власть в тротиловом эквиваленте наследие царя бориса книга

Власть в тротиловом эквиваленте наследие царя бориса книга

Михаил Никифорович Полторанин

Власть в тротиловом эквиваленте. Полная версия

© Полторанин М.Н., 2017

© ООО «ТД Алгоритм», 2017

Всякая власть исходит от народа. И никогда уже к нему не возвращается.

За строкой воспоминаний М.Н. Полторанина

Книга Михаила Никифорович Полторанина «Власть в тротиловом эквиваленте» сразу же привлекла к себе внимание читателей. Не только потому, что автор когда-то входил в ближайшее окружение Б.Н. Ельцина, но и потому, что в ней затрагиваются некоторые тайны недавнего времени.

Прежде всего, это касается истоков перестройки.

Широко распространено мнение, будто бы М.С. Горбачев и его команда пытались реформировать советское общество чуть ли не вслепую.

«Никакой программы перестройки не было, – писал бывший шеф КГБ СССР Владимир Александрович Крючков. – Люди путались в догадках относительно того, что же представляет собою этот замысловатый лозунг. Попытки выяснить, к чему же мы идем, какие цели преследуем, какие конкретные и перспективные задачи решаем, наталкивались на многословие Горбачева, а то и на глухую стену молчания».

Отрицал существование программы перестройки и А.Н. Яковлев. Он утверждал, что «преобразования в 1985 году начались без плана и даже без идей». «Что касается плана, – разъяснял Александр Николаевич, – то его и не могло быть. Кто в то время мог принять «план» коренной реформации общественного строя, включавший в себя ликвидацию моновласти, моноидеологии и монособственности? Кто? Аппарат партии и государства? КГБ? Генералитет?».

На этом настаивает другой сподвижник генсека В. А. Медведев: «В дискуссиях последних лет часто звучит вопрос: имел ли Горбачев, начиная перестройку, ее программу? Конечно, тщательно разработанной по всем пунктам и подпунктам программы не было, да и не могло быть. Была сумма идей, на основе которых постепенно формировался новый политический курс». И далее: «Я считаю, что весь период от мартовского и апрельского Пленумов ЦК КПСС до XXVII съезда включительно и даже до конца 1986 года – это и был период формирования и упрочения политики перестройки».

Между тем директор Института США и Канады, Г.А. Арбатов, которого американцы называли «советским Киссинджером», утверждал, что когда уже после 1991 г. он задал М. С. Горбачеву вопрос о программе реформ, тот ответил, что к весне 1985 г. имел «общий план» и уже обдумывал решение «нескольких важнейших проблем», но «что делать дальше», во многом «подсказывал» «ход событий».

О том, что к 1985 г. общая «концепция перестройки» у него была, М.С. Горбачев заявлял позднее сам. «Концепция перестройки была», утверждает Михаил Сергеевич, не было конкретного плана, «как меню или расписания поездов».

Чтобы понять степень искренности бывшего генсека на этот счет, необходимо учесть, что разработку программы перестройки начал еще Ю.В. Андропов в 1982 г. И М.С. Горбачев имел к этому самое непосредственное отношение.

Поднявшись на вершину власти, Михаил Сергеевич немедленно приступил к составлению «плана» конкретных действий. Бывший американский посол Д. Мэтлок утверждает: «Едва заняв пост генсека, Горбачев поручил составление первоначального проекта «программы» двум настроенным на реформы соратникам, Александру Яковлеву и Михаилу Полторанину. Их отправили на загородную дачу, дабы они могли несколько недель поработать в тиши и покое…»

Откуда же у американского посла такая информация?

Оказывается, он почерпнул ее 23 сентября 1992 г. из беседы с бывшим тогда вице-премьером М. Н. Полтораниным. И хотя воспоминания Д. Мэтлока были опубликованы в 1995 г., М.Н. Полторанин подтвердил упоминаемый им факт только после того, как в 2003 г. книга Д. Мэтлока появилась в Москве на русском языке.

«Я, – заявил он в 2004 г. на страницах газеты «Москвичка», – работал в «Правде», занимался экономическими проблемами… В 85-м году – весной – написал большую статью об инерции, о том, к чему мы пришли и что нужно делать. Горбачев ее прочитал, отметил пять направлений и включил меня в группу», «которая той же весной занялась подготовкой концепции перестройки».

Через пять лет в интервью журналу «Русская жизнь» М.Н. Полторанин подтвердил факт своего участия в разработке концепции перестройки и уточнил, что к этой работе его привлек Валерий Иванович Болдин, с которым он был знаком по работе «Правде». Когда М.С. Горбачев начал формировать свою команду Валерий Иванович, ставший к тому времени помощником генсека, порекомендовал ему Михаила Никифоровича. М.С. Горбачев пригласил его для беседы, а после нее отправил «на сталинскую дачу», видимо, в Волынское, где и расположилась рабочая группа.

Из текста последнего интервью явствует, что работа продолжалась «три месяца».

Однако в беседе со мной 2 октября 2012 г. Михаил Никифорович сделал уточнение. Оказывается, одновременно с разработкой концепции перестройки шла подготовка доклада, посвященного научно-техническому прогрессу. Оба документа («Доклад генерального секретаря по научно-техническому прогрессу» – не менее 50 с. и «Предложения по реформированию экономии и политической системы» – 32 с.) были подготовлены примерно за месяц: не ранее 18 марта (публикация упоминавшейся статьи М.Н. Полторанина) – не позднее 23 апреля (открытие Пленума ЦК КПСС).

Сначала предполагалось, что вопрос о научно-техническом прогрессе будет обсуждаться на Апрельском пленуме 1985 г., затем было решено созвать для рассмотрения этого вопроса специальное совещание. В связи с этим, по словам М.Н. Полторанина, в мае-июне доклад по научно-техническому прогрессу был подвергнут доработке.

Следовательно, «три месяца» заняла работа над докладом, а «концепция перестройки» была готова уже к 23 апреля 1985 г.

Что представляла собой эта команда?

Ученик лауреата Нобелевской премии академика Л.В. Канторовича, А.Г. Аганбегян занимал в это время пост директора Института экономики Сибирского отделения АН СССР. К этому времени он, по его собственному признанию, неоднократно «месяцами работал в Москве на дачах ЦК КПСС», «готовил речи на экономические темы для руководителей государства, материалы съездов и т. д.». Внимание будущего генсека он, по всей видимости, привлек «весной 1984 года», когда «написал Горбачеву доклад о положении в экономике на 132 страницах». «В декабре того же года, – вспоминает А.Г. Аганбегян, – по поручению Горбачева вместе с коллегами я участвовал в подготовке пленума по научно-техническому прогрессу, и меня даже не отпустили встречать Новый год в Новосибирск».

В отличие от А.Г. Аганбегяна А.И. Вольский был известен только в аппаратных кругах. Будучи помощником генсека, он принимал участие в разработке подготавливаемой Ю.В. Андроповым программы реформ, в частности в 1983 г. им был разработан проект реформирования СССР, предусматривающий разделение его на 41 штат.

Источник

Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса

Эта книга, наверное, вызовет скандал с эффектом взорвавшейся бомбы. Хотя вынашивалась и писалась она не ради этого. Михаил Полторанин, демократ-идеалист, в свое время правая рука Ельцина, был непосредственным свидетелем того, как умирала наша держава и деградировал как личность первый президент России.

Отзывы читателей

Скачать книгу «Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса»

О книге

Нельзя найти человека, равнодушного к тому, что происходит в окружающем мире. Это то, что напрямую влияет на качество жизни и самоощущение людей. В публицистике можно найти ответы на многие вопросы, можно увидеть проблемы и подумать о возможности их решения.

Книга Полторанина Михаила Никифоровича «Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса», написанная в жанре публицистика, описывает проблемы общества и человека, что всегда вызывает особый интерес. Читая книгу, понимаешь, насколько важно то, о чем говорит автор. Проблемы, освещенные в книге, всегда стояли остро и всегда будут волновать массы.

Автор выражает свой взгляд, приводит доказательства, делится фактами, опираясь на всё, что можно узнать по этой теме. Можно по-разному относиться к тому, что пишет автор, но принять во внимание его взгляды однозначно стоит. Произведение входит в серию «Тайное и неизведанное», которая нравится многим поклонникам литературы. Серия посвящена общей тематике, что позволяет полностью погрузиться в реалии, описываемых в книгах. Благодаря этой книге вырисовывается четкая картина происходящего в мире и отдельной стране, становятся понятны многие проблемы и трудности, которые возникают на пути их решения. Объём книги – 17 страниц, она была выпущена в 2010 году издательством «Эксмо». На сайте есть возможность читать книгу онлайн или скачать в формате epub, fb2, pdf.

Источник

Власть в тротиловом эквиваленте наследие царя бориса книга

ВЛАСТЬ В ТРОТИЛОВОМ ЭКВИВАЛЕНТЕ

Наследие царя Бориса

Горькая правда похожа на оголенные провода, по которым бежит ток. Дотронешься — тряхнет.

Чтобы народ к такой правде не прикасался, власть закрытого общества обматывает ее, как изолентой, враньем и цензурными воспрещениями. Иначе током будет бить по сознанию нации, и невозможно его усыпить для последующего сковывания народной воли. А бодрствующее сознание всегда враждебно режиму, нацеленному на свои корыстные интересы.

Если мы хотим знать правду о том, кто нас ведет, куда и зачем — надо чаще браться за оголенные провода. То есть вникать в суть происходящего и, называя вещи своими именами, делать определенные выводы.

Честный анализ событий может способствовать этому.

Когда я возглавлял госкомиссию по изучению и рассекречиванию закрытых документов, много спрятанной правды открылось мне из недавнего прошлого. А работа в российском правительстве и других органах власти позволила дотянуться до строго охраняемых секретов нынешнего Кремля. Собирался еще раньше выплеснуть кое-что на читателя.

Классик русской литературы Виктор Петрович Астафьев сказал мне: «Не торопись». Мы снимали о нем фильм в Овсянке на берегу Енисея и в перерыве ели гороховый суп, приготовленный классиком. Тогда одни за другими издавались «размышлизмы» действующих политиков. Больной, но бодрый Виктор Петрович посмеивался над ними: «Какое-то недержание у людей — торопятся с конъюнктурными скороспелками попасть на книжные полки. Но нет от них сытости мысли: не отстоялось. Я даже гороховому супу даю отстояться. Писать надо, когда нельзя не писать». Нельзя не писать — это теперь про меня. В молодежных аудиториях нас, ветеранов политики, стали терзать расспросами: а как на самом деле умирал Советский Союз и почему Россия не выбирается из колеи, которая ведет туда же, где вдруг очутился СССР? Люди хотят достучаться до правды, а она за тяжелыми засовами демагогии и удобных для власти мифов, сочиняемых по заказу. На официальном уровне идет героизация палачей постсоветской эпохи и воспевание палачества как явления, а защита интересов народа выдается за злодеяние.

Почему так происходит? В своих заметках, основанных на редких документах, на личных наблюдениях и в чем-то покаянных, я попытался ответить на этот вопрос. Можно воспринимать изложенное в книге как свидетельские показания: на моих глазах происходили события — от подготовки к разгрому великой державы и подбора кадров для достижения этой цели до превращения демократической России в угрюмый Паханат.

ВОРУЙ-ГОРОД И КРАСНАЯ ГУСЕНИЦА

Многие факты, как оголенные провода. Прикасаться к ним или не прикасаться — дело читателя. Всякая власть исходит от народа. И никогда уже к нему не возвращается.

Перемывать косточки власти — любимое занятие наших людей. На кухнях. За дружескими застольями. И даже в тайге.

Был у меня знакомый охотник-промысловик Федор Паутов, ловил капканами баргузинских соболей. В его закопченной сторожке я пару раз ночевал. Долгими зимними вечерами Паутов обрабатывал в избушке шкурки зверьков. Постоянное одиночество при подрагивании язычка пламени в керосиновой лампе рождало в охотнике самодеятельного философа. Он всему находил свое объяснение.

— Власть — это эгоистичная женщина, — говорил Паутов. — Она хочет быть у тебя единственной и на всю жизнь. Сколько проклятой ни давай, ей все мало. Ты вроде бы сам приводил ее в свой дом, а захочешь прогнать — не получится. С местными начальниками проще. А с самыми большими — никак. Оплот у них очень надежный.

А оплот — кто? На это у охотника тоже имелся ответ: феодалы. Они были и будут всегда. Разговоры наши шли еще в советские времена, и феодалами Паутов называл партийных секретарей.

Охотник мужицким чутьем доходил до понимания характера власти в Советском Союзе. Да и не только он. Народ хоть и не участвовал в назначениях кремлевских постояльцев, но видел, из каких элементов конструировался режим.

Кремлевские постояльцы — генеральные секретари ЦК КПСС не были самодержцами Всея Руси. Из своей среды их отбирали и ставили на божницу члены Центрального комитета — первые секретари обкомов, крайкомов, ЦК компартий союзных республик. По определению охотника Паутова, феодалы. Сговорившись, эти феодалы могли сместить генсека, что они сделали с Никитой Хрущевым. Но это был исключительный случай. Первые секретари оберегали режим от малейших встрясок, потому что были его опорой и сердцевиной.

Источник

Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса

Скачать книгу

О книге «Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса»

Эта книга, наверное, вызовет скандал с эффектом взорвавшейся бомбы. Хотя вынашивалась и писалась она не ради этого. Михаил Полторанин, демократ-идеалист, в свое время правая рука Ельцина, был непосредственным свидетелем того, как умирала наша держава и деградировал как личность первый президент России. Поначалу горячий сторонник и ближайший соратник Ельцина, позже он подвергал новоявленного хозяина Кремля, который сдавал страну, беспощадной критике. В одном из своих интервью Полторанин признавался: «Если бы я вернулся в то время, я на съезде порекомендовал бы не давать Ельцину дополнительных полномочий. Сказал бы: «Не давайте этому парню спички, он может спалить всю Россию. «

Спецкор «Правды», затем, по назначению Б.Н.Ельцина, главный редактор газеты «Московская правда», в начале 1990-х он достиг апогея своей политической карьеры: был министром печати и информации, зампредом правительства. Во всей своей зловещей достоверности открылись перед ним тайники кремлевского двора, на глазах происходило целенаправленное разрушение экономики России, разграбление ее богатств, присвоение народной собственности кучкой нуворишей и уничтожение самого народа. Как это было, какие силы стояли и по-прежнему стоят за спиной власти, в деталях и лицах рассказывает в своей книге, в чем-то покаянной, основанной на подлинных фактах и личных наблюдениях, очевидец закулисных интриг Кремля.

На нашем сайте вы можете скачать книгу «Власть в тротиловом эквиваленте. Наследие царя Бориса» Полторанин Михаил Никифорович бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Мнение читателей

Господина Поторанина очень легко читать, учитывая в первую очередь то,что тема истории 20 века мне намного интереснее многих других

Книга интересна своими фактами о развале и сдаче нашей страны, проливает небольшой свет на заинтересованную в этом номенклатуру из внешнеторговых работников и спецслужбистов

Это одна из редких книг, благодаря которой можно начать понимать, что происходит со страной, степень катастрофы, понять, КАК и ПОЧЕМУ мы оказались в таком положении

Читала с комом в горле,иногда слезы текли сами собой

Надо всему российскому народу эту книгу прочитать, чтобы понять сущность «наших» СМИ,правителей

Книга сильная, большой поклон ее автору, многие кому не без различна судьба нашей Родины должны ее прочесть

Автор был свидетелем и активным участником процесса восхождения к власти Ельцина и пишет об этом весьма откровенно

Отзывы читателей

Замечательная книга. Вот бы всем россиянам её прочитать. И ура патриотам в том числе.

Мы попали в беспросветное настоящее.. Нынешний главный упырь, полнейший безумец, беспросветный лихоимец.

ВЛАСТЬ В ЭТИЛОВОМ ЭКВИВАЛЕНТЕ. НАСЛЕДИЕ ЦАРЯ БОРИСА.

Источник

Эта книга, наверное, вызовет скандал с эффектом взорвавшейся бомбы. Хотя вынашивалась и писалась она не ради этого. Михаил Полторанин, демо­крат-идеалист, в свое время правая рука Ельцина, был непосредственным сви­детелем того, как умирала наша держава, и деградировал как личность первый президент России. Поначалу горячий сторонник и ближайший соратник Ельци­на, позже он подвергал новоявленного хозяина Кремля, который сдавал страну, беспощадной критике. В одном из своих интервью Полторанин признавался: «Если бы я вернулся в то время, я на съезде порекомендовал бы не давать Ельци­ну дополнительных полномочий. Сказал бы: «Не давайте этому парню спички, он может спалить всю Россию. »

Спецкор «Правды», затем, по назначению Б.Н. Ельцина, главный редактор газеты «Московская правда», в начале 1990-х он достиг апогея своей политиче­ской карьеры: был министром печати и информации, зампредом правительства. Во всей своей зловещей достоверности открылись перед ним тайники кремлев­ского двора, на глазах происходило целенаправленное разрушение экономики России, разграбление ее богатств, присвоение народной собственности кучкой нуворишей и уничтожение самого народа. Как это было, какие силы стояли и по-прежнему стоят за спиной власти, в деталях и лицах рассказывает в своей книге, в чем-то покаянной, основанной на подлинных фактах и личных наблю­дениях, очевидец закулисных интриг Кремля.

Горькая правда похожа на оголенные провода, по которым бежит ток. Дотронешься — тряхнет.

Чтобы народ к такой правде не прикасался, власть закрыто­го общества обматывает ее, как изолентой, враньем и цензурны­ми воспрещениями. Иначе током будет бить по сознанию нации, и невозможно его усыпить для последующего сковывания народ­ной воли. А бодрствующее сознание всегда враждебно режиму, нацеленному на свои корыстные интересы.

Если мы хотим знать правду о том, кто нас ведет, куда и за­чем — надо чаще браться за оголенные провода. То есть вникать в суть происходящего и, называя вещи своими именами, делать определенные выводы.

Честный анализ событий может способствовать этому.

Когда я возглавлял госкомиссию по изучению и рассекречи­ванию закрытых документов, много спрятанной правды откры­лось мне из недавнего прошлого. А работа в российском прави­тельстве и других органах власти позволила дотянуться до строго охраняемых секретов нынешнего Кремля. Собирался еще раньше выплеснуть кое-что на читателя.

Классик русской литературы Виктор Петрович Астафьев ска­зал мне: «Не торопись». Мы снимали о нем фильм в Овсянке на берегу Енисея и в перерыве ели гороховый суп, приготовленный классиком. Тогда одни за другими издавались «размышлизмы» действующих политиков. Больной, но бодрый Виктор Петрович посмеивался над ними: «Какое-то недержание у людей — торопят­ся с конъюнктурными скороспелками попасть на книжные полки. Но нет от них сытости мысли: не отстоялось. Я даже гороховому супу даю отстояться. Писать надо, когда нельзя не писать».

Нельзя не писать — это теперь про меня. В молодежных ау­диториях нас, ветеранов политики, стали терзать расспросами: а как на самом деле умирал Советский Союз и почему Россия не выбирается из колеи, которая ведет туда же, где вдруг очутился СССР? Люди хотят достучаться до правды, а она за тяжелыми за­совами демагогии и удобных для власти мифов, сочиняемых по заказу. На официальном уровне идет героизация палачей постсо­ветской эпохи и воспевание палачества как явления, а защита ин­тересов народа выдается за злодеяние.

Почему так происходит? В своих заметках, основанных на редких документах, на личных наблюдениях и в чем-то покаян­ных, я попытался ответить на этот вопрос. Можно воспринимать изложенное в книге как свидетельские показания: на моих глазах происходили события — от подготовки к разгрому великой дер­жавы и подбора кадров для достижения этой цели до превраще­ния демократической России в угрюмый Паханат.

Многие факты, как оголенные провода. Прикасаться к ним или не прикасаться — дело читателя.

Всякая власть исходит от народа.

И никогда уже к нему не возвращается.

ВОРУЙ-ГОРОД И КРАСНАЯ ГУСЕНИЦА

Перемывать косточки власти — любимое занятие наших лю­дей. На кухнях. За дружескими застольями. И даже в тайге.

Был у меня знакомый охотник-промысловик Федор Паутов, ловил капканами баргузинских соболей. В его закопченной сто­рожке я пару раз ночевал. Долгими зимними вечерами Паутов об­рабатывал в избушке шкурки зверьков. Постоянное одиночество при подрагивании язычка пламени в керосиновой лампе рожда­ло в охотнике самодеятельного философа. Он всему находил свое объяснение.

— Власть — это эгоистичная женщина, — говорил Паутов. — Она хочет быть у тебя единственной и на всю жизнь. Сколько про­клятой ни давай, ей все мало. Ты вроде бы сам приводил ее в свой дом, а захочешь прогнать — не получится. С местными начальни­ками проще. А с самыми большими — никак. Оплот у них очень надежный.

А оплот — кто? На это у охотника тоже имелся ответ: феода­лы. Они были и будут всегда. Разговоры наши шли еще в советские времена, и феодалами Паутов называл партийных секретарей.

Охотник мужицким чутьем доходил до понимания характера власти в Советском Союзе. Да и не только он. Народ хоть и не уча­ствовал в назначениях кремлевских постояльцев, но видел, из ка­ких элементов конструировался режим.

Кремлевские постояльцы — генеральные секретари ЦК КПСС не были самодержцами Всея Руси. Из своей среды их отбирали и ставили на божницу члены Центрального комитета — первые секретари обкомов, крайкомов, ЦК компартий союзных республик. По определению охотника Паутова, феодалы. Сговорившись, эти феодалы могли сместить генсека, что они сделали с Никитой Хрущевым. Но это был исключительный случай. Первые секрета­ри оберегали режим от малейших встрясок, потому что были его опорой и сердцевиной.

Они, как гусеницы, готовились превратиться в бабочек, что­бы, расправив крылья, самим взлететь на божницу. И до сих пор непонятно, по каким признакам секретари отбирали себе вож­дей. Теперь это не так важно.

Важнее осмыслить другое: как умудрились они сдать свою, казалось бы, неприступную власть и страну? Как из партийных секретарей выклевывались руководители постсоветской поры и, в частности, новой России? Как из номенклатурной гусеницы вы­зревало крылатое существо и воспаряло в большую политику? И наконец, какая среда формировала взгляды, сортировала крас­ных партийных гусениц по полочкам иерархии? Прежде чем пе­рейти к конкретным фамилиям — ив первую очередь, к фамилии Ельцин, — сделаю краткий экскурс в историю с секретарями.

За двадцать пять лет работы в советской печати я повидал много партийных функционеров. С кем-то сходился накоротке, с кем-то общался по долгу службы. Сегодня их преподносят как этакий монолит, как безликий отряд исполнителей, обструганных сусловским ретроградством. Нет, это были разные люди, порой разные до противоположности — и по широте кругозора, и по отношению к людям, к работе и даже по отношению к святая свя­тых — самой машине власти в СССР. Опираюсь в этих выводах на личные наблюдения. Поделюсь некоторыми из них.

С первым секретарем Восточно-Казахстанского обкома пар­тии Неклюдовым я познакомился, как говорится, по случаю. Мо­сковский журнал «Партийная жизнь» заказал ему статью о пер­спективах социально-экономического развития Рудного Алтая. Край этот был тогда на подъеме: добывал золото, серебро и ред­коземельные металлы, перерабатывал урановое сырье, выпускал машины, строил заводы и гидростанции. Как там трудились в об­коме над материалом, не ведаю, но звонит Неклюдов редактору областной газеты «Рудный Алтай»:

Молодым литсотрудником был я, меня и отрядили на раб­ское дело.

Источник