волк с уолл стрит реальный персонаж
«Волк с Уолл-стрит»: «Я и сейчас покупаю акции»
Мой герой — Гордон Гекко
Forbes: В России о вас знают по фильму «Волк с Уолл-стрит», где вас сыграл Леонардо Ди Каприо. Что вы думаете о фильме? Он получился правдивым или актеры и режиссер Мартин Скорсезе что-то преувеличили?
Джордан Белфорт: Они отлично поработали, и фильм получился замечательный. Если не считать, что они поместили двух-трех персонажей в одного и перестроили последовательность событий. В целом же моменты моей личной жизни, в том числе наркотическая зависимость, переданы довольно точно. Очень точно. И затопление яхты, и крушение самолета.
Известно, что за право экранизировать ваши книги боролись Ди Каприо и Брэд Питт. Как это было? Почему вы остановились на Ди Каприо и Скорсезе?
Мой агент передал материалы нескольким артистам: Ди Каприо, Питту и Джорджу Клуни, и все они хотели заполучить эту роль. Но в конце концов все свелось к выбору между Ди Каприо и Питтом. Они больше всего заинтересовались. Мне было нелегко, но в итоге я выбрал Ди Каприо. Он очень талантлив. И к тому же с ним был еще и Скорсезе.
Это было ваше решение?
Почему вы посчитали, что именно Ди Каприо лучше всего подходит на эту роль?
Он прекрасный актер. Я всегда был большим его поклонником. До «Волка с Уолл-стрит» он снимался во многих картинах, но до этого фильма у него не было особой возможности поулыбаться и поугорать. Я почувствовал, что он как-то очень совпадет с этой ролью.
Когда вы пришли на Уолл-стрит, был ли у вас кумир, с которого вы брали пример?
Гордон Гекко из фильма «Уолл-стрит».
В реальной жизни вы начали карьеру стажером в L. F. Rothschild. В фильме главный герой начинает карьеру с того, что сразу теряет работу, потому что это «черный понедельник», 19 октября 1987 года. Это так и было или таков режиссерский каприз?
Все именно так и было.
То есть вы устроились на работу и тут же ее потеряли? Или решили уйти сами?
Тот день не был моим первым на Уолл-стрит. В этот день я впервые работал с лицензией [биржевого брокера]. До этого я полгода проработал помощником брокера и вот наконец-то получил лицензию. И тут случился «черный понедельник». Брокеры L. F. Rothschild запускали клиринговые операции и теряли огромные деньги. Затем они стали закрывать операции. Кругом говорили, что все рушится; они объявили, что свертывают ритейл и «тыр-пыр»… И мне не было никакого смысла возвращаться туда.
История вашей жизни — пример стремительного обогащения. Хотя к тому времени вам не было еще и 36, вы зарабатывали тысячи долларов ежедневно. Можно ли сказать, что ваша жизнь тогда была воплощением американской мечты для человека, который, начав работать, сам себя сделал и очень быстро разбогател?
Да, конечно. Самым прекрасным было то, что не я один делал деньги.
Все ребята, которые на меня работали, тоже обогащались. И именно этому я очень радовался.
Сколько людей тогда работало в вашей фирме?
А сделали ли они карьеру, после того как эта часть истории завершилась и вы попали в тюрьму?
Ни у кого из них не было проблем. Большинство продолжили успешные карьеры.
Ты продаешь душу постепенно
В фильме нет обратной стороны медали. И поскольку в России большинство людей не читали ваших книг, не видели теленовостей о вас, не читали прессы из Америки, они могут подумать, что ваша история — о жизни успешного брокера, с сексом, наркотиками и рок-н-роллом. Было ли все так на самом деле?
Да, в принципе так и было. Было много секса, наркотиков, алкоголя и излишеств, яхт и самолетов. Именно так все и было. Я не отрицаю этого. Но сейчас, как более зрелый человек, я больше концентрируюсь на этике и личностном благополучии, чем на зарабатывании денег.
Ваши тусовки и наркотики… Это потому что жизнь была напряженной, а продажи — безумными? Вы так отдыхали?
Отчасти да. Но, как это часто бывает, начинается с веселья на выходных и становится частью твоей жизни. Ты делаешь это время от времени, но наркотики ломают тебя еще до того, как ты это осознаешь. А потом они перестают быть веселой игрой. В фильме есть неточность — скорость, с которой мой герой подсел на них. Меня показали славным парнем, который пришел на Уолл-стрит, говорит о клиентах, заработке и т. д., но буквально в следующей сцене я уже с кокаином в стрип-клубе.
А сначала у меня был счастливый брак. Так не бывает, что вот ты в счастливом браке, а через пять минут — уже среди стриптизерш и наркотиков. Еще одна неправда в том, что мы сразу думали только о своих деньгах и не парились насчет денег клиентов. На самом деле ты продаешь душу постепенно, а не вот так, по щелчку пальцами.
Можно ли сказать, что так жили тогда все молодые брокеры и этот фильм — достоверное отражение происходившего в 1990-е?
А разв е в 2008 году было по-другому? Да было еще хуже!
Вы имеете в виду кризис?
Ну да. Было так же, как когда я работал на Уолл-стрит. Когда у меня начались проблемы, люди говорили: «Смотрите, что он наделал!» Но ведь были более крупные компании, в которых дела шли еще хуже. Я не пытаюсь приуменьшить то, что я делал неверно. Я совершал ошибки. Я пытаюсь сказать, что это было повсюду. Я не был единственным. Просто я был крупной рыбой в этом пруду.
Давайте вспомним, что с вами случилось. Вы создали компанию Stratton Oakmont, которая работала на Уолл-стрит с мусорными акциями. Вы накапливали акции и продавали их людям, используя так называемый холодный прозвон — способ продаж по случайным телефонным номерам. Когда акции росли в цене, вы сбрасывали те, которые накопили для себя, потом компании-эмитенты становились банкротами и теряли свою стоимость.
В этом виноват другой парень
Вы уже выплатили все деньги? Я слышал, что в какой-то момент федералы не захотели брать у вас деньги, которые вы получили за фильм и книги? Почему?
Есть мнение, что биржевой брокер всегда мошенничает, потому что всегда знает о рынке больше, чем клиент. Вы согласны с этим?
Да, брокер знает больше клиента. Но и доктор знает больше, чем пациент, а адвокат — больше, чем его клиент… Идея тут в том, что у всех них есть обязанность ставить интересы своих клиентов выше собственных. И вот здесь как раз момент истины на Уолл-стрит. Многие брокеры и большие компании жадничают, забывают про свою роль и начинают думать о себе в первую очередь, забывая про клиентов.
Как вам кажется, где на финансовых рынках США проходила граница в 1990-х годах между свободным предпринимательством и анархией?
Это все была абсолютная анархия. Это был почти капиталистический хаос. Одна из ключевых проблем США — порочные отношения Уолл-стрит с Вашингтоном.
Люди едут в Вашингтон, упрощают законы для удобства своих друзей на Уолл-стрит. Они творят там все, что пожелают.
Это огромная проблема. В 1990-е это абсолютно вышло из-под контроля: была даже биржевая игра в кредит, а банки вообще больше походили на казино.
Как-то вы признались в интервью: «Мы не ошибки прошлого. Мы — ресурсы и возможности, которые зиждутся на нашем прошлом». Можете пояснить это высказывание на примере собственной жизни?
Как вы думаете, могли бы вы заработать большие деньги на Уолл-стрит, соблюдая закон?
Да. Я и сейчас регулярно покупаю акции.
Как частный инвестор?
Сколько процентов вы зарабатываете на инвестициях?
Дело в том, что я смотрю на это по-другому. Я инвестирую в основном в долгосрочные венчурные проекты на ранних стадиях. Если я покупаю что-то, то я жду 5–7 лет.
То есть вы инвестируете в стартапы?
Конечно! Мне нравятся компании, которые уже не очень-то стартапы, уже доказали концепцию — это, может, уже и не стартап, там есть идея, есть привлекательность. Они наращивают бизнес.
Вы провели 22 месяца в коррекционном центре в Тафте, штат Калифорния. В фильме это выглядит так, будто это санаторий и спортивный лагерь с расслабленным большим теннисом и т. д. Так было на самом деле?
И да и нет. Был теннис, и все было не так уж ужасно. Но была и иная сторона: тюрьма есть тюрьма. Не знаю про русские тюрьмы и не верю американской прессе, потому что она лжет.
Знаете, я не думаю, что российские заключенные так расслабленно играют в теннис.
Я был помолвлен с русской девушкой, которая была первой «Мисс СССР», — Юлией Сухановой. Мы были вместе несколько лет. Так что я знаю все о России. Она первой в СССР выиграла этот конкурс, а потом СССР распался и стал Россией.
Давайте вернемся к тем 22 месяцам. Насколько я знаю, вы там познакомились с Томми Чонгом, актером. И именно он убедил вас написать книги.
Да, все так и было. Томми был первым, кто предложил мне это сделать.
И он на самом деле описал коррекционный центр как комфортабельный манхэттенский отель. Он сказал, что вы дни напролет играли в теннис и нарды и просили других заключенных выполнять какие-то ваши обязанности. Он говорил правду?
Да, это правда. Но понимаете, как ни крути, это все равно тюрьма.
А вы учились писать? Как вы начали? Говорят, что в тюрьме вы читали «Костер тщеславия» Тома Вулфа и выписывали какие-то моменты про развитие героев, диалоги. Было ли это своего рода школой писателя? Или кто-то вам рассказывал, как писать?
Нет. Я учился по этой книге, и она была для меня своеобразным пособием. Я практиковался. Это и стало ключом моего успеха. Мы с вами говорили раньше про примеры для подражания, так это и было для меня примером для подражания. Я разорвал много черновиков. Наверное, 170 страниц. Я только учился писать и не считал, что эти тексты были достаточно хороши. Писательство — это очень личная штука. Ты очень боишься, что людям не понравится то, что ты написал. Я не хотел это показывать и просто рвал то, что писал.
Потом, когда после выхода на свободу я стал снова писать и показал [рукопись] книжному агенту, ему текст понравился, а там было около 90% правды и 10% выдумки. Он сказал, что это будет лучше продаваться, если это будет полностью реальная история. И я еще раз переписал ее, чтобы там была только правда. Так что фильм не на 100% правдив, а книги — полностью.
Ваши книги стали бестселлерами. Какова была реакция людей на них?
То есть они были оскорблены тем, что вы использовали обсценную лексику?
Да, некоторые люди не любят этого.
В России говорят: «Не пеняй на зеркало, коли рожа крива».
Точно. Во многом это причина. Но слушайте, я уважаю мнение всех и каждого. И я думаю, это здорово, что людей зацепило. Книга должна пробуждать в людях мысль. Часто бывает, придешь в кино или возьмешь книгу, а они тебе там что-то политкорректно вещают. Мне такое претит. И в этом смысле Скорсезе — молодец. Он не пытался осудить моего героя, не занимался морализаторством, он просто показал: вот что они делали, а вы делайте для себя выводы. Сама аудитория должна решать. Кто-то полагает, что это все ужасно, кто-то — что это веселье. К счастью, большинство людей все же умеют читать между строк. Штука в том, что жизнь может быть и веселой и ужасной одновременно, и это круто. Где-то есть не вполне ясная граница. И Скорсезе не хотел диктовать зрителю, что он должен чувствовать или думать.
А правда, что вы хотели стать актером и, пока фильм снимали, Ди Каприо обещал вам помочь с освоением этой профессии? Но после вручения ему «Оскара» он с вами даже говорить не хотел?
Нет, это полная чушь (смеется). Мы с женой эту статью прочитали и надорвали животы от смеха. Я позвонил Лео, и мы тоже над этим вместе посмеялись. Это абсолютная выдумка. Мы с Лео и сегодня дружим. Мы и сегодня ведем бизнес-дела, которые просто феноменально успешны. И еще — я никогда в жизни не хотел стать актером.
Я учился гипнозу
Вы сейчас много путешествуете, проводите мотивационные семинары, консультируете компании. Можете их назвать?
Ваши курсы Jordan Belfort Straight-line Sales Psychology фокусируются на навыках продаж и предпринимательстве. У вас, говорят, гипнотический дар убеждения. Считаете ли вы, что можно научить человека загипнотизировать кого-то на другом конце телефонной линии? Я вообще думаю, что ваш успех в каком-то смысле гипнотический.
Думаю, что можно научить почти любого хорошо продавать. Но «гипноз» — неверное слово. Хотя я учился гипнозу. Это было лет пять назад. Я пошел со своей женой на курс нейролингвистического программирования (НЛП) доктора Ричарда Бендлера, лучшего гипнотизера в мире. И мы изучили все аспекты гипноза. Но это абсолютно другая история, нежели продажи. Они даже не соприкасаются. Основной момент в гипнозе — транс, а тут использование языка и подсознательного общения, языка тела, интонаций. И Бендлер показывает вам, как контролировать разговор, где включать эмоции, где логику. Он показывает, как внушить человеку уверенность.
Огромная проблема сейлзов в том, что они не знают, как удерживать внимание людей, чтобы они не оценивали вашу речь. Когда перед потенциальным клиентом выступает начинающий сейлз-менеджер, клиент ведет внутренний диалог, отвлекается, думает критически. Но если я хочу в чем-то убедить человека, то задействую некоторые интонации и множество скрытых смыслов.
Могу сказать просто: «Джон, это очень хорошая сделка». А могу так: «Послушай, Джон, это оооочень хорошая сделка».
И тогда ваш мозг слышит как будто разные слова. Используя определенную интонацию, вы побуждаете человека использовать все свое внимание, чтобы слушать, что вы говорите, а не отвлекаться и не критиковать вас. Это центральный момент в навыках влияния и убеждения.
Я читал, что вы начинали свои семинары в США в кризисном 2008 году. И семинары были бесплатными. А потом увидели на своей странице в Facebook, что у вас больше подписчиков из Австралии. И поехали туда. Говорят, что после фильма американцы испытывали к вам негативные эмоции и поэтому вам было легче организовать платные семинары за пределами США. Так ли это?
Очень хорошо, что вы упомянули Австралию. Феномен Австралии в том, что благодаря издателю, обложке и тому, как они раскручивали эту книгу, там были беспрецедентные продажи. Им удалось представить ее как легкую историю. В США было по-другому. Она продвигалась как бизнес-книга, и продажи были нормальные, но не такие классные, как в Австралии или где-то еще в мире. А когда в 2008 году наступил глобальный финансовый кризис, в США книга пошла на второй круг.
Обратите внимание: снова был кризис, но за эти преступления никто не ответил, никто не сел. И тут люди стали говорить: «А тот парень был не таким уж плохим, если сейчас посмотреть на тех, кто обанкротил весь мир!» И тогда я проехал со своими семинарами по всей Америке, по 10–12 городов за раз.
Вы консультировали компанию Virgin Ричарда Брэнсона, и он проявил к вам особый интерес. Можно ли сказать, что он видел в вас пример для подражания? Ведь многие воспринимают его самого как образец.
Думаю, что Ричард оценил то, что я вернулся в бизнес. В 2009 году он был первым, кто меня поддержал. Он нанял меня и проспонсировал. Получилось так, что гендиректор Virgin попал ко мне на семинар и позвонил Ричарду, прямо когда я был на сцене. «Тебе надо послушать, что этот парень говорит, — сказал он. — Он отличный оратор». И Ричард пригласил меня к себе домой. Потом он разделил запись той моей речи на небольшие кусочки и опубликовал на сайте Virgin. Это был прорыв для меня! Если Ричард попросит меня о чем-то, я сделаю это в два счета.
Испорченный Робин Гуд: реальная история «волка с Уолл-стрит»
И хотя Скорсезе и ди Каприо заинтересованы не столько в подробностях махинаций с ценными бумагами, сколько в демонстрации бесстыдного гедонизма, в ленте достоверно изображено одно из первых публичных разоблачений Белфорта на страницах Forbes. Автор Роула Халаф, ныне — редактор международного отдела Financial Times, правда, не придумала фразу «волк с Уолл-стрит», а назвала Белфорта «испорченным Робин Гудом, который забирает у богатых и отдает самому себе и своей веселой шайке брокеров». Вот как выглядели описанные события в 1991 году.
Когда Джордану Белфорту было двадцать три года, он ходил от одного дома к другому, продавая мясо и морепродукты на Лонг-Айленде в Нью-Йорке, и мечтал о том, как бы разбогатеть. Уже через несколько месяцев у него появилась своя сеть грузовых перевозок, он доставлял по 5000 фунтов говядины и рыбы в неделю. Но Белфорт слишком быстро расширялся, и ему попросту не хватило капитала. В двадцать пять лет он объявил о личном банкротстве.
«Я был довольно талантливым, — пожимает плечами красноречивый Белфорт, которому теперь 29 лет. — Но прибыль была невелика».
Со своими клиентами, впрочем, он пока этим богатством не поделился. Год назад, еще до того как клиенты начали жаловаться, Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) взялась за расследование продаж и трейдинговых операций, проводившихся Stratton. Некоторые бывшие брокеры фирмы получили повестки в суд. Белфорт подтвердил факт расследования — по его словам, Stratton оказывает правоохранительным органам полное содействие.
Будущий воротила Уолл-стрит родился в Квинсе в семье бухгалтеров и получил диплом по биологии в Американском университете. После того как его мясной бизнес развалился, он учился брокерскому делу в нескольких компаниях: L.F.Rothshild, D.H.Blair и F.D.Roberts Securities. Аспирантуру Белфорт проходил уже в Investors Center — фирме со штатом в 850 человек, работавшей с копеечными акциями (ценными бумагами с очень низкой рыночной ценой). Он пришел туда на работу в 1988 году, а через год Investors Center была закрыта по решению регулятора SEC.
Для того чтобы продвигать свои акции клиентам, Белфорт нанял таких же мотивированных молодых продавцов, какими были водители его рефрижераторов. Он научил их проверенной технике «холодного обзвона» под кодовым именем «Реклама Кодака». Это означало, что прежде всего клиенту предлагали не какой-то никому не известный, вытащенный из-под прилавка товар, а первоклассные акции, часто — акции Eastman Kodak. Только после того как инвестор заглатывает приманку в виде «голубых фишек», брокеры Белфорта начинают рекламировать ему приносящий быструю прибыль хлам. Бывший брокер из Stratton вспоминает девиз Белфорта: «Хватайте их за глотку и не позволяйте положить трубку».
Для брокеров из этой «банды сорванцов» Джордан быстро стал настоящим идолом.
Основатель Stratton, словно неоперившийся вариант великого продавца копеечных акций из Нью-Джерси Роберта Бреннана, говорит, что помогает клиентам инвестировать в будущее Америки. «Для меня важнее всего быть связанным с акциями здоровых в своей основе компаний, компаний, приносящих доходы», — заверяет он.
Ventura владеет 52-летний Харви Бибикофф, которому ранее принадлежала компания Discovery Associates, занимавшаяся розничной продажей электронного оборудования. Под его руководством эта компания, которая сегодня носит имя Leo’s Industries, также понесла тяжелые убытки.
Белфорт цинично признает, что операция с бумагами Ventura была хороша, но «любая история когда-то заканчивается».
Вся правда о «Волке с Уолл-стрит» Джордане Белфорте
Мартин Скорсезе снял невероятную картину в 2013 году. Речь, конечно же, идет о «Волке с Уолл-стрит». Каждый из нас задавался вопросом: «Да вы серьезно? Они реально так жили и работали, а Джордан, мать его, Белфорт и в самом деле слил 2 миллиона долларов на мальчишник?». Вопросов много, а ответы будут интересными.
Отличный оратор, человек, который вдохновлял людей на то, чтобы они зарабатывали для него деньги, человек, который мог позволить себе швыряться лобстерами в сотрудников ФБР, миллионер, который построил карьеру, о которой снял фильм гениальный режиссер, главную роль в которой сыграл талантливейший актер Леонардо Ди Каприо. Сегодня мы расскажем о Джордане Белфорте, о Робин Гуде, который брал деньги у богатых и отдавал… и оставлял себе.
С чего все начиналось
Белфорт родился в еврейской семье, что вряд ли кого-то удивит. Окончив школу, Джордан поступил в университет и окончил его со степенью в области биологии. Видимо, учился, как и многие люди, «чтобы корочку получить». Но шутки в сторону, это еще раз доказывает то, что, независимо от образования, ты всегда можешь добиться поставленной цели. На этом минутка мотивации оканчивается.
Коммерческая жилка у парня появилась еще в ранние годы, и он решил поступить в университет Мэриленда, чтобы выучиться на стоматолога. Однако решение свое изменил после того, как декан в первый же день сказал, что «золотой век» стоматологии в Америке закончился, и здесь учатся те, кто хочет помогать людям, а не зарабатывать большие деньги. Белфорт был бы и рад оказать посильную помощь, только на первом месте для него был заработок, а не благотворительность. Спустя некоторое время друг семьи помог ему устроиться в брокерскую контору, где и начался рост маленького волчонка.
Как волчонок стал волком
Стоило Джордану сдать все квалификационные экзамены, как грянул черный понедельник, и многие брокерские агентства разорились. Побыв какое-то время безработным, он устроился в посредственное агентство, но вскоре понял, что может обманывать людей еще круче. Собрав команду амбициозных парней, он основал «Стрэттон Акман», и вскоре они стали одним из крупнейших брокерских агентств. Об экономических манипуляциях мы поговорим чуть позже. Сейчас интереснее узнать о том, как эти ребята отдыхали. Наверняка ты сразу же вспомнишь момент, где карликов швыряли в мишень. Думаешь, это вымысел сценаристов? О нет, Белфорт счел этот способ развлечься вполне уместным. Побрить сотрудницу налысо за несколько тысяч долларов? Деньги на столе, почему ты все еще не лысая?! Но дальше – лучше: компания отражала расходы на проституток в своей налоговой декларации. Отличная мотивация, да и начальство знает, как развлечь. Некоторые трудовые будни этих ребят были веселее, чем твои корпоративы.
Нельзя забыть о мальчишнике, который обошелся нашему герою в 2 миллиона долларов. Шлюхи, алкоголь и наркотики – как ты успел понять – это неотъемлемая составляющая каждого празднования, но вот львиную долю от этой суммы составила компенсация отелю – 700 000 долларов. В ходе празднования был «уничтожен» целый этаж, так что пришлось заменить всю мебель.
Витиеватый Робин Гуд
Именно так его прозвала журналистка Форбс после того, как взяла интервью. Дело в том, что компания Джордана была ориентирована на собственное обогащение, а никак не на обогащение своих клиентов. Итогом стали продажи ничтожных акций тысячам людей, манипуляции с доходами и укрытие налогов. Что говорить, ведь все работники знали лозунг: «Не вешай трубку до тех пор, пока клиент не купит либо не умрет».
Белфорт производил манипуляции путем выкупа большей части акций какой-либо компании, так что ему не составляло труда повысить либо уменьшить стоимость конкретных ценных бумаг, а делать такое – незаконно. Вскоре все его манипуляции выплыли наружу, и он загремел в тюрьму на 22 месяца. Сам Белфорт сказал: «Я неожиданно вспомнил, что богат, а деньги везде творят чудеса». Так что время заключения он провел, играя в теннис и укрепляя тело, а когда вышел на свободу, то сменил род деятельности.
Жизнь после
По итогам такой бурной жизни от Джордана ушла жена Наоми (именно ее сыграла Марго Робби), остались долги в 110 миллионов долларов, хотя в фильме обозначена сумма в 20 миллионов. Белфорт расплатился с обманутыми инвесторами, а точнее выплатил половину суммы и по решению суда стал свободен от уплаты второй половины.
Так как нашему герою запрещено заниматься манипуляциями с ценными бумагами, сегодня он обучает людей искусству продаж. Являясь бизнес-тренером, он создал свою схему, которая позволяет убедить купить ту или иную вещь практически любого человека. Именно от него пошел трюк с продажей ручки. Мемуары «Волк с Уолл-стрит» были написаны самим Белфортом, а за экранизацию он получил немалые деньги. Джордан на своих курсах учит тому, что мотивация, этика, интерес имеют приоритет в продажах, а уж затем идут способности и навыки. На сегодняшний день он выпустил еще одну книгу, которая рассказывает о его жизни уже после тюрьмы.