Резистентность к ампициллину что это значит

Когда «работает» не все: определение чувствительности к антибиотикам

Всемирная организация здравоохранения заявляет: «Устойчивость бактерий к антибиотикам возрастает до угрожающе высоких уровней во всем мире». В таких условиях даже «банальный» отит или тонзиллит может приобретать затяжное, осложненное течение, не говоря о риске в отношении потенциально летальных инфекций. Как выяснить какой препарат эффективен против «своей» патогенной флоры? И какой анализ выбрать?

«Классический» способ

Некоторые представители бактериальной флоры обладают поразительной способностью к мутациям. Бактерии, еще вчера чувствительные к простому пенициллину, сегодня – «не реагируют» на куда более «продвинутые» антибиотики.

Поэтому в современной медицине лечение бактериальных процессов без понимания особенностей возбудителя представляется «занятием» сомнительным и бесперспективным. В лучшем случае, воспаление просто «затихнет» на короткое время, а в худшем – разовьется до угрожающих жизни масштабов.

Особенно опасна такая ситуация в отношении хирургических больных, новорожденных и людей с ослабленным иммунитетом, а также тех, для кого прием антибиотиков стал нормой жизни.

Микробиологические способы идентификации возбудителей уже давно используются медициной всего мира, а современные анализаторы сделали этот процесс быстрее и эффективнее.

Так, посев на флору с определением чувствительности к антибиотикам позволяет не только «узнать» бактерии, но и проверить их чувствительность к стандартному (6-8) или расширенному (до 12) спектру антибиотиков.

В результате будет указан не только вид бактерий, но и их количество и реакция на препарат:

Правда у анализа есть и недостатки:

Новое поколение

Потребность медицины в быстром и качественном микробиологическом исследовании «подтолкнула» науку к созданию метода MALDI-TOF MC, удостоенного Нобелевской премии в 2002 году.

Метод основан на идентификации уникального белкового состава бактерий, представляющего собой своего рода «отпечаток пальца». Его точность достигает 98%. А в анализатор заложена информация более чем о 750 видах клинически значимых микроорганизмах, с возможностью «обновления базы данных».

Кроме того, примененеие идентификации MALDI-TOF MC в составе комплексных исследований позволяет проверить чувствительность микрофлоры к 18-20 препаратам, против максимально-возможных 12 у предыдущих «поколениях» посевов. В результате анализа теперь можно увидеть не только эффективность антибиотика, но и подобрать по протоколу минимальную действующую дозу препарата.

Метод полностью автоматизирован, что исключает влияние человеческого фактора на результат. А готовность исследования составляет максимум 4 дня.

Источник

Антибиотики: современная точка зрения

Рисунок 1. Впервые вовремя не разработан новый тип препаратов, способных сдержать уровень резистентности к антибиотикам Насколько актуальна проблема резистентности? Можно ли (и если можно, то как) контролировать резистентность?

Рисунок 1. Впервые вовремя не разработан новый тип препаратов, способных сдержать уровень резистентности к антибиотикам

Насколько актуальна проблема резистентности?
Можно ли (и если можно, то как) контролировать резистентность?
Так ли уж неотвратима эра «постантибиотиков»?

Повышение резистентности различных патогенных микроорганизмов к антибиотикам является серьезной проблемой, чреватой такими неприятными последствиями, как грядущая эра «постантибиотиков».

Кризис, наблюдаемый сегодня, не похож на предыдущие. Его особенность прежде всего в количестве вовлеченных микроорганизмов и в отсутствии немедленного ответа на антибактериальную терапию. В прошлом фармацевтическая промышленность решала проблему резистентности путем производства нового, более эффективного антибиотика. Однако на сегодняшний день не существует никакого принципиально нового класса антибиотиков, приемлемого для клинического применения, а разработка новых препаратов может занять 10 — 15 лет.

Расширение спектра используемых в популяции антибиотиков поддерживает выборочное воздействие на целый ряд микроорганизмов, и, в частности, на те из них, которые в настоящее время являются резистентными к большинству антибиотиков (см. табл. 1). Но растет и перечень антибактериальных препаратов, к которым вырабатывается резистентность.

Таблица 1. Бактерии, проявляющие резистентность к антибиотикам

В целом в Англии наблюдалось 45%-ное увеличение случаев назначения антибиотиков за период между 1980 и 1991 гг., что составляет 5%–ное увеличение в год и связано с использованием антибиотиков для лечения респираторных заболеваний.

Следует отметить участившиеся случаи назначения цефалоспоринов, макролидов и хинолонов. Повышение резистентности к этим препаратам вызывает особое беспокойство, так как они используются для лечения очень опасных заболеваний, причем ситуация может усугубиться в случае, если резистентность будет расти.

Последствиями возросшей резистентности микроорганизмов являются увеличение сроков госпитализации, большие затраты на лечение, растущий уровень заболеваемости и смертности.

При современных масштабах международного туризма проблема резистентности к антибиотикам носит не только локальный, но и глобальный характер. Например, путешествия в развивающиеся страны обычно связаны с риском приобретения резистентной бактерии — Escherichia coli.

Структура восприимчивости имеет свои географические особенности, так как показатели резистентности в разных странах разные, что само по себе отражает уровень использования антибиотиков. Например, если взять Европу, то к югу от Скандинавии, в сторону стран Средиземноморья, наблюдается увеличение резистентности патогенных микроорганизмов к антибиотикам.

Степень проявления резистентности зависит не только от географических условий, но и от типа патогенных микроорганизмов, которые теоретически попадают под воздействие антибиотиков. Например, резистентность к пенициллину очень быстро возникла у Staphylococcus aureus, но понадобилось целых 50 лет, чтобы ее обрела Streptococcus pneumoniae, а у Streptococcus pyogenes это явление вообще начало проявляться лишь недавно. В настоящее время никто не может адекватно объяснить такой временной разницы.

В целом существует несколько резервуаров формирования резистентности к антибиотикам, к примеру животноводческие фермы, человеческая облигатная и условно-патогенная флора, клиническая изоляция. Степень значимости каждого из резервуаров не выявлена.

Основными условиями существования упомянутых выше резервуаров является плохое качество питьевой воды, антисанитарные условия, бесконтрольное применение антибиотиков, продающихся без рецептов, и их использование на животноводческих фермах для лечения животных, а также в малых дозах для ускорения роста молодняка.

Таблица 2 Новые подходы к борьбе с инфекциями

Например, известно, что использование триметоприма для лечения скота является одной из вероятных причин появления триметоприм-резистентной сальмонеллы. Кроме того, вызывает тревогу лицензирование таких ветеринарных препаратов, как квинолон и энрофлоксацин, поскольку хинолины могут потерять свою эффективность как основные препараты для лечения инвазивного сальмонеллеза.

Каковы бы ни были причины резистентности Salmonella, фактически зафиксировано 4-кратное увеличение мультирезистентности к антибиотикам за последние 13 лет. Существует предположение, что использование авопарцина (в ветеринарии — гликопептида) могло спровоцировать появление ванкомицин-резистентных энтерококков, микроорганизмов, которые могут соперничать с метициллин-резистентными Staphylococcus aureus по возможному отрицательному воздействию на макроорганизм.

Настораживает увеличение резистентности у ряда часто встречающихся микроорганизмов. Одним из наиболее устойчивых к антибиотикам патогенных микроорганизмов является пенициллин-резистентный пневмококк, впервые выявленный в 1967 г., а в настоящее время являющийся мультирезистентным. Штаммы этого пневмококка в настоящее время распространены во всем мире, особенно часто они встречаются в Испании, Южной Африке и Болгарии.

В Великобритании масштабы бедствия не столь велики: резистентность к пенициллину здесь повысилась с 1,5% в 1990 до 4% в 1995 г. Следует особо отметить появление резистентности пневмококков к эритромицину (до 9 % в 1995 г.), что делает бессмысленным использование этого препарата у пациентов с аллергической реакцией на пенициллин.

Рисунок 2. Антибиотики используются для ускорения роста домашних животных и в терапевтических целях

Механизм, формирующий устойчивость к эритромицину, вызывает перекрестную резистентность к азитромицину и кларитромицину, что означает способность данного патогенного микроорганизма противостоять двум наиболее часто используемым антибиотикам первейшей необходимости.

Сегодняшний уровень резистентности пневмококков пока не может повлиять на основные направления лечения инфекционных заболеваний. Но при непрерывном повышении устойчивости к антибиотикам ситуация в будущем может измениться. Пневмонию, вызванную пневмококком, резистентным к пенициллину, сейчас можно лечить с помощью больших доз пенициллина (порядка 18 мегаединиц), но в случае менингита, вызванного тем же микроорганизмом, целесообразно использовать цефалоспорины.

В 70-х годах с Haemophilus influensae успешно боролись с помощью ампициллина. Однако приобретение данным патогенным микроорганизмом бета-лактамазы, способной ферментативно расщеплять бета-лактамное кольцо пенициллина, привело к тому, что 23% H. Influenzae стало ампициллин-резистентным.

С резистентностью можно справиться, если использовать бета-лактамазные ингибиторы, такие как клавулановая кислота. Однако наблюдается повышение устойчивости к ко-амоксиклаву благодаря измененным пенициллин-связывающим белкам, что привело к появлению 14% резистентных H. Influenzae. При столь распространенной резистентности к бета-лактамазе новые макролиды могут стать главным средством для лечения заболеваний, вызванных H. Influenzae.

Недавно в Великобритании и во всем остальном мире были зарегистрированы вспышки туберкулеза. Туберкулез — «капитан смерти» — стал теперь резистентным ко многим противотуберкулезным препаратам, поэтому в настоящее время рекомендуется множественная терапия.

Согласно исследованиям британских ученых, примерно в 10% случаев туберкулезная палочка резистентна хотя бы к одному противотуберкулезному препарату, хотя в США ситуация еще хуже, там нормой становится резистентность, равная 30%. Эти мультирезистентные штаммы не менее вирулентны и плохо поддаются лечению — иногда требуется длительная (в некоторых случаях многолетняя) терапия нового типа.

Работники больниц, где на патогенные микроорганизмы оказывается мощное селективное воздействие при помощи антибиотиков, много сил отдают борьбе с метициллин-резистентным Staphylococcus aureus, ванкомицин-резистентным enterococcus, мультирезистентными Escherichia coli и мультирезистентными Pseudomonas.

В 60-х годах главный хирург США объявил победу над инфекционными заболеваниями. Конечно, он был не прав, но действительно ли мы стоим на пороге эры постантибиотиков?

Терапевтические возможности для лечения ряда заболеваний сейчас сильно ограничены.

Таблица 3. Схема приобретения резистентности организмов к антибиотикам

Энтерококки стали серьезным источником внутрибольничной инфекции, главным образом из-за того, что пациенты в больницах представляют из себя наиболее ослабленную часть населения, требующую серьезной защиты от инфекций. Энтерококки являются резистентными ко многим антибиотикам, таким как цефалоспорины, хинолоны, аминогликозиды и некоторые пенициллины. К тому же недавно они обрели способность вырабатывать бета-лактамазу, стали устойчивыми к повышенным дозам аминогликозидов и, самое главное, у них появилась резистентность к ванкомицину и тейкопланину.

В настоящее время микробиологи заняты исследованием гипотетической ситуации, при которой ванкомицин-резистентные гены от мультирезистентных энтерококков могут перейти в популяцию метициллин-резистентных стафилококков, что станет причиной появления нового микроорганизма «Судного Дня» — S. аuraeus, устойчивого ко всем известным антибиотикам и вызывающего неизлечимые заболевания.

Возможен ли такой сценарий? Уже известно, что гены, ответственные за резистентность к ванкомицину, способны в лабораторных условиях передаваться к S. aureus, хотя полученная резистентность нестабильна.

Также известно, что резистентность энтерококков к гентамицину была приобретена от стафилококка. Если это так, то генетические элементы у них совместимы и генетический барьер может быть легко перейден.

Как снизить вероятность формирования резистентности к антибиотикам? Главное — устранение селективного воздействия антибиотиков на бактерии путем. Для этого необходимо соблюдение следующих условий.

Привлечение к работе местной микробиологической лаборатории, которая располагает информацией о чувствительности к антибиотикам в данном регионе. Строгий контроль за применением антибактериальных препаратов в каждом конкретном регионе.

Время бездумного использования антибиотиков прошло. Сейчас особенно важен ответственный подход к назначению антибиотиков, позволяющий контролировать резистентность микроорганизмов в лечебных учреждениях и в обществе в целом.

1. Service R. F. Antibiotics that resist resistance. Science 1995; 270:724-727.
2. Davey P. G., Bax R. P., Reeves D., Rutherford D., Slack, et al. Growth in the use of antibiotics in the community in England and Scotland in 1980-93. Br Med J 1996; 312:613
3. Holmberg SSSSD, Solomon S. L, Blake P. A. Health and economic aspect of antimicrobial resistance. Rev Inf Dis 1987; 9:1065-1078.
4. Hughes V. M., Datta N. Conjugative plasmids in bacteria of the ‘pre-antibiotic’ era. Nature 1983; 302:725-726.
5. Shanahan P. M. A., Thomson C. J., Amyes S. G. B. The global inpact of antibiotic-resistant bacteria: their sources and reservoirs. Rev Med Micro 1994; 5:1740-1782.
6. Frost J. A, Threfall E. J., Rowe B. Antibiotic resistance in salmonellas from humans in England and Waales: the situation in 1994. PHLS Microbiologi Digest 1996; 12: 131-133.
7. Johson A. P., Speller D. C. E., George R. C., Warner M., Domingue G., Efstratiou A. Prevalence of antibiotic resistance and serotypes in pneumococci in England and Wales:: results of observational surveys in 1990 and 1995. Br Med JJ 1996; 312:: 1454-1456.
8. James P. A., Lewis D. A., Cribb J., Dawson S. J., Murray S. A. The incidence and epidemiology of Beta-lactam resistance in Haemophilus influenzae. J Antimicrobial Chemo 1996; 37: 737-746.
9. Warburton A. R. E., Jenkins P. A., Waight P. A., Watson J. M. Drug resistance in initial isolates of Mycobacterium tuberculosis in England and Wales 1982-1991. CDR Rev 1993; 13:175-179.
10. Young L. Mycobacterial disease in the 1990’s. J Antimicrobial Chemo 1993; 32:179-174.
11. Report of the Expert Group on animal feeding stuffs. HMSO 1992.
12. Noble W. C., Virani Z., Cree R. G. A. Co-transfer of vancomycin and other resistance genes from E faecalis NCCTTC 12201 to S aureus. FEMS Microbiol Lett 1992; 93:195-198.

Природа резистентности

Как удалось бактериям всего за 60 лет научиться противостоять всем известным антибактериальным препаратам? Антибиотики являются естественными субстанциями (или химически модифицированными), вырабатываемыми рядом микроорганизмов.

Эти микроорганизмы экскретируют антибиотикоподобные вещества в окружающую среду, чтобы получить преимущество в условиях естественного отбора. Однако сам микроорганизм должен обладать защитными механизмами против собственного токсина. Таким образом, механизмы, позволяющие ликвидировать воздействие антибиотиков, появились в природе задолго до того, как они стали широко использоваться человеком. Поэтому можно утверждать, что резистентность к антибиотикам является предвестником эры постантибиотиков.

Механизмы резистентности (см. табл. 3) получают все более широкое распространение и укрепляют прежде восприимчивые популяции микроорганизмов.

Распространение резистентности обусловлено не только способностью микроорганизмов развивать устойчивость и существовать в определенной экологической нише (клональная экспансия), но и возможностью независимого переноса механизмов резистентности между различными видами бактерий с помощью мобильных генетических элементов.

В качестве примера можно привести следующий факт: пенициллин-резистентные пневмококки развивались клонально, и рассеивание плазмидов (мобильных генетических элементов) обусловило появление способности вырабатывать бета-лактамазу у таких разных организмов, как E. coli и H. influenzae.

Мероприятия против бактериальной инфекции

Возможно ли контролировать резистентность? Главным условием сдерживания резистентности является улучшение качества питьевой воды и санитарных условий. Антибиотики, используемые для лечения людей, не должны применяться в ветеринарной практике, что и было рекомендовано 5 лет назад экспертной группой по питанию животных.

В ряде стран следует ввести жесткий контроль за безрецептурной продажей антибиотиков. Селективное воздействие антибактериальных препаратов, связанное с неправильным назначением, можно и следует свести до минимума.

Фармацевтическая промышленность ищет принципиально новые химические структуры, нуклеотиды, способные ингибировать клеточные функции микроорганизмов, а также стремится разработать препараты, основное назначение которых — ликвидация механизмов резистентности путем блокирования ферментов и создание условий, исключающих удаление антибиотиков при помощи клеточных насосов.

Многие актуальные на сегодня методы лечения потеряют свою эффективность в будущем. Таким образом, крайне необходим постоянный контроль на международном, национальном и региональном уровнях за использованием антибиотиков и формированием к ним бактериальной резистентности.

Источник

Определение чувствительности Enterococcus spp.

Энтерококки характеризуются природной устойчивостью ко многим АБП (цефалоспоринам, аминогликозидам), а клиническое значение наблюдаемой in vitro чувствительности к тетрациклинам, хлорамфениколу, макролидам и рифампицину окончательно не определено. Таким образом, перечень препаратов, подлежащих включению в исследование энтерококков, весьма ограничен.

Таблица 15.

При решении вопроса о необходимости определения чувствительности Enterococcus spp. к АБП крайне важно оценить клиническую значимость этих микроорганизмов. Так, энтерококки, выделенные из нестерильных локусов организма, особенно в составе ассоциаций, чаще всего следует рассматривать как контаминирующие или колонизирующие микроорганизмы, соответственно, определять чувствительность таких штаммов к АБП нецелесообразно. Проводить определение чувствительности необходимо для штаммов Enterococcus spp., выделенных из крови и других в норме стерильных жидкостей и тканей организма, а также из мочи. При этом подходы к определению чувствительности этих микроорганизмов и наборы АБП для тестирования несколько различаются в зависимости от источника выделения штаммов (таблица 15).

Пенициллин и ампициллин

Данные антибиотики являются препаратами выбора для лечения энтерококковых инфекций. Между пенициллином и ампициллином отмечается перекрестная резистентность. Полученные результаты можно экстраполировать на ингибиторо-защищенные аминопенициллины и уреидопенициллины. Поскольку известны случаи резистентности энтерококков к пенициллинам, связанные с продукцией бета-лактамаз, резистентные штаммы следует исследовать на продукцию пенициллиназы в тесте с нитроцефином.

Аминогликозиды

Несмотря на то, что энтерококки обладают природной устойчивостью к аминогликозидам, данный класс АБП широко применяется в комбинированной терапии генерализованных энтерококковых инфекций. Целесообразность таких схем лечения объясняется выраженным синергизмом между аминогликозидами и ампициллином или ванкомицином. Однако синергизм проявляется только в том случае, если МПК аминогликозидов не превосходит 500 мкг/мл для гентамицина и 1000 мкг/мл для стрептомицина. Указанное обстоятельство требует проведения скрининга (методом серийных разведений или ДДМ) на наличие у энтерококков высокого уровня резистентности к стрептомицину и гентамицину.

Ванкомицин

Ванкомицин является препаратом выбора для лечения инфекций, вызванных штаммами, резистентными к бета-лактамам и аминогликозидам. В ряде географических регионов устойчивость энтерококков к ванкомицину является серьезной клинической проблемой. Имеются сообщения о выделении единичных штаммов ванкомицинорезистентных энтерококков и в России. Для выявления устойчивости энтерококков к ванкомицину целесообразно проводить целенаправленный скрининг.

Линезолид

Препарат является средством выбора для лечения инфекций штаммами, устойчивыми к ванкомицину. Линезолид также рассматривается в качестве альтернативы ванкомицину при лечении инфекций, вызываемых штаммами, устойчивыми к бета-лактамам и аминогликозидам.

Другие препараты

В отношении ванкомицинрезистентных энтеркокков, несмотря на отсутствие убедительных данных, возможно оценивать активность тетрациклинов, хлорамфеникола, эритромицина и рифампина.

Для штаммов энтерококков, выделенных при инфекциях мочевыводящих путей, целесообразно исследовать чувствительность к следующим антибиотикам:

Критерии интерпретации результатов определения чувствительности Enterococcus spp. (пограничные значения диаметров зон подавления роста и МПК АБП) приведены в таблице 16.

Таблица 16.

Скрининг для выявления высокого уровня резистентности к аминогликозидам у энтерококков

Скрининг можно проводить в агаре или бульоне.

Питательная среда

Приготовление микробной взвеси, инокуляция и инкубация

Учет результатов

Исследуемый штамм рассматривается как резистентный при следующих условиях:

Контроль качества

Скрининг для выявления ванкомицинорезистентности у энтерококков

Скрининг осуществляется на агаре.

Питательная среда

Приготовление микробной взвеси, инокуляция и инкубация

Учет результатов

Исследуемый штамм рассматривается как резистентный при росте более 1 колонии на агаре с ванкомицином.

Источник

Значение лекарственной устойчивости микроорганизмов в педиатрической практике

Опубликовано в журнале:
«Практика педиатра», декабрь 2009, с. 5-11

В.К. Таточенко, М.Д. Бакрадзе, ГУ Научный центр здоровья детей РАМН

Различные микроорганизмы обладают природной устойчивостью к определенным препаратам, что связано с отсутствием в микробной клетке субстрата, на который действует данный препарат. Однако в наставлении к каждому противомикробному препарату и в справочниках обычно указываются только те микроорганизмы, которые не обладают природной устойчивостью, так что природно устойчивые возбудители остаются «за кадром».

Именно поэтому врач должен черпать информацию о возбудителях и их чувствительности из изданий другого типа. Примеров природной устойчивости много: грамотрицательные бактерии кишечной группы и туберкулезные микобактерии не чувствительны к природным пенициллинам, гемофильная палочка – к большинству макролидов, листерии – к цефалоспоринам. Помимо природной устойчивости к определенным классам препаратов микроорганизмы обладают приобретенной устойчивостью – способностью вырабатывать резистентность к тому препарату, который против него применяется, или способностью отдельных штаммов бактерий сохранять жизнедеятельность при концентрациях противомикробных средств (ПМС), губительных для остальной популяции. Такие особи при лечении данным препаратом получают селективное преимущество и замещают собой чувствительную флору.

Развитие приобретенной резистентности у разных микробов связано с различными процессами. Чаще всего устойчивость бактерий (кроме стрептококков) к антибиотикам группы β-лактамов развивается за счет фермента, инактивирующего антибиотик – β-лактамазы (табл. 1). Гены β-лактамаз могут находиться на плазмидах, в этих случаях она передается «горизонтально» особям своего и других видов. Хромосомные лактамазы обеспечивают резистентность бактериальным клонам. Для преодоления этого вида устойчивости антибиотик комбинируют с ингибитором β-лактамазы, что позволяет защитить антибиотик от ее действия и преодолевать, таким образом, резистентность микроба. В качестве ингибиторов используют клавулановую кислоту (в комбинации с амоксициллином или тикарциллином), тазобактам (с пиперациллином), сульбактам (с ампициллином или с цефоперазоном). К сожалению, некоторые микробы вырабатывают β-лактамазы, резистентные и к ингибиторам (табл. 1).

Грам-отрицательные бактерии приобретают резистентность, теряя каналы (порины) в оболочке, через которые β-лактамные антибиотики проникают в клетку. Псевдомонады (синегнойная палочка) приобретает к тому же способность активно выводить проникшие туда антибиотики.

Другой механизм устойчивости пневмококков: они модифицируют пенициллинсвязывающие белки (ПСВ), участвующие в синтезе микробной стенки – основной субстрат, на который действуют β-лактамные препараты. Модификация этих белков снижает их чувствительность к пенициллинам, повышая минимальную подавляющую концентрацию (МПК) с 0,02 мкг/мл (чувствительные) до 1 мкг/мл (умеренно устойчивые) и выше 2 мкг/мл (резистентные). Резистентность золотистых стафилококков к окса- и метициллину (МРЗС) обусловливается появлением особого белка – ПСВ 2а. Многие микробы приобретают способность ферментативно инактивировать макролиды, линкозамиды, аминогликозиды, другие модифицируют мишени действия тех же классов препаратов, а также гликопептидов, фторхинолонов, сульфаниламидов. 14- и 15-членные макролиды активно выводятся из микробной клетки стрептококками и рядом других возбудителей. Существуют и системы множественной устойчивости к антибиотикам, обеспечивающие возбудителям защиту от препаратов нескольких групп. Развитие устойчивости к одному препарату нередко снижает чувствительность к препаратам других групп.

Резистентность к ПМС – явление универсальное, это важнейшая проблема в лечении туберкулеза, грибковой инфекции. Появление хлорохиноустойчивых штаммов возбудителя тропической малярии создало проблемы во многих регионах Африки и Азии. Устойчивость приобретают и вирусы – так, большинство штаммов вируса гриппа приобрело устойчивость к римантадину, появились и штаммы, устойчивые к новому противогриппозному препарату – озельтамивиру. Ее значение особенно чувствительно в лечении ВИЧ-инфекции.

Лекарственная устойчивость возбудителей, циркулирующих в больнице, обычно намного выше, чем циркулирующих среди населения, однако и внебольничные возбудители постепенно становятся все более устойчивыми.

Выбор антибиотиков при болезнях органов дыхания

К ко-тримоксазолу (Бактрим, Бисептол) приобрели устойчивость 35—60% штаммов пневмококков, к тетрациклину — 20—50%, эти препараты больше не применимы при респираторной патологии. Пневмококки полностью резистентны к гентамицину и другим аминогликозидам, так что их использование для монотерапии респираторных инфекций недопустимо.

Гемофильная палочка – второй по частоте бактериальный возбудитель ОРЗ. Бескапсульная ее форма — самый частый возбудитель синусита, отита, конъюнктивита, а также пневмонии (обычно вместе с пневмококком). Она — наиболее частый патоген, высеваемый при хронических заболеваниях легких у детей и хронической обструктивной болезни легких у взрослых. Гемофильная палочка типа b — второй по частоте (20—50%) возбудитель гнойного менингита у детей 0—5 лет, она вызывает осложненные пневмонии, эпиглоттит, а также бактериемию, септический артрит, фасциит и другие гнойные процессы.

Во многих странах гемофильная палочка приобрела устойчивость к аминопенициллинам – на 30—50% и более. В России 95—98% штаммов гемофильной палочки чувствительны к амоксициллину и 100% — к амоксициллину/клавуланату и цефалоспоринам 3—4-го поколений. Из числа макролидов в отношении H. influenzae in vitro активен лишь азитромицин, активность кларитромицина повышает его активный метаболит (14-гидроксикларитромицин), однако их клинический эффект многими оспаривается. Возбудитель чувствителен к аминогликозидам, хлорамфениколу, тетрациклинам и рифампицину. Устойчивость к ко-тримоксазолу достигает 30% и более, что лишает его роли и в отношении этого возбудителя.

Бета-гемолитический стрептококк группы А (БГСА) – основной бактериальный возбудитель острого тонзиллита, а также лимфаденита, отита, импетиго (чаще у детей в возрасте старше 4—5 лет). Пневмония, рожа, сепсис наблюдаются редко. С аутоиммунными воздействиями антител к некоторым белкам БГСА связано развитие ревматизма и острого гломерулонефрита, что заставляет добиваться эрадикации стрептококка у больного. БГСА сохраняют 100%-ную чувствительность к пенициллину, цефалоспоринам, линкозамидам, число устойчивых к макролидам штаммов также невелико, оно колеблется по регионам России от 2 до 8%. Число штаммов, резистентных к трем и более препаратам в 2003 году не превышало 4%. Это позволяет широко использовать указанные выше препараты для лечения стрептококковой инфекции. Но повышение устойчивости к хлорамфениколу (14%) и тетрациклину (14%) ограничивают их использование. БГСА устойчивы к аминогликозидам,

Стафилококк вызывает как местные (пиодермия, фурункул, ячмень, омфалит, целлюлит, лимфаденит, раневая инфекция), так и инвазивные заболевания (сепсис, пневмония, плеврит, остеомиелит, абсцессы, менингит, артрит), чаще у детей первых месяцев жизни. Он является одним из основных микробов, инфицирующих катетеры, шунты и другие импланты. Токсигенные штаммы вызывают синдромы токсического шока, «ошпаренной кожи», пищевую токсикоинфекцию. Большинство стафилококков продуцируют b-лактамазу, но сохраняют чувствительность к метициллину (МЧЗС), оксациллину, амоксициллину/клавуланату, линкомицину, цефалоспоринам (в большей степени первого поколения и цефтриаксону), аминогликозидам и рифампицину. Применение макролидов малонадежно из-за быстрой (5—7 дней) выработки устойчивости. В США и других странах отмечен рост циркуляция резистентного к метициллину (МРЗС) стафилококка, не связанный с распространением больничных штаммов. Внебольничный МРЗС чувствителен к клиндамицину, ко-тримоксазолу, эритромицину, гентамицину, однако при монотерапии ими быстро развивается устойчивость. Внутрибольничная стафилококковая инфекция особенно часто наблюдается в хирургических отделениях, МРЗС обычно чувствителен только к ванкомицину и линезолиду.

Moraxella catharralis встречается у 5—10% больных отитом и синуситом. Возбудитель выделяет b-лактамазу, инфицируя леченых пенициллинами больных. Он устойчив к амоксициллину, но чувствителен к защищенным пенициллинам, цефалоспоринам второго-третьего поколений, аминогликозидам, хлорамфениколу, макролидам.

Среди других возбудителей ОРЗ следует упомянуть микоплазму пневмонии и хламидию пневмонии. Имеющиеся данные показывают, что большинство их штаммов сохраняют чувствительность к макролидам, тетрациклину, доксициклину.

Группа экспертов, рассмотрев вопросы чувствительности респираторных возбудителей, сделала следующие рекомендации:

Снижение чувствительности можно предполагать у «организованных» детей, особенно из закрытых учреждений, а также у детей, недавно (за 1—3 месяца до данного заболевания) принимавших антибиотики. Поскольку клавулановая кислота может вызвать расстройство стула, при назначении повышенных доз целесообразно использовать препараты с соотношением компонентов 7:1, например, Аугментин-2 (таблетки 875/125 мг, суспензия 200/5 и 400/5 мл), Амоксиклав (таблетки 0,875/0,125 г). При применении препаратов с соотношением 4:1 для повышения дозы лучше к обычной дозе добавить амоксициллин до 90—100 мг/кг/сут.

Выбор антибиотиков при острых кишечных инфекциях

Положение с чувствительностью к антибактериальным препаратам возбудителей кишечных инфекций более серьезно. Так, большинство шигелл имеют ту или иную степень устойчивости (плазмидной) к ПМС. В большинстве регионов России S. flexnery резистентны (90—100%) к ампициллину, ампициллину/сульбактаму, хлорамфениколу, тетрациклину и ко-тримоксазолу. S. sonnei резистентны к ампициллину, ампициллину/сульбактаму 10—38% штаммов, к хлорамфениколу — 27—66%, к ко-тримоксазолу – 75—96%. Шигеллы чувствительны к цефалоспоринам третьего-четвертого поколений (цефотаксим, цефтриаксон, цефтибутен, цефиксим, цефипим), ципрофлоксацину, азитромицину. Местами шигеллы чувствительны к налидиксовой кислоте.

Сальмонеллы в большинстве своем также чувствительны к цефалоспоринам третьего поколения, фторхинолонам, а также к ко-тримоксазолу, но описаны и устойчивые к ним штаммы. Устойчивость к ампициллину, амоксициллину, не превышающая в ряде регионов 3—6%, может достигать 16%.

В лечении коли-энтерита антибиотики обычно используют лишь в наиболее тяжелых случаях с большой осторожностью (риск развития ГУС). Лекарственная чувствительность возбудителя часто снижена, что затрудняет выбор антибиотика.

Большинство острых водянистых диарей вызывается вирусами, так что лечение антибиотиками не показано. В отношении шигеллеза и сальмонеллеза ВОЗ рекомендует проводить антибактериальное лечение только при тяжелых формах и в группах риска (ВИЧ+, грудной возраст и т.д.) при среднетяжелых формах. В этих случаях терапию оправдано начинать с цефтриаксона или цефатаксима, возможно также назначение оральных цефалоспоринов третьего поколения (цефтибутен, цефиксим). Остальные средства (ампициллин внутримышечно, внутрь амоксициллин или ко-тримокса¬зол, налидиксовая кислота) можно использовать в тех регионах, где есть данные о чувствительности к ним возбудителей. При пищевых токсикоинфекциях, гастроэнтерите и энтерите достаточно регидратации.

Кампилобактер чувствителен к макролидам, тетрациклинам, аминогликозидам; нарастание устойчивости к фторхинолонам связано с их применением в сельском хозяйстве. Устойчивость к пенициллинам и ко-тримоксазолу варьирует.

Холерный вибрион сохраняет чувствительность к тетрациклинам, которые можно применять и у детей моложе 8 лет, поскольку опасность инфекции велика. Возбудитель также часто чувствителен к ко-тримоксазолу и фторхинолонам.

Колонизация хеликобактером обычно бессимптомна, но иногда вызывает признаки хронического гастрита, повышая риск язвы желудка и 12-перстной кишки. Возбудитель чувствителен к амоксициллину, макролидам, нитроимидазолам, но в последние годы чувствительность постепенно снижается, вынуждая искать другие комбинации препаратов (обычно на фоне средств, снижающих кислотность желудочного сока).

Выбор антибиотиков при инфекциях мочевых путей

Основной возбудитель – кишечная палочка – утратила чувствительность к пенициллину и цефазолину, а теперь уже и к амоксициллину и ампициллину, которые еще недавно были основными препаратами выбора при этих инфекциях. Для лечения неосложненных инфекций мочевых путей (ИМП) назначают внутрь амоксициллин/клавуланат 50 мг/кг/сут, цефуроксим аксетил 50—75 мг/кг/сут, цефтибутен 9 мг/кг/сут или цефиксим 8 мг/кг/сут. При подозрении на пиелонефрит используют амоксициллин/клавуланат внутривенно 90 мг/кг/сут, цефалоспорины третьего-четвертого поколения (50—80 мг/кг/сут), цефоперазон/сульбактам (до 100 мг/кг/сут в 2 приема), в том числе с аминогликозидами. При инфицировании клебсиеллой, протеем, псевдомонадами и другой флорой при выборе антибиотика следует опираться на данные о ее чувствительности.

Противорецидивное лечение рекомендуется при пиелонефрите, при наличии рефлюкса 3-й степени и выше, аномалий мочевой системы, а также при рецидивировании ИМП. Чаще используют Фурагин 6 мг/кг/сут, ко-тримоксазол 2 мг/кг (по ТМП) в течение 2—3 недель, затем еще 2—8 недель в половинной дозе. Описана и эффективность цефаклора 5—10 мг/кг/сут, налидиксовой кислоты по 10 дней каждого месяца, 3—4 месяца.

Выбор антибиотиков при бактериемии

Во внебольничных условиях развитие бактериемической инфекции чаще всего связано с пневмококками, гемофильной палочкой, она проявляется сначала высокой лихорадкой без видимого очага инфекции с угрозой развития менингита, остеомиелита (особенно частого при инфекции стафилококками). Инфекция менингококками чревата развитием менигококцемии и менингита. С учетом спектра чувствительности этих возбудителей препаратами выбора являются амоксициллин/клавуланат (90 мг/кг/сут внутривенно) или цефтриаксон (80 мг/кг/сут внутривенно).

В условиях стационара бактериемия и сепсис чаще всего развиваются у детей с центральным венозным катетером, особенно при проведении парентерального питания. Основные возбудители – стафилококки (у новорожденных — эпидермальный, у старших детей – золотистый), энтерококки или грамотрицательная кишечная флора, как правило, с множественной лекарственной устойчивостью.

Оптимальной тактикой является удаление катетера, при необходимости новый катетер ставят в другую вену. Выбор антибиотика должен учитывать данные определения чувствительности выделенного из крови возбудителя, но поскольку лечение начинают незамедлительно то эмпирически выбирают комбинации, действующие как на грамотрицательную флору, так и на стафило- и энтерококков. Эффективна комбинация аминогликозида в максимальной дозе в виде одной инфузии (например, амикацин 15 мг/кг/сут) с ванкомицином (40—50 мг/кг/сут в 2—3 приема); последний может быть заменен ампициллином (250—300 мг/кг/сут), меропенемом (100 мг/кг/сут) или цефепимом (150 мг/кг/сут) – вводимых в 3 приема.

При достижении успеха в течение 1—2 дней после удаления катетера обычно достаточен 5—7-дневный курс антибиотика. В случае оставления катетера длительность терапии (при снижении температуры в течение 2—3 дней) должна быть не менее 2—3 недель. В случае развития очагов инфекции (артрит, эндокардит и т.д.) курс лечения составит 4—8 недель. В случае инфицирования катетера грибами Кандида удаление катетера обязательно, курс терапии – 2 недели после окончания фунгемии.

Факторы развития устойчивости и методы ее преодоления

Лекарственная устойчивость возбудителей имеет огромное медицинское и социально-экономическое значение. Поскольку она связана с использованием ПМС, в борьбе с ней ведущая роль принадлежит тем, кто назначает эти препараты. Конечно, законодательное ограничение отпуска ПМС, регламентация их применения в стационарах, создание стандартов и протоколов лечения отдельных инфекций – важный раздел этой работы, но без активного участия врачей все эти меры не окажут должного эффекта.

Что должен предпринять врач? Прежде всего не назначать антибиотик, не убедившись в наличии бактериального заболевания у больного. Если антибиотик назначается в предположении о бактериальной инфекции, врач обязан подтвердить свое подозрение, в противном случае антибиотик должен быть отменен.

В лечении бактериальной инфекции предпочтительны препараты с более узким спектром и коротким периодом выведения (например, пенициллины), которые создают меньший риск развития устойчивости, чем, например, макролиды; последние накапливаются в клетках и затем медленно выводятся, создавая субингибиторную концентрацию, что способствует выработке устойчивости. Это доказано печальным опытом ряда стран, где неоправданно широкое применение макролидов привело к всплеску устойчивости пневмококков, частота которой снизилась только после сокращения необоснованного применения макролидов.

Ответственность педиатров при этом особенно высока. Наиболее распространенные возбудители (стрептококки, в том числе пневмококк, стафилококки, а также гемофильная палочка и др.) у детей вегетируют в виде особенно «плотной» популяции, воздействие антибиотиков на нее увеличивает потенциал развития устойчивости. Тесные контакты между детьми способствуют распространению устойчивых клонов микробов с последующей передачей их членам семьи и всему населению (табл. 2). Важное звено – разъяснение этой проблемы родителям, с тем чтобы снизить частоту с их стороны неоправданных требований назначить антибиотик.

Сведения об авторах:

Владимир Кириллович Таточенко, главный научный сотрудник НИИ педиатрии ГУ НЦЗД РАМН, заслуженный деятель науки РФ, профессор, д-р мед. наук
Майя Джамаловна Бакрадзе, руководитель отделения диагностики и восстановительного лечения НИИ педиатрии ГУ НЦЗД РАМН, канд. мед. наук

Таблица 1
Наиболее распространенные β-лактамазы и их свойства [Сидоренко С.В. Практическое руководство по антиинфекционной химиотерапии / под редакцией Л.С. Страчунского, Ю.Б. Белоусова, С.Н. Козлова / 2007]

Таблица 2
Частота выделения (%) в России пневмококков со сниженной чувствительностью к пенициллинам [Козлов Р.С., 2004]

Источник