воры в законе япончик история
«Крёстный отец» советской преступности. История Япончика — одного из самых известных воров в законе
О пути Япончика к вершинам преступного мира, его жизни и таинственном убийстве, которое долгое время оставалось нераскрытым, — в нашем материале.
Юность, первые кражи и сумасшедший дом
Маленький Слава Иваньков появился на свет 2 января 1940 года в неблагополучной московской семье. Отец будущего криминального авторитета сильно пил, а затем вовсе ушёл из семьи. Мать Славы страдала от редкого психического расстройства — мизофобии (страх загрязнения, который порождал навязчивое желание по много раз стирать вещи и намывать полы).
Вдобавок к проблемам в семье Иваньков-младший рос слабым и болезненным ребёнком. Этот недостаток он компенсировал решительностью и боевым настроем: утверждается, что после очередной порции издевательств от сверстников Слава начал самостоятельно заниматься джиу-джитсу (хотя неясно, где в те годы он мог найти соответствующие пособия) и отомстил обидчикам. По другим, более правдоподобным данным, молодой человек увлекался боксом или вольной борьбой. Примерно тогда же подросток совершил свои первые кражи.
После окончания девятого класса Иваньков решил поступить в Государственное училище циркового искусства (ГУЦИ) и выучиться на воздушного гимнаста. Возможно, мир никогда бы не узнал вора в законе Япончика, но трагическая случайность определила криминальный вектор в карьере юноши.
Во время одной из тренировок он сорвался с трапеции и получил серьезную черепно-мозговую травму. Немного позже Вячеслава, который только начал восстанавливаться, сбила машина. Всё это привело к развитию шизофрении, от которой Иваньков страдал всю жизнь и даже получил инвалидность. Вскоре после инцидента под куполом он решил закончить учёбу в ГУЦИ.
В дальнейшем молодой человек выбрал максимально приземлённую профессию: он устроился работать слесарем и одновременно поступил в вечернюю школу. Скоро денег стало не хватать — Иванькову не только нужно было помогать своей старой матери, но и содержать собственную семью. В 1960 году он женился на Лидии Айвазовой, представительнице древнего ассирийского народа. Из-за этого Вячеслава часто будут звать «ассирийским зятем», в том числе в криминальных кругах.
Вскоре у молодой пары родился сын. В этот момент Япончик, получивший это прозвище за узкий разрез глаз, окончательно пошёл по пути криминала и стал вором-карманником — щипачом (кстати, именно с этой специализации начинали и многие другие авторитетные воры в законе).
В 1965 году Иваньков впервые попался с поличным. Задержали его с большим трудом: молодой вор дал милиционерам настоящий бой, пустив в ход богатый арсенал боевых приёмов. Но в конце концов его скрутили.
Вероятно, что-то в поведении Япончика тогда показалось стражам порядка странным, и его отправили на психиатрическую экспертизу. Врачи поставили диагноз «шизофрения», благодаря которому задержанный избежал тюрьмы — вместо этого ему назначили принудительное лечение.
Из психбольницы Иваньков вышел в 1967 году и быстро взялся за старое. Дальнейшие события стали настоящим началом его криминальной карьеры.
Япончик и Монгол
В конце 60-х или начале 70-х вчерашний пациент психиатрической клиники стал членом банды Геннадия Карькова по кличке Монгол, которая орудовала в Москве. По некоторым данным, всего в ряды группировки входило, по разным оценкам, от 30 до 60 человек. Утверждается, что именно Карьков дал Иванькову прозвище Япончик, которое закрепилось за последним на всю жизнь.
Бригада Монгола одной из первых в СССР освоила новый вид преступности — вымогательство у подпольных миллионеров, которое позднее назовут рэкетом. Целями ОПГ становились фарцовщики, цеховики, богатые коллекционеры — те, кто не стал бы обращаться в милицию из-за риска самому оказаться в тюрьме по тогдашним суровым законам социалистического государства. Этим и пользовались бандиты, которые к тому же прекрасно умели запугивать своих жертв.
Подручные Монгола вывозили людей в лес, заставляли рыть себе могилы. В банде был свой мастер пыток — садист по кличке Палач. Он придумывал самые изощрённые истязания. Так, например, некоторых особенно упорных богачей, которые не хотели делиться добром, клали в гроб, накрывали крышкой, а затем начинали распиливать ящик двуручной пилой. Выдержать подобное, конечно, никто не мог — большинство пленников соглашались заплатить бандитам до того, как пила дойдет до тела. Еще один известный преступник Битумщик получил свое прозвище из-за привычки обливать своих жертв горячим битумом.
Япончик же был одним из мозговых центров преступной группировки. Именно с его подачи люди Монгола освоили более «чистый» способ отъёма средств у богачей. Они раздобыли милицейскую форму и, выдавая себя за сотрудников правоохранительных органов, вымогали деньги. По свидетельствам сотрудников МВД, Иваньков относился к преступному ремеслу очень серьёзно.
«Япончик всегда был болен воровской идеей. Он с 14 лет воровал, нигде не работал и, даже имея на кармане 100 000–200 000 наличными, всегда шёл на любое дело. Даже в том случае, если был большой риск, а навар оказывался минимальным. Делает это он ради своего воровского авторитета», — утверждал сотрудник милиции, работавший по делам авторитета.
В начале 1972 года сыщикам всё-таки удалось задержать членов банды Монгола. Карьков получил 14 лет лишения свободы, его подельников также приговорили к длительным тюремным срокам. При этом Япончика не посадили — по одной из версий, из-за того, что Монгол дал своим людям указание выгораживать Иванькова, который мог бы пригодиться на свободе. Чудесное спасение от советского правосудия не пошло впрок, и уже вскоре после разгрома группировки Карькова Япончик решил создать собственную банду.
Новый «законник»
При этом банда значительно расширила географию своих «операций» — Япончик и его команда посещали Ригу, Казань, Свердловск и другие крупные города, в которых жили подпольные миллионеры. К примеру, в Свердловске вымогатели вынесли кучу золота из квартиры цеховика Айсора Тарланова: дочь подпольного предпринимателя быстро согласилась отдать все ценности, опасаясь, что у отца возникнут проблемы с законом. Позднее сотрудники милиции долго уговаривали Тарланова дать показания, но он так и не признаёт факт кражи золота, ведь в противном случае ему пришлось бы объяснить источники происхождения ценностей.
Но Япончику удавалось нажить проблем и без этого. В марте 1974 года он участвовал в громкой разборке, произошедшей в знаменитом ресторане «Русь» в подмосковной Салтыковке. В отличие от 90-х, в 70-е бандитская стычка в общественном месте была неслыханным событием — о кровавом инциденте сообщало даже зарубежное радио (советская пресса о таком, разумеется, написать не могла).
Иваньков отдыхал в ресторане с несколькими приятелями, включая члена своей банды Асафа Сосунова и вора в законе Гайка Геворкяна по прозвищу Гога Ереванский. За соседним столом сидела другая группа криминальных авторитетов — Витольд Герник, Гога Дгебуадзе (Гога Тбилисский) и ещё несколько человек.
За это его и упекли, однако за решёткой лидер банды не задержался: в приговоре прописали срок, который он уже провёл в СИЗО (7 месяцев 15 дней). Во время этой короткой отсидки в Бутырке Япончика «короновали» — то есть приняли в ряды «воров в законе», или «законников».
Поймать Японца
После разборки в ресторане советские правоохранительные органы задались целью наконец упечь Япончика в тюрьму на долгий срок. При этом сам Иваньков вовсе не собирался залегать на дно. Напротив, в июне 1975 года он устроил ещё одну перестрелку — на сей раз с сотрудниками милиции — прямо в центре Москвы на виду у правительственной делегации Румынии и министра обороны СССР Андрея Гречко. Они как раз выходили из здания театра Советской армии на площади Коммуны (сейчас Суворовская площадь) в Москве.
Сотрудники уголовного розыска устроили на Япончика засаду, рассчитывая поймать вора с поличным при вымогательстве. Приманкой был москвич Михаил Глиоза, с которого Иваньков требовал 5000 рублей долга. По сигналу Глиозы милиционеры должны были схватить бандита, но подозреваемый приехал на место встречи на машине, приказал Михаилу сесть в салон и тут же дал по газам. Оперативники открыли огонь, но Япончик быстро скрылся. Позднее Глиоза вернулся к сотрудникам и пояснил, что никаких претензий к вымогателю больше не имеет. Иванькова задержали, однако предъявить ему снова оказалось нечего.
Следующий шанс посадить известного «законника» правоохранители получили уже в 1981 году. Тогда целью Япончика стал филателист Аркадий Нисензон, якобы укравший несколько старинных икон. Владелец произведений искусства вышел на Иванькова и попросил его решить проблему. Вор согласился помочь.
Встретившись с Нисензоном под видом покупателя марок, он потребовал от коллекционера 100 000 рублей — 60 000 за украденные иконы и 40 000 в качестве компенсации за хищение. Это была очень серьёзная сумма: для сравнения, среднемесячная зарплата в СССР в то время составляла 178 рублей.
Одними уговорами Иваньков, конечно, не ограничился: Нисензона избили, а затем стали угрожать бросить его в ванну с кислотой. Лишь тогда филателист согласился выплатить требуемую сумму, после чего его наконец отпустили. Вскоре на него вышли оперативники, которые по своим каналам узнали о новом вымогательстве Япончика. Поначалу собиратель марок не хотел сотрудничать с милицией, но особого выбора ему не оставили.
Для поимки вора в законе 14 мая 1981 года организовали масштабную спецоперацию. В тот день на неё бросили весь личный состав Московского уголовного розыска. Иваньков снова едва не скрылся от сыщиков на своей машине, но в этот раз удача оказалась не на его стороне. Да и слишком большие силы привлекли к охоте на гангстера. Так он оказался в наручниках.
Защищать Япончика взялся Генрих Падва, который в дальнейшем станет одним из самых известных адвокатов России. В разговоре с «Секретом» он рассказал, что с просьбой представлять интересы Иванькова к нему обратились «очень уважаемые и серьезные люди», утверждавшие, что тот не совершал инкриминируемых ему преступлений.
По словам Падвы, его клиент не соответствовал стереотипным представлениям о королях преступного мира:
«Он производил впечатление сильной личности. Мне передали, что он проходит по делу как очень высокий преступный авторитет, чуть ли не «крестный отец», поэтому я ожидал несколько другого, но увидел небольшого худенького человека, подтянутого, очень аккуратно одетого, в блейзере, с платочком в кармашке. Аккуратно причёсанный. Особенно меня поразили его глаза — небольшие, сверлящие. Было ощущение, что он прямо насквозь просверливает человека своими глазами. Очень суровый, недобрый. Но очень хорошо мыслящий, не какой-то там разболтанный бандюга. Высокоорганизованный человек, я бы сказал».
Падва также рассказал, что Иваньков категорически отрицал свою вину и настаивал, что речь шла о возврате долга.
В конце апреля 1982 года суд всё же признал Япончика виновным и приговорил к 14 годам колонии усиленного режима. Позднее срок ещё дважды прибавили из-за драк, которые осужденный затеял с представителем зоновской администрации и другим зэком.
«Их жизнь на зоне не стоит и гроша». 12 лет назад застрелили вора в законе Япончика. Как сегодня судят его убийц?
Вечером 28 июля 2009 года, когда вор в законе Япончик выходил из московского ресторана «Тайский слон», неизвестный открыл по нему огонь. Пуля попала криминальному авторитету в живот. Охранники тут же затащили его обратно в ресторан и вызвали скорую помощь.
Вячеслава Иванькова экстренно госпитализировали в отделение реанимации Боткинской больницы. Ранение оказалось сквозным: пуля в пяти местах повредила тонкий кишечник, врачи оценивали состояние Япончика как крайне тяжелое. После экстренной операции пациента ввели в искусственную кому.
Между тем задержать киллера по горячим следам не удалось. Лишь через несколько часов после покушения на Япончика следователи нашли место, где прятался убийца: это была припаркованная напротив ресторана «Газель». Внутри лежали снайперская винтовка Драгунова с оптическим прицелом и одежда.
Охранники заносят раненого Япончика в ресторан после покушения
Несмотря на то что убийца действовал профессионально, на оружии остались следы его пота в том месте, где он щекой касался приклада. Следы потожировых выделений оказались и на оставленной одежде. Но в те времена экспертиза по выделению геномного кода из таких улик стоила десятки тысяч долларов, поэтому ее не проводили.
Код домушника
Найденные на месте убийства Япончика следы законсервировали. К делу об этом преступлении следователи вернулись лишь в 2018 году.
Именно современные средства криминалистики и возможности молекулярной генетики позволили следователям выйти на след убийц Япончика: об этом заявлял заместитель председателя Следственного комитета России (СКР), генерал-лейтенант юстиции Ростислав Рассохов.
По его словам, преступники тщательно соблюдали меры конспирации и предусмотрели все, чтобы уйти от ответственности, поэтому раскрыть убийство Вячеслава Иванькова по горячим следам не удалось во многом из-за несовершенства техники. Между тем в феврале 2020 года появилась информация, что в деле о расстреле вора в законе есть первый фигурант.
Каха Газзаев (справа) в зале суда
Кадр: Савеловский районный суд города Москвы
Проверка геномного кода с места расстрела Япончика показала, что он совпал с данными 39-летнего рецидивиста Кахи Газзаева, который с 2017 года находился в колонии. Как выяснилось, вор-домушник Газзаев из Цхинвала отбывал срок за хищение восьми зубных коронок, три из которых были золотыми.
Через два года ему дали пять лет колонии строгого режима за кражу из семи квартир: эти преступления вскрылись уже тогда, когда домушник отбывал наказание в Самарской области. Когда следователи узнали, что Газзаев может быть причастен к убийству Япончика, его этапировали в Москву и поместили в спецблок СИЗО «Матросская Тишина».
По следам убийц
Вскоре после того, как Каху Газзаева этапировали в столицу, оперативники задержали криминального авторитета Муртаза Шаданию. В преступных кругах он был известен как ломщик — мошенник, промышлявший в Южном порту Москвы.
Показания и на Шаданию, и на Газзаева дала женщина по фамилии Ованесова. Впрочем, адвокаты обвиняемых поспешили назвать ее сомнительным источником информации и заявили, что она якобы наркоманка и отбывает срок. Между тем, по версии следствия, именно Газзаев достал для киллера снайперскую винтовку.
А 7 мая 2020 года Басманный районный суд Москвы арестовал 54-летнего предпринимателя Джамбула Джанашию — нового фигуранта дела об убийстве Япончика.
Фото: Пресс-служба Басманного суда / ТАСС
По версии следствия, он неоднократно выезжал совместно с другими обвиняемыми к ресторану «Тайский слон», где впоследствии и был застрелен Вячеслав Иваньков. Там Джанашия вел скрытое наблюдение за авторитетом. В день убийства он присутствовал на месте преступления и обеспечивал связь исполнителей убийства с организатором.
Последним в СКР считают вора в законе Илью Симонию (Махо), который пошел на убийство Япончика ради передела сфер влияния в преступном мире.
Заговорщики устанавливали привычки, контакты и маршруты передвижения Япончика. Они выяснили, что вор в законе часто посещает ресторан «Тайский слон» и подобрали удобное место для стрельбы недалеко от заведения. После этого сообщники купили автомобиль «Газель» и мобильные телефоны для связи, а на 28 июля 2009 года запланировали преступление.
Абхазский след
В день преступления Каха Газзаев, Муртаз Шадания, Нугзар Папава и Джамбул Джанашия прибыли к ресторану и стали вести наблюдение за Иваньковым. Когда вор в законе выходил из ресторана, киллер Астамур Бутба несколько раз выстрелил в него. В это время Папава находился в другой угнанной машине и прикрывал отход напарника.
Выполнив заказ, Папава и Бутба уехали из России в Абхазию и до сих пор находятся там. При этом у обоих фигурантов есть как российское, так и абхазское гражданство.
Похороны вора в законе Вячеслава Иванькова (Япончика)
Фото: Андрей Стенин / РИА Новости
Как сообщили «Ленте.ру» в прокуратуре Абхазии, Папава был задержан в республике в 2020 году по обвинению в похищении гражданина Абхазии, и сейчас его судят на территории страны. Он находится под домашним арестом по состоянию здоровья. Что касается Бутбы, то месяц назад его задержали за налет на местный банк и отправили в СИЗО.
Следователи из Москвы уже приезжали в Абхазию, чтобы допросить Папаву и Бутбу по делу об убийстве Япончика. После завершения расследования в России материалы в отношении обоих фигурантов направят в Абхазию, чтобы там они предстали перед судом за расстрел вора в законе. Как напомнили в прокуратуре Абхазии, республика не выдает своих граждан.
«Кто был его покровителем, остается загадкой»
Мотивом убийства вора в законе Япончика стала личная неприязнь к нему Ильи Симонии, заявлял генерал-лейтенант юстиции Ростислав Рассохов.
Конфликт между ними [Махо и Япончиком] начался еще в 1980-е годы прошлого века, когда оба отбывали наказание в колониях Иркутской области
Махо — очень известный человек в криминальном мире, у него был давний конфликт с Япончиком и, конечно, он был заинтересован в его смерти. Об этом «Ленте.ру» рассказал криминалист, подполковник милиции в отставке Михаил Игнатов. По его словам, Махо был вором в законе еще с советских времен.
Махо был правильным вором старой формации: он соблюдал все традиции, обычаи и понятия воровского мира. К нему претензий в этом плане не было и быть не могло. Махо вел себя как человек, который выбрал этот путь
Махо и Иваньков пересеклись в тулунской колонии. Симония тогда был «смотрящим» за зоной, но заехавший на зону Япончик его не признал. При этом многие заключенные поддержали именно Иванькова в этом конфликте. Он сам вел себя в колонии довольно нагло, как предписывают понятия.
Вор в законе Вячеслав Иваньков (Япончик)
Фото: Дмитрий Духанин / «Коммерсантъ»
Как рассказывает Михаил Игнатов, у двух криминальных авторитетов, что называется, «нашла коса на камень», а их конфликт стал затяжным.
Освободившись из колонии, Япончик сразу же уехал из России в США. При этом за то, чтобы Иваньков вышел на свободу раньше срока, ходатайствовали многие уважаемые люди. А в конце концов вор в законе попал под амнистию, объявленную президентом России Борисом Ельциным.
Цена воровской короны
В середине 90-х Илью Симонию пригласили на сходку, где вор в законе Аслан Усоян (Дед Хасан) — лидер преступного мира России того времени — объявил ему, что с него снимают воровскую корону. Повод был формальный: якобы Махо припомнили, что он проходил в армии срочную службу, а это для вора считается недопустимым.
За это Симония подошел к Деду Хасану и ударил его по лицу. У них началась драка, и Симонию выгнали со сходки
Раскоронованный Махо затаил обиду на Япончика: он полагал, что за этим стоит именно он, поскольку Иваньков был заодно с Дедом Хасаном. Однако, несмотря на потерю воровского титула, Илья Симония по-прежнему продолжал вести свой преступный бизнес. Он заведовал борсеточниками в Москве и сам выходил воровать, за что и получил срок.
Махо понимал, что пока живы Япончик и Дед Хасан, он никогда не наденет воровскую корону обратно. Когда не стало сначала одного, а потом второго, Симония вернул себе титул
По его словам, у следствия нет информации, что обвиняемые в убийстве Япончика причастны к смерти Деда Хасана. Тем не менее Михаил Игнатов полагает, что в делах о гибели обоих воров в законе еще могут быть сюрпризы, если кто-то из криминального мира вдруг решит пойти на сотрудничество со следствием и даст показания.
«Многие клялись у его гроба, что накажут убийц»
23 апреля Савеловский суд Москвы вынес приговор Кахе Газзаеву. За соучастие в убийстве Япончика его приговорили к 11 годам лишения свободы, но с учетом предыдущих приговоров за другие преступления ему по совокупности дали 14 лет колонии строгого режима.
При этом прокурор просил для Газзаева 16 лет лишения свободы. Сам подсудимый признал вину в совершении преступления. Его дело рассматривалось судом в особом порядке, который не предусматривает исследование доказательств и допрос свидетелей.
Вор в законе Илья Симония (Махо) — предполагаемый организатор убийства Япончика
Газзаев заключил сделку со следствием: ее условия неизвестны, но вполне вероятно, что он запросил для себя защиту на зоне. В настоящее время решается вопрос о том, чтобы его отправили в колонию с особыми условиями. Как пояснил «Ленте.ру» источник в правоохранительных органах, там осужденный будет под постоянным контролем администрации.
Это нужно для того, чтобы до Газзаева не добрались люди из воровского мира. Силовики прекрасно понимают, что жизнь одного из убийц Япончика в колонии не будет стоить и гроша
По мнению Михаила Игнатова, доживет ли Каха Газзаев и другие фигуранты дела до освобождения — большой вопрос. «На зоне с такими, кто поднял руку на уважаемого человека, а тем более такого уровня, как Япончик, разбираются по-своему. Их ждет воровской суд, который наверняка решит, что они заслуживают такой же кары», — считает эксперт.
Впрочем, как отмечает источник «Ленты.ру» в правоохранительных органах, такая же опасность грозит и абхазам, которых следствие считает киллерами. Несмотря на то что они находятся за пределами России, мстители могут добраться до них и там: в Абхазии Япончик пользовался большим уважением. Как и на всей территории бывшего СССР.
Вор международного масштаба
По воле случая, к прибытию в Америку 52-летнего Япончика трон предводителя русской мафии в США формально был пуст. Возглавивший ее после смерти Евсея Агрона Марат Балагула в 1989 году загремел в тюрьму за мошенничество, а его приближенные на роль лидеров не годились: одних вскоре застрелили, а другие увлеклись дележом сфер влияния, не обращая внимания на накалившуюся обстановку. Поэтому возглавить русскую мафию за океаном Япончику не составило труда: местные были наслышаны о «подвигах» вора в законе на родине и признавали авторитет Иванькова.
Материалы по теме
Судья в законе
Последний самурай в законе
Очень скоро в криминальном мире Америки стали ходить слухи о принципиальности и жестокости «русского японца». На местных сильное впечатление произвела история о том, как в конце 70-х авторитет расправился с одним из подручных, позволившим себе недопустимую дерзость. Бандиты Япончика собрались на конспиративной квартире, чтобы поделить богатый улов от очередного ограбления — большое количество драгоценностей. Босс распорядился отправить большую часть в воровской общак, а оставшееся разделить.
Между тем, оказавшись в США, вор в законе был не в восторге от такой известности, становиться «номером один» в его планы не входило. Япончика вполне устраивала роль серого кардинала, который, с одной стороны, поддерживал мир между кавказскими и славянскими группировками по обе стороны океана, а с другой — налаживал связи между российским и американским криминалом. Попутно Иваньков, в подчинении которого было около 250 человек, курировал несколько популярных ресторанов на Манхэттене и организовал в Бруклине компанию по отмыванию денег.
Ходили разговоры, что Япончик активно занимался нефтяным и игорным бизнесом, торговлей драгоценностями и антиквариатом, а также поставками в США кокаина и героина. Впрочем, последнее Иваньков категорически отрицал, декларируя, что наркобизнес — «это настолько греховно, это настолько преступление (. ) это всегда порицалось и порицается». Любопытно, что при таком размахе деятельности в США авторитет не удосужился освоить даже азы английского языка, хотя способности у него были — он хорошо знал армянский и ассирийский. На важные встречи Япончик брал с собой переводчика, в остальных случаях объяснялся на пальцах.
Япончик нередко принимал у себя осевших в США авторитетов из бывшего СССР и со многими из них дружил — к примеру, его правой рукой считался вор в законе Мушег Азатян (Миша Питерский). Иваньков даже стал крестным детей Азатяна: в сети можно найти фотографии, где Япончик, согласно обычаям Армянской апостольской церкви облаченный в стихарь — одежду для священнослужителей, участвует в крещении сына Миши Питерского.
Спохватились
Светлая мысль «А где, собственно, Япончик?» пришла к российским сыщикам только тогда, когда освобожденный по УДО Иваньков не явился в милицию для очередной обязательной отметки. Сыщики были в шоке: отъезда в США одного из главных авторитетов постсоветского пространства с многолетним тюремным стажем они никак не ожидали. Прознав, что Япончик в Штатах, российские правоохранители немедленно отправили своим американским коллегам солидный компромат на вора в законе.
Уже постфактум сыщики выяснили, что для путешествия за океан Иваньков прописался в общежитии в Ростовской области и через подставное советско-американское предприятие получил загранпаспорт как сотрудник. Он обратился в посольство США, скрыл свои судимости и таким образом обзавелся визой. Ко всему прочему оказалось, что Япончик снова женат: его спутницей жизни стала гражданка США российского происхождения, аккомпаниатор по профессии Ирина. О том, что брак был фиктивным, знало все окружение авторитета; о своем «прикрытии» Япончик отзывался крайне отрицательно, а единственным доказательством их «пламенной» любви была пара фотографий, где улыбающаяся Ирина обнимает хмурого Иванькова.
Впрочем, с ходу доказать фальсификацию брака и прочие проступки Япончика, да так, чтобы тот гарантированно попал за решетку, было очень сложно. Сотрудникам ФБР в итоге помог случай: в апреле 1993 года к ним за помощью обратились два выходца из России. Нью-йоркские бизнесмены рассказали, что являются владельцами инвестиционной компании и с недавних пор подвергаются агрессивному давлению со стороны Иванькова.
Претензии Япончика, как нетрудно догадаться, касались денег: некоторое время назад знакомый бизнесменов, владелец одного из московских банков (на деле — финансовой пирамиды) ссудил им без малого три миллиона долларов под скромные восемь процентов (. ) в месяц. Правда, получить свои проценты банкир не успел: у его детища начались серьезные финансовые проблемы, и на фоне надвигающегося банкротства он наложил на себя руки. Взимать долги в США отправился его заместитель, который потребовал вернуть и долг, и проценты — всего 3,5 миллиона долларов. Однако те лишь развели руками: мол, из-за брокерских ошибок своего сотрудника они потеряли все, что у них было. Тогда заместитель покойного и обратился за помощью к Япончику.
Ему такая просьба была в радость: авторитет любил бравировать своим великодушием в плане помощи соотечественникам, называя это «своим долгом». К обработке должников он приступил незамедлительно, и так, чтобы те сразу поняли: отговорки не помогут. Для начала Япончик навел справки и выяснил — бизнесмены явно не бедствуют и при каждом визите в ресторан (а он, по стечению обстоятельств, находился под крышей Иванькова) оставляют как минимум 300-500 долларов. Кроме того, коммерсанты нередко посещали казино, куда люди с пустыми карманами не ходят.
При единственной встрече с должниками Япончик угрожать им не стал: одно его имя говорило само за себя. Испуганные бизнесмены сразу поняли, что попали, и обратились к американским стражам порядка. Спецслужбы задержали Иванькова 8 июня 1995 года в особняке, которым он успел обзавестись в Нью-Йорке. Кроме вымогательства авторитета обвинили еще и в заключении фиктивного брака: показания на Япончика дала Ирина, которую спрятали по программе защиты свидетелей. Вспоминая подробности своего ареста, вор негодовал: «Я тихий скромный человек, а меня пришла арестовывать группа из 20 человек с автоматами….»
Правосудие по-американски
Защищать Япончика на суде, который состоялся 1,5 года спустя после того, как он оказался за решеткой, взялся популярный в Штатах адвокат Барри Слотник, специализирующийся на работе с криминальными элементами. Среди прочего он был личным юристом мафиозной семьи Дженовезе, которая в свое время сыграла большую роль в судьбе «отца» русской мафии в США Евсея Агрона. Но самым удачным своим делом Слотник считал защиту некоего Бернарда Гетца, скромного электрика из Нью-Йорка.
Теми же методами Слотник пользовался и при защите Иванькова: он принялся выставлять его оппонентов-бизнесменов настоящими исчадиями ада, давя на то, что они попросту оговорили его клиента. Не стесняясь присутствия потерпевших, адвокат щедро сыпал в их сторону нелицеприятными эпитетами, называя коммерсантов мошенниками и аферистами, которые пользовались фирмой лишь для своих темных делишек.
Присутствующие на суде вспоминали и еще несколько приемов хитрого юриста. Во-первых, при допросе свидетелей обвинения Слотник активно пытался уличить их в связи с различными криминальными авторитетами. А во-вторых, вспоминая о преступном прошлом своего подзащитного, адвокат утверждал, что уголовное преследование Иванькова было ни чем иным, как репрессиями и проявлением советского тоталитаризма. Япончик постоянно пребывал в образе оклеветанного диссидента и жаловался на активные попытки правоохранительных органов и журналистов очернить его честное имя.
«Вот они пишут, врут… Я в четырех стенах, они что угодно лгут и лгут. Ну, статую Свободы я не пытался изнасиловать. Слона в национальном парке у них я тоже не пытался изнасиловать. Луну у американцев я похитить не намеревался. Ну что я могу сказать? В 41-м году Перл-Харбор с японцами я не бомбил», — возмущался авторитет, общаясь с журналистами.
Умело обостряя ситуацию, Слотник максимально накалял атмосферу на процессе, пытаясь при этом обелить Япончика. При этом адвокат был абсолютно уверен в успехе, убедив в наилучшем исходе дела и своего подзащитного. Поэтому приговор суда — 9 лет и 7 месяцев тюрьмы — прозвучал и для стороны защиты, и для самого Иванькова как гром среди ясного неба. Впрочем, немного придя в себя, Слотник тут же принялся выкручиваться и заявил окружившим его на выходе из суда журналистам, что такой срок — это уже победа, ведь изначально обвинение просило 20 лет. А Япончик тем временем смиренно отправился отбывать наказание в особо охраняемую федеральную тюрьму «Алленвуд» в штате Пенсильвания.
Боевой арестант
Оказавшись в местах не столь отдаленных, Иваньков быстро отстоял там право на неприкосновенность — выдержал психологическую битву с афроамериканцами, попытавшимися было показательно унизить новичка. Все началось с того, что Япончик серьезно повздорил с чернокожими сидельцами на предмет полной оккупации ими нескольких телевизоров в зоне отдыха. Словесная перепалка кончилась тем, что авторитет, наплевав на недовольство оппонентов, переключил телевизор на интересующий его канал. Озлобившиеся афроамериканцы обозвали Иванькова последними словами и пообещали устроить ему час расплаты на завтрашней прогулке.
Пока Япончик отбывал срок в США, российские спецслужбы планировали, как продлить срок его заключения, но уже на родине. Повод долго искать не пришлось: оперативники вспомнили об инциденте, который произошел в январе 1992 года в столичном ресторане «Фидан». Он пользовался большой популярностью среди богатых турков — там подавали лучшие блюда национальной кухни. В один из январских (по другим данным — февральских) дней на ужин в «Фидан» заглянул Япончик в компании друга и подельника Вячеслава Шестакова (Слива).
Королевское возвращение
В американской тюрьме Япончик в итоге провел около восьми лет и вышел на свободу по УДО — согласно правовой практике в США, срок сократили на положенные федеральным законом 15 процентов. Однако в день освобождения 64-летний Иваньков сразу же угодил в руки сотрудников иммиграционной службы и был незамедлительно отправлен в Россию. Для этого американская сторона выделила гражданский самолет (обычно используется военный, но они все были задействованы на операции в Ираке), а сопровождали вора на родину специально прилетевшие в США сотрудники российских спецслужб.
После приземления в столичном аэропорту Шереметьево Япончик в сопровождении колонны из 15 спецавтомобилей по перекрытому ради такого дела Ленинградскому шоссе был доставлен в «Матросскую Тишину». С собой у вора была только историческая книга, которую он, впрочем, до камеры так и не донес — в порыве раздражения бросил в одного из досаждавших ему журналистов.
Вскоре Иванькову предъявили обвинение в двойном убийстве. Однако как ни пытались стражи порядка доказать вину Япончика и снова упечь его за решетку, им этого так и не удалось. Выживший турок, который еще в 90-х вернулся на родину, категорически отказался ехать в Москву и участвовать в процессе. Не заладилось и со свидетелями: к началу суда главный очевидец — гардеробщик — скончался, а остальные так и не смогли рассказать суду ничего, что прояснило бы суть дела.
В итоге 18 июля 2005 года коллегия присяжных признала Иванькова невиновным. Оказавшись на свободе, Япончик заявил, что устал, от криминальных дел отходит и собирается рыбачить и возиться с внуками. И действительно, вплоть до лета 2009 года о нем мало что было известно. По некоторым данным, вскоре после суда авторитет спешно отбыл обратно в США, где продолжал вести привычные дела. Правда, уже гораздо осмотрительнее и осторожней — заново идти по этапу, пусть и американскому, Япончику явно не хотелось.
Наверное, самым примечательным эпизодом того периода жизни Иванькова стал конфликт влиятельных воров в законе — Тариэла Ониани (Таро) и Аслана Усояна (Дед Хасан), в котором Япончик занял сторону последнего. Вместе с Усояном они не признали воровской титул Таро, что, по одной из версий, и стоило Иванькову жизни. В начале 2009 года он, на свою беду, вернулся в Россию, чтобы лично поучаствовать в разделе столичного игрового бизнеса.
Конец воровской легенды
После оправдательного приговора в России Япончик любил повторять, как он рад раз за разом возвращаться и находиться на родине. «Я вернулся к себе на отчизну, и для меня это великий праздник, великие события. Я вижу всех вас, для меня это тоже праздник, потому что вы мои соотечественники. Вы — сыны и дочери русского народа. Я ваша частица», — вещал как-то раз пребывавший в благодушном расположении духа авторитет окружившим его журналистам.