биография иоффе абрам федорович
Человек дня: Абрам Иоффе
17 (29) октября 1880 года родился Абрам Иоффе, физик, создатель научной школы, академик и вице-президент АН СССР.
Личное дело
Абрам Федорович Иоффе (1880 – 1960) родился в городе Ромны Полтавской губернии в семье купца второй гильдии Файвиша (Федора Васильевича) Иоффе и Рашели Абрамовны Вайнштейн. Закончил реальное училище, затем – Санкт-Петербургский Технологический институт. В 1903 – 1906 годах учился также в Мюнхенском университете под руководством Вильгельма Рентгена, получил степень доктора философии.
После возвращения в Россию начал работу в Политехническом институте, где проработал более сорока лет. В 1913 году защитил магистерскую («Элементарный фотоэлектрический эффект») диссертацию и получил звание экстраординарного профессора, в 1915 году защитил докторскую диссертацию. В 1918 году был избран членом-корреспондентом, а с 1920 года – действительным членом Академии Наук. В 1926–1929 и в 1942–1945 годах был вице-президентом АН СССР. Создал Физико-механический факультет Политехнического института.
В 1918 году Иоффе совместно с М. И. Неменовым создал в Петрограде Рентгенологический и радиологический институт и возглавил его физико-технический отдел. Вскоре из этого отдела возник самостоятельный Физико-технический институт АН СССР, директором которого стал Иоффе. Ленинградский Физтех стал ведущим институтом советской физики. В 1950 году, во время кампании «борьбы с космополитизмом», Иоффе был снят с поста директора института. Основал в 1952 году Лабораторию полупроводников, которая через два года превратилась в Институт полупроводников АН СССР.
Его научные работы были посвящены изучению электрона, физике твердого тела, полупроводникам. В 1911 году он определил заряд электрона, проведя опыты, аналогичные экспериментам американского физика Роберта Милликена. Однако работы Иоффе были опубликованы лишь в 1913 году, поэтому слава первооткрывателя досталась Милликену (Нобелевская премия по физике, 1923).
Иоффе открыл и измерил магнитное поле катодных лучей, обнаружил внутренний фотоэффект кристаллов, открыл механизм электропроводности ионных кристаллов, объяснил величины реальной прочности кристаллов («эффект Иоффе»), открыл эффект прерывистой деформации кристаллов, сопровождаемой акустической эмиссией, создал теорию туннельного выпрямления на границе металл-полупроводник, исследовал электропроводность полупроводников в сильных и слабых полях.
Умер Абрам Федорович Иоффе в Ленинграде 14 октября 1960 года.
Чем знаменит
Выдающийся организатор науки, его по праву называют «отцом советской физики». Число его учеников, ставших известными учеными, достигает нескольких десятков.
Усилия Иоффе во многом поставили отечественную физику на мировой уровень и подготовили триумфальные успехи советских ученых в 1950-х – 1960-х годах. Среди основанных им научных учреждений, помимо Физтеха и Института полупроводников, также есть Агрофизический институт, Среднеазиатский гелиотехнический институт в Самарканде, физико-технические институты в Томске, Харькове, Днепропетровске.
О чем надо знать
Во время Великой Отечественной войны Иоффе был назначен председателем Комиссии по военной технике, а затем также председателем военной и военно-инженерной комиссии при Ленинградском горкоме партии. 7 июля 1941 года приказом А.Ф. Иоффе в ЛФТИ был установлен 11-ти часовой рабочий день. Ученым предстояло обеспечить научно-исследовательские работы по оборонной тематике.
Сотрудники ЛФТИ создали систему размагничивания кораблей («система ЛФТИ»), позволявшую обезопасить военные корабли от морских магнитных мин. Работы над ней были начаты еще до войны. Ни один из кораблей с действовавшей «системой ЛФТИ» не подорвался на магнитной мине. В 1942 году шесть сотрудников ЛФТИ за разработку «системы ЛФТИ» были удостоены Сталинской премии 1 степени. Также физтеховцы создавали приборы ночного видения, радиолокационные установки для обнаружения самолетов и кораблей, новые типы танковой брони, термоэлектрические генераторы для партизанских радиостанций. Чтобы обеспечить функционирование «Дороги жизни» на льду Ладожского озера, в ЛФТИ создали приборы записи колебаний льда — «прогибографы».
Прямая речь
«После каждого доклада А.Ф. Иоффе «переводил доклад на русский язык» — повторял его настолько доступно, что не оставалось никаких неясностей, но споры были постоянные и очень горячие. Можно было спрашивать обо всем. Было ясно, что трудно бывает не только нам, но и тем, к кому вопросы обращались. Часто в спорах на семинарах рождались и новые идеи, и новые направления работ. Я утром заходил в библиотеку и на свежих журналах часто встречал пометку А.Ф. Иоффе, что эту статью следует прочесть такому-то. Это означало, что, когда А.Ф. Иоффе зайдет в лабораторию (а он это делал ежедневно), то обязательно спросит, что интересного было в этой статье, всегда обсудит, если что-нибудь неясно. Нередко А. Ф. Иоффе приглашал зайти к нему домой (он жил в институте), и вечером Абрам Федорович, Анна Васильевна и четверо-пятеро гостей обсуждали всякие вопросы, например, нельзя ли в Арктике использовать разность температур над льдом и под ним для питания экспедиций электроэнергией, какие для этого можно применить системы, и т. д. Его очень интересовала физика процессов в сельскохозяйственных технологиях, взаимодействие физики, биологии и медицины. Эти обсуждения были очень увлекательными — А.Ф. Иоффе был человеком удивительно широкого мышления». Из воспоминаний академика Анатолия Александрова
4 факта об Абраме Иоффе
Николай Стариков
политик, писатель, общественный деятель
Знаете ли вы, кто такой Абрам Федорович Иоффе?
Знаете ли вы, кто такой Абрам Федорович Иоффе?
Знаете ли вы, кто такой Абрам Федорович Иоффе?
«Говорить о значении Иоффе для физики — все равно что рассуждать о заслугах Ньютона. Если вы не знаете об Иоффе, то не знаете о физике ничего», — сказал каналу «Наука» заведующий кафедры физики твердого тела МГУ им. Ломоносова Александр Илюшин.
Так кто же такой Абрам Иоффе? Помните олдскульный научный мем про карликов, которые стоят на плечах великанов? Так вот, ученые, которые создали базу для всех основных достижений современной науки, от ядерной энергетики до электроники, — это карлики, а Иоффе — это великан, который несет их, Капицу, Курчатова, Ландау и многих других на своих плечах, как выпускник первоклашку на линейке. Нет, пожалуй, сравнение не совсем удачное. Он несет их как папа, посадивший на плечи своего ребенка, — так будет лучше. Ведь они, великие ученые середины XX века, так и звали Абрама Федоровича — Папа Иоффе.
Но обо всем по порядку.
Розы Рентгена
Аврум Файвиш-Израилевич Иоффе родился 29 октября (по старому стилю 17 октября) 1880 года в городе Ромны (теперь это Сумская область Украины). Отец его был купцом, мать — домохозяйкой. Ничто не предвещало бурного научного будущего, и лишь мальчишеское любопытство привело подростка в мир физики. Поступил в реальное училище, затем отучился в Санкт-Петербургском технологическом институте, куда брали независимо от происхождения.
Однако основной школой для Иоффе стал не институт, а стажировка в Мюнхене у самого Вильгельма Рентгена, который только что получил первую в истории Нобелевскую премию по физике. Сначала великий ученый проверял застенчивого ассистента из России, плохо говорившего на немецком, и давал ему студенческие задания: за два месяца Иоффе должен был выполнить сто задач из практикума, затем проштудировать работы других ученых. Когда деньги у Абрама кончились и надо было уезжать, Рентген зачислил юношу на работу своим ассистентом и предложил писать диссертацию под его руководством.
Именно в Мюнхене Иоффе начал эксперименты с кристаллами диэлектриков, пытаясь выяснить, влияют ли на их электропроводность различные виды излучения. Когда Рентген ненадолго уехал в Италию во время студенческих каникул, Абрам Федорович вместо отдыха погрузился в мир кварца и каменной соли и вовсю ставил эксперименты. Он обнаружил, что на величину тока в изоляторах влияет все: ультрафиолетовый свет, рентгеновские лучи, лучи радия, нагрев и охлаждение… Это было волнительное открытие!
Когда Иоффе послал Рентгену восторженное письмо в Италию, он получил холодный ответ: «Я жду от вас серьезной научной работы, а не сенсационных открытий. Рентген»
Иоффе продолжил работу, несмотря на неодобрение Рентгена: немецкий ученый даже перестал заходить к нему в лабораторию. Когда Абрам перешел к опытам с пластинами из каменной соли, он был очень удивлен: их электропроводность постоянно менялась под действием облучения рентгеновскими лучами — то повышалась в сотни раз, то совершенно исчезала. Он заметил, что усиление тока происходит под лучами солнечного света. С этим открытием Иоффе побежал к Рентгену (эпизод описан в книге «Неслучайные случайности» В. Азерникова). Ученый встретил ассистента колким вопросом: «Что, ещё одно сенсационное открытие?» Иоффе показал учителю свой «фокус», открывая и опуская шторы. Рентген выразил скепсис: «Мало ли что может сделать солнце, а вот спичка?» Тогда Иоффе опустил шторы, зажег спичку и поднес её к кристаллу. Ток вырос в несколько раз. «Давайте займемся вместе этим исследованием», — предложил, наконец, Рентген. Он хотел оставить талантливого ученика в Мюнхене, предлагал ему место, но Иоффе, защитив диссертацию у мэтра, вернулся в Россию по политическим причинам. В 1906 году он писал Рентгену: «Совесть не позволяет оставить Родину в тот момент, когда торжествует реакция».
Впрочем, Иоффе дважды в год приезжал в Мюнхен на консультацию к учителю, они вели совместную научную работу. Незадолго до смерти Рентген завещал своему ученику охотничий домик в Германии и просил ухаживать за его розами, но Иоффе снова не захотел эмигрировать и предпочел продолжить научную деятельность в Петрограде. К тому времени он уже был директором Физико-технического института, который позже станет называться его именем.
«Рентген был большой и цельный человек в науке и жизни. Но только на фундаменте, созданном физиками XIX века и, в частности, Рентгеном, могла появиться современная физика, — писал Иоффе в мемуарах. — Рентгенов ток был толчком к электронной теории, рентгеновы лучи — к электронике и атомистике. На прочном фундаменте выросло новое здание». Удивительно, но почти то же самое можно сказать о самом Иоффе и физике XXI века.
Эффект Иоффе
На фотографиях Иоффе часто стоит в окружении своих учеников. Будущий нобелевский лауреат академик Николай Семенов говорил об одном из таких изображений 1916 года: «В то время вся наша российская физика помещалась на одном диване». Это был сам Папа Иоффе и его научные «сыновья»: А. Александров, Я. Дорфман, П. Капица, И. Кикоин, И. Курчатов, Н. Семенов, Я. Френкель, Л. Ландау и другие.
Абрам Федорович одним из первых понял, что физика должна быть объединена с современной технологией и что будущих специалистов нужно готовить с пониманием инженерных проблем. Он вел семинары, инициировал обсуждения, продвигал своих учеников в карьере и был создателем современной физической школы в России.
«Самая главная его заслуга в том, что он создал Физико-технический институт и создал там научную школу, — говорит профессор факультета физики Высшей школы экономики Игорь Бурмистров. — Он в широком смысле родоначальник современной физики в СССР, его даже назвали Папой Иоффе. Он собирал и воспитывал молодежь и привлекал относительно на тот момент зрелых людей, в частности Френкеля, Семенова. Была целая программа, когда молодые люди вставали на крыло в Физико-техническом институте, а потом разъезжались и организовывали физические центры в разных частях страны. До сих пор Институт Иоффе в нашей стране очень сильный по физике полупроводников и по другим направлениям».
Основные достижения Иоффе связаны с областью физики твердого тела. Он проводил яркие красочные опыты для своих учеников, и один из них так и вошел в науку как «эффект Иоффе». «Внешне эффект выглядит так, — описывает его Яков Гегузин в книге «Живой кристалл». — Оказывается, что, если кристалл каменной соли смочить водой, его прочность на разрыв становится во много раз больше прочности сухого кристалла. Казалось бы, прочность — объемное свойство кристалла и ему нет дела до всего того, что происходит на поверхности кристалла, а на поверку оказывается, что существует «эффект Иоффе»: соседство с водой резко упрочняет каменную соль».
В 1930-е годы Абрам Федорович заложил основу исследований полупроводников. Многие его идеи и исследования со временем были доработаны и воплощены в жизнь его учениками. Во многом благодаря им у нас есть современная техника, телефоны, информационные технологии, интернет и пр. Громоздкие хрупкие лампы свернулись до прочных и маленьких полупроводников — зарождался фундамент будущей цифровой революции.
По инициативе Иоффе на базе института была создана лаборатория по изучению атомного ядра, которую возглавил его ученик — Игорь Курчатов. В 1934 году Абрам Федорович опубликовал статью «Ядро атома», готовилась научная база для создания первой атомной бомбы. Есть легенда, что Сталин предложил возглавить все научные работы по атомной бомбе сначала Иоффе, но тот сказал: «Я уже стар. А здесь должен быть молодой и такой, который превзошел бы меня. Это мой ученик Игорь Васильевич Курчатов». Кандидатура была утверждена.
«Иоффе мы считаем основоположником ядерной физики в нашей стране, — рассказал каналу «Наука» специалист в области экспериментальной ядерной физики, академик РАН Юрий Оганесян.
«Все блестящее поколение наших выдающихся физиков (их можно долго перечислять), они все ученики Абрама Федоровича. Он сделал очень много для того, чтобы создать школу физики, одну из блестящих школ первой половины XX века»
Главный академик
Революции, войны, смена правителей, неудобная для карьеры ученого еврейская национальность — Иоффе пришлось многое пережить и преодолеть. Исторические события то и дело прерывали и мешали его работе. Например, запуск крупнейшего в Европе циклотрона был объявлен 21 июня 1941 года, но по понятным причинам эту работу пришлось отложить. Даже в трудные времена, когда наука была почти невозможна, Иоффе старался быть полезным. Например, во время Великой Отечественной войны он изобрел партизанское радио на основе солдатского котелка. Ко дну котелка крепились полупроводниковые спаи, а другие спаи в зависимости от времени года помещались в холодную воду или снег. Стоило подвесить котелок над костром, как радиоприемник начинал работу — в результате разности температур между спаями в цепи возникала электродинамическая сила.
«Весь Курчатовский институт — детище Физико-технического института, где было совершено фундаментальное открытие спонтанного деления ядер. Он родился из лаборатории №2, которая была создана по распоряжению Иоффе»
После войны на базе созданного Института полупроводников работы по их применению продолжились — велись обширные поиски и изучение новых материалов. Иоффе с учениками создал систему классификации полупроводниковых материалов, разработал методики определения их основных свойств. В институте на базе этих исследований была сконструирована и испытана серия охлаждающих устройств. В итоге Иоффе дал жизнь новой отрасли науки — термоэлектроэнергетике, которая призвана решить такие актуальные для современного общества проблемы, как преобразование световой и тепловой энергии в электрическую. В будущем эти опыты реализовались в солнечных батареях и не только. В год смерти Иоффе вышел первый отечественный радиоприемник на полупроводниках — в 1960 году в Ленинграде. Это была эпоха, когда имена физиков гремели, а ученые воспринимались как герои. «Главного академика» СССР Высоцкий упоминает в шуточной песне «Утренняя гимнастика»:
Если вы уже устали,
Сели-встали, сели-встали.
Не страшны вам Арктика с Антарктикой.
Главный академик Иоффе
Доказал: коньяк и кофе
Вам заменят спорта
Профилактика.
Правда, про коньяк и кофе Иоффе трудов не писал, зато был редактором многих научных журналов. Он всю жизнь жил в институте, ухаживал за розами во дворе, 15 дней не дожил до 80 лет и так и не был удостоен Нобелевской премии. Почетную в СССР Ленинскую премию ему дали посмертно, в 1961 году. Именем академика назван кратер на Луне, малая планета, самолет, улица в Адлерсхофе, площадь в Петербурге, несколько учебных заведений и научно-исследовательское судно.
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Абрам Иоффе
Абрам Федорович Иоффе (1880-1960) – русский и советский физик, организатор науки, обыкновенно именуемый «отцом советской физики», академик и вице-президент АН СССР. Герой Соцтруда и обладатель Ленинской премии.
В биографии Иоффе есть множество интересных фактов, о которых мы расскажем в данной статье.
Итак, перед вами краткая биография Абрама Иоффе.
Биография Иоффе
Абрам Иоффе появился на свет 17 (29) октября 1880 г. в городе Ромны (ныне Сумская обл.). Он рос в еврейской купеческой семье Срола-Файвиша Вульфовича и его жены Рашели Абрамовны.
В 9-летнем возрасте родители отдали Абрама в реальное училище, в стенах которого он проучился до 1897 г. Любопытно, что здесь он близко подружился со Степаном Тимошенко, который в будущем стал знаменитым ученым-механиком.
После выпуска из училища Иоффе продолжил получать образование в Санкт-Петербургском практическом технологическом институте. Затем он отправился в Германию, где работал в Мюнхенском университете под руководством Вильгельма Рентгена, получив позже степень доктора наук.
Когда Абраму исполнилось 26 лет он трудился старшим лаборантом кафедры физики в Политехническом институте. Со временем он основал здесь Физико-механический факультет, где смог воспитать ряд выдающихся инженеров-физиков.
Наука
Абрам Иоффе удостоился звания профессора, когда ему было всего 33 года. К тому моменту, ему удалось определить заряд электрона, задействовав ту же идею, что и Роберт Милликен: в электрическом и гравитационном полях уравновешивались заряженные частицы металла.
Уже в молодости Иоффе имел репутацию очень одаренного ученого, в связи с чем в 1911 г. ему предлагали должность профессора в Калифорнийском университете в Беркли. Однако он отказался от данного предложения.
Интересен факт, что через 15 лет Абраму в очередной раз предоставляли место профессора в том же университете, но и на этот раз он ответил отказом. В данный период биографии Иоффе читал лекции в разных университетах, а в 1915 г. смог защитить докторскую диссертацию по физике.
Спустя 5 лет ученый стал действительным членом Российской академии наук. Примечательно, что двумя годами ранее он возглавил физико-технический отдел Государственного рентгенологического и радиологического института, являясь также Президентом данного вуза.
В 1921 г. Абрама Федоровича избрали на пост главы Физико-технического института, который позднее будет носить его имя. С 1924 по 1930 год он был председателем Всероссийской ассоциации ученых-физиков, после чего стал директором Агрофизического института.
В середине 30-х годов Иоффе прилагал все усилия для основания Дома ученых в Ленинграде. Одновременно с этим, он призывал коллег и высшее руководство СССР к глубокому изучению ядерных реакций. Тогда же он удостоился звания заслуженного деятеля науки РСФСР.
Вначале Великой Отечественной войны (1941-1945) Абрама Федоровича избрали председателем Комиссии по военной технике. Он продолжал настаивать на необходимости исследования ядерных реакций, вследствие чего в ЛФТИ для этого была оборудована соответствующая лаборатория.
В конце 1950 г. Абрам Иоффе сняли с поста руководителя. Через полтора года он открыл лабораторию полупроводников на базе кафедры физики НГУ, а в 1954 г. основал Институт полупроводников АН СССР. За годы научной биографии он сделал множество важных открытий, а также стал автором ряда статей, учебников, монографий и книг.
Основные научные достижения ученого связаны с изучением электрических, фотоэлектрических и механических свойств кристаллов. Он был одним из первых, кто начал исследовать полупроводники. Абрам выдвинул гипотезу о том, что полупроводники могут обеспечить эффективную трансформацию энергии излучения в электрическую энергию (по этому принципу работают современные «солнечные батареи»).
Иоффе опубликовал множество трудов по экспериментальному обоснованию теории света, физике твердого тела, диэлектрикам и полупроводникам. В знаменитом труде «Физика полупроводников» (1957), он излагал не только саму теорию, но и практическую пользу полупроводников в народном хозяйстве.
В не менее известной книге «О физике и физиках», Абрам Иоффе описал все свои ключевые работы. Стоит заметить, что данный труд был рассчитан на простого читателя, проявляющего интерес к научным открытиям и достижениям.
Отдельного внимания заслуживает книга «Встреча с физиками», на страницах которой автор повествовал о собственных встречах с известными отечественными и зарубежными учеными: как он с коллегами проводил эксперименты, рассматривал последние новшества в физике, открывал вузы и т. д.
Огромной заслугой Абрама Федоровича является создание новаторской физической школы, которая вывела советскую физику на мировой уровень. Он набирал талантливых учеников, которым помогал развивать свой потенциал. Параллельно с этим, по его настоянию один за одним открывались физико-технические учебные заведения на территории России и Украины.
Воспитанники ученого очень любили своего наставника, в связи с чем называли его между собой – «папа Иоффе». Под его непосредственным руководством начинали свою карьеру десятки известных физиков. В частности, учениками его школы были четверо будущих лауреатов Нобелевской премии:
Научную школу Иоффе можно справедливо отождествить со школами Эрнеста Резерфорда (Кембридж, Великобритания) и Макса Борна (Геттинген, Германия). Важно отметить, что десятки его воспитанников, вырастили еще десятки известных ученых. Благодаря этому, советские физики и математики смогли достойно заявить о себе на мировой арене и серьезно поднять научную планку Советского Союза.
Личная жизнь
За годы личной биографии Иоффе дважды состоял в браке. Его первой женой была работница библиотеки по имени Вера Кравцова. Вскоре у них родилась дочь Валентина. Интересен факт, что повзрослев, девочка стала доктором физико-математических наук.
В 1928 г. Абрам повторно женился на Анне Ечеистовой, которая также была физиком. Этот союз оказался счастливым и просуществовал долгое время.
Смерть
Фото Иоффе
Семинар Иоффе в Политехническом институте 
Семинар Иоффе 
Петербургский кружок физиков
Абрам Федорович Иоффе — первый директор Физтеха
Рената Витман,
Екатерина Куницына,
кандидаты физико-математических наук,
Физико-технический институт им. А. Ф. Иоффе РАН (Санкт-Петербург)
«Природа» №9, 2018
Абрам Федорович Иоффе
ФТИ имени А. Ф. Иоффе традиционно отмечает свой юбилей 29 октября, одновременно с днем рождения Абрама Федоровича Иоффе — первого директора Физтеха. В 1918 г. по инициативе двух профессоров — М. И. Немёнова и А. Ф. Иоффе — в Петрограде был создан новый институт. По словам Н. Н. Семёнова, до 1917 г. в России не существовало ни одного научно-исследовательского института. Научная работа велась в небольших лабораториях Академии наук и на кафедрах высших школ [1, с. 33]. Первое официальное сообщение о необходимости образования Государственного рентгенологического и радиологического института (ГРРИ) сделал нарком просвещения А. В. Луначарский 23 сентября 1918 г. на заседании Малой областной коллегии Народного комиссариата просвещения, и положительное решение было принято. Иоффе возглавил Физико-технический отдел ГРРИ, включающий также комиссию по изучению строения молекул, оптическое и радиологическое отделения (изначально были организованы два отдела — вторым, Медико-биологическим, руководил Немёнов). Согласно первому Уставу, руководители отделов были выборными директорами (президентами) института поочередно: Иоффе в 1918–1919 гг., Немёнов в 1919–1920 гг. С преобразованием отделов ГРРИ в самостоятельные институты 1 января 1922 г. Иоффе стал первым и до 1950 г. бессменным директором Физтеха.
Об Абраме Федоровиче Иоффе опубликовано много материалов, и трудно нарисовать его портрет более точно, чем это сделали его сотрудники, ученики, друзья и историки естествознания. Однако исторические аспекты времени его директорства в Физико-техническом институте, масштаб его личности, дар предвидения в науке — все это вызывает неподдельный интерес снова и снова.
Становление ученого
Абрам (Авраам) Иоффе родился 29 (17) октября 1880 г. в уездном городе Ромны Полтавской губернии в купеческой семье. Его родители уделяли много времени воспитанию пятерых детей и привили им литературный вкус с юных лет [2, с. 5]. После окончания реального училища в 1897 г. Иоффе поступил в Технологический институт императора Николая I в Санкт-Петербурге — старейшее техническое высшее учебное заведение России (ныне — Санкт-Петербургский государственный технологический институт (технический университет)), куда принимали юношей вне зависимости от каких-либо ограничений. Летнюю практику Абрам проходил на Путиловском заводе и летом 1900 г. участвовал в установке ферм мостов, исполняя обязанности инженера [3, с. 13].
Абрам Иоффе — студент Технологического института императора Николая I
Успешно окончив институт, он по совету и с рекомендациями своего учителя профессора Н. А. Гезехуса * в декабре 1902 г. отправился в Мюнхен, чтобы продолжить образование в лаборатории Вильгельма Рентгена в Физическом институте Мюнхенского университета. Под руководством Рентгена Иоффе проработал четыре года. С самого начала научной деятельности он проявлял интерес к строению атома (структуре вещества). Молодой сотрудник повторил ряд опытов Пьера Кюри и предложил прецизионный метод измерения количества тепла, выделяемого препаратом радия. В 1903 г. Иоффе открыл магнитную фокусировку электронов, но эти результаты не были опубликованы. Рентген зачислил Иоффе на должность приват-ассистента и предложил работать над диссертацией. Позже Иоффе писал: «. Рентген отметил мое уважение к опытному факту и точность измерения — наиболее ценные, с его точки зрения, свойства будущего физика» [4, с. 10].
В 25 лет (в 1905 г.) Иоффе защитил диссертацию на степень доктора философии «Упругое последействие в кристаллическом кварце» с наивысшей оценкой summa cum laude. Рентген предложил ему остаться в Мюнхенском университете в качестве профессора, но Иоффе принял решение вернуться в Россию, поблагодарив и ответив, «что его гражданский долг не позволяет ему дольше оставаться за границей, особенно в тот момент, когда его родина переживает тяжелое время» [2, с. 23].
Титульный лист диссертации А. Ф. Иоффе на степень доктора философии, 1906 г.
В 1906 г. Иоффе поступил на должность лаборанта на кафедру физики (под руководством В. В. Скобельцына) Санкт-Петербургского политехнического института, с которым тесно будет связана вся его последующая жизнь.
В 1907–1912 гг. в Петербурге жил и работал всемирно известный ученый из Вены — Пауль (Павел Сигизмундович) Эренфест, который оказал большое влияние на развитие теоретической физики в России и на самого Абрама Федоровича. Иоффе принимал участие в работе физического кружка, организованного Эренфестом. Молодые физики собирались по воскресеньям либо у кого-нибудь на квартире, либо в одной из комнат Физического института Петербургского университета (втайне от директора института и заведующего кафедрой физики И. И. Боргмана [5, с. 27]), а после отъезда Эренфеста из Петербурга в Лейден — поочередно: одно воскресенье в университете, другое — в библиотеке физической лаборатории Политехнического института. Этот кружок стал центром, из которого впоследствии вырос научный круг физтеховских ученых. Позже развитию плеяды физиков в нашей стране способствовала работа семинаров А. Ф. Иоффе и Я. И. Френкеля. Семинары Иоффе работали еженедельно.
В парке Политехнического института, под окнами квартиры А. Ф. Иоффе (корпус 1), около 1912 г. Слева направо: А. Ф. Иоффе, В. Р. Бурсиан, Г. Г. Вейхардт, М. В. Кирпичёва, П. С. Эренфест, Ю. А. Крутков, А. Н. Афанасьева-Эренфест, неизвестный, Л. Р. Степанова
В 1913 г. Иоффе начал читать лекции в Петербургском университете, в Политехническом и Горном институтах, на Высших курсах имени П. Ф. Лесгафта («Курсах воспитательниц и руководительниц физического образования»). Весной того же года он защитил в университете магистерскую диссертацию (диссертации, защищенные за рубежом, в российских вузах не принимались) по теме «Элементарный фотоэлектрический эффект. Магнитное поле катодных лучей. Опытное исследование», а 30 апреля 1915 г. (одновременно с Д. С. Рождественским) — диссертацию на соискание докторской степени с названием «Упругие и электрические свойства кварца», которую очень хвалил выступавший в качестве оппонента академик В. А. Стеклов. На выборах заведующего одной из двух кафедр физики Иоффе был забаллотирован, но даже обрадовался возможности уделять больше времени работе в Политехническом институте и прекратил чтение лекций в университете. Вместе со своим земляком С. П. Тимошенко Абрам Федорович организовал в Политехническом институте физико-механический факультет с новым для России подходом к физике и обучению. Факультет открылся в 1919 г. (уже после отъезда Тимошенко в Киев и его последующей эмиграции). Интересно, что Иоффе первым из профессоров привлек талантливых женщин (Я. Р. Шмидт, М. В. Кирпичёву, Е. П. Бутыркину и др.) к научной работе в своей лаборатории, добивался вселения студенток в общежитие, когда впервые разрешили их прием в Политехнический институт.
Семинар Иоффе, зима 1916–1917 гг. Стоят (слева направо): К. Ф. Нестурх, Н. И. Добронравов, П. И. Лукирский, А. Ф. Иоффе, Я. И. Френкель, П. Л. Капица, Н. Н. Семёнов. Сидят (слева направо): Я. Г. Дорфман, Я. Р. Шмидт, И. К. Бобр, М. В. Кирпичёва, А. П. Ющенко
В то время Абрам Федорович уже был женат и имел маленькую дочь Валентину. Его жена, Вера Андреевна Иоффе (Кравцова), была дворянского происхождения, владела шестью иностранными языками. В 1919 г. Вера Андреевна окончила библиотечные курсы и заведовала библиотекой ЛФТИ в 1919–1927 гг., позднее служила в Публичной библиотеке.
На заре новой эпохи
В 1918 г. началась новая эра физической науки в стране — Иоффе вместе с Немёновым основали ГРРИ. В самом начале работы института техническое оснащение в молодом коллективе физиков было весьма скромным. Физико-технический отдел ГРРИ не получил материальной базы при организации и «пользовался гостеприимством физической лаборатории Петроградского политехнического института, предоставившей отделу во временное пользование часть своих помещений и лабораторного оборудования» [6, с. 3]. Помощь в приобретении электротехнического оборудования была оказана со стороны заведующего Петроградским отделением Академического центра М. П. Кристи и со стороны Главэлектро.
Абрам Федорович тратил валюту, полученную в Наркомпросе, и деньги, заработанные им в Европе чтением лекций, на приобретение приборов для исследований. В 1921–1922 гг. он вошел в состав правительственной комиссии, которая заказала и закупила за границей оборудование для советских научных учреждений, в том числе для Государственного физико-технического рентгеновского института (ГФТРИ), в который был преобразован Физико-технический отдел ГРРИ в 1921 г. В соответствии со штатным расписанием директором ГФТРИ стал А. Ф. Иоффе, его заместителем — А. А. Чернышёв, помощником — Н. Н. Семёнов, ученым секретарем — В. Р. Бурсиан. В феврале 1923 г. в письме к жене Иоффе писал, что на открытии нового здания института по адресу Дорога в Сосновку, д. 2 (современный адрес: Политехническая ул., д. 26) «все были поражены зрелищем совершенно оборудованного европейского научного института, чистого и изящного».
В 1922 г. Иоффе был избран председателем Российской ассоциации физиков и приступил к подготовке Четвертого съезда русских физиков (первые три съезда проходили в Петрограде (1919), Киеве (1921) и Нижнем Новгороде (1922)). На этом съезде, в сентябре 1924 г. в Ленинграде, Абрам Федорович сделал доклад «О связи физического исследования с задачами техники». Его основная установка — «физика как основа будущей техники» — воспринималась в 1920–1930-х годах как научная фантастика.
В первой половине XX в. одной из наиболее представительных научных конференций в мире был Сольвеевский конгресс. Институт в Брюсселе, организованный на деньги бельгийского химика Сольве, собирал ведущих ученых ежегодно. Первый раз приглашение принять участие в конгрессе Иоффе получил в 1925 г. — его доклад был посвящен электропроводности кристаллов. Впоследствии Абрам Федорович занимался подготовкой Сольвеевских конгрессов совместно с Н. Бором, А. Эйнштейном, О. Ричардсоном, Т. Дондером, П. Ланжевеном, П. Дебаем, Б. Кабрерой.
Школа «папы Иоффе»
Абрам Федорович считал крайне важным для ученых общение с коллегами и совместную работу на международном уровне. Он способствовал поездкам молодых сотрудников за границу, помогал им в этом своими международными контактами и личными валютными средствами. Несколько лет провели в Кембридже К. Д. Синельников и Ю. Б. Харитон, в Лейдене — Л. В. Шубников и О. В. Трапезникова, в Копенгагене — Г. А. Гамов и Л. Д. Ландау, в Гёттингене — В. Н. Кондратьев и Ю. А. Крутков. В 30-х годах в ЛФТИ были организованы группы по изучению иностранных языков. Иоффе выписывал из-за рубежа научную литературу, которая поступала в библиотеку института.
Иоффе с сотрудниками, Гёттинген, 1926 г. Слева направо: А. Ф. Иоффе, А. Н. Арсеньева, П. И. Лукирский, А. Р. Бурсиан, предположительно Д. Д. Иваненко, Л. В. Шубников, неизвестный
Иоффе интуитивно, во многом благодаря своей широкой научной эрудиции и полученному в Европе опыту научной работы, не только выбирал самые перспективные направления исследований, но и находил для этих исследований молодых, увлеченных наукой людей. Так, с семинара в ЛПИ и первых лабораторий Физтеха начиналась научная школа «папы Иоффе». Первая волна ученых из этой школы — П. Л. Капица, Н. Н. Семёнов, Я. И. Френкель, Н. И. Добронравов, П. И. Лукирский, Я. Г. Дорфман, Л. Д. Ландау. Затем, к середине 20-х годов, выросла новая плеяда исследователей: И. В. Курчатов, Ю. Б. Харитон, К. Д. Синельников, В. Н. Кондратьев и др. Из стен Физтеха вышли ученые, известные впоследствии во всем мире. Интересно, как Абрам Федорович формировал научную среду:
«Каждый молодой физик обязан был еженедельно заходить к нему, приносить аннотации прочитанного за неделю и кратко излагать почерпнутые сведения. Карточки с аннотациями Иоффе бережно хранил у себя. Сотрудники обязаны были ежедневно бывать в библиотеке, просматривать журналы, на страницах которых они постоянно находили надписи, сделанные рукой Абрама Федоровича: „Курчатову“, „Александрову“, „Кобеко“. Попробовал бы кто-нибудь не прочесть статей, адресованных Абрамом Федоровичем! Последовало бы весьма неприятное объяснение. Дружба, взаимопомощь — основной стиль работы института. Учили друг друга физике. Приборов было мало, и тонкое рукоделие ценилось наравне с глубиной и стройностью мысли» [7, с. 20].
По словам одного из первых учеников Иоффе — будущего нобелевского лауреата академика Семёнова, Абрам Федорович полагал, что требования к руководителю чрезвычайно просты и ясны:
«Подбирай по возможности только способных, талантливых учеников, притом таких, в которых видно стремление к научному исследованию.
В общении с учениками будь прост, демократичен и принципиален. Радуйся и поддерживай их, если они правы, сумей убедить их, если они не правы, научными аргументами.
Никогда не приписывай своей фамилии к статьям учеников, если не принимал как ученый прямого участия в работе.
Не увлекайся чрезмерным руководством учениками. » [8, с. 10].
Круг интересов
Основные научные проблемы, которые интересовали Абрама Федоровича и разрешению которых, по его словам (из автобиографии), была посвящена главная часть научной деятельности, это механические свойства твердых тел, электрические свойства твердых изоляторов, электроны и световые кванты, проблемы новой техники. В дальнейшем его научные интересы были связаны с термоэлектричеством, что привело в военные годы к серьезным успехам в этой области.
«Основная задача лаборатории — развитие применений термоэлектрических элементов и их теории. Расширение рабочего температурного диапазона применяемых веществ в область низких и высоких температур. Расширение круга применяемых веществ. Всестороннее исследование электрических и тепловых свойств этих веществ. Необходимо расширить работу по разработке рациональной технологии изготовления термоэлементов и работу по рациональному теплотехническому конструированию систем в целом».
В 1956 г. Иоффе опубликовал монографию «Полупроводниковые элементы», где была изложена разработанная им теория термоэлектричества. Тогда эти исследования были настолько передовыми, что даже слово «полупроводники» было незнакомо широкой публике. Еще в 1955 г., когда по инициативе Абрама Федоровича велась подготовка Первой международной конференции по полупроводникам, диктор на Московском вокзале «категорически отказывалась произносить объявление о сборе прибывающих на конференцию полупроводников, усматривая в тексте подвох» [9, с. 202].
Будучи директором, Иоффе поддерживал исследования по ядерной физике в институте. Можно с уверенностью сказать, что работы по данной тематике проводились в Физтехе уже в 20-е годы (работы Д. В. Скобельцына, относящиеся к физике космических лучей). Абрам Федорович интересовался всеми достижениями ядерной физики, регулярно выступал с лекциями и обзорами научной литературы в этой области, способствовал проектированию и строительству циклотрона ФТИ. Как писали В. Я. Френкель и Н. Я. Московченко, «Иоффе определял и масштаб работ по ядру — сначала в стенах ФТИ, а затем, через Академию наук и соответствующие ее комиссии, — по стране в целом» [10, с. 9].
В 1932 г. Иоффе возглавил ядерную группу ЛФТИ. Он был одним из инициаторов проведения конференций по ядерной физике, первая из которых прошла в Физтехе в сентябре 1933 г., и пригласил П. Оже, П. Дирака, супругов Кюри, В. Паули и других выдающихся зарубежных физиков для участия. Абрам Федорович способствовал приезду Н. Бора в СССР (сохранились письма Иоффе к Бору, где обсуждаются проблемы физики ядра [11, с. 35]).
Письмо А. Ф. Иоффе от 15 ноября 1938 г. Максу Планку
Абрам Федорович был уникальным человеком: помимо таланта физика и организаторских способностей он обладал государственным мышлением. Дар предвидения и талант организатора науки — все это позволило ему создавать научные центры по всей стране, начиная с 1927 г., когда рядом с Физтехом был организован Центральный котлотурбинный институт имени И. И. Ползунова (Политехническая ул., д. 24). Новых институтов в СССР было создано не менее 13 еще при жизни Абрама Федоровича, среди них Сибирский ФТИ в Томске (1928), Украинский ФТИ в Харькове (1930), Среднеазиатский гелиоцентрический институт в Самарканде (1931), Уральский ФТИ в Свердловске (1932, первое время располагался в стенах ЛФТИ), Институт агрофизики в Ленинграде (1932, с 1934 г. переименован в Агрофизический НИИ) и др. Как писал в 1948 г. о своем коллеге Яков Ильич Френкель (материалы были опубликованы только спустя 20 лет), «А. Ф. Иоффе является признанным отцом советской физики: его неутомимой работе, его юношескому энтузиазму, не знающему препятствий, она обязана большей частью своих молодых кадров; его смелым идеям и стимулирующему влиянию — большей частью новых фактов, установленных в области физики за последние 30 лет в различных научно-исследовательских институтах, возникающих из ЛФТИ при помощи его бывших сотрудников» [12, с. 26]. Физико-технический институт под руководством Иоффе стал alma mater физики в СССР.
В начале 30-х годов в Германии к власти пришел Гитлер, и немецкие ученые начали уезжать за границу. (Часть из них оказалась в Украинском ФТИ, созданном, как говорилось выше, в 1930 г. ведущими учеными Ленинградского физтеха.) В связи с изменением ситуации в Германии в ноябре 1938 г. Абрам Федорович направил профессору Максу Планку письмо с отказом от членства в Прусской академии наук.
В 1930 г. произошли изменения в личной жизни Иоффе: он женился во второй раз. Его женой стала Анна Васильевна Ечеистова, коллега по научной работе.
Испытание войной
Во время Великой Отечественной войны благодаря еще довоенной стратегии Абрама Федоровича Иоффе в развитии тематик (радиолокация, размагничивание кораблей, бронезащита и др.) Физтех быстро переориентировал свои технические и кадровые ресурсы, и в короткий полуторамесячный срок ученые начали работать в Казани в условиях эвакуации. Как директор института, Абрам Федорович строго оценивал, каким направлениям исследований необходимо дать первенство в данный момент и переводил сотрудников из лаборатории в лабораторию соответственно оборонным задачам. Так же активно под руководством «блокадного директора» П. П. Кобеко работала группа ученых Физтеха, оставшихся в Ленинграде.
Ж. И. Алфёров в предисловии к книге «Физико-технический институт в годы войны» писал:
«В работе по созданию технологий и военно-технических средств, превосходящих те, что имелись у жестокого врага, участвовали учреждения АН СССР, в том числе и Физико-технический институт (Физтех), который под руководством академика Абрама Федоровича Иоффе вписал очень важные страницы в летопись войны, когда сам процесс научного творчества диктовался ее жесточайшими условиями, когда требовалось в кратчайшее время провести исследования, испытания и осуществить внедрение в боевых условиях — под огнем и бомбами. Такой стиль организации научной работы — от идеи до ее воплощения — характеризовал институт с самого его основания, и очень важно, что научно-технический задел, созданный учеными института в предвоенное время, способствовал успеху работы в военные годы» [13, с. 3].
Во время войны Иоффе вел большую работу в качестве вице-президента АН СССР и академика-секретаря Отделения физико-математических наук АН СССР.
Абрам Федорович, находясь в Казани с основной частью Физтеха, заботился о сотрудниках, оставшихся в блокадном Ленинграде. По воспоминаниям М. В. Гликиной, он посылал посылки от себя лично, а в апреле 1942 г. в Ленинград был отправлен вагон с продовольствием для сотрудников Академии наук. Организовали сбор продовольствия Иоффе и другие руководители академических институтов, находившихся в Казани, — В. Г. Хлопин, Л. О. Орбели, С. И. Вавилов, Н. Н. Семёнов [14, с. 192]. Сопровождали вагон сотрудники ЛФТИ Б. С. Джелепов, Н. С. Иванова, А. К. Кондратович, В. Бобылев.
Когда в 1943 г. из-за срочной необходимости развития исследований по ядерной проблеме и реализации атомного проекта распоряжением по Академии наук СССР, а затем приказом по казанской группе ЛФТИ от 14 августа 1943 г. была создана Лаборатория № 2 (будущий Институт атомной энергии), именно Иоффе рекомендовал И. В. Курчатова в качестве руководителя работ.
Дочь Абрама Федоровича, Валентина Абрамовна Иоффе, работала в блокадном Физтехе — заведовала мастерской по производству гидрофобной земли, занималась очисткой олифы, доставкой воды в отопительную систему института, выполняла другие работы, необходимые для фронта и выживания сотрудников. В составе совместной бригады службы флота и ЛФТИ, в боевых условиях, на Балтийском флоте и Ладожской флотилии Валентина Абрамовна с 1942 г. участвовала в работах по размагничиванию корпусов кораблей для защиты от фашистских мин. В 1944–1945 гг. она работала на Черноморском флоте. В. А. Иоффе награждена Орденом Красной Звезды.
Новые проблемы
После окончания войны особое внимание Иоффе уделял привлечению в институт новых кадров. И, как писал в воспоминаниях М. М. Бредов, Абрам Федорович «приложил немало усилий для выявления новых специалистов и возвращения старых сотрудников, воевавших на фронтах Великой Отечественной. В институте появляются „физики в изношенных шинелях“» [15, с. 185] — Л. С. Стильбанс, В. М. Кельман, Н. И. Ионов, Н. Н. Лебедев, Г. Я. Рыскин, Б. И. Болтакс, С. М. Рывкин и многие другие.
Послевоенные годы директорства Иоффе отмечены запуском циклотрона, работами, связанными с атомным проектом, с развитием полупроводниковой электроники. На фотографии 1945 г. среди сотрудников полупроводниковой группы пять будущих заведующих лабораториями Физтеха — В. П. Жузе, Ю. А. Дунаев, А. П. Обухов, Б. Т. Коломиец и А. Р. Регель. Примечательно, что на ученом совете 8 сентября 1945 г. Иоффе сделал доклад по прочности металлов — война закончилась, а работы по бронезащите продолжались, как и по другим оборонным направлениям. В 1945–1946 гг. он всячески способствовал организации в ЛФТИ лаборатории под руководством С. Е. Бреслера, работавшего в области химии белков, а позже — генетики.
Сотрудники группы полупроводников ФТИ, 1945 г. Верхний ряд (слева направо): В. П. Жузе, Б. И. Давыдов, Ю. А. Дунаев, А. Ф. Иоффе, А. З. Левинзон, А. П. Обухов, А. П. Андреев. Средний ряд (слева направо): А. С. Альтшуллер, Е. Д. Девяткова, Л. С. Куприенко, А. В. Иоффе (жена А.Ф.), Н. П. Коломиец, М. В. Классен-Неклюдова. Нижний ряд (слева направо): Б. Т. Коломиец, Т. М. Сольц, А. Р. Регель
В разгар кампании «по борьбе с космополитизмом» в октябре 1950 г. президент АН СССР С. И. Вавилов предложил Иоффе уйти с поста директора ЛФТИ [16, с. 450]. Абрам Федорович написал заявление с просьбой освободить его от должности директора и перевести на должность заведующего лабораторией. 8 декабря 1950 г. Президиум АН СССР утвердил это решение и назначил директором Физтеха А. П. Комара. По словам сотрудников, Абрам Федорович тяжело переживал вынужденный уход с должности [2, с. 127].
3 марта 1952 г. состоялся ученый совет ЛФТИ под председательством Комара, на котором были заслушаны выводы специальной комиссии по вопросу «об ошибках освещения современной физики» в книге А. Ф. Иоффе «Основные представления современной физики». Через три недели Абрам Федорович ушел из института и основал Лабораторию полупроводников. (Президиум АН СССР издал распоряжение от 31 марта 1952 г. № 565 об организации самостоятельной лаборатории под руководством Иоффе в составе Отделения физико-математических наук). Сначала был выделен штат 8 единиц, а через два месяца — 36. Вскоре в Лаборатории полупроводников начали исследования 18 сотрудников, покинувших стены Физтеха. В 1954 г. она была преобразована в Институт полупроводников АН СССР, который через 18 лет вошел в состав Физтеха.
Иоффе с сотрудниками (справа — И. В. Мочан) в лаборатории Института полупроводников (Кутузовская наб., д. 10), около 1959 г.
Иоффе активно участвовал в издательской деятельности. Будучи деканом физико-механического факультета ЛПИ, он еще в 1929 г. поддержал инициативу студенческого кружка физиков по изданию журнала «Физика и производство» и опубликовал в первом его выпуске статью «Квантовая механика». Иоффе был организатором в 1931 г. «Журнала технической физики», который через три года уже издавался под его редакцией на трех языках (английском, немецком и французском) с названием Technical Physics of the USSR. Он инициировал создание журнала «Физика твердого тела», в течение нескольких лет редактировал «Журнал экспериментальной и теоретической физики».
Штрихи
Абрам Федорович был оптимистом, спокойно принимал шутки на свой счет. В 1940 г. он с удовольствием смотрел кукольный спектакль, посвященный его 60-летию. Не все иностранные ученые по разным причинам смогли участвовать в праздновании. Физтеховцы заменили отсутствующих ученых куклами с их портретным сходством, которые были изготовлены в мастерской театра Деммени. Традиция таких спектаклей продолжилась в Институте полупроводников. Сохранилось две куклы — одна из них изображала Иоффе, другая — Поля Дирака.
Куклы, изображающие А. Ф. Иоффе (слева) и П. Дирака. Фотография куклы с чертами А. Ф. Иоффе предоставлена Санкт-Петербургским филиалом Архива РАН, где она находится на хранении (Фонд А. Ф. Иоффе. СПбФ АРАН. Ф. 150, оп. 1, д. 17)
Абрам Федорович всегда хорошо одевался, носил галстуки, преимущественно синие или голубые. Держал в лаборатории конфеты и мыло с нежным запахом [17, с. 126–127]. Никогда не курил и всем запрещал курение, как в своем доме, так и на заседаниях. На рабочем столе у него всегда стояли цветы.
Иоффе любил литературу, кино, театр, интересовался живописью и архитектурой, совершал пешие прогулки и играл в теннис до конца своих дней. По воскресеньям его можно было встретить на теннисной площадке с ракеткой.
Абрам Федорович очень любил и ценил музыку (сам не музицировал), часто посещал филармонию, Кировский театр. Во время пребывания в Беркли в 1927 г. ходил слушать Федора Шаляпина, который тогда давал концерты в городках на побережье залива Сан-Франциско [18, с. 104]. В последние годы жизни Абрам Федорович чаще слушал музыку дома. Сохранилась его записка на двух сторонах листка из блокнота с перечнем музыкальных произведений, пластинки с которыми он просил приобрести своего сотрудника Р. Ш. Малковича.
Записка А. Ф. Иоффе с перечнем музыкальных произведений: слева — лист из блокнота 1946 г., справа — оборот листа
В 50-е годы Абрам Федорович с женой, Анной Васильевной, проводили выходные на даче, на Финского залива, в Комарово. Они сами сажали в саду розы и другие растения, которые Абрам Федорович привозил из разных мест.
Абрам Федорович Иоффе скончался 14 октября 1960 г., в свой рабочий день, за две недели до восьмидесятилетия. Семёнов писал о нем: «. я думаю, что во все времена ни у одного народа не было физика, который бы, подобно Иоффе, вырастил такое огромное число крупных ученых из своих учеников. » [8, с. 9].
В память об основателе у здания ФТИ имени А. Ф. Иоффе установлен памятный бюст (1964). Его именем названы: Физико-технический институт, площадь в Санкт-Петербурге, улицы в Адлерсхофе (Германия) и Ромнах (Украина), научно-исследовательское судно «Академик Иоффе», малая планета (1980), кратер на Луне.
Литература
1. Семёнов Н. Н. Наука и общество: статьи и речи. М., 1981.
2. Соминский М. Академик А. Ф. Иоффе. Иерусалим, 1986.
3. Крылов А. Н. // Воспоминания об А. Ф. Иоффе. Л., 1972; 13–16.
4. Иоффе А. Ф. Моя жизнь и работа: Автобиографический очерк. М.; Л., 1933.
5. Обреимов И. В. // Воспоминания об А. Ф. Иоффе. Л., 1972; 21–62.
6. Дукельский В. М. Очерк по истории Физико-технического института Академии наук СССР за период 1918–1954 гг. 1955 г. Архив ФТИ.
7. Головин И. Н. И. В. Курчатов. М., 1979.
8. Семёнов Н. Н. // Воспоминания об А. Ф. Иоффе. Л., 1972; 5–10.
9. Иорданишвили Е. К. Воспоминания об А. Ф. Иоффе. Л., 1972; 199–203.
10. Френкель В. Я., Московченко Н. Я. Документы и материалы. Вклад академика А. Ф. Иоффе в становление ядерной физики в СССР. Л., 1980; 8–38.
11. Зельдович Я. Б., Харитон Ю. Б. Роль А. Ф. Иоффе в развитии советской ядерной физики и техники // Природа. 1980; 10: 27–35.
12. Френкель Я. И. Абрам Федорович Иоффе. Л., 1968.
13. Алферов Ж. И. Предисловие. Физико-технический институт в годы Великой Отечественной войны. Сост. Б. Б. Дьяков. СПб., 2006: 3–4.
14. Гликина М. В. // Воспоминания об А. Ф. Иоффе. Л., 1972: 189–194.
15. Бредов М. М. // Воспоминания об А. Ф. Иоффе. Л., 1972: 183–188.
16. Сонин А. С. Черные дни академика Иоффе // Вестник РАН. 1994; 64(5): 448–452.
17. Классен М. В., Классен Т. В. Воспоминания об А. Ф. Иоффе. Отв. ред. В. П. Жузе. Л., 1972: 126–131.
18. Лёб Л. Б. // Воспоминания об А. Ф. Иоффе. Л., 1972: 103–107.
* Николай Александрович Гезехус говорил тогда: «Рентген — не только рентгеновские лучи. Рентген — это первый экспериментатор Европы» [5, с. 24].
** Ioffe A. F. Physics of Crystals / Ed. L. B. Loeb. N.Y.; L., 1928.
*** Иоффе А. Ф. Полупроводники — новый материал электроники // Сорена (Социалистическая реконструкция и наука). 1931. Вып. 2–3. С. 108.