в каком году крестили татар на руси
Правда о русских «крестовых походах»: как православные поступили с мусульманами после взятия Казани
17 октября — день памяти святителей Гурия и Варсонофия, Казанских чудотворцев
Приблизительное время чтения: 7 мин.
Со времени Куликовской битвы борьба с татарами приобрела на Руси значение крестовых походов. Отправляясь в поход на Казань, Иван Грозный говорил: «Хочу пострадать за православную веру и за святые церкви не только до крови, но и до последнего издыхания». По словам историка Георгия Кунцевича, в поход он взял боевую хоругвь с Нерукотворным Образом Спасителя и крест — они были с Дмитрием Донским на Куликовом поле. А еще легендарный посох ростовского святителя Авраамия, которым тот сокрушил идола Велеса. А после победы учредил Казанскую епархию и отправил туда целую миссию во главе со святителями Гурием и Варсонофием.
Святыми не рождаются
Когда князь Иван Пеньков — по навету — обвинил своего управляющего, дворянского сына Григория Руготина в шашнях с его, князя, законной женой и заточил в подземелье, ему и в голову не могло прийти, что под замком у него сидит будущий святитель, первый Казанский архиепископ Гурий. Там, в темнице, он подорвет здоровье, зато укрепит и углубит религиозное чувство. И, выйдя на волю, примет постриг в Иосифо-Волоколамском монастыре, в котором потом почти 9 лет будет игуменом.
На Казанскую кафедру, учрежденную в 1555 году, его изберут по жребию. А в помощь ему дадут архимандрита Варсонофия из Пешношской обители. Сын приходского священника из Серпухова, Варсонофий в 1512 году во время рейда татар на Рязань попал в плен и прожил там три года, пока отец собирал деньги на выкуп. В плену он выучил татарский язык, а вернувшись домой, поехал в Москву и в Спасо-Андрониковом монастыре принял иноческий постриг.
Шло время, монаха Варсонофия поставили игуменом Николо-Пешношской пустыни, основанной в 15 верстах от Дмитрова учеником преподобного Сергия Радонежского Мефодием. А в 1553 году царь, заехав в обитель, обратил на него внимание: опытный настоятель, побывал в плену, язык и нравы татар знает, — и вспомнил о нем, когда в Казани учредили новую епархию.
Как ислам не победил христианство в Поволжье
Вообще-то, христианство на казанских землях, по свидетельству археологов, появилось в глубокой древности. Но в конце IX века эта территория частично вошла в состав Волжской Булгарии. И хотя первый ее хан Курбат в юности был крещен и воспитывался в Константинополе в императорском дворце, в X веке она в качестве государственной религии приняла ислам.
Но христианские поселения на Средней Волге остались. Да и в самой столице жили русские купцы и ремесленники — христиане, а на ее западной окраине была христианская армянская колония.
В Казанском ханстве тоже были русские и армянские колонии, храмы и кладбища. А в 1552 году в верховьях Волги в районе Углича построили деревянную крепость Свияжск, ставшую административным, торговым и христианским русским центром на востоке государства.
Край обыденных церквей
Помимо политических, были у похода на Казань и другие причины.
16 января 1547 года великий князь всея Руси Иоанн IV стал первым русским венценосцем, помазанником Божиим, защитником православных христиан от Востока до Запада. Приближалось столетие падения православной Византии, и надо было показать всему миру, что вместо Константинополя теперь Москва — хранительница православия от магометанства.
Поэтому московский царь на всех завоеванных землях — на территории четырех губерний: Владимирской, Казанской, Нижегородской и Симбирской — строил множество монастырей, церквей, часовен и погостов. А опробованную в казанском походе практику строительства так называемых обыденных — то есть построенных за один день — часовен и церквей царь Иван потом использовал в Прибалтике во время Ливонской войны.
Дмитрий Донской по обету после Куликовской битвы построил несколько монастырей. Петр I, Екатерина II, Павел I повторили путь Ивана Грозного в Казань, но никто из них не оставил после себя церквей.
Он сам выбрал место для соборной Благовещенской церкви, своими руками заложил на месте престола святой крест, а потом сам рубил лес и носил на плечах бревна. Ничего удивительного — он следовал примеру отца, Василия III, который по обету, данному перед рождением сына, в один день построил церковь Иоанна Предтечи на старом Ваганьковском погосте в Москве.
А в версте от Казани царь сразу же заложил Зилантов Успенский монастырь — на том месте, где были погребены воины, погибшие во время штурма города. И в самой Казани — Спасо-Преображенский мужской монастырь, иноки которого должны были вечно петь панихиды по павшим воинам.
Мягкий Грозный царь
Удивительное дело, при Грозном царе миссионеры действовали крайне деликатно. С одной стороны, всю Казань застроили православными храмами и монастырями.С другой, вопреки сложившимся стереотипам, после взятия Казани русскими войсками никто не запрещал татарам, верным исламу, оставаться в городе. Выселили их только через несколько лет, после их попытки восстановить независимость ханства. Тогда начали строить каменную крепость, рядом с которой появилась отдельная татарская слобода.
После завоевания царь Иван обещал ногайским правителям, что не будет притеснять ислам, и остался верен слову. При нем не было массового обращения в православие татарских мурз и землевладельцев. Первыми — по доброй воле — крестились самые высокопоставленные татары из Чингизова рода (из них потом вышли Аничковы, Дашкины, Глинские). Казанский хан Ядигир-Магмет был взят в плен, крестился с именем Симеон, стал верным союзником русского царя и получил во владение город Звенигород.
В ответ благодарная татарская аристократия активно участвовала вместе с русскими в Ливонской войне, а когда в России началась смута, в большинстве своем сохранила верность престолу и сильно помогла новой православной династии. Массовое крещение служилых татар в православие началось позже и продолжалось до самой петровской эпохи.
А вот мягкий, казалось бы, правитель, царь Феодор Иоаннович — в отличие от своего грозного отца — издал в конце XVI века указ о ликвидации всех мечетей на Казанской земле «за их ненадобностью». И запрет на строительство мечетей был снят только Екатериной I.
Монахи важнее воевод
Вместе с архиепископом Гурием и архимандритом Варсонофием в Казань отправили несколько монахов Пешношского и Андроникова монастырей. И уже через год Спасо-Преображенский монастырь в Казанском кремле стал средоточием духовной жизни бывшей татарской столицы. А через несколько лет число иноков в нем дошло до ста. Архимандрит Варсонофий усердно обращал татар в православную веру, чему немало способствовало его знание татарского языка.
За несколько лет работы миссии в Казани появилось четыре монастыря, Благовещенский кафедральный собор и более десяти городских церквей.
Монастыри, помимо того что становились миссионерскими центрами, всегда довольно мягко относились к приписанным к ним крестьянам и имели право судить их своим судом и могли легко «колонизовать» новый край, привлекая на свои земли выходцев из России.
А по поводу мусульман владыке Гурию еще в Москве была дана царская «наказная память»: «В крещение неволею не приводить, обращаться с иноверцами кротко, с умилением, жестокостей им не чинить, а при необходимости, освобождать их от суда воевод и наместников».
Святители уходят, но… остаются
Но в 1561 году архиепископ Гурий тяжело заболел. По праздникам его приносили в церковь — сам он уже не мог ни ходить, ни стоять. Через два года он принял великую схиму и вскоре скончался.
А четыре года спустя скончался тверской епископ, и митрополит Московский Филипп (Колычев) вызвал архимандрита Варсонофия в Москву и поставил его на Тверскую кафедру. Времена для Твери, не вошедшей в опричнину, были тяжелые. Впрочем, не только для Твери. С ужасом узнал владыка Варсонофий, что друг его Герман, архиепископ Казанский, вызванный в Москву для возведения в сан митрополита и осмелившийся кротко напомнить царю, что тот даст ответ на суде Божием за свои жестокости, был изгнан и умер в заточении.
Много страшных событий прошло пред глазами Варсонофия за четыре года его архиерейского служения.
В 1571 году он удалился на покой в основанную им в Казани обитель, пять лет провел там в уединении и молитве, принял великую схиму, а когда скончался, был погребен там же, где и владыка Гурий — в Преображенском монастыре.
А в октябре 1595 года, когда по благословению Патриарха Иова в обители начали строить новый Преображенский храм, обрели мощи святителей Гурия и Варсонофия, и тогдашний Казанский митрополит, будущий патриарх Гермоген, описал это событие в составленном им житии своих святых предшественников.
В каком году крестили татар на руси
В данной статье рассмотрено утверждение представителя кряшенской общины г.Москвы Динары Бухаровой, которая заявила:
«Но здесь я могу, момент ключевой заметить, что в умах обычных татар сегодня, почему то бытует такое мнение, что если татарин крещеный этнически, то значит это было насильно при взятие Казани Иваном Грозным. Но это совершенно неверно и мы с этим не согласны.»[1]
Стоит заметить, что Динара Бухарова не имеет ни религиозного, ни исторического образования, а является только представителем и руководителем православных татар. По сути подобные заявления даже не стоит комментировать, поскольку в них нет даже исторической информации. Подобное утверждение Динары Бухаровой схоже с заявлением губернатора Орловской области Вадима Потомского о Иване Грозном, который ехал вместе с сыном из Петербурга в Москву.[2]
К большому сожалению Динара как и многие православные христиане не читает и не изучает историю собственной церкви, из-за чего и делает такие необоснованные утверждения, которые опровергаются с православными источниками.
Но прежде чем начать опровергать слова Бухаровой, нужно отметить, что после взятия Казани к насильственному крещению ни кто не прибегал, но это было только первые года и только из-за боязни восстаний. Как пишет знаменитый активист кряшенов Аркадий Фокин:
«Задача крещения нерусского населения, в первую очередь татар, была главной целью миссии архиепископа Гурия. При этом на первом этапе, учитывая, что Казанская война была в разгаре, от насильственных методов христианизации воздержались. Православные миссионеры крестили только тех татар, которые сами этого пожелали.
И даже непредсказуемый Иван Грозный обречён был с этим считаться. Осторожный тон его наказа архиепископу Гурию относительно обращения в христианство, как утверждает Роберт Джераси, объясняется изначально существовавшей угрозой восстаний против власти русского царя.»[3]
Старокрещёные и новокрещёные татары
Ещё в дореволюционное время существовали обозначения для двух групп крещёных татар — старокрещёные и новокрещёные. К первой группе относились те татары, которые были крещены не позднее XVI–XVII века, а ко второй группе относились крещёные в середине XVIII века и в последующее время. Решить вопрос о том, потомками какой из этих групп являются современные кряшены, для нас представляется довольно затруднительным, впрочем, и сама постановка этого вопроса не может быть однозначной в силу того, что следует спросить, а корректно ли вообще возводить кряшен к той или иной группе крещёных татар и не следует ли допустить, что современные кряшены могут являться потомками различных групп крещёных татар и их прошлое в данном контексте большого значения не имеет. Однако, как уже было сказано, исследования двух различных групп стали проводить ещё в дореволюционное время, и разные наименования для крещёных татар были введены в связи с тем, что существовала проблема, связанная с разделением различных течений внутри этой группы.
Крещение первой группы проходило после завоевания Казани Иваном Грозным или непосредственно во время завоевания; во втором случае могли быть и факты насильственного крещения. Так, вероятно, был крещён и сам казанский хан Ядыгар-Мухаммад, и Уятмыш Гирей. После же непосредственного присоединения казанского ханства к русскому государству в 1555 году было принято решение об учреждении Казанской епархии, во главе которой встал святитель Гурий. Ему было поручено руководствоваться “Наказной памятью”, которая призывала не совершать крещение насильно, но всячески поощряла приход в Православие иноверцев. Однако известно, что христианизация мусульманского населения шла крайне слабо; что же касается народов, которые ранее находились в составе казанского ханства, но не являлись мусульманами, то их религиозность даже с принятием христианства во многом продолжала сохранять свои национальные черты.
Налицо проблема, с которой столкнулись православные миссионеры. Закон Екатерины II уже не держал новокрещёных татар в Православии, и после его издания происходило их возвращение в ислам. Отпадение новокрещёных татар в ислам заставило профессоров Казанской Духовной академии заняться серьёзным исламо-христианским диалогом и пытаться остановить массовый переход новокрещёных татар в ислам. Именно поэтому в Академии был учреждён целый ряд дополнительных предметов, посвящённых изучению ислама и христианско-исламской полемике, а затем открыто отдельное миссионерское отделение с преподаванием татарского, арабского и других языков. Среди преподавателей были А. К. Казем-Бек, затем сменивший его Н. И. Ильминский, переводчик Корана Г. С. Саблуков и Е. А. Малов.
Итак, большая часть оставшихся в Православии татар относились к старокрещёным. Избежать возвращения в ислам новокрещёных татар хотелось многим православным миссионерам, но миссионерское отделение, открытое при Казанской Духовной академии скорее выполнило иную функцию — функцию заведения, которое смогло воспитать православных людей, могущих изнутри понять ислам и вести серьёзную и осмысленную религиозную полемику. Многие труды студентов и преподавателей миссионерского отделения остаются интересными, актуальными и сегодня.
Роль миссионерского отделения Казанской Духовной академии оказалась достаточно важной в истории исламо-христианских взаимоотношений Казанского края, но оно не смогло остановить переход в ислам новокрещёных татар, что же до старокрещёных, то они в основном продолжали оставаться в рамках Православия. Это значимо в связи с тем, что большая часть современных кряшен относит себя именно к потомкам старокрещёных татар. И хотя мы не можем говорить о том, что абсолютно все новокрещёные татары вернулись в ислам, а также не можем утверждать, что все современные кряшены являются лишь потомками старокрещёной группы, но говорить о возможном процессе ассимиляции новокрещёных татар со старокрещёными представляется вполне возможным, так как религиозный компонент всегда учитывался при заключении браков. Вполне реально, что среди предков кряшен были и новокрещёные татары, но вероятно, что консолидирующая роль всё же принадлежала старокрещёным татарам, то есть новокрещёные были ассимилированы со старокрещёными. Другой вопрос связан с тем, по какой причине ислам проник столь слабо или не проник вообще в культуру старокрещёных татар. На этот вопрос отвечают по-разному и связано это с тем, что непосредственных сведений об этом у нас нет и выстраивать можно лишь гипотезы, но очевидно, что даже на примере отдельных групп татар, исповедующих сегодня ислам, можно увидеть, что среди них есть целые группы, в которых ислам распространился довольно поздно, поэтому предположение о том, что старокрещёные татары не исповедовали ислам и до христианизации, совершенно не лишено смысла.
Наиболее систематические сведения о религиозности кряшен мы впервые получаем от миссионеров, проповедовавших среди них. В первую очередь это, конечно же, Николай Иванович Ильминский (1822–1892) и целая плеяда его учеников, которые сами были выходцами из кряшенской среды и в своих работах описывали “язычество” крещёных татар. Их сочинения были направлены против этих проявлений, но поскольку миссионеры считали, что невозможно бороться с проявлениями язычества, не вникнув в них глубоко, работы, оставленные нам кряшенскими священниками, представляют неоценимое богатство в деле изучения религиозности кряшен конца XIX и начала XX века.
С появлением Н. И. Ильминского для крещёных татар впервые возникла возможность получить образование и богослужение на своём родном языке. Напрашивается логичный вопрос в отношении того, какой же была религиозность кряшен до прихода Н. И. Ильминского? Василий Тимофеев и другие ученики Ильминского свидетельствуют о том, что до своего осознанного знакомства с православной Церковью они жили, культивируя наравне с христианской верой почитание различных духов, приносили жертвоприношения и верили в многочисленные приметы, которые были связаны с существованием чудесных существ, а также обращались к колдунам. Было бы наивно полагать, что с приходом Н. И. Ильминского и активной миссионерской деятельностью его учеников сразу же всем удалось объяснить то, что далеко не все традиции, бытовавшие в среде крещёных татар, имеют подлинно христианское происхождение. Разные миссионеры описывали, сколь трудно было избавлять крещёных татар от их многочисленных “языческих” суеверий. И всё же Н. И. Ильминскому удалось сделать большое дело, открыв вначале одну школу, а затем устроив и целую сеть школ для крещёных; он смог добиться того, что уже к концу XIX века среди кряшен начала формироваться своя интеллигенция, а уровень средней образованности большинства крещёных татар был выше среднего уровня образованности татар-мусульман. Конечно, деятельность Н. И. Ильминского и его учеников не смогла охватить всех кряшен, но именно она дала толчок к совершенно новой кряшенской самоидентификации.
Однако вскоре кряшен фактически объединили с другими татарами, и в 30-х гг. XX в. учебных заведений и школ, ориентированных на кряшен, уже не было. В начале 90-х гг., когда в России наметился процесс демократизации, кряшены вновь стали заявлять о своих правах на более автономное развитие.
Исследования автора показали, что несмотря на специфическое положение кряшен и сложные исторические перипетии, в их среде продолжают сохраняться разные формы религиозности и обряды, которые, правда, иногда входят в конфликт с официальным Православием. Здесь кроется большая проблема, связанная с тем, что количество кряшенских приходов, где служба идёт на родном для кряшен языке, ничтожно мало, поэтому религиозность кряшен и сегодня, особенно в деревнях, продолжает находиться в своеобразной автономии. Стоит упомянуть хотя бы такой факт, что во многих деревнях и сегодня крещением и отпеванием людей занимается не священник, а местные почитаемые бабушки, что является показателем того, в какой малой мере и сегодня православная Церковь участвует в религиозной жизни кряшен. Конечно, в среде кряшен есть и священники, люди с богословским образованием, но их катастрофически не хватает.
Если говорить непосредственно о религиозной идентификации самих кряшен, то здесь, безусловно, следует упомянуть, что Православие для большинства кряшен является основной конфессией. Свою веру люди обозначают по-разному: “Мы православные”, “Мы христиане”, другие говорят “кряшенская вера” — именно так обозначают свою веру пожилые люди и это фактически синоним Православия, иногда ещё говорят “русская вера”; приходилось слышать даже такие объяснения: “Бог у нас русский, а язык татарский”.
Практически в каждом кряшенском доме есть иконы (тэрэлэр). Они традиционно находятся в углу и украшаются по бокам традиционными полотенцами с национальными узорами.
Загробный мир у многих кряшен воспринимается довольно материализованно. По сообщению информантов, он практически такой же, как и тот, в котором живём мы, но там нет скорби и живут только хорошие люди. Для того чтобы попасть в тот мир, крайне важно не только вести порядочную жизнь, но и хорошо провести похороны. Если они прошли хорошо, то значит, и участь на том свете будет добрая, а если что-то произошло во время похорон, то это повод к беспокойству. Есть поверье, что если в семье умирает несовершеннолетний ребёнок, то его мать не должна есть ягоды до Петрова дня, так как по представлениям кряшен на Петров день детям на том свете раздают ягоды. И если мать до этого времени будет есть ягоды, то её ребёнку не достанется ягод, так как мать их съела.
В среде кряшен продолжают оставаться различные поверья, связанные с духами, хотя влияние священников, говорящих о том, что многое в таких поверьях не совсем православно, сказывается на том, что люди пытаются скорректировать свои религиозные представления в соответствии с христианством. Так, одна религиозная женщина рассказывала про духов, но объясняла, что это не у православных, однако при беседе с ней удалось выяснить и то, что, несмотря на осуждаемое ею почитание духов, она продолжает варить так называемую жертвенную кашу на Петров день и вешать платки на специальные молитвенные часовенки (это не часовни как таковые, а памятные знаки или кресты, куда вешают платки; у них приносят жертвы и молятся), которые массово представлены в кряшенских деревнях.
В ходе опросов кряшен выяснилось, что постов большинство кряшен не держит или держат недолго: один день перед праздником, иногда 7 дней перед праздниками (особенно перед Пасхой и Петровым днём). Перед христианскими праздниками кряшены стараются мыть стены, окна и пр., дабы встретить святые дни в чистоте. Интересно, что даже некоторые неверующие кряшены отмечают отдельные праздники. Любопытным кажется то, что мне говорил один неверующий кряшен: “Вот Покров и Троицу я отмечаю. Это для нас как национальный праздник, а Пасху нет, не отмечаю”.
Отсутствие священников порождает необходимость выделять священнослужителей из деревенской среды; часто выбирается человек, считающийся особо религиозным, обычно это женщина. Они могут крестить детей, отпевать умерших и возглавлять общественные моления. В разговорах с ними, с одной стороны, всегда была видна искренняя вера, но с другой стороны очевидно, насколько всё это расходится с традиционным христианством. Одна из таких почитаемых женщин в селе Толкияз рассказывала о своём восприятии христианства. Приведу некоторые её слова: “Есть узкая дорога к Богу. Даже Иисус Христос на небо не попадает, Он слышит лишь Духа Святого. Люди после смерти попадают к Иисусу. Там суд будет, судят ангелы. На левой стороне плохие, а на правой хорошие. И скажут, кто что делал. У них всё записано. Злые в аду будут мучаться, а добрые с Иисусом будут”.
Если говорить о праздниках, то наибольшим почитанием пользуются следующие праздники: Рождество (Роштау или Роштва) и период святок (нардуган), Крещение (Кач ману), Пасха (Олы кон ‘Великий день’), Троица (Тройча), Петров день (Питрау) и Покров (Пукрау). Праздник Рождества тесно связан с последующим нардуганом, который почитается у многих народов, в том числе окружающих кряшен, и скорее всего восходит к древнему празднику зимнего солнцестояния. В дни нардугана и сегодня принято гадать, наряжаться в различные одежды и веселиться. До сегодняшнего дня многие кряшены уверены, что в эти дни все духи и бесы срываются с цепей, а потому после нардугана необходимо очиститься путём омовения в бане или искупавшись в крещенской воде.
Кач ману — Крещение Господне. После окончания святочного периода наступает христианский двунадесятый праздник Крещение. В этот день принято мыться в бане; особенно это важно для тех, кто принимал участие в рождественских играх. Человеку необходимо очиститься от скверны нардугана. Вода даже в бане, по представлением кряшен, обладает особыми очистительными свойствами. Правда, в одной из деревень я зафиксировал обычай мыться до праздника Крещения, а также не мыться 2–3 дня после Крещения. Вероятно, здесь несколько иное отношение к святости воды. Если в других местах кряшены считают, что важно вымыться святой водой, очистившись как бы от грязи не только физической, но и духовной, то другие считают, что крещенская вода настолько свята, что её не следует использовать для обычного омовения, и с этим связан обычай вымыться до Крещения и не мыться после Крещения 2–3 дня. В православной традиции на праздник Крещения принято освящать воду. Раньше в отдельных кряшенских деревнях, также как и в русских, на Крещение люди могли выходить крестным ходом к пруду, в котором освящали воду, после чего вода становилась освящённой, и каждый мог набрать для себя нужное количество, храня в течение года и применяя её во время болезни. Там, где церквей нет, воду освящает один из жителей деревни. Так, в деревне Янсувары все освящают воду у одной женщины, которая опускает туда где-то давно найденный серебряный крест. Обычай таскать воду в вёдрах чуть ли не наперегонки распространён в ряде деревень и сегодня.
Олы кон ‘Великий день’, Пасха. Перед наступлением этого праздника люди убираются в доме, стирают грязные вещи и стараются пошить к празднику новую одежду. В сам праздник принято особое приветствие словами: Христос терелеб торган! ‘Христос воскресе!’. И в ответ — Чыннаб терелеб торган! ‘Воистину воскресе!’.
Праздник Святой Троицы, или Тройча, был приурочен и “празднику берёзы” — Каен бэйрэме. В этот день принято наряжать берёзы — каен башын бэйлэY различными платочками и кусками ткани.
В каждой семье на праздник принято резать барана (питрау тэкэсе). Интересно, что практически все современные кряшены утверждают, что это не просто баран, а жертвенный баран. На мой вопрос, кому же его жертвуют, большинство людей задумывалось и, как правило, не могло найти ответа. Во всяком случае, воспринимают его явно как не просто барана, а жертвенного барана к празднику. В отдельных деревнях мною были записаны случаи бескровного жертвоприношения каши уже после дня Петра и Павла. Обычно это происходило через 2–3 дня после праздника. Жертва варится в больших котлах, которые используются только для жертвоприношений и для других целей использоваться не должны. Жертва приносится на особом почитаемом месте, часто на месте бывшей Церкви или часовни. Смысл этого жертвоприношения — в благополучной погоде и регулярных дождях.
Как говорилось раньше, Питрау кряшенами воспринимался как часть годового цикла; после него начинался период кошения сена, поэтому сразу после праздника кряшены приступали к сенокосу.
В Покров, или Пукрау, принято собирать последний урожай; как и на Петров день, режут жертвенного барана и варят жертвенную кашу и яйца. Многие кряшены считают, что именно в этот день нужно справлять свадьбу.
У кряшен существуют совершенно определённые представления о едином Боге, но вместе с тем в быту продолжается почитание и домашних духов — домового (Ой эйясе, буквально ‘домашний хозяин’), сарайника (Абзар эйясе, буквально ‘хозяин двора или хлева’). Для них отдельные кряшены до сих пор устраивают обряды жертвоприношения. Распространено почитание духов, связанных со стихиями: Су эйясе ‘хозяин воды’ и Жир иясе ‘хозяин земли’. Даже сегодня в отдельных деревнях отмечается праздник Жир жаралгак кон ‘день образования (сотворения) земли’; этот день, вероятно, имеет непосредственную связь с почитанием земли или хозяина земли, но современными кряшенами он воспринимается как православный праздник, который отмечается на следующий день после дня Святой Троицы, то есть он связан с днём Святого Духа, по повериям кряшен, в этот день образовалась земля, и поэтому нельзя вести никакие работы, связанные с землёй.
Также у кряшен пользовался почитанием хозяин леса Урман эйясе и группа лесных существ под названием шурале. Известны и враждебные духи — пярей, убыр, албасты.
В кряшенской среде довольно сильно развито также почитание природы — ручьёв, деревьев, рощ, отдельных мест. Так, в одной из деревень мне удалось зафиксировать обряд почитания священной сосны. Недалеко от неё находится речка, но купаться в ней никому не разрешается, дабы не гневить сосну.
Можно было бы продолжать говорить о специфической кряшенской религиозности, но думаю, что приведённых здесь наблюдений вполне достаточно, чтобы увидеть совершенно особую уникальность этой группы. Конечно, специфическая народная религиозность, о которой писалось здесь, характерна в большей степени для жителей кряшенских деревень, но именно эта религиозность интересна для исследования. Что же касается общего духовного положения кряшен, то отсутствие достаточного количества церквей и священнослужителей продолжает оставаться проблемой. Отдельные лидеры кряшенских организаций ратуют за возрождение традиционных кряшенских школ, которые также были ликвидированы и до сих пор не воссозданы. Конечно, у кряшен есть свои проблемы, но этот народ имеет уникальную историю и культуру, которая, несомненно, требует более глубокого изучения.
1Глухов-Ногайбек М. С. Судьба гвардейцев Сеюмбеки. Казань, 1993.
2Юзефович М. В. Христианство, магометанство и язычество в восточных губерниях России // Русский вестник (март). М., 1883.