брежнев поцелуй вошедший в историю
Поцелуи Брежнева: Как от Генсека пострадал Тито, и почему при нём не расставался с сигарой Фидель Кастро
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Первый поцелуй Генсека
В 1968 году Советский Союз посетил палестинский политик Ясир Арафат. Леонид Брежнев, который к тому времени заманил пост Генсека уже 4 года, был восхищен этим человеком и был к нему весьма расположен. Возможно поэтому, а ещё следуя русской традиции поэтому не удержался и одарил гостя поцелуями. Это был первый троекратный поцелуй генсека ЦК. С данного момента началась история фирменных поцелуев Брежнева.
Если первый поцелуй прошел успешно, то второй стал сущей неприятностью для главы Югославии. Во время визита Леонид Ильич в это страну он решил продемонстрировать свои теплые чувства Иосифу Тито. Но похоже не рассчитал силы. Как отмечают очевидцы, у Тито после поцелуя советского лидера лопнула губа и проступила кровь.
Один из самых запоминающихся поцелуев у Леонида Брежнева произошел с лидером ГДР Эрихом Хоннекером. Троекратное приветствие стало знаком мира и дружбы между государствами.
Художник Дмитрий Врубель по этому поводу уже в 1990 году создал граффити на Берлинской стене, которое назвал «Господи! Помоги мне выжить среди этой смертной любви».
Страстные поцелуи, адресованные женщинам
Брежнев был неравнодушен к женскому полу, поэтому мог расцеловать не только лидера государства мужчину, но и даму. Первой, кому генсек оказал подобную честь, стала Индира Ганди – лидер Индии. Его троекратное «внимание» очень тронуло женщину. Фото поцелуя можно увидеть в апартаментах Индиры, которые сейчас стали музеем.
Впрочем, на простых смертных Леонид Ильич тоже обращал внимание, да и они были не против. Учительница хореографии стала второй иностранкой, которая узнала, как целуется Брежнев. Женщина вручала цветы советскому лидеру после его речи, а он так расчувствовался, что не смог устоять и расцеловал ее у всех на глазах.
А Кастро и Тэтчер против!
Стоит сказать, что далеко не всем импонировало такое поведение Генсека. Многие находили самые нетривиальные способы, чтобы избежать такой популярности. Так, Фидель Кастро, опасаясь, что на Родине его засмеют, вышел из самолёта, у трапа которого его ждал Брежнев, с сигарой в зубах. Целоваться не пришлось.
Прямо отказался от объятий и поцелуя Леонида Ильича лидер Румынии Николае Чаушеску. Британский премьер-министр Маргарет Тэтчер была не столь прямолинейной, но от генсековского поцелуя смогла увернуться.
Юрий Андропов был соратником Брежнева и часто видел его «чмоки». Когда председатель КГБ находился рядом, он с улыбкой наблюдал за происходящим и даже аплодировал. Однако однажды высказался очень негативно о поцелуях генсека. А когда Леонид Брежнев традиционно целовал очередного лидера, который в это время был простужен, Андропов назвал такое поведение мерзостью.
И в заключение.
И не стоит думать, что поцелуи Генсека Брежнека канули в лету вместе с ним. Первый (и последний) президент СССР Михаил Горбачев стал продолжателем этой традиции. В 1986 году Эрих Хонеккер снова удостоился получить поцелуй только уже от нового генерального секретаря Михаила Горбачева.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Брежнев поцелуй вошедший в историю
История/History запись закреплена
ПОЦЕЛУИ БРЕЖНЕВА: КАК ОТ ГЕНСЕКА ПОСТРАДАЛ ТИТО И ПОЧЕМУ ПРИ НЁМ НЕ РАССТАВАЛСЯ С СИГАРОЙ ФИДЕЛЬ КАСТРО
Традиция троекратных поцелуев берёт своё начало ещё со времён Древней Руси. На определенное время об этой традиции забыли, но Леонид Ильич Брежнев решил возобновить данный обряд приветствия. Его поцелуи стали притчей во языцах, и до нашего времени дошло много фотографий и кадров кинохроники, на которых запечатлено, как искренне генеральный секретарь ЦК КПСС расцеловывал своих зарубежных (и не только) коллег. Кто-то такое проявление дружбы принимал с благосклонностью, а для кого-то это было сущим наказанием.
Первый поцелуй Генсека
В 1968 году Советский Союз посетил палестинский политик Ясир Арафат. Леонид Брежнев, который к тому времени занимал пост Генсека уже 4 года, был восхищен этим человеком и был к нему весьма расположен. Возможно поэтому, а ещё следуя русской традиции, не удержался и одарил гостя поцелуями. Это был первый троекратный поцелуй генсека ЦК. С этого момента началась история фирменных поцелуев Брежнева.
Если первый поцелуй прошел успешно, то второй стал большой неприятностью для главы Югославии. Во время визита в эту страну Леонид Ильич решил продемонстрировать свои теплые чувства Иосифу Тито. Но, похоже, не рассчитал силы. Как отмечают очевидцы, у Тито после поцелуя советского лидера лопнула губа и выступила кровь.
Один из самых запоминающихся поцелуев у Леонида Брежнева произошел с лидером ГДР Эрихом Хоннекером. Троекратное приветствие стало знаком мира и дружбы между государствами.
Художник Дмитрий Врубель по этому поводу уже в 1990 году создал граффити на Берлинской стене, которое назвал «Господи! Помоги мне выжить среди этой смертной любви».
Страстные поцелуи, адресованные женщинам
Брежнев был неравнодушен к женскому полу, поэтому мог расцеловать не только лидера государства мужчину, но и даму. Первой, кому генсек оказал подобную честь, стала Индира Ганди – лидер Индии. Его троекратное «внимание» очень тронуло женщину. Фото поцелуя можно увидеть в апартаментах Индиры, которые сейчас стали музеем.
Впрочем, на простых смертных Леонид Ильич тоже обращал внимание, да и они были не против. Учительница хореографии стала второй иностранкой, которая узнала, как целуется Брежнев. Женщина вручала цветы советскому лидеру после его речи, а он так расчувствовался, что не смог устоять и расцеловал ее у всех на глазах.
А Кастро и Тэтчер против!
Стоит сказать, что далеко не всем импонировало такое поведение Генсека. Многие находили самые нетривиальные способы, чтобы избежать такой популярности. Так, Фидель Кастро, опасаясь, что на Родине его засмеют, вышел из самолёта, у трапа которого его ждал Брежнев, с сигарой в зубах. Целоваться не пришлось.
Прямо отказался от объятий и поцелуя Леонида Ильича лидер Румынии Николае Чаушеску. Британский премьер-министр Маргарет Тэтчер была не столь прямолинейной, но от генсековского поцелуя смогла увернуться.
Юрий Андропов был соратником Брежнева и часто видел его «чмоки». Когда председатель КГБ находился рядом, он с улыбкой наблюдал за происходящим и даже аплодировал. Однако однажды высказался очень негативно о поцелуях генсека. А когда Леонид Брежнев традиционно целовал очередного лидера, который в это время был простужен, Андропов назвал такое поведение мерзостью.
Тройной Брежнев (1 фото)
Обычно Брежнев заключал лидера дружественного государства в свои объятия, а затем крепко целовал три раза: в начале в левую щеку, затем в правую щеку и, наконец, в губы. Отсюда и пошло название такого поцелуя — Тройной Брежнев.
Надо отметить, что не Леонид Ильич ввел моду на правительственные поцелуи. Новатором выступил Н.С. Хрущев. Правительственные поцелуи охотно были приняты в качестве нормы поведения наравне со словами «наш дорогой» и вошли в обиход на рубеже шестидесятых. Целовали Хрущева в годы его правления все: и Брежнев, и Семичастный, и Микоян, и Косыгин. Справедливости ради следует отметить, что проявлял Никита Сергеевич свои чувства робко, как-то по-пионерски, и жестом этим, глубоко интимным, не злоупотреблял, проявляя волюнтаризм в других вопросах.
После избрания генсеком Брежнева, поцелуй достаточно быстро стал частью партийного ритуала. Первый поцелуй Брежнева, вошедший в историю СССР, произвел огромное впечатление и на граждан Чехословакии. Лидер Чехословакии Густав Гусак был облобызан троекратно в 1969 году. Потомки Швейка, проявив политическую близорукость, обозвали этот поцелуй «тройным Брежневым».
Впоследствии множество лидеров разных стран были зацелованы Леонидом Ильичем. Индира Ганди, Ясир Арафат, многие другие лидеры социалистического мира, правители и диктаторы развивающихся стран, латиноамериканские освободители, ведущие борьбу с неоколониализмом, африканские вожди и другие представители прогрессивного человечества принимались в Москве, как дорогие гости. Пышные приемы неизменно дополнял легендарный поцелуй Брежнева. Возможно, не всем гостям это нравилось, но по политическим и экономическим соображениям терпели. Иосифу Броз Тито, по непроверенным слухам, досталось больше других, он даже повредил губу.
Джимми Картер, 39-й президент Соединенных Штатов, был единственным американским президентом, удостоенным поцелуя знаменитого советского руководителя.
Самый известный поцелуй Леонида Ильича — с Эриком Хоннекером, руководителем ГДР, в 1971 году. Этот акт дружбы народов был даже изображен на Берлинской стене художником Дмитрием Врубелем. «Братский поцелуй» стал символом падения Берлинской стены.
Пересчитать перецелованных Брежневым лидеров сопредельных и не только государств довольно сложно в виду их количества, а вот тех кто категорически отказался или тактично уклонился немного. Однажды Брежневым была предпринята попытка поцеловать румынского лидера Николае Чаушеску. Однако румын оказался единственным, кто прямо и категорично отказался от этого ритуала, так как был крайне брезглив.
В 1971 году произошла неудавшаяся попытка продемонстрировать «тройного Брежнева» Маргарет Тэтчер. Однако «железной леди» удалось тактично увернуться от этого дружественного жеста, неприемлемого для чопорных англичан.
Щекотливая ситуация возникла с кубинским руководством. По легенде, впервые летевший в СССР кубинский лидер уже знал о ритуале генсека целовать гостей при встрече, а также знал, что станет посмешищем у себя на родине, если позволит этому произойти. Но был найден оригинальный выход. По трапу Фидель Кастро сбежал с дымящейся сигарой в зубах, не позволившей Брежневу опозорить кубинца перед его соотечественниками. На счёт сигары скорее всего легенда. Но вот то, что Брежнев действительно не целует кубинцев, а только обнимает, хорошо видно на снимках.
Несмотря на веяния последних лет, превративших даже радугу в символ извращенцев, заподозрить Брежнева в каких-то извращенных наклонностях невозможно. За ним прочно закрепилась слава не то чтобы «ходока», но известного любителя красивых женщин, и уж он-то мог себе позволить вести себя так, как считал нужным, и чувства свои проявлять так, как вздумается.
Учеными доказано, что целоваться полезно для здоровья, и видно Леонид Ильич об этом уже тогда знал.
Как мировые лидеры пытались избежать страстных поцелуев Брежнева
Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев часто встречал других лидеров в соответствии с многовековой русской традицией, троекратным поцелуем, но не всем это нравилось, и некоторые старались любым способом избежать этих братских лобзаний.
Картина Дмитрия Врубеля «Братский поцелуй», на которой изображены Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев и его немецкий коллега, первый секретарь ЦК СЕПГ Эрих Хоннекер
Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев часто встречал других лидеров в соответствии с многовековой русской традицией, троекратным поцелуем, но не всем это нравилось, и некоторые старались любой ценой избежать братских лобзаний.
Иосиф Сталин целует полярного летчика Василия Молокова по возвращении в Москву с исследователем Арктики Отто Шмидтом, 4 июля 1937 года
Советские руководители славились своими теплыми объятиями и братскими поцелуями с товарищами. Сталин целовал советских летчиков, а поцелуй Никиты Хрущева с первым космонавтом Юрием Гагариным является просто культовым изображением.
Поцелуй между лидерами коммунистических партий Чехословакии и Советского Союза Густавом Гусаком и Леонидом Брежневым в Праге, 5 мая 1970 года
Советским лидером, наиболее известным в мире по тому, как горячо он приветствовал своих гостей, был Леонид Брежнев, глава Коммунистической партии Советского Союза с 1964 по 1982 год.
Леонид Брежнев обнимает Фиделя Кастро во время его визита в Москву
Не всем нравились чрезмерно теплые приветствия Брежнева, поэтому некоторые главы государств находили способы избежать поцелуя властного советского лидера. Например, кубинский лидер Фидель Кастро решил выйти из своего самолета в московском аэропорту с сигарой во рту. Брежнев, который встречал своего кубинского товарища, просто не имел никакой возможности продемонстрировать традиционное русское гостеприимство.
Николае Чаушеску встречается с Леонидом Брежневым в Крыму в 1979 году
Румынский лидер Николае Чаушеску, который, по слухам, страдал бактериофобией, нашел способ отделаться от притязаний Брежнева, не оскорбив его чувств. Возможно, советский руководитель думал, что это был еще один признак особого статуса Румынии в Восточном блоке: Бухарест действительно обладал значительной автономией по сравнению с другими социалистическими государствами.
Президент Югославии Иосип Броз Тито приветствует Леонида Брежнева в аэропорту Белграда в 1971 году
Однако, некоторые лидеры оценили поцелуи Брежнева. Фотография поцелуя индийского премьер-министра Индиры Ганди с советским лидером висит на стене в ее доме-музее. А поцелуй между Брежневым и югославским лидером Иосипом Броз Тито был, по слухам, настолько сильным, что у последнего начала кровоточить губа.
Леонид Брежнев и Ясир Арафат во время встречи в Кремле в 1975 году
Говорят, что один из первых политических поцелуев Брежнева достался палестинскому лидеру Ясиру Арафату, который приехал в Советский Союз в 1968 году.
Поцелуй между Леонидом Брежневым и Эрихом Хоннекером по случаю 30-летней годовщины Германской Демократической Республики в 1979 году
Безусловно, самым знаменитым стал поцелуй восточно-германского лидера Эриха Хоннекера в 1979 году. Позднее он был увековечен на Берлинской стене художником Дмитрием Врубелем, картина которого называется «Боже, помоги мне выжить среди этой смертной любви», или «Братский поцелуй».
Леонид Брежнев целует в щеку президента Соединенных Штатов Джимми Картера в 1979 году
Брежнев целовал лидеров не только социалистических стран, но и нейтральных, принадлежавших так называемому Движению неприсоединения. Иногда советский лидер прикасался губами даже к противникам из капиталистического мира. Так было в случае с президентом США Джимми Картером.
Леонид Брежнев на венгерской сельскохозяйственной выставке в Будапеште в 1967 году
Еще одной американке, учительнице танцев Энни Холлман, входившей в состав делегации США, которая посетила СССР в 1973 году, также довелось испытать на себе поцелуй Брежнева. Их совместное фото сделало ее знаменитостью по обе стороны Атлантики.
Леонид Брежнев провожает делегацию из Болгарии и ее лидера Тодора Живкова в 1969 году
Не все в советском истеблишменте считали нежные поцелуи Брежнева хорошей идеей. Юрий Андропов, глава КГБ при Брежневе и его преемник у руля СССР после смерти, выразил одному из подчиненных свой ужас по поводу поцелуев Брежнева. Однако, на публике он всегда приветствовал теплые объятия Генсека.
Твои лобзания: за что Брежнев целовал Картера в Вене
История взаимоотношений СССР и США, двух великих держав ХХ века, никогда не развивалась прямолинейно. И 1970-е для наших стран прошли под знаком взаимного потепления, разрядки, как говорили у нас, или détente, как оно именовалось за кордоном. 40 лет назад, 18 июня 1979 года, в Вене состоялся последний «бал» разрядки накануне нового обострения в «холодном» противостоянии СССР и США — и весь мир узнал аббревиатуру ОСВ-2. Подробности подписания Договора об ограничении стратегических вооружений вспоминали «Известия».
В поисках тепла
Почему же противники шагнули навстречу друг другу? Во-первых, незадолго до этого Советский Союз достиг паритета с Соединенными Штатами по стратегическим вооружениям. Обозначил свои интересы, справившись — с помощью кнута и пряника — с чехословацким кризисом 1968 года. Американцы, в свою очередь, с большими потерями завершали войну во Вьетнаме. В Штатах многие относились к советскому опыту не без уважения, а в СССР еще с 1920-х высоко ставили американскую деловитость и даже старались перенести ее на нашу почву.
И в Москве, и в Вашингтоне многие осознавали опасность постоянного взвинчивания гонки вооружений. Нужно было искать точки соприкосновения. Заслуживает внимания и еще один фактор: радушный жизнелюб Леонид Брежнев в начале 1970-х оказался неплохим переговорщиком.
В 1972 году впервые в истории в нашей стране побывал президент США — Ричард Никсон. Его встречали почти как друга. И уж точно — не как врага. Но дело не только в том, что наладился контакт в верхах. Начался постоянный переговорный процесс, в котором принимали участие сотни дипломатов, экспертов, управленцев. За семь лет, с 1972-го по 1979-й, переговорщики разработали три масштабных договора, которые во многом до сих пор остаются основой хрупкого мира в ядерную эру. Это два договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (ОСВ-1 и ОСВ-2) и Договор об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО).
В космическом корабле «Аполлон» после стыковки с кораблем «Союз-19». Снимок с экрана монитора
Диалог поддерживался на разных уровнях — от глав государств до спортсменов и ученых, производственников и торговых работников. Самым ярким символом потепления стала стыковка космических кораблей «Союз» и «Аполлон», рукопожатие двух держав в космосе. Не менее символичным оказался документальный киносериал «Великая Отечественная» («Неизвестная война»), над которым советские кинематографисты работали совместно с американскими коллегами. В СССР появилась пепси-кола, а в США — знаменитая русская водка. Наши степенные политические обозреватели, разоблачая язвы капитализма, стали рассуждать об Америке с толикой уважения. Конечно, противостояние систем продолжалось, но — без ожесточения.
Сам «дорогой Леонид Ильич» был, пожалуй, главным сторонником разрядки в политбюро. По крайней мере, и глава правительства Алексей Косыгин, и министр иностранных дел Андрей Громыко, и министр обороны Андрей Гречко время от времени пытались ограничить «миролюбивые порывы» генсека. К концу 1970-х договариваться с США стало сложнее. Вьетнамские раны заживали, и американские «ястребы» снова готовы были вступить в бой за мировую гегемонию. Да и Советский Союз, несмотря на разрядку, усилил и военную мощь, и дипломатическую экспансию. Особую тревогу вызывало в Пентагоне небывалое развитие советского Военно-морского флота, который в прежние годы заметно уступал натовскому. К тому же в Вашингтоне видели, что Россия становится энергетической сверхдержавой, а в перспективе это давало Брежневу новые возможности для усиления армии и военной промышленности.
Многие понимали: нужно форсировать переговоры и как можно скорее подписывать соглашения. «Искушение совмещать разрядку с усилением нажима на Советский Союз будет увеличиваться. Такое отношение приведет к ужасным результатам. Мы бы сами никогда не потерпели этого со стороны Москвы. Москва не потерпит этого от нас. В конечном итоге мы опять придем к холодной войне», — предупреждал Генри Киссинджер, давний сторонник мирного сосуществования двух сверхдержав.
«Этих-то мы больше всего боимся!»
Джимми Картер, победивший на президентских выборах 1976 года, был, возможно, самым эксцентричным из хозяев Белого дома в ХХ веке. Его считали идеалистом, чуть ли не Дон Кихотом. На предвыборных дебатах он, улыбаясь, твердил о сокращении военных расходов, о новых переговорах с Советским Союзом. Разумеется, политическая реальность оказалась сложнее его благонамеренных деклараций. И все-таки и в Москве, и в Вашингтоне мало кто сомневался, что нужно установить контакт между главами государств, иначе все благие намерения последних лет потеряют смысл.
В марте 1977 года в Советском Союзе с «разведкой боем» побывал госсекретарь США Сайрус Вэнс. Его предложения не нашли понимания в Кремле: слишком много уступок требовал Вэнс от советских партнеров. Началась череда переговоров и доработок, в которых первую скрипку играл «мистер Нет», Андрей Громыко, несколько раз приезжавший в США.
Член политбюро ЦК КПСС, министр иностранных дел СССР Андрей Андреевич Громыко (слева) и американский общественный деятель, бывший государственный секретарь США Сайрус Вэнс во время переговоров
Громыко вспоминал о тех дипломатических баталиях:
Американские специалисты внушили президенту, что главное внимание со стороны США на переговорах следует уделить имеющимся у СССР «тяжелым» ракетам и что именно их число советская сторона должна непременно сократить. Эта мысль крепко засела в голове у Картера, поскольку специалисты, что называется, разъяснили ему ее на пальцах. Кстати, таким же методом он пытался продемонстрировать ее и мне.
В какой-то момент нашей беседы Картер достал сувенирный набор ракет из пластмассы, в котором один ряд изображал советские ракеты, а другой — американские, и поставил его на стол. Показав на две наши ракеты, по своему «росту» явно превышавшие самые большие американские, и постучав по ним пальцем, он сказал: «Вот этих-то мы больше всего боимся»!
Одним словом, показав какие-то игрушки, он попытался избежать аргументации по существу и тем, судя по всему, остался доволен.
Споры и консультации продолжались больше года. Каждую боеголовку брали на карандаш. И в СССР, и в США генералы относились к новому договору с недоверием. Как за карточным столом, каждый подозревал оппонента в лукавстве. Руководители делегаций Виктор Карпов и Ральф Эрл мучительно выверяли каждую позицию, углубляясь в технические нюансы. Последние противоречия удалось разрешить только в ночь перед подписанием договора.
Венская опера
К 1979 году Брежнев окончательно потерял форму. Инфаркты, инсульт, пристрастие к снотворному, последствия фронтовых контузий. Страной, по существу, управляла «большая тройка» — новый министр обороны Дмитрий Устинов, председатель КГБ Юрий Андропов и министр иностранных дел Андрей Громыко. Но «борьба за мир» оставалась коньком Леонида Ильича, в этой сфере он не уступал первенства никому из соратников. Каждая встреча давалась Брежневу с трудом, даже на самые элементарные вопросы он отвечал по заранее заготовленным шпаргалкам, реже шутил. Отныне каждый шаг ему приходилось соотносить с требованиями медицины.
Весной 1979 года стало ясно: Брежнев и Картер вот-вот должны скрепить подписями многолетние старания переговорщиков. До этого дважды подряд американские президенты (Никсон и Форд) наведывались в Советский Союз. В соответствии с дипломатическим этикетом Брежнев должен был нанести ответный визит. Но он бы не выдержал перелета через Атлантику — и высокие стороны сошлись на нейтральной Вене. Даже в Австрию Леонид Ильич прибыл не самолетом: врачи запретили. В Вену его доставил спецпоезд.
Во время встречи генерального секретаря ЦК КПСС, председателя Президиума Верховного Совета СССР Леонида Брежнева с президентом США Джимми Картером
На пресс-конференции секретаря ЦК по внешнеполитической пропаганде Леонида Замятина бесцеремонно спросили о здоровье Брежнева. Ответ, конечно, был продуман заранее: «Товарищ Брежнев выполняет огромный объем государственной и партийной работы в нашей стране. Здесь, в Вене, у вас появится возможность наблюдать за его работой, а эта работа, естественно, требует отменного здоровья. И на свое здоровье он не жалуется. То, что появляется в вашей печати, — всего лишь домыслы». Это прозвучало скорее грозно, чем убедительно.
И тут блеснул собкор «Известий» в Вашингтоне Мэлор Стуруа. Его вопрос перевернул течение пресс-конференции: «А как политическое здоровье господина Картера?» Американский президент и впрямь терял популярность — и этим вопросом Стуруа явно выиграл свой раунд.
В первый день «венских гастролей» Брежнев и Картер посетили президента Австрии. Там генеральный секретарь ЦК КПСС изрек: «Бог нам не простит, если мы потерпим неудачу». От советского лидера не ждали ссылок на всевышнего. Это была продуманная заготовка, и она произвела должный эффект.
Набожный Картер тут же записал эту фразу в блокнот. Это Брежневу не слишком понравилось: он отметил суетливость американского президента. Они продолжили приглядываться друг к дружке и во время культурной программы. Какая Вена без оперы? В тот вечер давали Моцарта, «Похищение из сераля». Неизменный переводчик советских вождей на всех переговорах с англоязычными политиками Виктор Суходрев вспоминал: «Леонид Ильич в театр идти не хотел и еще на встрече с президентом Австрии об этом сказал Картеру. Тот стал уговаривать Брежнева прийти хотя бы на первое действие, чтобы обозначиться перед прессой, и на этот раз Леонид Ильич ответил ему не по бумажке: «Ну что ж, если господин Картер пойдет, то и товарищ Брежнев там будет». Венские театралы устроили высоким гостям овацию. Но на представлении Брежнев скучал, его одолевала сонливость. Он продержался до антракта и чинно удалился в гостиницу.
История одного поцелуя
Церемония проходила в Большом Редутном зале дворца Хофбург — с участием многочисленных корреспондентов и почетных гостей. Этот зал помнит победителей Наполеона, решавших в Вене судьбу Европы. Блистали люстры, суетились фоторепортеры. И никто не мог представить, что это последний бал разрядки, что не пройдет и полгода — и советско-американские отношения испортятся до уровня бойкота Олимпийских игр. В тот день стороны подписали четыре документа: Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений, протокол к нему, совместное Заявление о принципах и основных направлениях последующих переговоров об ограничении стратегических вооружений, а также «Согласованные заявления и общие понимания в связи с Договором между СССР и США об ограничении стратегических наступательных вооружений».
В финале Брежнев и Картер не только обменялись рукопожатиями, но и поцеловались. И этот порыв стал настоящей кульминацией дня.
Президент США Джимми Картер и Леонид Брежнев