал «Колесо Времени» – и параллельно работал над созданием собственной вселенной Космера. Космер смело можно назвать одной из самых масштабных фэнтези-вселенных в современной литературе: он охватывает десять миров, в каждом из которых происходит действие отдельных книг или циклов. Пожалуй, самый известный мир Космера – это Рошар, место действия «Архива Буресвета» (уже вышло четыре романа, два из которых – в двухтомниках).
Причины для знакомства с «Архивом Буресвета» можно перечислять очень долго: это и потрясающе сконструированный мир со своими климатическими особенностями (еще какими!), уникальными флорой и фауной; и целая палитра героев, многие из которых заслуживают отдельного разговора; и, конечно, захватывающий сюжет, ставший одним из лучших образцов фэнтези XXI века.
Неужели ты ни разу не задумывался о том, что всякая сила окружена опасностью точно так же, как источник света – тьмой? Колдовство – вовсе не игра, оно не предназначено для забав или удовлетворения простого тщеславия. Подумай об этом, ибо каждое слово, каждое действие, связанное с нашим искусством, с волшебством, говорится и совершается либо во имя Добра, либо во имя Зла.
Куда же в подборке эпической фэнтези без настоящей легенды, чье творчество вошло не только в канон жанра, но и в историю большой литературы XX века? Значимость Урсулы Ле Гуин сложно переоценить: ее книги повлияли на множество авторов, от Нила Геймана до Салмана Рушди и Дэвида Митчелла.
Само Земноморье всегда поражало разнообразием народов и традиций, ведь на многочисленных островах этого громадного архипелага жили абсолютно разные люди, отличавшиеся не только культурно, но и внешне – в свое время Ле Гуин была одним из редких авторов, свободно вводивших в сюжет персонажей с темной кожей. Но любим мы ее не только за это: кто еще в таких подробностях расскажет нам о становлении великого волшебника, о превращении гордеца, совершавшего ошибки и убегавшего от собственной тени, в мудрого и смелого героя? Да еще и опишет эти приключения так, что в мире Земноморья захочется остаться навсегда.
Ты говоришь не как ребенок/ Но я слышал, что так оно и бывает с теми, у кого есть древний Дар. С самого начала они не похожи на настоящих детей. Они всегда знают слишком много, а когда становятся старше, то знают еще больше.
Еще одно знаменитое имя, еще одна полномасштабная фэнтези-вселенная: цикл об Элдерлингах, вот уже много лет скрупулезно конструируемый Робин Хобб. Смотря на толстые романы Хобб, сложно поверить, что когда-то стандартный размер книги в жанре фэнтези был гораздо меньше – а наводнение книжных полок «кирпичами» спровоцировал никто иной, как Роберт Джордан: по мнению Хобб, именно благодаря «Колесу Времени» издатели в 90-х поняли, что людям интересны длинные фэнтези-истории.
Сейчас вселенная Элдерлингов насчитывает больше десятка книг, а ведь когда-то все началось с истории мальчика Фитца, незаконнорожденного сына наследного принца из рода Видящих. Фитц, растущий при дворе без матери и отца, обладал талантом к нескольким видам магии, но не только это делало его незаурядным: по соглашению с дедом-королем, он должен был стать королевским убийцей и всю жизнь верно служить своему правителю. Но Фитц – далеко не единственный яркий герой вселенной Элдерлингов: чего стоит хотя бы Шут, один из самых загадочных персонажей во всей истории. А политические игры, а история мира, а драконы? Вся эта мастерски написанная картина вряд ли оставит равнодушными любителей эпической фэнтези.
ХРОНИКИ ЧЕРНОГО ОТРЯДА
Не существует самопровозглашенных злодеев, зато самопровозглашенных святых — полки и дивизии. А где зло и где добро, в конце концов определяют историки победившей стороны.
Мы чураемся ярлыков. Мы сражаемся за деньги и нечто эфемерное под названием «гордость». Политика, этика и мораль к делу не относятся.
И напоследок разбавим порой мрачноватые, но в целом не тяжелые истории чем-то столь же эпичным, но по-настоящему темным: за это в ответе Глен Кук и знаменитый книжный цикл о Черном Отряде. Как и всем, Глену Куку в творчестве помогает жизненный опыт – но в его случае это проявляется довольно необычно. Считается, что достоверности истории Черного Отряда придает опыт военной службы Кука: он понимает, как функционирует армия изнутри, как строится иерархия и принимаются решения, как ведут себя солдаты. Если прибавить к этому его фирменный суховатый стиль повествования, становится понятно, почему «Хроники Черного Отряда» так популярны среди военнослужащих, о чем говорил сам писатель.
«Хроники Черного Отряда» без романтических прикрас описывают приключения опасного отряда наемников, причем показаны они глазами штатных летописцев, которые периодически меняются – впрочем, как и состав самого Черного Отряда. Правда, приключения эти иногда справедливее было бы назвать злоключениями, которые солдатам приходится претерпевать в жестоком мире смертоносного меча и темной магии.
Ищу книгу [Найдено]
Здравствуйте, друзья! Помогите, пожалуйста, вспомнить название научно-фантастического рассказа.
Если нашли, человека впускают внутрь.
Читал рассказ ещё в юности. Значит ему как минимум лет 20-25.
Большое спасибо пикабушнику Utavegu за помощь.
Лошадь, которая с головой в профиль, кажется о чём-то догадывается.
Кэндзи Миядзава – учитель и сказочник
Кто такой Миядзава Кэндзи?
Миядзава Кэндзи (1896-1933) – поэт и детский писатель, открывший перед японской литературой особый новый мир. Он родился в 1896 году в семье, которая держала ломбард и торговала поношенной одеждой, и рос в суровых условиях, не понаслышке зная, что такое нужда и голод. В 1914 году, когда он закончил префектуральную среднюю школу в Мориоке, он прочитал сутру Лотоса (Хоккэкё), которая оставила у него неизгладимые впечатления, и он до конца жизни остался страстным почитателем этой сутры.
Сутра Лотоса почитателем которой был Кэндзи Миядзава.
В 1920 году он вступил в «Общество столпа государства» (Кокутюкай) – организацию последователей буддийского направления Нитирэн, в основе вероучения которого лежала именно сутра Лотоса. Он пришёл к пониманию единства веры и искусства и стал заниматься творческой деятельностью. Самый глубинный пласт произведений Миядзавы Кэндзи составляют именно идеи сутры Лотоса, поэтому его называют в том числе и религиозным мыслителем.
Прекрасной иллюстрацией мировоззрения Кэндзи может служить его известный рассказ «Медведи горы Намэтоко»:
Кодзюро – охотник, зарабатывающий себе на жизнь уничтожением медведей и продажей их желчных пузырей, которые в те годы считались своего рода панацеей от целого ряда болезней. Однако между медведем и человеком существует естественный пакт – договор между преследуемыми животными и преследующими их охотниками (для Кэндзи убийство животных было сродни убийству человека, поскольку он считал, что животные находятся на одной ступени эмоционального развития с человеком в том, что касается страданий и радости).
Неудивительно, что однажды Кодзюро настигает заслуженное возмездие. В конце истории он превращается в неподвижный объект, который окружают медведи, еще не так давно бывшие его добычей.
Среди пассажиров поезда, летящего по Млечному пути к станции Южный Крест, есть и те, чей пароход затонул, натолкнувшись на айсберг…
При жизни он был практически неизвестен, хотя некоторые поэты высоко оценивали его творчество. В этих оставшихся после него стихах и сказках проявилось свежее ощущение слова, богатое воображение и острое переживание связи с природой. Такое глубокое проникновение в суть цивилизации, скрытое в его работах, постепенно завоевало сердца многих читателей, и он стал одним из знаменитейших литераторов Японии. Сейчас по его произведениям создаётся немало иллюстрированных книг, фильмов и пьес.
Устоять перед дождем
Устоять перед ветром
Устоять перед снегом и летней жарой
Быть крепким телом
Лишенным жадности
Никогда не предаваться гневу
Всегда с улыбкой на лице
Съедать на обед четыре го риса
Суп-мисо и немножко овощей
Не принимать близко к сердцу Мелочи жизни
Видеть, слышать и понимать
А потом ничего не забывать
Жить в маленькой хижине, крытой соломой
Под сенью ветвей ели на равнине
И если на востоке заболеет ребенок
Идти и сидеть у его изголовья
Если на западе устанет мать
Пойти и взвалить на спину связку колосьев риса
Если на юге умирает мужчина
Пойти и сказать, что ему нечего бояться
А если на севере возникнут распри и ссоры
Сказать, что все это пустое, и нужно остановиться
С мокрыми от слез щеками, при солнечном свете
Быстро шагать куда-то холодным летом
Пусть все меня называют глупцом
И никто не похвалит
Не надо бояться тягот
Вот таким
Хочу быть я.
«Устоять перед дождём» — стихотворение, написанное 3 ноября 1931 года. Текст стихотворения был обнаружен после смерти автора в небольшом черном кожаном дневнике, находившемся в одной из дорожных сумок поэта.
Бронзовый памятник Миядзаве Кэндзи во дворе сельскохозяйственной старшей школы Ханамаки преф. Иватэ
«Сотрудничество» Миядзавы Кэндзи и Кобаяси Тосия
Кобаяси Тосия не обошло очарование мира Миядзавы Кэндзи. В серии книг «Иллюстрации к произведениям Миядзавы Кэндзи», начатой в 1979 году, иллюстратор хотел передать не столько духовный мир Кэндзи, сколько интересную сторону его творчества.
«Жёлуди и горная кошка»
Итиро получил от Горного кота открытку с приглашением явиться на суд. Когда он пришёл, оказалось, что горному коту был нужен совет – жёлуди требовали определить, кто из них самый главный, шумели и кричали. Горный кот прикрикнул на них: «А ну, угомонитесь все! Забыли, где находитесь! Тихо! Я требую тишины» («Жёлуди и Горный кот»)
«Ресторан, где много заказов»
Два джентльмена с ружьями и парой собак, похожих на белых медведей, заметили в горах ресторан «У дикого кота». На двери они заметили жёлтую надпись: «У нас в заведении очень много заказов. Просим нас извинить»…
Лисёнок пригласил Сиро и Канко на представление с волшебным фонарём, и они идут в лес по снежной равнине…
«Устоять перед дождём»
Устоять перед дождем, устоять перед ветром, устоять перед снегом и летней жарой, быть крепким телом, лишенным жадности, никогда не предаваться гневу, всегда с улыбкой на лице…