Реконвалесцент гепатита с что это
Жизнь после гепатита С: путь к элиминации опасной инфекции и истории пациентов, победивших болезнь
Элиминация гепатита С требует тщательно продуманного подхода с учётом особенностей лекарственной терапии различных пациентов и изменчивости самого вируса. Наиболее эффективные подходы к достижению глобальной цели – победы над вирусными гепатитами – эксперты обсудили на пресс-конференции «На пути к элиминации гепатита С в России. Этап первый: здоровые подростки – здоровое будущее» в преддверие Всемирного дня борьбы с гепатитом, который ежегодно отмечается 28 июля. На пресс-конференции был представлен онлайн проект «Чистые страницы» с историями юных пациентов, прошедших долгий путь к жизни «с чистой страницы», в которой нет места тяжелой болезни, опасностям и страхам, связанным с ней.
«Внимание руководства страны к этой проблеме очень своевременно. В 2020 году даже люди, далёкие от медицины, убедились в том, что привычные вирусы могут внезапно стать чрезвычайно опасными, – заметил Юрий Александрович Жулёв, со-председатель Всероссийского союза пациентов, президент «Всероссийского общества гемофилии». – Я неоднократно замечал, что смерти пациентов в результате гепатита С, которые можно предотвратить, – это трагедия. И мы все вместе должны приложить максимальные усилия, чтобы как можно большее число пациентов в нашей странеполучало современную терапию в соответствии с мировыми стандартами».
«Хотя в педиатрии тяжелые последствия гепатита С встречаются реже, чем у взрослых пациентов, риски развития серьёзных осложнений этой инфекции или её влияния на другие хронические заболевания ребёнка существуют, – рассказала Татьяна Викторовна Строкова, д.м.н, заведующая отделением педиатрической гастроэнтерологии, гепатологии и диетотерапии Клиники ФГБУН «ФИЦ питания и биотехнологии», заведующая кафедрой гастроэнтерологии и диетологии РНИМУ им. Н.И. Пирогова. – Своевременное лечение гепатита С имеет большое значение как для сохранения здоровья пациента, так и для предотвращения передачи инфекции его будущим детям. Всё больше регионов России начинает применять современные препараты для детей старше 12 лет, которые позволяют относительно быстро, всего за 8 недель для большинства пациентов, и безопасно полностью вылечить хронический гепатит С».
Как вылечить гепатит С современными препаратами и не разориться
Однажды я пожелтел, как лимон.
Был холодный январь 2000 года. Я проснулся с ознобом, взглянул в зеркало и обалдел: белки глаз превратились в «желтки», а кожа приобрела веселый оттенок цитрусового фрукта. Еще появилась ужасная сероводородная отрыжка, и я понял, что нужно срочно повидаться с врачом.
Наши статьи написаны с любовью к доказательной медицине. Мы ссылаемся на авторитетные источники и ходим за комментариями к докторам с хорошей репутацией. Но помните: ответственность за ваше здоровье лежит на вас и на лечащем враче. Мы не выписываем рецептов, мы даем рекомендации. Полагаться на нашу точку зрения или нет — решать вам.
Как мне поставили диагноз
Участковый терапевт сразу вызвала неотложку, которая доставила меня в городскую инфекционную больницу, в палату к таким же «фруктам». Затем — анализ крови и диагноз: вирусный гепатит С.
Не скажу, что новость о гепатите повергла меня в шок. Уж так совпало: безбашенная юность в лихие девяностые. Не получилось пропустить мимо себя героиновую волну — вляпался по полной. На тот момент «стажа» у меня было уже больше двух лет. И хоть деньги на новый шприц все еще находились, использование общей посуды для приготовления зелья к употреблению эпизодически имело место. Тогда не верилось, что это настолько опасно. До сих пор не представляю, в какой именно момент подхватил вирус. Но то, что через наркоту, — тут без вариантов.
Что такое вирусный гепатит С
Гепатит С — заболевание печени, вызываемое вирусом гепатита С. Болезнь может протекать как в острой, так и в хронической форме.
Гепатит С — одна из основных причин рака печени. Хроническое воспаление провоцирует повреждение этого органа, что зачастую приводит к злокачественному перерождению клеток.
Вирус гепатита С передается через кровь. Передача возможна при употреблении инъекционных наркотиков, во время медицинских процедур, в том числе переливании зараженной крови, в редких случаях — половым путем.
В 2019 году гепатит C был выявлен у 45 тысяч россиян. Всего этим заболеванием в нашей стране страдают, по разным оценкам, от 2,2 до 4,9 млн человек. 70% из них узнали о своем диагнозе случайно.
Лекция лечащего врача про «ласкового убийцу», цирроз и прочие прелести этой неизлечимой, со слов лектора, болячки совсем не впечатлила. В свои 25 лет я не то чтобы не верил, скорее, не видел ничего ужасного в том, что когда-то потом умру. И это «потом» случится не завтра и даже не послезавтра. И уж если «неизлечимо», то какой вообще смысл рефлексировать.
С такими мыслями меня и выписали спустя две недели, убрав все симптомы острого гепатита с помощью капельниц, уколов и таблеток. С выпиской я пришел к инфекционисту по месту жительства, и она поставила меня на учет. Велела раз в полгода сдавать анализы. На этом и разошлись.
Следующие лет десять я практически не вспоминал о своей проблеме. Голова встала на место: я остепенился, изменил образ жизни, женился. Супруга узнала о моем вирусе в первые дни нашего знакомства. Будучи человеком образованным и здравомыслящим, она восприняла эту новость адекватно. В дальнейшем мы не заостряли внимание на этом моменте. Влияние болезни на нашу совместную жизнь проявилось лишь в необходимости пользоваться презервативами, так как риск передачи вируса женщине при незащищенном половом контакте довольно высокий, 5—7%. А в остальном — гепатит о себе не напоминал.
В какой-то момент я заметил, что все-таки знаю точно, где у меня расположена печень. Любая повышенная физическая нагрузка приводила к ощущению вздутия и тяжести в правом подреберье. Так как вредные привычки в виде алкоголя все еще присутствовали в моей жизни, я стал замечать, что похмелье становится все тяжелее и сопровождается горечью во рту. Спустя некоторое время подобные симптомы стало вызывать банальное переедание. Я снова понял, что нужно срочно повидаться с врачом.
Как я задумался о лечении
Инфекционист из участковой поликлиники, женщина лет 60, не обрадовалась и не расстроилась, увидев меня. Дежурно поинтересовалась, почему я за все это время так ни разу не пришел, и выписала мне направление на анализы с явкой через неделю за результатами.
Через неделю я был как штык. Узнал, что все у меня плохо, как и должно быть при моем отношении к здоровью: вирусная нагрузка — количество вирусных частиц в организме — растет, печеночные ферменты также повышены и на УЗИ сама печень нехорошо увеличена.
Я покаялся в своем разгильдяйстве и пообещал исправиться. Врач назначила мне препараты для поддержания здоровья печени — так называемые гепатопротекторы, выдала распечатку со специальной диетой и уже была настроена попрощаться со мной. И тут я поинтересовался, есть ли какие-нибудь новости в плане полного излечения от моего гепатита. Ее ответ меня несколько удивил:
— Лечение есть, но нужно ли оно вам?
Оказывается, уже с девяностых годов существует схема лечения гепатита С интерферонами — специальными белками, похожими на те, что выделяет человеческий организм в ответ на вторжение любых вирусов. Считается, что этот белок способен видоизменять оболочку незараженных клеток печени и тем самым защищать их от проникновения вируса. В целом схема работает, но есть нюансы:
Проще говоря, можно лечиться, но это долго и тяжело, без гарантии излечения и с большой вероятностью существенно ухудшить качество жизни в результате. Но программа есть, и меня поставят в очередь, если буду настаивать. А пока на прощание врач дала мне визитку с контактами местной группы пациентов, проходящих лечение интерферонами.
И вот тут я первый раз плотно «нырнул в тему». Познакомился и списался с девушкой Юлей, которая на тот момент уже почти полгода была на схеме «пегилированный интерферон + рибавирин». Пегилированный интерферон работает в организме значительно дольше обычного. Благодаря этому Юле нужно было делать укол раз в неделю, а не ежедневно. Но это каждую неделю на протяжении года! И уколы нельзя получить на руки и делать самому себе. Нужно каждую неделю приезжать в поликлинику. И это еще не самое неприятное.
Самое неприятное — это побочки. С первых уколов повышается температура и наступает длительное гриппозное состояние с ломотой костей. Юля сказала мне, что к этому привыкаешь где-то через месяц. Гораздо хуже постоянный кожный зуд и различные расстройства пищеварения. Еще практически у всех пациентов наблюдается сильная депрессия, что само по себе тяжелое патологическое состояние.
И самая больная тема для женской половины — волосы. На фоне лечения они начинают выпадать. Сразу скажу, что Юля перенесла все эти «прелести» как стойкий оловянный солдатик. Работая, воспитывая ребенка. Еще и меня постоянно подначивала начать терапию. И слава богу, ее лечение сработало, вирус ушел и не вернулся.
А я тогда так и не решился. Почитал, как бросают уколы на полпути, когда нет больше сил продолжать. Или из-за отсутствия реакции на лечение. Подумал и не стал записываться на программу. Вдобавок с гепатопротекторами мои неприятные ощущения постепенно сошли на нет, и я еще на несколько лет ограничился симптоматическим лечением.
Как я узнал о современных методах лечения гепатита С
Замечу, что все анализы и исследования я, как и обещал врачу, проходил неукоснительно. Но все, что делали в поликлинике, — брали кровь на биохимию и проводили УЗИ — никак не помогало оценить, насколько быстро мой гепатит движется к циррозу. Из безопасных и безболезненных диагностических методов был еще фиброскан — УЗИ на специальном аппарате, который определяет степень фиброза, то есть повреждения ткани печени. Если доступа к фиброскану нет, остается только биопсия — прокол в печени специальной иглой, которая забирает кусочек ткани на исследование.
Я сразу прикинул, что у них, наверное, на базе центра какая-нибудь своя платная программа имеется. Ну и сразу вкратце вывалил все, что думаю про интерфероновую терапию. Она не смутилась нисколько. Спросила только, почему нормальными таблетками не лечусь.
— Нормальными таблетками?
Тут я и узнал, что уже три года назад американская компания Gilead зарегистрировала первую таблетированную форму препарата, который воздействует непосредственно на РНК вируса гепатита С и не дает ему копироваться. Называется этот препарат софосбувир. Комбинации этого препарата с более поздними новинками из линейки ПППД — противовирусных препаратов прямого действия — на сегодняшний день являются наиболее эффективными средствами лечения гепатита С. Процент излечения — на уровне 95—97%, практически без побочек, и в таблетированной форме!
Насколько эффективна современная терапия гепатита С
С появлением препаратов из группы ингибиторов полимеразы РНК лечение гепатита С интерферонами потеряло свою актуальность. К примеру, эффективность лечения ПЕГ — пегилированным интерфероном — не превышала 60%. Лечение занимало от шести месяцев до двух лет и сопровождалось множественными побочными эффектами.
При этом эффективность ингибиторов полимеразы РНК, по разным источникам, составляет от 80 до 95%. В случае недостаточной эффективности в первые три месяца этот препарат назначается еще на 12 недель, что, как правило, приводит к полному устранению вируса и выздоровлению пациента. Исключение составляют пациенты с трансформацией гепатита в цирроз и больные с гепатоцеллюлярной карциномой.
К сожалению, по требованиям Минздрава, в инфекционные больницы и отделения гепатологии можно закупать только оригинальный препарат, стоимость курса лечения которым составляет от 500 000 до 1 000 000 Р. Поэтому из-за дефицита лекарств некоторым пациентам по-прежнему назначают терапию интерферонами. Или неформально предлагают лечиться за свой счет.
Благодаря появлению на рынке дженериков стоимость курса лечения ингибиторами полимеразы сократилась и в настоящее время составляет от 35 000 до 100 000 Р. Эффективность дженериков при этом приблизительно одинаковая по сравнению с эффективностью оригинального препарата.
Много частных лиц предлагали услуги по доставке лекарств. Врач дала мне визитку одного из таких «помогал», который, с ее слов, уже был проверен. Но сначала мне нужно было принципиально решиться на такой резкий поворот. Слишком сказочно выглядела новая информация, чтобы быть правдой.
Как я решился на лечение дженериками
И я взял паузу. Еще примерно год я наблюдался в гастроцентре. За это время мое поддерживающее лечение несколько видоизменилось: врач заменила дорогой препарат-гепатопротектор на препарат подешевле и дополнительно назначила несколько курсов противохолециститной терапии — для поддержания функции желчного пузыря. Оказывается, в большинстве случаев любые болезненные ощущения в области печени — это именно желчный. Я покупал только таблетки — консультации врача и все обследования были бесплатными по полису ОМС.
Параллельно я в это время активно шерстил интернет в поисках информации о новом лечении. Выяснил, что эти революционные таблетки по своему действию — ингибиторы полимеразы РНК. Они подавляют фермент, необходимый для размножения вируса. Я изучил массу специализированных форумов с отзывами о сайтах поставщиков, о лечении и результатах. Все выглядело так, что лечение реально работает.
Я понимал, что с болячкой что-то нужно делать. Вирусная нагрузка продолжала расти, симптоматика тоже доставляла все больше неудобств, и чем все это закончится, было понятно.
И вот в сентябре 2017 года я наконец решился, накопил деньги на лечение и снова пошел к врачу, сдал анализ на генотип и вирусную нагрузку. На основании результатов анализов гепатолог подобрала мне препарат Ledihep, индийский дженерик оригинального препарата Harvoni. Действующие вещества — два ингибитора полимеразы: софосбувир и ледипасвир. Курс лечения составлял 12 недель, по таблетке в день. Нужно было купить 3 баночки препарата по 28 таблеток в каждой.
Я почитал специализированные форумы и по отзывам выбрал сайт, где планировал сделать заказ, но на всякий случай также связался с человеком с визитки врача. Мои расходы при заказе через него были бы выше долларов на 300 по сравнению с заказом через сайт. Я посчитал, что справлюсь сам, и отказался от услуг частника.
Так выглядит главная страница сайта, где я покупал лекарства. Источник: HCV24
Как я покупал индийские таблетки
Сейчас ловлю себя на мысли, что мне в этой истории повезло несколько раз. Повезло встретить грамотного врача-гепатолога и повезло с выбором сайта поставщика. После обращения через форму обратной связи со мной списалась персональный менеджер. Она сопровождала меня оперативно и компетентно до самого конца сделки. Вообще, организация продаж на нашей, российской стороне приятно удивила.
Первым делом в ответ на мою заявку меня ознакомили со всем доступным ассортиментом лекарств с нужным мне действующим веществом. Так как я уже изначально определился с врачом насчет препарата, то не стал ничего менять и подтвердил свой заказ на три баночки «Ледихепа». В ответ мне прислали платежные реквизиты и инвойс — так в международной коммерции называется счет на оплату.
Посредник предлагал пять разных дженериков Harvoni, которые немного различались по цене
Так выглядели присланные мне реквизиты на оплату заказа
С инвойсом я отправился я отправился в свой банк и оформил валютный перевод. Затем я отправил скан уведомления о платеже менеджеру
Мой препарат нового поколения. Источник: LediHep
Подтверждения о зачислении средств пришлось ждать целых 12 дней. Зато на следующий день после подтверждения посылку сразу отправили. Я получил код отслеживания и провел в ожидании еще 12 дней. Всего с момента заявки на сайте до момента получения отправления в пункте выдачи EMC прошло 27 дней.
Я выдохнул, решил подождать шесть дней до начала ноября, чтобы потом проще считать недели, и с первого числа начать пить таблетки.
Как законно ввезти в Россию незарегистрированное лекарство
Полина Найденкова
юрист в области фармакологии и медицины
Есть два легальных способа купить препарат за рубежом: простой и сложный.
Простой — это когда сам пациент привозит его в своем багаже для своего лечения. По доверенности осуществить такой вариант нельзя, провезти лекарства могут только законные представители — родители и опекуны. Очевидно, что не у любого пациента и не всегда есть такая возможность, — это недостаток такого способа. К тому же этот способ подходит только для лекарств, зарегистрированных в РФ, — проверить наличие регистрации можно через Государственный реестр лекарственных средств. При этом, если средство рецептурное, для его провоза понадобится рецепт лечащего врача.
Сложный способ — это ввоз по специальному разрешению, которое выдается Минздравом России. По этому разрешению лекарства допускается провозить не только лично, но и почтовым отправлением.
Чтобы получить такое разрешение, нужно представить в Минздрав России пакет документов:
Все это — и на бумаге, и одновременно в виде электронного документа — подается по адресу vozlekpreparatov@rosminzdrav.ru и в Минздрав России. Минздрав России рассмотрит документы и примет решение в течение одной недели. Госпошлиной такое обращение не облагается.
За нарушение правил ввоза незарегистрированных в РФ лекарств предусмотрена административная и уголовная ответственность. Если лекарство не зарегистрировано в России, а документов, подтверждающих право на их получение конкретным физлицом, нет, госорганы признают его фальсифицированным или недоброкачественным.
Согласно ст. 6.33 КоАП РФ, незаконный ввоз на территорию Российской Федерации незарегистрированных лекарственных средств влечет наложение административного штрафа на гражданина в размере от 70 000 до 100 000 Р.
Если же государство увидит в действиях физлица цель сбыта — это зависит от размера партии ввозимых препаратов, — ответственность грозит в виде лишения свободы на срок от 3 до 5 лет.
Как я проходил курс лечения
Вот и началось. Одна таблетка в день, желательно в одно и то же время, обильно запить водой. Согласно инструкции, в первую неделю лечения могли проявиться побочные эффекты: головная боль, сыпь и зуд, быстрая утомляемость и еще несколько несерьезных симптомов. Но со слов моего врача, из ее подопечных никто с ними не сталкивался.
А я не чувствовал совсем ничего. Глотал таблетку, как кусок мела, по сигналу на телефоне и забывал на сутки про лечение. Вот настолько никаких новых ощущений, что ближе к двухнедельному рубежу начала свербить мысль: «Неужели все-таки развели красиво на пустышку?»
Через две недели я отправился на первый контрольный анализ. Всего их несколько: через 2, 4, 12 недель, а затем, после окончания лечения, через полгода и год. Я сдавал качественный ПЦР — анализ, который определяет присутствие вируса в пробе крови. Именно сам факт присутствия, а не его количество. Сразу отмечу, что все контрольные анализы я сдавал за свой счет в коммерческих лабораториях, так как официально я лечения не проходил и оснований для назначения анализов в рамках договора ОМС не было. В зависимости от лаборатории и действующих акций я платил за каждую пробу от 500 до 700 Р.
Врач объяснила, что первый анализ, через две недели от начала лечения, может быть как положительным, так и отрицательным. Анализ через четыре недели уже должен быть отрицательным, как и все последующие. Если нет, нужно дополнить схему лечения или прервать ее.
И вот мои первые две недели прошли. Я очень надеялся, что получу подтверждение того, что все не зря. Но анализ оказался положительным. И хоть я знал, что на первой отсечке вирус все еще может быть обнаружен, после этого результата начал откровенно переживать за успех. Следующие две недели стали самыми тяжелыми. Я по-прежнему по часам пил таблетки, соблюдал диету, полностью отказался от алкоголя и с ужасом ждал следующего теста. И наконец дождался.
Впервые за 17 лет анализ не обнаружил ВГС в моем организме. Мое настроение «все пропало» моментально сменилось на «ура, мы ломим, гнутся шведы». И хоть я знал, что иногда вирус возвращается через несколько месяцев после лечения, именно в тот момент поверил, что у меня все получится. Уже на автомате глотал терапию и не чувствовал никаких побочек. По окончании курса тест снова не обнаружил вируса в моей крови.
Курс закончился, и я начал привыкать жить без гепатита. Все еще не верилось, что некогда неизлечимая болячка ушла. И я чувствовал, что ушла насовсем, хоть впереди еще оставалось два контрольных анализа.
К первому полугодию без гепатита я начал чувствовать эффект от лечения. Горький привкус во рту перестал меня беспокоить. Ощущение вздутия в правом подреберье прошло, улучшился сон, повысилась работоспособность. Мне оставался последний контрольный тест, чтобы с чистой совестью сказать: я вылечил гепатит С.
Вот так закончилась моя эпопея с лечением гепатита С. В наследство от болезни в крови остались антитела, которые теперь всегда со мной. Поэтому сейчас мне бессмысленно проводить ИФА — анализ на антитела для диагностики гепатита, — и об этом нужно предупреждать врачей. При этом, несмотря на наличие антител, после лечения иммунитет к вирусу не вырабатывается, поэтому я могу подцепить эту заразу по второму кругу. Остались также проблемы с желчным — холецистит никуда не исчез. Но с этим можно жить, это можно лечить и этим никого нельзя заразить.
Мой первый положительный анализ после двух недель с начала лечения
Первый «минус» спустя четыре недели с начала лечения
12 недель с начала лечения — вируса не обнаружено
Полгода после лечения: вируса по-прежнему нет
Год после лечения — вируса нет, ура!
Во сколько мне обошлось лечение гепатита С
Сейчас, по прошествии трех лет, ситуация с лечением гепатита С в России не изменилась. В качестве бесплатных программ лечения государство может предложить только интерфероновую терапию. Дженерики современных ингибиторов в аптеках не приобрести. Ситуация с закупками запатентованных препаратов крайне запутанная. Периодически анонсируются закупки небольших партий дорогих оригинальных препаратов, но ни в аптеках, ни в программах их тоже нет.
Вся эта история с лечением гепатита лишний раз убедила меня, что что-то не так с мироустройством вообще. Огромное количество людей не имеет доступа к современным лекарствам только потому, что большие корпорации решают, на ком и сколько заработать. Еще я узнал, что у нас много грамотных врачей, неравнодушных специалистов, которые в условиях этой глобальной несправедливости помогают людям буквально выживать. Теперь я привык искать информацию, связанную со здоровьем, в интернете. Это помогает при личном общении с врачом понимать, кто передо мной: эксперт или просто «человек с профессией», который закоснел в догмах времен получения медицинского диплома.
Ну и главный урок, а точнее подтверждение известных истин: за все нужно платить и некоторые вещи лучше предотвратить, чем потом исправлять.
Хронический гепатит С: клиника, диагностика, лечение
В настоящее время проблемой хронической HCV-инфекции интересуются как врачи-специалисты, так и люди, никак не связанные с медициной. От гепатита С во всем мире страдают по меньшей мере 200 млн человек.
В настоящее время проблемой хронической HCV-инфекции интересуются как врачи-специалисты, так и люди, никак не связанные с медициной.
От гепатита С во всем мире страдают по меньшей мере 200 млн человек. Последствиями перенесенного заболевания могут быть хронический гепатит, цирроз и первичный рак печени.
Эпидемиология
Распространенность хронической HCV-инфекции на земном шаре варьирует от 0,5 до 2%. Существуют регионы, для которых характерна более высокая распространенность этого заболевания: 6% в Заире и Саудовской Аравии, 16% в изолированных поселениях в Японии. В России наблюдается рост заболеваемости гепатитом С (3,2 на 100 тыс. населения в 1994 году и 19,3 в 1999 году). Источниками заражения вирусным гепатитом C служат больные острыми и хроническими формами HCV-инфекции, причем в основном это люди, у которых отсутствует желтуха и наблюдается бессимптомное или малосимптомное течение заболевания.
В настоящее время HCV чаще всего инфицируются молодые люди, преимущественно мужчины в возрасте около 20 лет, примерно 40% из них заражаются при внутривенном введении наркотиков. Основным путем инфицирования HCV является парентеральный. Так, у 6,1% больных, которым производилось переливание крови и ее компонентов во время кардиохирургических операций, развивался острый вирусный гепатит C, у 60% из них гепатит принимал хроническую форму.
Существует и риск заражения гепатитом C половым путем, однако он невелик (5-8%). Возможна передача HCV от матерей с острой или хронической формой инфекции; это также редкое явление, встречается не чаще чем в 5-6% случаев. Риск заражения вышеуказанными путями уступает таковому при гепатите В.
Приблизительно у половины больных путь инфицирования HCV установить не удается.
Вирус гепатита С
Вирус гепатита С относится к семейству флавивирусов. Геном вируса представлен однонитевой РНК протяженностью около 10 000 нуклеотидов. Вирус гепатита С вызывает заболевание только у человека. В экспериментальных условиях воспроизвести инфекцию можно у высших обезьян.
Популяция вируса неоднородна. Идентифицированы 6 генотипов (классификация по Simmonds), более 90 субтипов и множество вариантов вируса, обозначаемых как квазивиды. Зарегистрирована территориальная неравномерность циркуляции генотипов вируса гепатита С. В России чаще всего выявляются генотипы 1b и 3а этого вируса.
Определение генотипов вируса гепатита С имеет большое значение для практической медицины. Хотя до сих пор не установлено четкой корреляции между генотипами и уровнем виремии, характеристиками пациента, тяжестью течения заболевания, большинство исследователей соглашаются с выводами о значении генотипов вируса как важного фактора, влияющего на эффективность противовирусной терапии.
Вакцину против гепатита С создать пока не удалось из-за высокой изменчивости вируса гепатита С (ВГС).
Патогенез
Считают, что вирус оказывает прямое цитопатическое действие и вызывает иммуноопосредованное повреждение гепатоцитов. Высокая степень хронизации вирусного гепатита С обусловлена некоторыми особенностями действия вируса:
В течении хронической HCV-инфекции может происходить нейтрализация мажорного варианта вируса, но тогда генерируются минорные варианты. Квазивиды HCV представляют собой движущуюся мишень, которую ограничивает иммунная система хозяина. Появление нового мажорного квазивида сопровождается повышением виремии и увеличением титра Ig M антител к вирусным белкам. Постепенно и этот новый мажорный вариант заменяется. Такой процесс приводит к периодической волнообразной виремии, сопровождающейся обострением хронического гепатита С (ХГС) и повышением уровня антител.
Возможно, антивирусному Т-клеточному ответу отведена центральная роль в элиминации ВГC, так как нейтрализующие антитела, по-видимому, очень часто оказываются неэффективными. Т-хелперные (Th) лимфоциты распознают вирусные антигенные пептиды, представленные HLA-комплексом II класса на поверхностной мембране антиген-презентирующих клеток. В зависимости от типа цитокинового профиля Th-клетки делятся на две группы: Th1 и Th2. Первые продуцируют IFNg и IL2, стимулируя Т-клеточный ответ и цитотоксическую Т-лимфоцитную активность, а вторые продуцируют IL4 и IL10, стимулируя В-клеточный ответ. Таким образом, Тh-лимфоциты играют существенную роль в регуляции иммунного ответа. У пациентов, у которых болезнь перешла в хроническую стадию, в острой фазе вирус-специфический Th ответ был ниже и преобладали цитокины типа Th2.
У хронически ВГC-инфицированных пациентов значительно увеличено содержание вирусоспецифических Th2-клеток и их цитокинов. Нарушение баланса Th1/Th2 цитокиновой продукции может играть важную роль в иммунопатогенезе хронической ВГC-инфекции. Показано снижение уровня IFNg и IL12 при ХГС. Этот дефицит является следствием повышенного уровня IL10, предполагаемого отрицательного регулятора для IFNg. Повышенное содержание Th2-клеток при ХГС может снижаться при комбинированной терапии рибавирином и IFNa. Обнаружено, что у пациентов с клинико-биохимическим улучшением после лечения IFNa произошло увеличение уровня Th1-цитокинов.
Цитотоксические лимфоциты (CTL) играют, по-видимому, некоторую роль в ограничении репликации ВГС. Этот ответ недостаточен для полной элиминации вируса при хронической инфекции и, кроме того, может вызывать повреждение печени. Известно, что CTL способны быстро опознавать и направленно лизировать клетки, несущие ВГC-антигены, не провоцируя значительного воспаления, с помощью перфоринового, FasL- и TNFα-базируемых механизмов.
ТNF, как предполагается, индуцируют апоптоз клеток, опосредуя высвобождение свободных радикалов из митохондриальных электронно-транспортных путей и модуляцию синтеза некоторых белков. Взаимодействие нуклеокапсидного белка ВГC с внутрицитоплазматической частью рецептора TNFb, вероятно, представляет собой эволюционно-отобранный механизм, с помощью которого вирус препятствует преждевременному апоптозу клетки-хозяина. В отсутствие доступных модельных клеточных культур прямая цитопатичность вируса гепатита С не может быть исследована в полном объеме.
В подавляющем большинстве случаев острого гепатита С иммунной системе не удается элиминировать вирус. До сих пор нет ясного представления о том, почему это происходит. Очевидно, ВГС обладает эволюционно-закрепленными способностями, обеспечивающими ему персистенцию.
Однако иммунная система может оказывать существенное влияние на ВГC-инфекцию. В 15% случаев острого гепатита С она эффективно уничтожает вирус, а у хронически ВГC-инфицированных обеспечивает умеренное ограничение инфекции в течение почти 20 лет. Возможно, ослабление какого-либо звена антивирусных иммунных механизмов позволяет вирусу активно воздействовать на иммунную систему. Длительная ВГC-персистенция может привести к развитию В-клеточных лимфопролиферативных нарушений, таких, как смешанная криоглобулинемия, злокачественная не-Ходжкинская лимфома и появление органоспецифических и неспецифических аутоантител. Таким образом, хроническую ВГC-инфекцию следует рассматривать как мультисистемное заболевание.
Диагностика
Лабораторная диагностика гепатита С основана на выявлении специфических маркеров инфицирования ВГС (анти-ВГС-IgM/G, РНК ВГС) и должна проводиться разрешенными МЗ РФ к применению диагностическими препаратами отечественного или зарубежного производства в лабораториях, имеющих лицензию на проведение данного вида лабораторных исследований.
HCV RNA — самый ранний маркер репликации вируса, определяемый с помощью полимеразной цепной реакции (ПЦР) спустя несколько недель после заражения. Для выявления анти-ВГС применяют иммуноферментный анализ (ИФА). В настоящее время используют тест-системы третьего поколения ELISA-3. Подтверждающим методом является рекомбинантный иммуноблотинг (RIBA). У 60% больных анти-ВГС определяются в острой фазе, у 35% они появляются спустя 3-6 месяцев после инфицирования, у 5% инфицированных лиц анти-ВГС не определяются.
Болезнь может протекать бессимптомно. Наиболее распространенным симптомом является слабость. Целенаправленный опрос больных часто помогает выявить такие факторы риска, как переливание крови, внутривенное введение наркотиков, хронический гемодиализ и др. Кроме слабости больной может жаловаться на быструю утомляемость, тяжесть в правом подреберье, боли в правом верхнем квадранте живота, диспепсические явления.
Критериями постановки диагноза являются увеличение печени и селезенки, гиперферментемия и анти-ВГС в крови в течение не менее 6 месяцев.
Гепатоспленомегалия выявляется не более чем у 50% обратившихся за помощью больных, активность сывороточных трансаминаз редко превышает верхнюю границу нормы в 6 раз. Следует обратить внимание на то, что активность сывороточных трасаминаз не отражает степени изменений в печени: она может быть нормальной, несмотря на значительные морфологические изменения. Концентрация РНК ВГС в сыворотке имеет существенное значение для определения контагиозности и для мониторинга результатов лечения. При наличии в крови HCV-РНК биопсия печени, как правило, выявляет ряд изменений. Концентрация HCV-РНК в сыворотке, превышающая 105 молекулярных эквивалентов (копий) в 1 мл, наблюдается в активной фазе заболевания и совпадает с пиками активности трансаминаз.
Наличие или отсутствие РНК ВГС, как правило, не является диагностическим критерием хронического гепатита С и определяет фазу процесса (активный, неактивный).
Для раннего выявления ГЦК у больных циррозом печени, особенно у мужчин старше 40 лет, каждые 6 месяцев определяют уровень сывороточного α-фетопротеина и выполняют УЗИ печени.
 |
| Алгоритм ведения HCV-положительных больных |
Естественное течение и прогноз
Считается, что не более чем у 30% больных ВГС с минимальной морфологической активностью через 20 лет возможно развитие цирроза печени. Таким образом, больные, у которых при гистологическом исследовании биоптата печени выявляется наличие минимального воспаления и минимального фиброза, нуждаются в динамическом наблюдении.
Если персистенция РНК ВГС сохраняется более 6 месяцев, то спонтанное разрешение хронической HCV-инфекции маловероятно.
Клиническая картина
У большинства больных с хроническим гепатитом С заболевание протекает бессимптомно. Если жалобы существуют, то это чаще всего слабость, тупые боли в правом подреберье, тошнота, снижение аппетита, кожный зуд, артралгии и миалгии. Физикальный осмотр пациента помогает установить диагноз зачастую только на стадии цирроза печени.
Внепеченочные проявления HCV-инфекции
Ассоциация хронического гепатита С с различными внепеченочными проявлениями — хорошо известный врачам факт. Наиболее вероятным для большинства заболеваний и синдромов, наблюдаемых при HCV-инфекции, представляется иммунный патогенез, хотя конкретные механизмы во многом еще не выяснены. Доказанные и предполагаемые иммунные механизмы включают:
Частота иммуноопосредованных заболеваний и синдромов у больных хроническим гепатитом С достигает 23%. Наиболее характерны аутоиммунные проявления для больных с гаплотипом HLA DR4, который ассоциируется с внепеченочными проявлениями при аутоиммунном гепатите. Этот факт подтверждает гипотезу о триггерной роли вируса в инициации аутоиммунных процессов у генетически предрасположенного индивидуума.
Заболевания, ассоциированные с HCV-инфекцией
Ассоциированные с продукцией или отложением иммуноглобулинов:
Ассоциированные с неизвестным механизмом:
Выявление сывороточных аутоантител отражает наиболее частый феномен аутоиммунизации при HCV-инфекции, который диагностируют у 40-65% больных. Спектр аутоантител достаточно широк и включает ANA (до 28%), SMA (до 11%), анти-LKM-1 (до 7%), антифосфолипидные (до 25%), антитиреоидные (до 12,5%), ревматоидный фактор, анти-ASGP-R и др. Чаще всего титры этих антител не достигают диагностических значений, показательных для той или иной аутоиммунной патологии.
Анти-GOR являются антителами, специфичными для HCV-инфекции, и их выявляют не менее чем у 80% больных. Эпитоп, распознаваемый анти-GOR, локализуется на пока неидентифицированном ядерном белке, гиперэкспрессию которого наблюдают при гепатоцеллюлярной карциноме. Выработка анти-GOR ассоциирована только с HCV-инфекцией, но не с АИГ.
Аутоиммунные расстройства наблюдаются в среднем у 23% больных хроническим гепатитом С. Наиболее часто встречаются патология щитовидной железы.
Гистологическое исследование печени
Гистологическая картина не является патогномоничной, при этом достаточно часто выявляются характерные изменения. Отличительная особенность ее — лимфоидные агрегаты или фолликулы в портальных трактах, которые могут быть как изолированными, так и частью воспалительных изменений портальных трактов. По клеточному составу эти агрегаты напоминают первичные лимфоидные фолликулы в лимфатических узлах. Жировая дистрофия обнаруживается в 75% случаев. Кроме того, выявляются следующие характерные изменения: негнойный холангит с лимфоидной и плазмоклеточной инфильтрацией стенок протоков; лимфогистиоцитарная инфильтрация перипортальной зоны; слабовыраженные ступенчатые некрозы; мостовидные некрозы (обнаруживаются редко), пролиферация и активация сателлитных клеток печени, пролиферация эпителия желчных канальцев.
Отмечено, что индекс гистологической активности (ИГА) и индекс фиброза (ИФ) у больных хроническим гепатитом С с наличием жировой дистрофии достоверно выше, чем у пациентов без сопутствующей жировой дистрофии. У 93% больных с жировой дистрофией в гепатоцитах обнаруживался Core-протеин ВГС, при отсутствии жировой дистрофии — лишь у 39%. Этим фактом подчеркивается роль Core-протеина в развитии жировой дистрофии гепатоцитов.
Биопсия печени играет существенную роль в уточнении диагноза и оценке активности и стадии заболевания.
РНК ВГС можно определить в ткани печени методом ПЦР.
 |
| Предотвращение вирусной транскрипции и трансляции |
Лечение
Основная цель лечения — предотвратить прогрессирование заболевания.
Режим отдыха, диета и прием витаминов не оказывают лечебного действия.
Отбор пациентов для лечения. Показанием к назначению терапии интерфероном служит умеренное (но не минимальное) либо тяжелое воспаление и/или фиброз. Решение о лечении пациентов с циррозом печени принимают индивидуально в каждом конкретном случае. Больные, у которых гистологическая активность минимальна, должны находиться под динамическим наблюдением, так как они имеют хороший жизненный прогноз без лечения и очень низкий риск развития цирроза печени через 10-20 лет.
Факторы, связанные с благоприятным эффектом противовирусной терапии при хронической HCV-инфекции:
Больным с нормальным уровнем АЛТ и положительным тестом на HCV RNA без результатов гистологического исследования противовирусное лечение проводить не рекомендуется.
Основной препарат, эффективность которого в лечении гепатита С доказана, — это интерферон альфа (ИФα).
В настоящее время принята оптимальная схема монотерапии ИФ: разовая доза составляет 3 млн МЕ, ее вводят подкожно или внутримышечно 3 раза в неделю в течение 3 месяцев. Через 3 месяца необходимо исследовать РНК ВГС. Если результаты ПЦР положительные схему лечения меняют. Если же РНК не выявляется, лечение продолжают до 12 месяцев. Стойкий положительный ответ в этом случае регистрируется у 15-20% больных.
Оптимальная схема лечения хронического гепатита С в настоящее время — это комбинация ИФa и рибавирина.
Согласно рекомендации согласительной конференции Европейской ассоциации по изучению печени (1999), больным с впервые установленным диагнозом «хронический гепатит С» и показаниями к лечению необходимо назначать ИФa в комбинации с рибавирином следующими курсами:
Стойкий положительный ответ при комбинированном лечении ИФa с рибавирином наблюдается в 40-60% случаев.
Суточная масса рибавирина составляет 1000-1200 мг в зависимости от массы тела.
В последние годы для повышения эффективности интерферона применяют пегилирование, которое заключается в присоединении к молекуле интерферона полиэтиленгликоля. В итоге образуется ПЭГ-интерферон, имеющий более длительный период полураспада. Предварительные данные свидетельствуют о большей эффективности такого лечения по сравнению с терапией интерфероном альфа.
Одним из наиболее перспективных пегилированных интерферонов является пегасис — ПЭГ-интерферон альфа-2а, соединенный с разветвленной молекулой полиэтиленгликоля, молекулярная масса которого составляет 40 kDa, общий вес молекулы — около 60 kDa. Особенности химической структуры данного препарата определяют его фармакокинетические свойства и клиническую эффективность. Молекула полиэтиленгликоля присоединена к альфа-интерферону посредством самой стабильной амидной связи, это делает молекулу пегасиса чрезвычайно устойчивой к действию петидаз и позволяет выпускать препарат в виде растворенной и готовой к употреблению лекарственной формы. Особенностью молекулы полиэтиленгликоля является способность активно связывать несколько молекул воды, что создает вокруг химически структурной единицы пегасиса эффект «водного облака», делая ее устойчивой во внутренней среде и сообщая препарату относительно небольшой объем распределения. Это, в свою очередь, способствует тому, что отпадает необходимость в коррекции дозы препарата в зависимости от массы тела пациента: пегасис вводится один раз в неделю в дозе 180 мкг. Существенными преимуществами препарата пегасис являются значительно лучшая переносимость и меньшая частота побочных реакций, ассоциированных с системным действием альфа-интерферона, что значительно улучшает качество жизни пациентов, получающих лечение по поводу хронического гепатита С. Кроме того, в отличие от других пегилированных интерферонов пегасис не требует существенной коррекции дозы в зависимости от функционального состояния почек, что делает препарат незаменимым у пациентов с сопутствующей хронической почечной недостаточностью.
Клиническая эффективность пегасиса оценена солидными широкомасштабными многоцентровыми рандомизированными исследованиями. Было показано, что частота доказанного ответа на лечение значительно превышает таковую по сравнению с «короткими» интерферонами как в схемах монотерапии, так и в сочетании с рибавирином. Особенно впечатляющими в этой связи являются результаты этиопатогенетической терапии с использованием пегасиса в сочетании с рибавирином у так называемой «трудной» категории пациентов, имеющих морфологические проявления цирроза печени, 1b-генотип вируса, высокую виремию: частота доказанного ответа на лечение у данной категории пациентов при использовании пегасиса в сочетании с рибавирином может составлять около 40%, у иных категорий пациентов этот показатель может превышать 75%, что ранее было практически немыслимым результатом.
Другие противовирусные препараты в лечении хронического гепатита С
Имеются данные, свидетельствующие о положительном действии таких препаратов, как ремантадин, урсодеоксихолевая кислота, пегилированные интерфероны, препараты глициризиновой кислоты, однако эта информация нуждается в дальнейшей проверке.
По вопросам литературы обращаться в редакцию