Репарационная терапия что такое
ТОП препаратов для улучшения памяти и работы мозга
Головной мозг отвечает за регуляцию функций жизнедеятельности человека. К ним относят: сердцебиение, дыхание, глотание, работу мышц, слуховые и зрительные рефлексы, координацию движений и др. Одной из значимых ролей головного мозга считают память.
Ученые доказали, что воспоминания разбросаны по всем нейронным связям организма. Главную роль в функционировании памяти играет лимбическая система. Находится она с внутренней стороны височных отделов, где и гипоталамус. Последний группирует мыслительный процесс.
Самые лучшие препараты для улучшения памяти представлены в рейтинге ниже. Мы собрали список лекарственных средств, которые действительно работают, воздействуя на причину проблемы.
Классификация препаратов для улучшения памяти
Почему ухудшается память
Фундаментальная основа неврологической памяти состоит в наличии у мозга ресурса для «записи» данных. При благоприятных условиях запас будет воспроизведен. Поломка в этой цепи приводит к нарушению процессов запоминания. Сделаем оговорку: серьезные патологии редко становятся причиной такого явления, значит вопрос решаем.
Какие лекарства ухудшают память
Существует ряд лекарственных препаратов, ухудшающих память. Данное свойство относится к нежелательным побочным эффектам. Снижение памяти – индивидуальная реакция, которая развивается далеко не у всех.
Антигистаминные препараты
Назначают с целью устранения аллергических проявлений. Первое поколение этих медикаментов подавляет центральную нервную систему, вызывает чувство сонливости, затуманивание зрения. Супрастин, димедрол и тавегил – лекарства из этого списка. Они частично блокируют функцию мозга, которая отвечает за обучение и запоминание.
Продолжительное применение таких таблеток провоцирует в отдаленной перспективе деменцию. Чтобы свести риск к минимуму, разработаны антигистаминные нового поколения – цетиризин, лоратадин и др.
Препараты для лечения гипертонии и стенокардии
Группа бета-блокаторов вмешивается в работу мозга, воздействуя на адреналин и норадреналин. Такие лекарства, как анаприлин, атенолол, бисопролол, карведилол и т. д., назначают, когда сочетаются повышенное давление и пульс. Замедляя сердцебиение, компоненты лекарств затормаживают работу ЦНС. Следствием становятся утомляемость, слабость и нарушения памяти.
Созданы препараты нового поколения, которые действуют только на сердце, а отрицательный эффект минимален. При наличии показаний, стоит предпочесть селективные бета-адреноблокаторы: небиволол, бетаксолол и др.
Противосудорожные препараты
Успокоительные и снотворные
Снотворные снижают мозговую деятельность в основных отделах. Лекарства облегчают засыпание и снимают напряжение. Некоторые из них, например, Корвалол, отпускают без рецепта. Это вводит в заблуждение пациента, сулит безопасность. В составе медикамента серьезный компонент фенобарбитал, который вкупе со спиртом несет угрозу для здоровья.
Бензодиазепины прописывают при тревожных состояниях, судорогах. Компоненты этих средств отрицательно влияют на запоминание информации. Эту группу лекарств применяют краткосрочно, во избежание негативных последствий.
Антибиотики
Гормоны и вещества, жизненно важные для мозга, находятся в желудочно-кишечном тракте. Антибиотики уничтожают полезные субстанции, наравне с вредоносными и параллельно негативно воздействуют на работу мозга. Стандартный короткий курс таких препаратов не угрожает памяти. Нарушения настигают тех, кто вынужден длительно применять медикамент или злоупотребляет самолечением.
Рейтинг препаратов для улучшения памяти и работы мозга
Основным признаком неудовлетворительного мозгового кровоснабжения считают нарушение памяти. Такое проявление одним из первых замечают трудоспособные люди. Служащие умственных сфер деятельности сталкиваются со снижением работоспособности. Проблемы с памятью – основной симптом течения органических патологий головного мозга. Вышесказанное дает основание сделать вывод, что игнорировать данный симптом нельзя.
Ознакомьтесь с рейтингом лучших препаратов для памяти. Лекарства подобраны в зависимости от эффективности, доступности по цене и безопасности при использовании. Важно: самолечение – опасно. Назначение медикаментов производится строго после постановки диагноза. Правильно выбрать подходящий препарат может только врач, опираясь на результаты проведенных исследований.
№1 – «Билобил Форте» (KRKA, Словения)
Антигипоксант, разработанный на основе сухого стандартизированного экстракта листьев гинкго двулопастного. Назначается при устойчивом нарушении кровообращения в области головного мозга. Самый лучший препарат для памяти показан при головокружениях, проблемах с запоминанием и звоне в ушах.
Производитель: KRKA [КРКА], Словения
№2 – «Гинкоум» (Эвалар, Россия)
Лекарственное средство, стимулирующее мозговое кровообращение, которое в качестве действующего компонента содержит экстракт листьев двулопастного гинкго. Головокружение – один из симптомов метаболических нарушений в мозге, справиться с которым поможет Гинкоум.
Длительное применение препарата позволяет уменьшить шум в ушах. Опытным путем доказано, что ощутимые улучшения станут заметны уже через 3 месяца. При значительных расстройствах внимания и ухудшении памяти курс приема продолжают от 3-х до 6-ти месяцев.
Производитель: Эвалар, Россия
№3 – «Фезам» (Балканфарма, Болгария)
Пирацетам восстанавливает когнитивные процессы, корректирует микроциркуляцию в зоне ишемии. Регулирует межполушарное взаимодействие.
Психостимуляторы помогают при истощении и неврозах, которыми могут сопровождаться расстройства мозгового кровообращения. Лекарственное средство повышает работоспособность и физическую активность.
«Фезам» давно используется в лечении неврологических больных. Препарат зарекомендовал себя как лучшее лекарство для памяти.
Производитель: Балканфарма, Болгария
№4 – «Вазобрал» (Chiesi Farmaceutici, Франция)
Комбинированный корректор кровоснабжения мозга, который содержит α-дигидроэргокриптин и кофеин. Препарат блокирует рецепторы адреналина. Уменьшает способность тромбоцитов и эритроцитов соединяться друг с другом, повышает процент рабочих капилляров. Усиливает устойчивость тканей к недостатку кислорода.
Кофеин – стимулятор сосудодвигательного и дыхательного процессов. Наращивает возбуждение в головном и спинном мозге, инициирует работоспособность, устраняет сонливость. Обладает мочегонным действием.
По отзывам пациентов «Вазобрал» – один из лучших препаратов для памяти и внимания. Одновременно лечит несколько симптомов. Для достижения оптимального результата может потребоваться длительный курс лечения.
Производитель: Chiesi Farmaceutici [Кьези Фармацевтичи], Франция
№5 – «Танакан» (Бофур Ипсен Индастри, Франция)
Антигипоксант, адаптоген и антиагрегант, разработанный на основе такого активного вещества, как экстракт Ginkgo biloba. Ведущие неврологические клиники России занимались научно-исследовательскими работами относительно «Танакана». Давали оценку эффективности у пациентов среднего и пожилого возраста. Курс лечения длился 3 месяца. Результаты тестов показали, что препарат справился с поставленной задачей. Неврологические проявления болезни и когнитивные нарушения снизились.
Лекарство наглядно продемонстрировало улучшение памяти. Количество эпизодов приступов головной боли и головокружений доподлинно уменьшилось. Возросла работоспособность. Улучшилось качество сна. Фармацевтический рынок представил множество средств на основе гинкго билоба. Это свидетельствует в пользу того, что такая группа препаратов для мозга и памяти востребована у взрослого населения.
Производитель: Бофур Ипсен Индастри, Франция
№6 – «Сермион» (Pfizer, Италия)
Антигипоксант и адреноблокатор содержит ницерголин. Препарат «Сермион» устраняет последствия дисфункции мозгового кровообращения. Благодаря исследованиям установлено, что результаты применения ницерголина ассоциируются с восстановлением нейронов. Отмечена способность влиять на микроциркуляцию и метаболизм в сосудах мозга.
Адреноблокирующее свойство улучшает кровоток, совершенствует когнитивную деятельность. После продолжительной терапии «Сермионом» отмечено стойкое восстановление мыслительных функций. Уменьшаются проявления нарушений, связанных с развивающейся деменцией.
Производитель: Pfizer [Пфайзер], Италия
№7 – «Церебролизин» (Ever Neuro Pharma, Австрия)
Ноотропное средство, которое содержит концентрат церебролизина. В составе вещества peptide мозга свиней. По информации производителя, пептиды проникают сквозь физиологический барьер. Такие коллагены ограждают ЦНС от токсинов в кровяном русле, но пропускают полезные элементы и кислород.
Лекарство способствует синтезу белка в головном мозге. Оберегает нейроны от повреждений и гибели, наращивает выживаемость этих клеток в неблагоприятных условиях гипоксии или ишемии.
Производитель: Ever Neuro Pharma [Эвер Нейро фарма], Австрия
№8 – «Циннаризин» (Pharma, AD, Болгария)
Блокатор кальциевых каналов. Влияет преимущественно на сосуды головного мозга. Действующее вещество: циннаризин.
Лекарство устраняет излишний тонус сосудов. Приближает к норме мозговое кровообращение. Увеличивает эластичность мембран красных кровяных телец, снижает показатели густоты крови. «Циннаризин» оказывает сосудорасширяющее воздействие и не оказывает существенного влияния на артериальное давление.
Результативно лечение «Циннаризином» пациентов как с атеросклерозом в начальной стадии, так и хронических больных с постинсультными патологиями. Способствует кровоснабжению миокарда. Сокращает последствия вестибулярных нарушений. Ликвидируя вышеперечисленные проявления болезненного состояния, лекарственное средство улучшает процесс запоминания.
Производитель: Pharma, AD [Фарма], Болгария
№9 – «Кавинтон» (Gedeon Richter, Австрия)
Лекарственное средство, улучшающее обмен веществ в головном мозге. Антиагрегант, разработан на основе винпоцетина. Функция препарата — нормализовать кровоснабжение в особо нуждающихся отделах мозга. Под воздействием «Кавинтона» кровоток становится интенсивней, расширяются артерии, совершенствуется обмен веществ в сосудистом русле. При этом вещество де-факто не воздействует на артериальное давление и частоту пульса. Лекарство предотвращает или борется с кальцификацией стенок сосудов.
Посредством работы действующего вещества, в организме повышается захват и расходование глюкозы и кислорода мозгом, снижается вязкость крови. Организм становится устойчивым к гипоксии. «Кавинтон» обеспечивает безопасность мозговым нейронам, ответственным за память.
Производитель: Gedeon Richter [Гедеон Рихтер], Австрия
№10 – «Мемоплант» (Dr. Willmar Schwabe, Германия)
Ангиопротекторное средство. Действующее вещество: экстракт из листьев гинкго. Применяют при патологическом кровоснабжении мозга. Эффективен при сбоях в когнитивных процессах, звоне в ушах, головных болях.
Производитель: Dr. Willmar Schwabe [Др. Вильмар Швабе], Германия
№11 – «Винпоцетин» (Gedeon Richter, Венгрия)
Психостимулятор и ноотропное средство. Действующее вещество: винпоцетин. Препарат расширяет сосуды, в результате чего нормализуется мозговое кровообращение. Незаменим при ухудшении памяти, головокружениях, головных болях, при лечении гипертонии и широко используется для устранения последствий инсульта. Защищает нейроны от разрушения, от патологического воздействия свободных радикалов, за счет антиоксидантных свойств.
Пациенты отмечают, что препарат улучшает работу мозга, что проявляется в ясности мыслей, повышении концентрации внимания и памяти. Отступают приступы головной боли и головокружения. Гипотоникам стоит проявить осторожность относительно «Винпоцетина». Медицинское средство достаточно сильно понижает артериальное давление. Препарат противопоказан также при аритмиях.
Производитель: Gedeon Richter [Гедеон Рихтер], Венгрия
№12 – «Мексиприм» (Обнинская химико-фармацевтическая компания, Россия)
Нейтрализует токсичность алкоголя. Корректирует, приближая к норме внутричерепное давление. Борется с астеническими проявлениями. Гипотоники в процессе лекарственной терапии могут ощутить спутанность сознания, головокружение, т.к. препарат снижает АД.
Производитель: Обнинская химико-фармацевтическая компания, Россия
№13 – «Пантокальцин» (Valenta, Россия)
Ноотроп. Действующее вещество: кальция гопантенат. Повышает адаптационные возможности мозга к кислородной недостаточности и воздействию токсинов. Работает как нейропротектор. Обладает нейрометаболическими свойствами.
Приумножает умственную работоспособность и выносливость. Комбинирует мягкое седативное действие с легкой стимуляцией. Обладает противосудорожным эффектом и анальгезирующими свойствами.
Стабилизирует состояние при алкогольной интоксикации в момент отмены. Помогает в случае задержки речевого развития. Стимулирует восстановление когнитивных способностей: памяти, восприятия и воспроизведения информации.
Производитель: Valenta [Валента Фарм], Россия
№14 – «Нобен» (Биннофарм, Россия)
Ноотроп, антиоксидант и регулятор метаболизма. Действующее вещество: идебенон. Активизирует синтез глюкозы, питая мозг. Способствует нормализации кровоснабжения, повышает физиологическую мозговую реактивность.
Производитель: Биннофарм, Россия
№15 – «Милдронат» (Grindex, Латвия)
Метаболический препарат. Действующее вещество: мельдония дигидрат. В условиях увеличившейся на организм нагрузки, мельдоний нормализует доставку и потребление кислорода. Препарат устраняет продукты распада токсинов в клетках, ограждая от повреждения. «Милдронат» придает прочность сосудам, приводит в норму кровоснабжение, обогащает кислородом сердце и мозг.
Лекарственное средство используют для дополнительной терапии при вегетативных нарушениях, ассоциированных с гипоксией. Назначают пациентам с астено-невротическим синдромом. Внимание и память страдают при перегрузках нервно-психического характера. «Милдрован», действуя как общеукрепляющее средство, купирует эти проявления. В результате применения вещества организм получает устойчивость к нагрузкам. Ускорится способность восстанавливаться.
Производитель: Grindex [Гриндекс], Латвия
Для улучшения памяти нужно регулярно тренировать мозг. Для снижения негативного влияния перегрузок на помощь приходит целая линейка медикаментов. Трудно сказать какой препарат самый лучший для работы мозга и восстановления памяти. Самостоятельно сложно найти подходящий препарат для улучшения работы мозга. Целесообразнее обратиться за помощью к профессионалу.
«Было ощущение, что меня стирают ластиком»: личный опыт конверсионной терапии
Настя Дмитриева СПИД.ЦЕНТР
На вопрос, могу ли я указать имя и возраст в статье, К. некоторое время думает, затем просит оставить только первую букву и промежуток «20-30 лет». Поясняет, что «его мучители еще живы».
К. — трансгендерный человек. Сейчас у него есть семья, работа, друзья. И длительная восстановительная работа с адекватным терапевтом. Еще полтора года назад все было иначе: «У меня была депрессия после неудачной попытки суицида, а у матери — тяжелое непринятие меня. Она нашла для меня „загородный пансионат“».
«Пансионатом» оказался «центр реабилитации» наркопотребителей, гомосексуалов и трансгендеров. К. принудительно провел в нем полтора года. Люди содержатся там взаперти, из всех контактов с внешним миром разрешены только два телефонных звонка — по пять минут и на громкой связи. За любые провинности или нарушение многочисленных правил права на звонок могут лишить. Нельзя оказывать сопротивление или выказывать несогласие с тем, что говорят или делают сотрудники этого места. «Хотя сотрудниками их назвать у меня язык не поворачивается. Это мучители или тюремщики. Я обдумывал способы бегства, потому что там было ужасно. Просто очень плохо», — вспоминает К.
Бессмысленная трудотерапия, произвол работников, жесткий распорядок дня, повсеместные камеры видеонаблюдения, принудительные прогулки, обливания холодной водой за провинности, наказания, оскорбления и унижение достоинства. Из первых двух месяцев пребывания в центре К. помнит только землистые цвета, резкие звуки и боль. И подозревает, что ему подмешивали какие-то вещества.
«Этих контор достаточно много по России, у них есть услуга — «выезд мотиваторов», — рассказывает К. — По заказу родственников приезжают накачанные люди злобного вида. Они не принимают никакого несогласия и говорят: «Вы можете пройти в машину», а если встречают сопротивление, то просто запаковывают туда человека».
Мама К. ежемесячно отдавала 60 000 рублей за его содержание там, а забрала, только когда сама поссорилась с работниками. Сейчас К. практически не общается с матерью, считает, что она до сих пор не взяла на себя ответственности за тот ужас. «Я пытался ее простить, но это очень тяжело. Даже не могу представить себе, что творится в голове у людей, которые могут такое делать со своими детьми».
Инициаторы — родители и родственники
Конверсионная (репаративная) терапия — ненаучная практика, когда сексуальная ориентация или гендерная идентичность ЛГБТ+ людей считается ненормальной и нуждающейся в «лечении» и «исправлении».
В июльском докладе ООН независимый эксперт Виктор Мадригал-Борлос заявил, что конверсионная терапия должна быть запрещена на государственном уровне, так как «является дискриминационной, жестокой, бесчеловечной и унижающей достоинство, а в зависимости от степени жестокости, физической или психической боли и страданий жертвы может быть приравнена к пыткам».
После смерти мамы он обратился к психологу за поддержкой, а в ответ услышал: «Можешь пойти на железнодорожный вокзал, лечь на рельсы, и пусть тебя переедет поезд»
В ряде стран, например, Норвегии, Швеции, Бразилии, Мальте, за проведение такой практики существует юридическая ответственность. А в июле 2020 года директор по публичной политике Instagram Тара Хопкинс заявила, что сервис будет блокировать посты о «лечении гомосексуализма». Это теория.
Инициаторами конверсионной терапии чаще всего становятся родители, близкие родственники, влиятельные представители общины, местные религиозные лидеры или поставщики услуг — психологи и психотерапевты. Иногда под гнетом родительского осуждения, общественной стигматизации или травли человек сам добровольно пытается «лечить» себя и «делать нормальным».
Самые частые последствия подобной «терапии» — патологические стыд и вина, ненависть к себе, глубокая депрессия, тревожные и подавленные состояния, посттравматический синдром, устойчивые изменения личности, мысли о суициде или попытки его совершить.
«Было ощущение, что меня стирают ластиком»
Роману* 34 года. Одно из ранних воспоминаний — родители отвели его, трехлетнего, к врачу, чтобы выяснить, почему он говорит о себе в мужском роде. Врач маму с папой успокоил: «Это врожденное, так бывает, вы, главное, пожестче воспитывайте, и все будет хорошо!», а ребенку погрозил: «Когда ты так делаешь, мама очень расстраивается». Дальше потянулись годы глубокого внутреннего и внешнего конфликта. Было ощущение, что «происходит что-то странное, и лучше об этом не думать».
В двадцать лет по совету коллеги Роман обратился к психологу. Та объяснила, что любая ориентация нормальна, но гендерные вариации — путь к пропасти и то, чего следует избегать. Она предложила делать упражнения и заниматься аутотренингом. Например, принять в кресле позу эмбриона и представлять себя одновременно и в животе у матери, и самой матерью. Чтобы сконцентрироваться на деторождении и прочувствовать репродуктивную функцию и материнскую природу. Результатом сеанса стали мысли о суициде.
«Она подталкивала меня к мысли, что все, что я думаю и чувствую, неправильно и плохо. И терапия будет направлена на то, чтобы меня от этого отвратить, — вспоминает мужчина. — Было сложно дойти до метро и не шагнуть под машину. Тяжелое, подавленное состояние и ощущение, что меня словно стирают ластиком, не дают права существовать».
После второго сеанса Роман прекратил походы к «специалисту». Хотя ему еще долгое время казалось, что просто нужно лучше доносить людям, что с ним происходит: «Думал, что мне нужно привести более серьезные доводы, подробнее все описать. Но потом стало понятно, что это просто глубокое внутреннее расхождение, которое отменяет любые попытки понять другого».
По личным ощущениям Романа, примерно треть его знакомых гомосексуальных и трансгендерных людей подвергались насилию, унижениям и попыткам их переделать в «нормальных». Привычными рычагами давления становятся «психотерапия» и религия. А также родительские манипуляции: «Ты сводишь меня в могилу», «Пусть доктор скажет, что ты нормальный».
Вместе с тем он считает, что сейчас гораздо проще найти адекватного психотерапевта, чем десять лет назад: «Этому способствует распространение гештальт-подхода, он отрицает любую дискриминацию и неприятие. Плюс информации стало больше. Потихоньку все больше людей приходит к идее, что не надо других ломать через колено».
«Мы хотим, чтобы ты была счастлива»
«Мама у меня — кандидат наук, отец — профессор. Псевдоинтеллигенция. У родителей отношения симбиотичные и нездоровые: если папа чего-то хочет, то мама как любящая традиционная женщина не имеет своего мнения. О моей гомосексуальности они знали давно. Отец был настроен резко против».
Репарационная терапия что такое
Репарати́вная терапи́я (англ. reparative therapy, отлат. reparo — «исправлять»), известная также как «конверсионная», «переориентирующая» или «дифференцирующая» — совокупность методик, направленных на изменение сексуальной ориентации человека с гомосексуальной на гетеросексуальную. Подобные методики также применялись и иногда применяются для изменения гендерной идентичности трансгендерных людей и приведения её в соответствие с приписанным при рождении полом.
Этичность и эффективность таких процедур вызывает много споров. Большинство медиков-профессионалов предупреждают, что попытки изменить сексуальную ориентацию или гендерную идентичность человека содержат в себе потенциальную опасность для психики. Большинство медицинских и психиатрических организаций, выразивших мнение об этой терапии, осуждают её применение. Тем не менее, некоторые медицинские организации, например, «Католическая медицинская ассоциация» (Catholic Medical Association), настаивают на правомочности её применения.
Сторонники репаративной терапии утверждают, что сексуальная ориентация и гендерная идентичность человека поддаётся изменению, а также считают гомосексуальность психическим расстройством, которое можно и нужно исправить. Большинство сторонников уверены, что романтическое однополое влечение и сексуальное поведение греховны. Своих пациентов они иногда называют «борцами» или «преодолевающими», а тех, кто, как считается, изменил свою ориентацию — «экс-геями».
Методики
Репаративные терапевты в разное время использовали различные подходы, однако на данный момент основной формой считается индивидуальное или групповое консультирование (собеседование). Нередко такая форма включает в себя поиск подсознательных эмоциональных потребностей, лежащих в основе однополого влечения, а также попытку заменить его несексуальными формами выражения, обычно поощряя пациента формировать эмоциональную связь с человеком своего пола, свободную от сексуального подтекста. В процессе собеседования особое внимание может уделяться различным рискам, в том числе связанным с физическим здоровьем, возникающим при однополом сексе. Бо́льшая часть терапевтов придерживается религиозной (обычнохристианской) доктрины и включает в методику религиозное обучение, молитву, пост или медитацию. Нерелигиозные методики включают в себя чтение, спорт или другие физические упражнения.
Некоторые из этих методик (которые также применялись для лечения широкого спектра других психологических и психиатрических проблем) больше не используются, например, электросудорожная терапия (электрошок) и аверсивная терапия, которая включала в себя демонстрацию гомоэротических материалов пациенту с одновременным вызыванием у него тошноты и рвоты посредством медикаментов.
Доктрина
Современная светская репаративная терапия, которую представляют, в частности, концепции Джозефа Николосии поздние работы Чарльза Сокарайдеса, основана на идее, что гомосексуальность является результатом психического расстройства, описываемого как «дефицит гендерной идентичности» и возникающего в результате отчуждения и отторжения человеком людей своего пола. Данный процесс, как утверждают терапевты, ведет к желанию близости и реализации его в неприемлемых и дисфункциональных формах, таких как маниакальная сексуальная страсть. Гомосексуальность описывается как потребность в компенсации недостатка собственной мужественности или женственности за счёт объекта желания:
«Основной предпосылкой репаративной терапии является то, что большинство пациентов (примерно 90 % в моей практике) страдают от синдрома дефицита мужской гендерной идентичности. Именно это внутреннее чувство несовершенства своей мужественности является важнейшей основой для гомоэротического влечения. Основное правило репаративной терапии гласит: „Гендерная идентичность определяет сексуальную ориентацию“. Наши эротические фантазии вращаются вокруг того, кем мы сами не являемся. Поэтому цель лечения состоит в полном раскрытии мужской гендерной идентичности пациента».
Николоси предполагает, что пациент в детском возрасте сначала переживает отвержение со стороны отца, а затем в своей беспомощности попадает под влияние и защиту матери, отдаляясь от отца. Согласно теории Николоси, подобное защитное отчуждение изолирует мальчика в эмоциональном плане от других мужчин и от его собственной мужественности, приводя к развитию гомосексуальной ориентации.
В целом репаративные терапевты убеждены, что гомосексуальность вызвана внешними причинами, а сама репаративная терапия имеет целью обнаружить те факторы в прошлом пациента, которые могли повлиять на развитие у него гомоэротических переживаний.
В то же время репаративные терапевты предполагают, что склонность к эмоциональной бисексуальности существует у всех мужчин, например, в форме потребности в мужской дружбе и привязанности. Таким образом, терапевты уверены, что «излечение» от однополого влечения лежит в области реализации этих нереализованных потребностей. То есть целью терапии является устранение не внутренней эмоциональной потребности в однополой привязанности, а лишь её дисфункционального выражения.
Критика
Рассуждения, лежащие в основе репаративной терапии, подверглись критике со стороны психологов и психиатров из-за необъективности исходных клинических данных. Репаративная терапия основывается на предположении, что гомосексуальность по своей сути нежелательна нездорова и поэтому требует корректировки, хотя собранные на сегодняшний день научные данные не позволяют сделать такого вывода. Критики указывают, что такие предположения основываются на религиозном осуждении гомосексуальности, а не на объективном анализе или эмпирических данных. Критики также отмечают, что исследования в области репаративной терапии концентрируются почти исключительно на мужской гомосексуальности, редко принимая в расчет женскую и демонстрируя тем самым ещё бо́льшую предвзятость.
Наконец, репаративную терапию критикуют за отсутствие рецензий со стороны коллег (см. раздел «Научный базис») и за тот факт, что отчёты по ней публикуются исключительно в тех изданиях, которые также не рецензируются коллегами и имеют стойкую гомонегативистскую репутацию, например, журнал «Psychological Reports».
В некоторых американских штатах репаративная терапия запрещена законом.
История
Идея изменения сексуальной ориентации человека не нова. Она возникла примерно в то же время, когда психология оформилась в отдельную науку. Расценивая гомосексуальность как психическое нарушение, психоанализ вначале определял её как самостоятельную сексуальную ориентацию, а затем постулировал возможность её изменения. Такие исследователи, как Ирвинг Бибер, Лоренс Хаттерер и Зигмунд Фрейд, пытались «излечить» гомосексуальность с помощью различных методик, включая аверсивную терапию, рвотные лекарства, кастрацию, электрошок, лоботомию, ампутацию молочных желёз и т. п. Подробнее см. в статье «Гомосексуальность и психология».
Современная репаративная терапия является переосмыслением более ранних психологических исследований. Её истоки лежат в теоретических и клинических изысканиях доктора Элизабет Моберли (Elizabeth Moberly), британского теолога и психолога, впервые предложившей сам термин в начале 1980-х годов. В своей книге «Гомосексуальность: новая христианская этика» («Homosexuality: A new Christian ethic»), которую часто цитируют сторонники репаративной терапии, автор предполагает, что гомосексуальность является результатом воздействия на человека внешних факторов окружающей среды вкупе с предрасположенностью его характера. Однако основная причина, по мнению автора, кроется в неспособности индивидуума сблизиться со своим отцом, в противоположность тезису фрейдистского психоанализа о доминирующей матери. Употребляя термин «репаративная терапия» в своей работе, Моберли утверждает, что гомосексуальность — это «исправляющий импульс», то есть попытка «исправить» неудавшиеся отношения или справиться с ними. Моберли не говорит, что сама по себе репаративная терапия что-либо исправляет. Подробности см. в её книге «Психогенез: раннее развитие гендерной идентичности» («Psychogenesis: The Early Development of Gender Identity»).
Первоначально репаративная терапия приветствовалась многими христианскими группами «экс-геев», которые видели в ней способ примирить свои религиозные убеждения и сексуальную ориентацию и связывали с ней надежды на принятие внутри своих церквей или приходов (миссий). Некоторые из подобных миссий впоследствии отказались от репаративной терапии, разочарованные несбывшимися обещаниями изменить сексуальную ориентацию своих прихожан.
В последнее время репаративная терапия получила широкую популярность среди крупных консервативных религиозных групп, особенно в США, как способ противостояния движению за права сексуальных меньшинств. Многие из подобных групп воспринимают репаративную терапию как более мягкий способ выразить своёнеприятие гомосексуальности. Также репаративная терапия используется этими группами для влияния на общественное мнение и убеждения представителей законодательных органов в недопустимости «поддержки равных прав, гражданских партнёрств и принятия законов в области преступлений на почве ненависти».
Спорность
Сам по себе вопрос о репаративной терапии весьма спорен и противоречив. В истинности публичных заявлений движения «экс-геев» сомневаются различные профессиональные медицинские организации (см. раздел «Оппоненты»). Их общее убеждение, что сексуальная ориентация совершеннолетних неизменна, в свою очередь, подвергается критике сторонников репаративной терапии.
Обычно дискуссии по этому вопросу вращаются вокруг традиционных аргументов за и против гомосексуальности. Оппоненты воспринимают репаративную терапию как результат христианского фундаментализма и нетерпимости к сексуальным меньшинствам, в то время как её сторонники утверждают, что неприятие подобной терапии вызвано лишь поддержкой и лоббированием ЛГБТ-сообщества. (Подробнее смотрите в статьях: «Религия и гомосексуальность», «Движение за права сексуальных и гендерных меньшинств».)
Сторонники
Крупнейшие и наиболее известные религиозные организации и объединения «экс-геев», выступающие за репаративную терапию, — это Exodus International, NARTH, PFOX и International Healing Foundation. Идея о возможности изменения гомосексуальной ориентации на гетеросексуальную также является частью философии эстетического реализма, основанной поэтом Илаем Сигелом. В 1970-е — 1980-е годах организация Aesthetic Realism Foundation (Фонд эстетического реализма) предлагала избавиться от гомосексуальности путём изучения этой философии.
За применение конверсионной терапии также выступают различные религиозные группы, пропагандирующие традиционные семейные ценности, такие как «Family Research Council» и «Focus on the Family».
Оппоненты
Применение репаративной терапии осуждается большинством профессиональных медицинских и психологических организаций.
В других государствах в их числе:
На вопрос: «Можно ли изменить сексуальную ориентацию с помощью терапии?» Американская психиатрическая ассоциация (АПА) отвечает следующим образом:
«Нет. Хотя большинство гомосексуалов успешны и счастливы в своей жизни, некоторые гомо- или бисексуально-ориентированные люди изъявляют желание изменить свою ориентацию посредством терапии в результате давления со стороны членов своей семьи или религиозной группы. Реальность состоит в том, что гомосексуальность не является заболеванием. Она не требует излечения и не подвергается изменению».
В 1999 году ряд американских профессиональных объединений психологов, педагогов и социальных работников, в число которых вошли Американская педиатрическая академия, Американская ассоциация консультантов, Американская психологическая ассоциация и другие, выступили с таким совместным заявлением о репаративной терапии:
Известен по крайней мере один случай, когда врач лишился медицинской лицензии за применение репаративной терапии в отношении несовершеннолетнего ребёнка, проводимой по настоянию его родителей, в то время как согласие на лечение самого ребёнка не было получено.
Применению репаративной терапии противостоят такие глобальные организации по защите прав меньшинств, как GLAAD, Stonewall и Outrage.
Некоторые религиозные организации, такие как «The Interfaith Alliance», «New Ways Ministries» и «People for the American Way», также не поддерживают применение подобной терапии.
В 2013 году религиозная организация Exodus International, ранее практиковавшая репаративную терапию, отказалась от неё и обратилась к гомосексуалам с извининениями.
Терминология
Термины, используемые для описания репаративной терапии, весьма спорны. Оппоненты предпочитают использовать термин «конверсионная терапия».
Сексуальная ориентация
Основное противоречие заключается в ответе на вопрос, является ли сексуальная ориентация врождённой.
Сторонники репаративной терапии уверены, что гомосексуальность — это не стабильная сексуальная ориентация, а эмоциональное или психическое нарушение, которое можно исправить, следовательно, гомосексуальность нужно переклассифицировать именно таким образом. Сторонники терапии обозначают подобное нарушение как «расстройство в виде однополого влечения» (SSA — same-sex attraction), отделяя его таким образом от стабильной или врождённой сексуальной ориентации.
Обычно оппоненты репаративной терапии убеждены, что сексуальная ориентация неизменна, и поэтому такая терапия в любом случае будет неэффективна, давая в то же время легко внушаемым людям ложные надежды на «излечение». Некоторые оппоненты соглашаются с тем, что сексуальная ориентация может изменяться, однако, несмотря на это, подвергают сомнению наличие какого-либо морального императива для подобных попыток, а также высказывают опасение, что в результате терапии общее благополучие пациента вряд ли существенно улучшится, и поэтому считают, что репаративная терапия бесполезна.
Научный базис
Успехи или неудачи репаративной терапии иногда используются как аргументы в публичных дискуссиях за и против гомосексуальности. В последнее время появилось множество самостоятельных публикаций со стороны репаративных терапевтов и «экс-гей» организаций, описывающих отдельные случаи переориентации с вероятностью успеха от 30 % до 70 %.
Оппоненты подвергают сомнению подобные результаты и отвечают, что многие из этих исследовательских и терапевтических групп не делают четкое различие между гомосексуальным поведением и ориентацией (см.биология и сексуальная ориентация), а также не принимают во внимание тот факт, что пациент может бытьбисексуальным и, например, в результате убеждения полностью ограничивает свою половую активность в отношении партнеров своего пола. Многие подобные исследования, проведенные группами репаративных терапевтов, отслеживают лишь короткие периоды времени; существует весьма незначительное количество работ, в которых оценивается долгосрочный эффект терапии и продолжительность успешной переориентации.
Наконец, оппоненты критикуют определение успеха терапии, даваемое репаративными терапевтами: многие из пациентов по-прежнему ощущают однополое влечение либо практикуют воздержание от каких-либо половых контактов, в то время как их ориентация остается неизменной. Оба подобных результата репаративными терапевтами считаются успешной, «частичной» переориентацией. Они говорят, что доказательств неэффективности терапии нет и что подобная вариативность успеха не должна рассматриваться как полная несостоятельность терапии.
Оппоненты также подчеркивают, что недостаточность эмпирических данных демонстрирует экспериментальный или псевдонаучный характер методик репаративной терапии, для которых отсутствует необходимое научное обоснование. Результаты подобных методик публикуются не в рецензируемых коллегами журналах, а в средствах массовой информации и в Интернете. Также в процессе подобных исследований используется неслучайная выборка пациентов, а результаты во многом полагаются на субъективные ощущения пациентов или собственные оценки терапевтов, которые могут страдать от необъективности ввиду социальной предвзятости.
Американская психиатрическая ассоциация (АПА), которая в 1973 году пришла к выводу, что гомосексуальность не является психическим заболеванием, сделала в 1998 году официальное заявление, одобренное Советом попечителей, что не существует строгих научных подтверждений «эффективности или вреда» репаративной терапии и что конверсионные терапевты до сих пор не предоставили «каких-либо строго научных исследований для подтверждения случаев излечения своих пациентов… Недавние усилия по репатологизации гомосексуальности, освещенные в СМИ, чаще всего движимы не строгими научными или психиатрическими исследованиями, а религиозными и политическими силами, противостоящими приобретению геями и лесбиянками всей полноты гражданских прав». В конце своего официального заявления АПА рекомендует этичным врачам-практикам «воздержаться от попыток изменить сексуальную ориентацию пациента, помня о первейшей заповеди медика „не навреди“» (см. раздел «Потенциальный риск»).
Репаративные терапевты отвечают на критику со стороны основных профессиональных организаций утверждением о том, что их оппозиция профессиональному и медицинскому сообществу вызвана различными политическими силами, действующими изнутри сообщества. Терапевты говорят, что в таких неблагоприятных условиях научные доказательства, подтверждающие случаи «излечения», получить трудно, так как политическое давление со стороны различных организаций, в частности со стороны политических групп борьбы за права геев, настолько сильно, что любые попытки как следует протестировать и исследовать данный вопрос на корню пресекаются со стороны АПА и других значимых в этой сфере организаций.
Отчёт Спитцера
В мае 2001 года д-р Роберт Спитцер, участвовавший ранее в процессе депатологизации гомосексуальности как психического расстройства, представил свою работу по репаративной терапии на очередном съезде АПА. В ней утверждалось, что 66 % мужчин и 44 % женщин из группы испытуемых обрели «удовлетворительные гетеросексуальные функции» в результате подобного вмешательства в психику. Работа Спитцера широко использовалась сторонниками репаративной терапии как свидетельство успеха терапии и первый шаг к её официальному признанию и легализации.
АПА незамедлительно выпустила официальное опровержение этой работы, отметив, что она не подверглась рецензированию со стороны коллег. В документе АПА говорилось, что «не существует опубликованных научных доказательств, подтверждающих эффективность репаративной терапии в качестве средства для изменения сексуальной ориентации человека».
Два года спустя Спитцер опубликовал свою работу в журнале «Archives of Sexual Behavior». Факт публикации вызвал скандал, в результате которого один из спонсоров отказался оказывать изданию дальнейшую спонсорскую поддержку. Работа была раскритикована по ряду положений, включая неслучайную выборку испытуемых и нечёткий критерий для определения «успеха». Критики утверждали, что работа полагается на выборку испытуемых, сделанную самими репаративными терапевтами, что не было проведено случайной выборки, имеющаяся выборка была слишком мала, а испытуемые являлись защитниками «экс-геев», которые могли быть необъективными в пользу репаративной терапии, а также что 60 % испытуемых прежде были известны как имеющие бисексуальную ориентацию. Среди слабых сторон работы критики отмечали также отсутствие последующего контрольного исследования для определения долгосрочного действия переориентации.
Впоследствии Спитцер сделал заявления, ставящие под сомнение результаты его собственной работы. На вопросы относительно сбора данных о 200 пациентах в течение 16 месяцев и проценте успешных исходов терапии Спитцер отвечал, что потребовалось почти полтора года, чтобы найти всего 200 желающих принять участие в исследовании, поэтому общее реальное число гомосексуалов, которые могли бы успешно «переориентироваться в гетеросексуалов», скорее всего, «крайне низко». Автор работы также отмечал, что участники исследования были «аномально религиозны».
Позднее д-р Спитцер заявлял:
«Я предполагал, что результаты моей работы будут несколько неверно истолкованы, однако я не ожидал, что некоторые СМИ будут утверждать, что работа анализировала вопрос выбора гомосексуальности. Разумеется, никто не выбирает, быть ему гомо- или гетеросексуальным. Я предполагал и предупреждал, что было бы ошибкой интерпретировать мою работу как утверждавшую, что гомосексуалы с высокой мотивацией могут измениться. Я подозреваю, что подавляющая часть геев, даже если они хотели бы, не смогли бы достигнуть существенных изменений в своем сексуальном влечении и фантазиях, а также получать удовлетворение от гетеросексуальных контактов, как это утверждали мои испытуемые. Я также выступал против использования результатов работы в качестве оправдания давления на геев, используемого для навязывания им терапии, в которой они не заинтересованы, и я уже слышал о многих инцидентах, когда подобное происходило».
Следует отметить, что В 2012 году Спитцер признал, что критики его теории оказались правы, и гомосексуала нельзя сделать гетеросексуалом. Он признал, что результаты его исследований, в которых приняло участие всего 200 человек, причем многие из которых были направлены организациями «бывших геев», не могут быть объективными.
Исследование Шидло и Шрёдера
Другое исследование по вопросу репаративной терапии было проведено в 2001 году д-рами Ариель Шидло (Ariel Shidlo) и Майклом Шрёдером (Michael Schroeder). Их работа кроме пациентов-сторонников репаративной терапии также рассматривала и добровольцев, набранных через Интернет. В результате исследования было обнаружено, что 88 % участников не испытали существенного изменения сексуального поведения, а 3 % утверждали, что сменили свою ориентацию на гетеросексуальную. Остальные испытуемые говорили, что потеряли всякое сексуальное влечение или пытались практиковать воздержание от сексуальных контактов. Шрёдер утверждает, что многие испытуемые, которым не удалось «переориентироваться», ощущали чувство стыда. Многие из них проходили программы репаративной терапии в течение многих лет. Среди восьми человек, утверждавших о смене ориентации (при общем числе выборки 202), семь из них участвовали в оплаченных или добровольных ролях «экс-гей» консультантов или лидеров групп, что поставило под сомнение даже этот небольшой процент «успешных» переориентаций.
Потенциальный риск
Конверсионная терапия часто пропагандируется как полезная и безопасная. Репаративные терапевты утверждают, что помогают справляться людям, которым доставляют неудобство нежелательные и настойчивые гомосексуальные мысли. Терапевты также указывают на тот факт, что многие из их пациентов выражали мнение, что подобные процедуры не принесли им вреда и, хотя не достигали желаемого результата, но все же, по всей видимости, приносили некоторую пользу.
Однако оппоненты утверждают, что не существует доказательств, что репаративная терапия является безопасной, поэтому она может быть потенциально опасна. Некоторые из используемых и наиболее экстремальных видов терапии (включающие в себя электросудорожную и аверсивную терапию) имеют давнюю историю и репутацию как психологически и физически небезопасные. Однако подобные методы используются современными конверсионными терапевтами лишь в редких случаях.
Оппоненты идут дальше и утверждают, что «более мягкие» виды терапии, такие как секулярная конверсионная терапия в виде консультирования (собеседования), также могут быть опасными. Они сравнивают научно неапробированные методики репаративной терапии с другими экспериментальными видами терапии, такими как «терапия восстановленной памяти» (используемая в недоказанных случаях «вреда от сатанинских ритуалов») и «диссоциативное расстройство личности», которые имеют много общего с репаративной терапией (то есть они все являются экспериментальными и пропагандируемыми только со стороны небольшого числа терапевтов и клерикалов). Имеются доказательства, что подобные виды терапии причиняют эмоциональное страдание, вносят нестабильность в жизнь человека, а также могут стать причиной самоубийства. Оппоненты также утверждают, что подобные виды терапии используют чувства вины и тревоги, что приводит к дальнейшим психологическим проблемам.
В то время как отсутствуют подробные научные исследования по вопросу долгосрочных последствий конверсионных терапий, в работе Шидло и Шрёдера, описанной выше, обнаружено, что большинство респондентов отмечали неудовлетворительно низкое эмоциональное и умственное состояние после применения терапии, а также что уровни депрессии, беспокойства, злоупотребления алкоголя и наркотиков, а также мысли о самоубийстве по грубым подсчётам вдвое вырастали у тех, кто проходил репаративную терапию. Особым поводом для тревоги служит отсутствие поддержки со стороны репаративных терапевтов и консультантов для тех пациентов, которые обнаружили, что подобные программы лишь усиливают психологический дискомфорт (см. далее в разделе «Этичность»).
Этичность
Многие репаративные терапевты в свой работе нарушают этические нормы и рекомендации, даваемые такими организациями как Американская психиатрическая ассоциация и Американская психологическая ассоциация, вследствие чего этим терапевтам пришлось выйти из состава подобных организаций, сетуя на их «политическую предвзятость».
В то время как профессиональные этические рекомендации непосредственно не запрещают применение репаративной терапии, существует ряд потенциальных проблем, обнаруженных в исследовании Шидло и Шрёдера (см. выше). В частности, это следующие четыре проблемы: во-первых, пациентов нельзя заставлять проходить подобную терапию (многие репаративные терапевты и приближённые к ним имеют сильные религиозные взгляды, и давление оказывается на пациентов именно с этих позиций). Во-вторых, терапевт не должен вводить пациента в заблуждение информацией о «вероятности успеха» любых методов терапии («вероятность успеха», декларируемая такими группами как Exodus International и NARTH, не подтверждается результатами работ сторонних исследователей). В-третьих, терапевт должен предлагать альтернативные методы терапии тем, кому проводимые методики не помогают, или направлять их к тем консультантам или терапевтам, которые предложат другую терапию. Очень часто ничего подобного не происходит. И, в-четвёртых, консультант или терапевт должны воздерживаться от неприкрытой критики профессиональных ассоциаций, так как пациент, ввиду своей профессиональной неосведомлённости, не может адекватно и критично оценить подобную информацию.
Давление социума
Обвинения относительно подростков
Одним из наиболее противоречивых аспектов репаративной терапии является их концентрированность на подростках-гомосексуалах, включая случаи, когда их насильно заставляют проходить терапию в «экс-гей» лагерях. Внимание общественности было привлечено в этому вопросу после случая с Заком (Zach), подростком из штата Теннесси, который опубликовал в Интернете свой блог в знак протеста против его принудительной отправки в подобный лагерь. Этот лагерь, курируемый религиозным приходом организации «Love in Action», был впоследствии закрыт властями штата Теннесси после того, как выяснилось, что персонал лагеря, не имеющий медицинских лицензий, выдавал участникам лагеря лекарства, доступные только по рецепту врача.
На сайте христианской организации под названием «Refuge», выступающей за применение репаративной терапии, в ответе на часто задаваемый вопрос «Имеют ли родители право насильно заставлять проходить детей программу переориентации?» утверждается, что «в данный момент не существует законов, запрещающих родителям-христианам воспитывать детей согласно своей вере».
Джерри Фалуэлл (Jerry Falwell), теле-евангелист из штата Вирджиния и лидер консервативного движения, на 30-й юбилейной «Конференции свободы» христианской организации «Исход» в июле 2005 года в г. Эшвилл, штат Северная Каролина, в своем докладе, упоминая репаративную терапию, заявил, что «позволить ребёнку идентифицировать себя как гея — это то же самое, что отпустить его играть на автостраду».
Существуют свидетельства, что в последнее время «экс-гей» группы и репаративные терапевты целенаправленно усиливают свою деятельность в отношении молодёжи. Учитывая, что большинство психологов убеждены в психологической травматичности подобных методов терапии, когда человека насильно, против его воли заставляют проходить подобные процедуры, некоторые утверждают, что подобное обстоятельство ставит вопрос о таком движимом благими намерениями, но спорном вмешательстве в психику как о заслуживающем безоговорочное неодобрение.
Финансовые выгоды
Наконец, оппоненты говорят, что многие репаративные терапевты практикуют подобные процедуры в целях финансовой наживы. Оппоненты отмечают, что пациенты конверсионной терапии обычно должны оплачивать проходимые процедуры, как и любое психиатрическое лечение, и что хотя многие конверсионные терапевты утверждают о секулярности и независимости от религии, тем не менее, они получают значительное финансирование от других хорошо финансируемых религиозных групп, таких как Focus on the Family.
Трансгендерные и гендерно-неконформные люди
Психиатры заинтересовались гендерно-неконформными людьми в 1970-е годы, когда многие трансгендерные и гендерно-неконформные люди начали обращаться за специализированной медицинской помощью в процессетрансгендерного перехода. Считая, что состояние, которое в то время было известно как «транссексуализм», нежелательно, психиатры разработали ряд программ, направленных на выявление, изучение и лечение детей, которые, как они предполагали, с большой вероятностью могут вырасти транссексуальными. Такой риск авторы программ видели для детей, которые проявляли ярко выраженное гендерно-неконформное поведение. Репаративная терапия сегодня продолжает широко применяться к гендерно-неконформным детям и взрослым. Её сторонники и сегодня оправдывают её необходимостью предотвратить или исправить транссексуальность, а в случае детей — также необходимостью предотвратить гомосексуальность ребёнка или неприятие его сверстниками. Репаративная терапия гендерно-неконформных детей, как правило, основывается на различных методиках изменения поведения, направленных на ограничение гендерного выражения ребёнка.
Данных, которые бы доказывали эффективность репаративной терапии гендерной идентичности, не существует, и этот факт признают даже сторонники таких подходов. С другой стороны, результаты имеющихся исследований показывают, что такая терапия может наносить вред, приводя к подавлению атипичных гендерных переживаний, усилению чувства стыда, нарушению отношений с близкими и попыткам суицида. В целом, как показывают исследования, принуждение человека, особенно ребёнка, следовать гендерным стереотипамнегативно влияет на психологическое благополучие, вызывая стресс, замыкание в себе и социальную изоляцию. По мнению многих современных исследователей и врачей-практиков, репаративная терапия гендерной идентичности противоречит врачебной этике, как и сама идея о том, что гендерная неконформность является основанием для лечения.
Мнение российских специалистов
С 1 января 1999 года, через 6 лет после декриминализации гомосексуальности, официальная российская психиатрия перешла на международную классификацию болезней МКБ-10, принятую Всемирной Организацией Здравоохранения, которая не расценивает гомосексуальность как психическое отклонение. Большинство российских специалистов рассматривают попытки «излечения» гомосексуальности с помощью репаративной или иной терапии как несостоятельные и научно необоснованные.
Т. Б. Дмитриева, директор Центра социальной и судебной психиатрии имени В. П. Сербского, академик РАМН, доктор медицинских наук, профессор, в работе «Руководство по судебной психиатрии» (2004) пишет:
«Потенциальная опасность так называемой „восстановительной терапии“ велика — возможны осложнения в виде депрессии, беспокойства и саморазрушительного поведения […] Современная официальная российская психиатрия выступает против любого психиатрического лечения, как „конверсионной“, так и „восстановительной“ терапии, основанного на предпосылке, что гомосексуальность сама по себе является психической болезнью, или на предпосылке что пациент должен желать изменить свою сексуальную ориентацию. Что же касается практики, то не известно ни одного случая, чтобы психиатрическое или медикаментозное лечение в этой области имело положительный результат. Сексуальные, чувственные, эмоциональные переживания человека искусственно неизменяемы».
И. С. Кон, популярный российский сексолог, утверждает:
«В отличие от большинства американских психиатров, лично я не считаю все сообщения NARTH [насчет избавления от гомосексуальности] обманом. Рассогласованность эмоционально-романтических (гомосоциальность) и сексуально-эротических (гомосексуальность) чувств и привязанностей встречается у мужчин очень часто, и подгонка одного под другое нередко порождает недоразумения […] Методика Николоси похожа не столько на научно обоснованную психотерапию, сколько на религиозное обращение, которое может быть в некоторых случаях очень эффективным, но с наукой ничего общего не имеет».
М. М. Бейлькин, российский врач-сексолог с многолетним стажем, кандидат медицинских наук, в книге «Гордиев узел сексологии. Полемические заметки об однополом влечении», анализирующей обращения 230 транс- и гомосексуальных пациентов в «Центре сексуального здоровья» за 40 лет его работы, пишет:
«…бытующее мнение о том, что лечение геев обязательно сводится к конверсии, то есть к смене их половой ориентации на гетеросексуальную, ошибочно. Вопреки требованию пациента сделать его „нормальным“, его сексуальная „переориентация“ часто нецелесообразна и недостижима […] Бывает, однако, что пациент, требуя от сексолога, чтобы тот сделал его „натуралом“ (то есть мужчиной, обладающим гетеросексуальным влечением), на самом деле хочет чего-то совсем иного […] Следует заметить, что смена типа влечения привлекает гомосексуальных пациентов не столь уж часто (на этом настаивали 13,9 % пациентов). Не усердствует в этом и сексолог: предупреждая возможные подозрения в том, что коррекция гомосексуальности — это обязательное навязывание пациенту конверсии его гомосексуального влечения на гетеросексуальное, заметим, что на самом деле всё обстоит иначе. Давление в этом плане чаще оказывает не врач, а напротив, пациент»