биография баратынского кратко самое главное
Биография Баратынского
Всего получено оценок: 1042.
Евгений Абрамович Баратынский (1800–1844 гг.) – выдающийся русский поэт-мыслитель первой половины XIX века, обладающий пророческим даром. Его творчество привлекает к себе людей, которые воспринимают литературу не как развлекательное чтиво, а ищут в ней глубину и вместе с ней стремятся к истине.
Детство и юность
Биография Баратынского будет неполной без рассказа о его семье. Е. А. Баратынский появился на свет 2 марта (19 февраля) 1800 года в деревне Вяжле, расположенной в Тамбовской губернии. Его семья принадлежала к знатному дворянскому роду. Предки его из польского рода шляхтичей, которые получили свою фамилию еще в XIV столетии по названию принадлежащего им замка «Боратынь».
Получив начальное домашнее образование, в 1808 году Евгений отправился в частный немецкий пансион. К его безупречному итальянскому и французскому языкам прибавился немецкий. После пансиона он перешел в самое престижное в то время военно-учебное заведение – Пажеский корпус. Оттуда он часто писал письма матери, в которых говорил о своем непременном желании посвятить жизнь военному делу. Но не всем мечтам суждено сбыться. Он оказался замешан в «некрасивую» историю с кражей денег. С одной стороны, это была всего лишь шалость. А с другой – серьезный проступок, за который его исключили из корпуса и лишили права служить в высоком военном чине.
Начало творческого пути
В 19 лет Баратынский поступил простым солдатом в Егерский лейб-гвардии полк. Далее перешёл в Нейшлотский пехотный полк в Финляндии. В 25 лет ему выхлопотали офицерский чин. В нем он прослужил совсем недолго: ровно через год он отказался от службы и переехал в столицу. Там он вскоре обвенчался с Анастасией – любимой дочерью генерал-майора Льва Энгельгардта.
Первое поэтическое произведение было издано в 1819 году. Рассматриваемый период был весьма насыщен событиями: близкое знакомство в северной столице с Александром Пушкиным и Антоном Дельвигом; вхождение в узкий литературный кружок московских писателей и тесное общение с Н. Языковым, И. Киреевским и А. Хомяковым. Год за годом, начиная с 1826 года, выходят сборники его произведений: поэмы «Эда», «Пиры», «Бал», «Наложница», лирические стихи и другие.
Последние годы жизни
В 36 лет Баратынский после кончины отца жены вступил во владение подмосковным поместьем – Мураново. Он поселился там с Анастасией Львовной и детьми и практически не выезжал. В этот же период, в 1842 году, в свет вышел еще один цикл – «Сумерки».
С приходом весны 1844 года семья решила перебраться в Неаполь. В путешествие отправились по морю, во время которого он написал своё последнее стихотворение. На следующий день после прибытия у Евгения Абрамовича усилились ранее беспокоившие его головные боли и он внезапно умер.
Другие варианты биографии
Более сжатая для доклада или сообщения в классе
Краткая биография Баратынского, интересные факты для детей
Худощавый, бледный, с печальным взором таким представал перед современниками один из лучших поэтов XIX века. Биография Баратынского, насыщенная встречами с великими людьми, описывает скромного и образованного человека гения русской поэзии.
Биография Баратынского, самое главное
Мальчик Женя, появившийся на свет 19 февраля 1800 г. в семействе знатных супругов, в будущем стал великим поэтом. Отец Абрам Андреевич служил при дворе Павла I. Мать Александра Федоровна фрейлина из придворной свиты императрицы Марии Федоровны.
В тамбовской губернии находилось родовое имение Вяжля, подаренное императором отцу и дяде поэта. В 1804 г., они поделили «подарок», и семейство Баратынских переехало на окраину имения, в усадьбу Мара. Женя был старшим из восьми детей семьи.
Первым воспитателем Евгения был итальянец Джьячинто Боргезе. В семействе знатных родителей основным языком считался французский. Следующей ступенькой образования для детей был частный немецкий Петербургский пансион, как подготовка к поступлению в престижный Пажеский корпус.
После смерти отца в 1810 г., всё семейство вернулось в Петербургское поместье. Евгений, мечтая о военной службе на флоте, относился к учебе с пренебрежением. Как сообщает краткая биография Баратынского, в 1814 г. его оставили на второй год. Вступил в «Общество мстителей», они выкрали у родителя одного из учащихся деньги и ценную табакерку. Подростков отчислили из Корпуса, лишив их права поступать в другие образовательные заведения. Этот момент стал переломным в биографии Баратынского. Он уехал на малую родину, где начал писать литературные произведения. Евгений Абрамович Баратынский служил в армейских полках с 1819 г. Дружил с Пушкиным, Дельвигом, другими литераторами. Служил в Финляндии, Петербурге, Москве. Выйдя в отставку в начале 1826 г., работал чиновником. Был женат, стал отцом 9 детей. Умер в 11 июля 1844 года.
Литературное творчество
В 1819 г. во время службы в Егерском полку писал послания к друзьям-поэтам «Дельвигу», «К Кюхельбекеру». Не пропускал литературные вечера и еженедельные поэтические салоны у Плетнева и Жуковского.
Свои впечатления от Финляндии выразил в стихах «Водопад», «Финляндия». В столице Финляндии, куда занесла его биография, были написаны стихотворения Евгения Баратынского «Бал», «Фея», многие другие.
«Пиры», изданные в 1827 г. принесли поэту известность. Пейзажную лирику и биографию Баратынского дети изучают в 4 и 6 классах школы.
Живой, правильный слог отличительная черта творчества Баратынского.
Краткое время пробовался в прозе. Рассказ «Перстень» напечатал журнал «Европеец» в 1831 году.
В 1842 г. издал последний в биографии сборник стихотворений «Сумерки».
Личная жизнь
Поэт женился на Анастасии Энгельгардт, чем поправил свое благосостояние. В браке родились 9 детей. В конце жизни путешествовал с женой и 3 детьми во Францию и Германию.
Интересные факты биографии
Поэт знал 3 европейских иностранных языка в совершенстве. Интересным фактом биографии Баратынского было то, что знаки пунктуации родного языка и грамматика, ему не давались. Он не ставил никаких знаков препинания, кроме запятых.
Написание фамилии «Баратынский» с «А» произошло благодаря Пушкину, который писал её с этой буквой.
Краткая биография Евгения Баратынского и интересные факты для детей 4 класса о поэте
Евгений Абрамович Баратынский (1800-1844) – выдающийся русский поэт-мыслитель первой половины 19 века, обладающий пророческим даром. Его творчество привлекает к себе людей, которые воспринимают литературу не как развлекательное чтиво, а ищут в ней глубину и вместе с ней стремятся к истине.
Детство и юность
Биография Баратынского будет неполной без рассказа о его семье. Е.А. Баратынский появился на свет 2 марта (19 февраля) 1800 года в деревне Вяжле, расположенной в Тамбовской губернии. Его семья принадлежала к знатному дворянскому роду. Предки его из польского рода шляхтичей, которые получили свою фамилию еще в 14 столетии по названию принадлежащего им замка «Боратынь».
Отец, Абрам Баратынский, служил офицером в лейб-гвардии Преображенского полка. Его особенно любил и ценил наследник престола Павел I. Однако, вскоре любимец оказался в немилости и вышел в отставку. Мать будущего поэта, Александра Черепанова, в молодости состояла фрейлиной при императорском дворе.
Получив начальное домашнее образование, в 1808 году Евгений отправился в частный немецкий пансион. К его безупречному итальянскому и французскому языкам прибавился немецкий. После пансиона он перешел в самое престижное в то время военно-учебное заведение – Пажеский корпус. Оттуда он часто писал письма матери, в которых говорил о своем непременном желании посвятить жизнь военному делу. Но не всем мечтам суждено сбыться. Он оказался замешан в «некрасивую» историю с кражей денег. С одной стороны, это была всего лишь шалость. А с другой – серьезный проступок, за который его исключили из корпуса и лишили права служить в высоком военном чине.
Начало творческого пути
В 19 лет Баратынский поступил простым солдатом в Егерский лейб-гвардии полк. Далее перешёл в Нейшлотский пехотный полк в Финляндии. В 25 лет ему выхлопотали офицерский чин. В нем он прослужил совсем недолго: ровно через год он отказался от службы и переехал в столицу. Там он вскоре обвенчался с Анастасией – любимой дочерью генерал-майора Льва Энгельгардта.
Первое поэтическое произведение было издано в 1819 году. Рассматриваемый период был весьма насыщен событиями: близкое знакомство в северной столице с Александром Пушкиным и Антоном Дельвигом; вхождение в узкий литературный кружок московских писателей и тесное общение с Н. Языковым, И. Киреевским и А. Хомяковым. Год за годом, начиная с 1826, выходят сборники его произведений: поэмы «Эда», «Пиры», «Бал», «Наложница», лирические стихи и другие.
Последние годы жизни
В 36 лет Баратынский после кончины отца жены вступил во владение подмосковным поместьем – Мураново. Он поселился там с Анастасией Львовной и детьми, и практически не выезжал. В этот же период – в 1842 году, в свет вышел еще один цикл – «Сумерки».
А осенью 1843 года великий русский поэт отправился в семейное путешествие по Европе. Берлин, Франкфурт, Дрезден, Париж – вот неполный список городов, в которых побывала семья Баратынских. Не обошлось без приятных сюрпризов – новых знакомств с писателем Проспером Мериме, историками Амедеем и Тьери, поэтом Сент-Бевом. Они были восхищены его талантом, и по их настоянию он перевёл пятнадцать своих лирических произведений.
С приходом весны 1844 года семья решила перебраться в Неаполь. В путешествие отправились по морю, во время которого он написал своё последнее стихотворение. На следующий день после прибытия у Евгения Абрамовича усилились ранее беспокоившие его головные боли и он внезапно умер.
Евгений Баратынский – биография, личная жизнь и факты
Евгений Абрамович Баратынский (1800–1844) – выдающийся русский поэт-мыслитель первой половины 19 века, обладающий пророческим даром. Его творчество привлекает к себе людей, которые воспринимают литературу не как развлекательное чтиво, а ищут в ней глубину и вместе с ней стремятся к истине.
Баратынский — краткая биография
Вариант 1
Родился 2 марта 1800 года в Тамбовской губернии. Обучался в Пажеском корпусе Петербурга с 1812 года. После учёбы в 1819 году поступает в лейб-гвардию, писал стихи ещё в юности. Публиковаться начал в 20‑х годах.
С 1820 года служит в Финляндии. Получить чин офицера Баратынскому не удаётся из-за своей репутации вольнодумца и оппозиционера. Вначале Евгений Абрамович Баратынский симпатизировал идеям декабристов, но позже разочаровался в декабристском движении. Он не принимал позиции декабристов, считавших, что литература должна агитировать, призывать к борьбе. Поэзия же Баратынского была меланхоличной и полностью обращенной к внутреннему миру человека. На стихи Баратынского начинают писать музыку, многие его произведения стали романсами (романс “Разуверение”).
В 1825 году Евгений Абрамович получает чин офицера, уходит в отставку. В этом же году он женится.
В 1827 году публикуется собрание стихотворений Баратынского.
В 1832 году Евгений Абрамович Баратынский начинает сотрудничать с журналом “Европеец”, где он публикует не только свои стихотворения, но и прозу. Журнал закрыли после выхода первых двух номеров. Евгений Абрамович Баратынский угнетён этим событием, считает, что поэты в России стали бессловесны.
В 1835 году Евгений Абрамович публикует второе собрание сочинений, считая его последним. Но после этого вышел ещё один сборник “Сумерки” (1842 год).
В 1843 году Евгений Абрамович Баратынский уезжает за границу в Париж. Затем переезжает в Неаполь.
11 июля 1844 года Евгений Абрамович Баратынский умер после непродолжительной болезни. Похоронен в Петербурге.
Вариант 2
Баратынский Евгений Абрамович (1800–1844) русский поэт
Родился в имении Мара (Тамбовская губерния). Получил домашнее образование. В 1808 семья переехала в Москву. После смерти отца мать добилась его зачисления в Пажеский корпус (1812). За проступок был исключён из корпуса и отправлен в провинцию на попечение родственников. В 1819 был зачислен рядовым в Петербургский лейбгвардии егерский полк.
В это время познакомился с А. Дельвигом, тогда же завязались приятельские отношения с А. Пушкиным и В. Кюхельбекером. В печати появились его первые произведения: элегии, мадригалы, эпиграммы; в 1820 напечатана поэма «Пиры», принесшая автору большой успех.
В 1820–1826 служил в Финляндии, много писал. Первый сборник его стихов вышел в 1827, в 1835 появилось второе издание его произведений, в 1842 сборник «Сумерки». В 1843 поэт полгода провёл в Париже, откуда перебрался в Неаполь, где заболел и скоропостижно скончался.
Вариант 3
Евгений Абрамович Баратынский (1800 — 1844) — русский поэт.
Родился 19 февраля (2 марта по н. с.) в селе Мара Тамбовской губернии в небогатой дворянской семье. Происходил из древнего польского рода, с к. XVII в. обосновавшегося в России. Отец Баратынского был свитским генерал-лейтенантом Павла I, мать — фрейлиной императрицы Марии Федоровны. В 1810 умер отец Баратынского, и его воспитанием занялась мать.
Из немецкого пансиона Евгений Абрамович Баратынский перешел в 1812 г. в Петербургский Пажеский корпус, из которого в 1816 его исключили за не совсем безобидные мальчишеские проделки (кража) без права поступления на какую-либо службу, кроме солдатской. Это происшествие сильно подействовало на юношу; он признавался позднее, что в ту пору «сто раз был готов лишить себя жизни». Бесспорно, позор, пережитый поэтом, оказал влияние на выработку пессимистического его миросозерцания.
В 1819 он был зачислен рядовым в петербургский лейб-гвардии егерский полк. В это время он познакомился с Дельвигом, не только нравственно поддержавшим его, но и оценившим его поэтическое дарование. Тогда же он завязал приятельские отношения с Пушкиным и Кюхельбекером.
Благодаря Дельвига, в печати появились первые произведения Баратынского: послания “К Креницину”, “Дельвигу”, “К Кюхельбекеру”, элегии, мадригалы, эпиграммы. В 1820 выпущена поэма “Пиры”, принесшая автору большой успех.
В 1820–1826 Евгений Абрамович Баратынский служил в Финляндии, много писал. Видное место в его творчестве этой поры занимает элегия: “Финляндия”, “Разуверение” (“Не искушай меня без нужды…), положенное на музыку М. Глинкой, “Водопад”, “Две доли”, “Истина”, “Признание” и др. Попытки друзей добиться офицерского звания для Баратынского долго наталкивались на отказ императора. Причиной был независимый характер творчества и оппозиционные высказывания поэта.
Он не был декабристом, но и его захватили идеи, которые получили воплощение в деятельности тайных обществ. Его политическая оппозиционность проявилась в элегии “Буря” (1825), в эпиграмме на Аракчеева, а позднее в “Стансах” (1828).
В апреле 1825 г. Евгений Абрамович Баратынский наконец был произведен в офицеры, что давало ему возможность распоряжаться своей судьбой. Он вышел в отставку, женился и поселился в Москве, где в 1827 вышло в свет собрание его стихотворений — итог первой половины его творчества.
После разгрома восстания декабристов круто изменилась общественная жизнь в России, что наложило отпечаток и на поэзию Баратынского. На первый план у него теперь вышло философское начало, темы великой скорби, одиночества, прославление смерти как “разрешенья всех цепей” (“Последняя смерть”, “Смерть”, “Недоносок”, “На что вы, дни”, “К чему невольнику мечтания свободы. ”).
В 1832 начал издаваться журнал “Европеец”, и Евгений Абрамович Баратынский стал одним из самых активных его авторов. После закрытия журнала (вышло всего два номера) он впал в безысходную тоску.
В 1835 вышло второе издание его произведений, которое казалось тогда итогом его творческого пути. Но последней книгой Баратынского стал сборник “Сумерки” (1842), в котором были объединены стихотворения второй половины 1830‑х — начала 1840‑х.
В 1843 поэт поехал за границу. Полгода он провел в Париже, встречаясь с писателями и общественными деятелями Франции. В стихотворениях Баратынского той поры (“Пироскаф”, 1844) появились бодрость и вера в будущее.
Смерть помешала началу нового этапа творчества поэта. В Неаполе он заболел и скоропостижно скончался 29 июня (11 июля н.с.) 1844.
Тело Баратынского было перевезено в Петербург и предано земле.
Биография Баратынского по годам
Русский поэт. Оригинальная разработка жанров элегии и послания (“Финляндия”, “Разуверение”, “Признание”, “Две доли”); поэмы (“Эда”, “Бал”), отмеченные лиризмом, психологической и философской глубиной. В сборнике “Сумерки” (1842) — противоречие исторического прогресса и духовно-эстетической природы человека, преломленное через трагическое сознание поэта.
Хронологическая таблица
Родился 19 февраля (2 марта н.с.) в селе Мара Тамбовской губернии в небогатой дворянской семье.
В 1812 поступил в Петербургский Пажеский корпус, из которого в 1816 был исключен за не совсем безобидные мальчишеские проделки без права поступления на какую-либо службу, кроме солдатской.
В 1819 он был зачислен рядовым в Петербургский лейб-гвардии егерский полк. В это время он познакомился с Дельвигом, не только нравственно поддержавшим его, но и оценившим его поэтическое дарование. Тогда же завязались приятельские отношения с Пушкиным и Кюхельбекером.
В печати появились первые произведения Баратынского: послания “К Креницину”, “Дельвигу”, “К Кюхельбекеру”, элегии, мадригалы, эпиграммы. В 1820 напечатана поэма “Пиры”, принесшая автору большой успех.
В 1820 — 26 Евгений Абрамович Баратынский служил в Финляндии, много писал. Видное место в его творчестве этой поры занимает элегия: “Финляндия”, “Разуверение” (“Не искушай меня без нужды…”), положенное на музыку М. Глинкой, “Водопад”, “Две доли”, “Истина”, “Признание” и др. Попытки друзей добиться офицерского звания для Баратынского долго наталкивались на отказ императора, причиной которого был независимый характер творчества поэта, оппозиционные высказывания, которые часто можно было слышать от Баратынского.
Он не был декабристом, но и его захватили идеи, которые получили воплощение в деятельности тайных обществ. Его политическая оппозиционность проявилась в элегии “Буря” (1825), в эпиграмме на Аракчеева, а позднее в “Стансах” (1828).
В апреле 1825 Евгений Абрамович Баратынский наконец был произведен в офицеры, что давало ему возможность распоряжаться своей судьбой. Он вышел в отставку, женился и поселился в Москве, где в 1827 вышло в свет собрание его стихотворений — итог первой половины его творчества.
После разгрома восстания декабристов круто изменилась общественная жизнь в России, что наложило отпечаток и на поэзию Баратынского. На первый план теперь вышло философское начало, темы великой скорби, одиночества, прославление смерти как “разрешенья всех цепей” (“Последняя смерть”, “Смерть”, “Недоносок”, “На что вы, дни”, “К чему невольнику мечтания свободы. ”).
В 1832 начал издаваться журнал “Европеец”, и Евгений Абрамович Баратынский становится одним из самых активных его авторов. Он обращается к прозе и драме. После закрытия журнала (вышло всего два номера) он впал в безысходную тоску.
В 1835 вышло второе издание его произведений, которое казалось тогда итогом его творческого пути. Но последней книгой Баратынского стал сборник “Сумерки” (1842), в котором были объединены стихотворения второй половины 1830‑х — начала 1840‑х.
Полная биография – Баратынский Е. А.
Русский поэт Е.А. Баратынский (правильно — Боратынский) родился 19 февраля (2 марта) 1800 года в имении своего отца, селе Мара Кирсановского уезда Тамбовской губернии. Его отец, Абрам Андреевич Боратынский (1767–1810), происходил из старинного польского рода, поселившегося в XVII веке в России, служил генерал-адъютантом при Павле I, мать — А.Ф. Черепанова, была фрейлиной императрицы Марии Федоровны.
Воспитание Евгений получил в деревне, от матери и под наблюдением “дядьки-итальянца” Джачинто Боргезе. Мальчик рано познакомился с итальянским языком; вполне овладел он также французским, принятым в доме Баратынских, и восьми лет уже писал по-французски письма. В 1808 году Евгения Баратынского, старшего среди детей, отвезли в Петербург и отдали в частный немецкий пансион, где он выучился немецкому языку.
Остальная же часть семьи в 1808 году переехала в Москву, но через два года, в 1810 году, умер отец, и вся семья возвратилась в Мару. Мать Евгения, женщина образованная и умная, стала готовить сына к поступлению в Пажеский корпус. О своем детстве будущий поэт вспоминал: “С детства я тяготился зависимостью и был угрюм, был несчастлив”. Из его детских и юношеских писем видно, что он духовно созрел очень рано и с первых лет сознательной жизни уже был склонен смотреть на весь мир сквозь мрачное стекло.
8‑летним ребенком, из пансиона, он писал матери о своих товарищах: “Я надеялся найти дружбу, но нашел только холодную и аффектированную вежливость, дружбу небескорыстную: все были моими друзьями, когда у меня было яблоко или что-нибудь иное”. В 11 лет он писал: “Не лучше ли быть счастливым невеждою, чем несчастным мудрецом? Отказываясь от того, что есть в науках хорошего, избавляемся ли мы и от утонченных пороков?” Утешая мать, после смерти бабушки, Евгений Абрамович Баратынский в 1814 году рассудительно замечал: “Я понимаю вашу скорбь, но подумайте, дорогая мамаша, что это — закон природы.
Все эти рассуждения были почерпнуты Баратынским из книг, т.к. он читал много, но характерно, что именно такие мысли привлекали внимание мальчика. В те же годы юный Пушкин, на лицейской скамье, зачитывался Анакреонтом и легкомысленными французскими поэтами.
В декабре 1812 года, окончив пансион, он стал воспитанником Пажеского корпуса, этого привилегированного заведения, атмосфера которого, видимо, резко отличалась от той, в какую попал Пушкин в Лицее. В письме Жуковскому Баратынский подробно рассказал о пребывании в корпусе: о друзьях (“резвые мальчики”) и недругах (“начальники”), об “обществе мстителей”, возникшем под влиянием “Разбойников” Шиллера (“Мысль не смотреть ни на что, свергнуть с себя всякое принуждение меня восхитила; радостное чувство свободы волновало мою душу…”).
Мстительные забавы завершились прискорбно — участием в краже крупной суммы денег у отца товарища, после чего последовало исключение из корпуса в 1816 году. По личному приказу Александра I Баратынскому “за негодное поведение” строжайше запрещалось отныне служить где-либо, кроме как в армии — рядовым!
Нетрудно представить смятенное состояние чувствительного, пылкого, щепетильного юноши. Встреча с матерью потрясла Баратынского, особенно нежданной “бездной нежности”. Сердце его “сильно вострепетало при живом к нему воззвании; свет его разогнал призраки, омрачившие мое воображение, — пишет он Жуковскому. — Я ужаснулся как моего поступка, так и его последствий…” Происшествие в Пажеском корпусе сильно подействовало на юношу 16-ти лет; он признавался позднее, что в ту пору “сто раз был готов лишить себя жизни”.
Позор, пережитый поэтом, потряс Баратынского, вызвал тяжелое нервное расстройство и наложил отпечаток на его характер и последующую судьбу, оказал влияние на выработку пессимистического миросозерцания. Евгений Абрамович Баратынский, психологически мотивируя свои “шалости”, ищет и находит себе оправдание (“природно-беспокойный и предприимчивый”, невежество наставников и т.п.) Только наедине с собой строго и всерьез он судит свой “негоднейший” поступок, и только в этом самоосуждении — путь к настоящему раскаянию, болезненная, но плодотворная работа души.
Покинув Пажеский корпус, Евгений Абрамович Баратынский несколько лет почти безвыездно жил в Тамбовской губернии с матерью, иногда только приезжая к дяде, брату отца, адмиралу Б.А. Баратынскому, в Смоленскую губернию. Живя в деревне, Евгений начал писать стихи. Раньше, как и многие другие люди того времени, он охотно писал французские куплеты, не придавая тому никакого значения. В 1817 году появляются уже русские стихи Баратынского, впрочем, весьма слабые.
Но к 1819 году он вполне овладел техникой, и его стих стал приобретать то “необщее выражение”, которое впоследствии он сам признавал главным достоинством своей поэзии. В деревне юноша нашел небольшое общество молодежи, которая старалась жить весело, и он был увлечен в ее забавы. “Мы здесь проводим время приятно, все поют, смеются”, — писал он матери. Но это не мешало ему добавлять: “О счастии много спорим, но эти споры напоминают споры нищих, рассуждающих о философском камне”, и вновь говорит о “мраке, нашем общем отце”.
Воспоминание о провинности сидит в Баратынском, как гигантская заноза, не дает покоя его совести и самолюбию. Он по-прежнему тяготился своим клеймом позора и три года тщетно надеялся на высочайшее прощение. Так и не дождавшись прощения государя, в начале 1819 года, чтобы постараться смыть позор, Евгений Абрамович Баратынский, по совету родных, едет в Петербург и поступает рядовым в лейб-гвардейский Егерский полк. В это время интерес Баратынского к литературе настолько определился, что он стал искать знакомства с писателями.
Через приятеля по Пажескому корпусу Креницына он знакомится с А.Дельвигом, который стал ему особенно близок. Евгений Абрамович Баратынский показал Дельвигу свои стихи; того они заинтересовали. Дельвиг познакомил его с Жуковским, Плетневым, Ф.Глинкой, Кюхельбекером и Пушкиным. Евгений Абрамович Баратынский посещает их дружеские вечера, салон С.Д. Пономаревой, литературные “среды” Плетнева, “субботы” Жуковского. Словом, ведет жизнь насыщенную интеллектуальными и художественными событиями. Под влиянием Дельвига Евгений Абрамович Баратынский серьезно стал относиться к своей поэзии и в “служении Музам” увидел новую для себя цель жизни. “Ты дух мой оживил надеждою возвышенной и новой”, — писал он позднее Дельвигу.
Дельвиг не только нравственно поддержал Баратынского, но и оценил его поэтическое дарование. С 1819 года, благодаря содействию Дельвига, стихи Баратынского появляются впервые и в петербургской печати — послания “К Креницыну”, “Дельвигу”, “К Кюхельбекеру”, элегии, мадригалы, эпиграммы. В 1820 году появляется поэма Баратынского “Пиры”, принесшая автору большой успех, а в 1823 году, опять же при помощи Дельвига, выходит первый отдельный сборник стихотворений Баратынского.
4 января 1820 года Евгений Абрамович Баратынский был произведен в унтер-офицеры и переведен в Нейшлотский пехотный полк, расположенный в Финляндии, в укреплении Кюмени и его окрестностях. Это было воспринято и поэтом, и его друзьями как своего рода ссылка. Так сама судьба “провоцировала” образ “финляндского изгнанника” в его ранней лирике. Этим полком командовал родственник Баратынского Г.А. Лутковский. Поэт живет в его доме, дружит с командиром роты Н.М. Коншиным, пишущим стихи, часто и надолго ездит в Петербург. Казалось бы, не столь уж тяжкая доля, весьма далекая от обычной солдатчины. Евгений Абрамович Баратынский даже посвящает Лутковскому одно из стихотворений “Влюбился я, полковник мой, в твои военные рассказы…”
И все же поэт чувствует себя не слишком уверенно. “Не служба моя, к которой я привык, меня обременяет, — пишет он Жуковскому, — меня тяготит противоречие моего положения. Я не принадлежу ни к какому сословию, хотя имею какое-то звание. Ничьи надежды, ничьи наслаждения мне не приличны. Я должен ожидать в бездействии перемены судьбы своей… Не смею подать в отставку, хотя, вступив в службу по собственной воле, должен бы иметь право оставить ее, когда мне заблагорассудится; но такую решимость могут принять за своевольство”. В своей сословной ущербленности Евгений Абрамович Баратынский ощущал себя одиноким, вынужденным завидовать своим крепостным. И позднее, в Москве, он чувствовал себя особняком, чуждался “света”, образом жизни отличался от жизни схожего с ним по положению и достатку московского барства. Трещина, образовавшаяся в годы солдатской службы между Баратынским и его сословием, так и не заполнилась до конца жизни.
Пятилетнее пребывание в Финляндии (1820–1825) оставило глубочайшие впечатления в Баратынском и ярко отразилось на его поэзии. Впечатлениям от “сурового края” обязан он несколькими лучшими своими лирическими стихотворениями (“Финляндия”, “Водопад”) и прекрасной поэмой “Эда”. Первоначально Евгений Абрамович Баратынский вел в Финляндии жизнь очень уединенную, “тихую, спокойную, размеренную”. Все общество его ограничивалось двумя-тремя офицерами, которых он встречал у полковника Лутковского, который принял к себе в дом юного унтер-офицера. Позднее Евгений Абрамович Баратынский сблизился с Н.В. Путятой и А.И. Мухановым, адъютантами финляндского генерал-губернатора А.А. Закревского. Дружба его с Путятой сохранилась на всю их жизнь. Путята описал внешний облик Баратынского, каким он его увидел в первый раз: “Он был худощав, бледен, и черты его выражали глубокое уныние”.
Осенью 1824 года, благодаря ходатайству Путяты и по просьбе героя Отечественной войны 1812 года Дениса Давыдова, Евгений Абрамович Баратынский получил разрешение приехать в Гельсингфорс и состоять при корпусном штабе генерал-губернатора Финляндии А.А. Закревского. В Гельсингфорсе Баратынского ожидала жизнь шумная и беспокойная. К этому периоду его жизни относится начало его увлечения А.Ф. Закревской (женой генерала Закревского), той самой, которую Пушкин назвал “беззаконной кометой в кругу расчисленном светил” и к которой редко кто приближался без того, чтобы поддаться очарованию ее своеобразной личности.
Эта любовь принесла Баратынскому немало мучительных переживаний, отразившихся в его стихотворениях, как “Мне с упоением заметным”, “Фея”, “Нет, обманула вас молва”, “Оправдание”, “Мы пьем в любви отраву сладкую”, “Я безрассуден, и не диво”, “Как много ты в немного дней”. Впрочем, у него страсть всегда уживалась с рассудительностью, и не случайно он одинаково любил математику и поэзию. В письме к Путяте Баратынский пишет прямо: “Спешу к ней. Ты будешь подозревать, что я несколько увлечен: это правда; но я надеюсь, что первые часы уединения возвратят мне рассудок. Напишу несколько элегий и засну спокойно”.
Находясь на службе в Финляндии, Баратынский много пишет. Видное место в его творчестве этой поры занимает элегия: “Финляндия”, “Две доли”, “Истина”, “Признание” и знаменитое “Разуверение” (“Не искушай меня без нужды…”), положенное на музыку М.Глинкой.
Не искушай меня без нужды
Возвратом нежности твоей:
Разочарованному чужды
Все обольщенья прежних дней.
Уж я не верю увереньям,
Уж я не верую в любовь
И не могу предаться вновь
Раз изменившим сновиденьям!
Слепой тоской моей не множь,
Не заводи о прежнем слова,
И, друг заботливый, больного
В его дремоте не тревожь!
Я сплю, мне сладко усыпленье;
Забудь бывалые мечты:
В душе моей одно волненье,
А не любовь пробудишь ты.
Попытки друзей добиться офицерского звания для Баратынского долго наталкивались на отказ императора, причиной которого был независимый характер творчества поэта, оппозиционные высказывания, которые часто можно было слышать от Баратынского. О снятии наказания хлопочут А.И. Тургенев, П.А. Вяземский, В.А. Жуковский, страстное участие в его судьбе принимает А.С. Пушкин.
Сам находясь в Михайловской ссылке, Пушкин пишет брату в начале 1825 года: “Что Баратынский. И скоро ль, долго ль. как узнать. Где вестник искупления? Бедный Баратынский, как подумаешь о нем, так поневоле постыдишься унывать…” Не только по доброте своей писал так Пушкин, но и потому, вероятно, что чувствовал драматизм самоощущения самолюбивого человека, попавшего в столь двусмысленное положение. “Уведомь о Баратынском, — пишет он брату через некоторое время, — свечку поставлю за Закревского, если он его выручит…”
Только в апреле 1825 года, после почти семи лет военной службы нижним чином, Баратынский (по представлению А.А. Закревского) наконец был произведен в офицеры, что давало ему возможность распоряжаться своей судьбой. По словам Путяты, это Баратынского “очень обрадовало и оживило”. Осенью того же года он уехал в отпуск в Москву, к матери, и в Финляндию уже не вернулся, выйдя в отставку в чине прапорщика 31 января 1826 года. “Судьбой наложенные цепи упали с рук моих”, — писал он по этому поводу. В Москве, 9 июня 1825 года, Баратынский женился на дочери генерал-майора Энгельгардта Анастасии Львовне; тогда же он поступил на службу в Межевую канцелярию, но скоро вышел в отставку. Еще до женитьбы Баратынский писал Путяте: “В Финляндии я пережил все, что было живого в моем сердце. Ее живописные, хотя угрюмые горы походили на прежнюю судьбу мою, также угрюмую, но, по крайней мере, довольно обильную в красках.
Судьба, которую я предвижу, будет подобна русским однообразным равнинам…” Баратынский оказался прав, и его жизнь после 1826 года становится однообразной. Его жена не была красива, но отличалась умом и тонким вкусом. Ее беспокойный характер причинял много страданий Баратынскому и повлиял на то, что многие друзья от него отдалились. В мирной семейной жизни постепенно сгладилось в Баратынском все, что было в нем буйного, мятежного. Он сознавался сам: “Весельчакам я запер дверь, я пресыщён их буйным счастьем, и заменил его теперь пристойным, тихим сладострастьем”. В свете Баратынские бывают редко. Они любят подолгу жить в поместье Мураново, где по проекту поэта построен дом (позднее принадлежавший Тютчевым). В начале 1826 года выходит стихотворная “финляндская повесть” Баратынского “Эда”, о которой весьма похвально отзывается А.С. Пушкин, назвав ее “произведением, замечательным своей оригинальной простотой, прелестью рассказа, живостью красок и очерком характеров, слегка, но мастерски означенных”.
В эти годы не только меняется жизнь Баратынского, покинувшего “свет” и удалившегося в подмосковное имение, меняется отношение и к нему и к его поэзии. После шумных успехов, выпавших на долю первых подражательных опытов в условно-элегическом роде, последующее его творчество встречало все меньше внимания и сочувствия. Поэма “Эда”, предлагавшая новое (отличное от пушкинского) решение романтического характера, была высоко оценена Пушкиным, но ее так и не поняли ни критики, ни читатели. Популярность Баратынского резко пошла на убыль. Ничто, однако, не поколебало его решимости “идти новою собственною дорогою”, то есть прежде всего, считал он, вырваться из-под всеобъемлющего (мировоззренческого, тематического, стилевого) влияния Пушкина, открыть свою тему и дать оригинальное поэтическое решение ее.
Пушкин познакомился с ним в 1819 году и едва ли не первый оценил своеобычность поэтического дара Баратынского, стал ревностным пропагандистом его поэзии. По поводу поэмы “Эда” Пушкин пишет, что “стих каждый в повести твоей звучит и блещет, как червонец”. Эпиграфы из его произведений выписываются Пушкиным для “Онегина” (гл. VII), “Арапа Петра Великого”, “Выстрела”. Многочисленными и неизменно восторженными отзывами о его стихах полна переписка Пушкина с петербургскими и московскими литераторами. Баратынский, в свою очередь, с преклонением относился к своему великому другу, но не все его произведения ему нравились.
Восхищаясь “Полтавой”, “Борисом Годуновым”, “Повестями Белкина”, он находил слабым величайшее творение Пушкина — “Евгений Онегин”. Об их личных отношениях лучше всего сказал сам Пушкин в письме к П.А. Плетневу, получив известие о смерти Дельвига, их общего друга: “Без него мы точно осиротели. Считай по пальцам: сколько нас? ты, я, Баратынский, вот и всё”. В сущности, в этих словах он назвал Баратынского в числе немногих самых близких людей, оставшихся у него на земле.
Пушкин всегда внимательно следил за творчеством Баратынского, определяя основное качество его поэзии (“он у нас оригинален — ибо мыслит”). Он отмечал его самобытность и независимость от господствующих направлений и школ (“никогда не тащился он по пятам свой век увлекающего гения, подбирая им оброненные колосья: он шел своею дорогою один и независим”) и определял его “степень” в русской поэзии — “подле Жуковского”.
У Баратынского и Пушкина было много общего, прежде всего — сходное социальное положение, чем, возможно, объяснялась и параллельность основных линий их творчества: оба начали подражанием господствующим образцам начала века — эротико-элегической поэзии Батюшкова, элегиям Жуковского; оба прошли стадию романтической поэмы; наконец, последний период в творчестве обоих окрашен отчетливым реалистическим стилем письма. Современники видели в Баратынском талантливого поэта, но поэта прежде всего пушкинской школы; его позднее творчество критика не приняла. Баратынского стали прямо обвинять в зависти к Пушкину; критики высказывали также предположение, что Сальери Пушкин списал с Баратынского.
Баратынский не был декабристом и активным противником режима, но и его захватили идеи, которые получили воплощение в деятельности тайных обществ. Его политическая оппозиционность проявилась, например, в элегии “Буря” (1825) и в эпиграмме на Аракчеева. Поэт был тяжело, если не смертельно ранен расправой над декабристами, страшной гибелью пятерых, среди которых был его приятель К.Ф. Рылеев.
В письмах Баратынского нет намеков на 14 декабря, в стихах — лишь слабый отзвук, но его друг Н.В. Путята был свидетелем казни на рассвете 13 июля 1826 года, и наверняка рассказ его потряс поэта. Невозможность открытого сочувствия осужденным тяготила сознанием собственного бессилия, и чувство это было беспросветно унизительным. Пушкин, имевший случай прямо ответить Николаю I, что “стал бы в ряды мятежников”, был внутренне свободнее и счастливее. Баратынский глубоко упрятал свою скорбь и ни разу не позволил себе “выразить чувство” даже в стихах. Исторически объяснимое поражение декабристов представилось ему крахом вольнолюбивых идеалов вообще и лучших устремлений его поколения в частности. Бесчинства правительственного самовластья он принял за проявление “самовластного рока”…
Надежды были разрушены… “Сердце мое требует дружбы, а не учтивостей, — пишет Баратынский Путяте в январе 1826 года, — и кривлянье благорасположенья рождает во мне тяжелое чувство… Москва для меня новое изгнание”. Необходимость погружаться “в мелочи обыкновенной жизни” угнетала Баратынского. “Живу тихо, мирно, счастлив моею семейственною жизнью, — пишет он Путяте через два года, — но… Москва мне не по сердцу. Вообрази, что я не имею ни одного товарища, ни одного человека, которому мог бы сказать: помнишь? с кем мог бы потолковать нараспашку…” И, тем не менее, именно в Москве в 1827 году вышло в свет первое собрание его стихотворений — итог первой половины его творчества.
После разгрома декабристов изменилась общественная жизнь в России, что наложило отпечаток и на поэзию Баратынского. На первый план теперь выходит философское начало, темы великой скорби, одиночества, прославление смерти как “разрешенья всех цепей”, обречённости искусства (“Последняя смерть”, “Смерть”, “Недоносок”, “На что вы, дни” и др.). Проводя много времени в Москве, Баратынский сошелся здесь с кружком московских писателей, с И.В. Киреевским, Языковым, Хомяковым, Соболевским, Павловым. После издания в 1826 году его поэм “Эда” и “Пиры” (одной книжкой, с любопытным предисловием автора) и в 1827 году первого собрания лирических стихотворений, в 1828 году выходит книга “Две повести в стихах”, ставшая проявлением дружбы с Пушкиным и близости их литературных позиций.
В эту книгу вошли поэма Пушкина “Граф Нулин” и поэма Баратынского “Бал”. В своих поэмах Баратынский заметно поддался влиянию Пушкина и ещё более — влиянию “властителя дум” современного ему поколения Байрона. То же самое можно сказать и о поэме “Наложница” (“Цыганка”), вышедшей в 1831 году. Отличаясь замечательным мастерством формы и выразительностью изящного стиха, нередко не уступающего пушкинскому, эти поэмы обычно ставятся всё же ниже лирических стихотворений Баратынского.
В 1831 году И.В. Киреевский, с которым Баратынский сошелся близко и называл его “товарищем умственной службы”, предпринял издание журнала “Европеец”. Баратынский стал писать для него прозой, написав, между прочим, рассказ “Перстень” и готовясь вести в нем полемику с журналами. Когда “Европеец” был запрещен (вышло всего два номера), Баратынский писал Киреевскому: “Я вместе с тобой лишился сильного побуждения к трудам словесным”. Все люди, лично знавшие Баратынского, говорили, что его статьи далеко не вполне “высказывают” тот мир изящного, который он носил в глубине души своей”.
Так, в сохранившихся письмах Баратынского рассыпано немало острых критических замечаний о современных ему писателях, — отзывов, которые он никогда не пытался сделать достоянием печати. После закрытия журнала он впадает в безысходную тоску. Вместе с Киреевским тяжело переживая запрещение журнала, Баратынский, как мог, ободрял издателя: “Будем мыслить в молчании… Заключимся в своем кругу, как первые братья христиане, обладатели света, гонимого в свое время, а ныне торжествующего. Будем писать не печатая. Может быть, придет благопоспешное время…”
В 1835 году в Москве вышло второе, расширенное (в 2‑х частях) издание стихотворений поэта. Критика отнеслась к новым стихам Баратынского поверхностно, и литературные неприятели кружка Пушкина (журнал “Благонамеренный” и др.) довольно усердно нападали на его будто бы преувеличенный “романтизм”. Но авторитет самого Пушкина, высоко ценившего дарование Баратынского, был все же так высок, что, несмотря на эти голоса критиков, Баратынский был общим молчаливым согласием признан одним из лучших поэтов своего времени и стал желанным автором всех лучших журналов и альманахов.
Но Баратынский писал мало, долго работал над своими стихами и часто коренным образом переделывал уже напечатанное. Будучи истинным поэтом, он вовсе не был литератором; для того чтобы писать что-либо, кроме стихов, ему нужна была внешняя причина. Так, например, по дружбе к юному А.Н. Муравьеву он написал прекрасный разбор сборника его стихов “Таврида”, доказав, что мог бы стать интересным критиком. Затронутый критикой своей поэмы “Наложница”, он написал “антикритику”, несколько сухую, но в которой есть замечательные мысли о поэзии и искусстве вообще.
Последние годы Баратынского ознаменованы нарастающим одиночеством в литературе, конфликтом как с давними оппонентами пушкинского круга (литераторами вроде Полевого и Булгарина), так и с нарождавшимися западниками и славянофилами (и тем и другим Баратынский посвящал эпиграммы). Изоляция приводит к разрыву и с друзьями — Пушкиным, Киреевским, Хомяковым. В итоге Баратынский, — о чем так тщетно мечтал в последние годы Пушкин, — устроил “приют от светских посещений, надежной дверью запертой” в подмосковном имении Мураново, куда навсегда переселился с семьей.
Социальная изолированность Баратынского отозвалась в его творчестве резким индивидуализмом, сосредоточенным одиночеством, замкнутостью в себе, в своем внутреннем мире, мире “сухой скорби” — безнадежных раздумий над человеком и его природой, человечеством и его судьбами. В его стихах сквозным лирическим мотивом становится трагическое мировосприятие поэтом современности, метафизическое и личное одиночество. По собственным словам Баратынского, “бледнеет жизнь земная”, иссечен и самый стиль его стихов. В своих теоретических построениях Баратынский идет еще дальше, прямо уподобляя поэзию науке, “подобной другим наукам”, источнику “сведений” о “добродетелях и пороках, злых и добрых побуждениях, управляющих человеческими действиями”.
Иногда он пытается убедить себя, что остался прежним, восклицая: “Свой бокал я наливаю, наливаю, как наливал!” Замечательно стихотворение “Бокал”, в котором Баратынский рассказывает о тех “оргиях”, которые он устраивал наедине с самим собой, когда вино вновь будило в нем “откровенья преисподней”. Внешняя его жизнь проходила без видимых потрясений. Он бывал в Москве, в Казани, ездил иногда в Петербург, где в 1839 году познакомился с Лермонтовым, в обществе был ценим как интересный и иногда блестящий собеседник и в тиши работал над своими стихами, придя окончательно к убеждению, что “в свете нет ничего дельнее поэзии”.
Нелегкий, “разборчивый”, взыскательный характер вкупе с некоторыми творческими задачами, поставили Баратынского в особое, обособленное положение и в жизни, и в литературе: он “стал для всех чужим и никому не близким” (Гоголь). Жена, которую он очень любил, была человеком интересным и преданным ему, но не могла заменить утраченные надежды и дружбы. Отказ от “общих вопросов” в пользу “исключительного существования” вел к неизбежному внутреннему одиночеству и творческой изоляции. Только высокая одаренность и замечательное стремление к самообладанию помогли Баратынскому достойно ответить на вызов, брошенный ему “судьбой непримиримой”. Ведь еще в 1825 году он написал:
Меня тягчил печалей груз;
Но не упал я перед роком,
Нашел отраду в песнях муз
И в равнодушии высоком,
И светом презренный удел
Облагородить я умел…
В 1842 году Баратынский, в то время уже “звезда разрозненной плеяды”, издал тоненький сборник своих новых стихов “Сумерки. Сочинение Евгения Боратынского”, посвященный князю П.А. Вяземскому. Это издание, в котором были объединены стихотворения конца 1830‑х — начала 1840‑х годов, доставило Баратынскому немало огорчений. Его обидел вообще тон критиков этой книжки, но особенно статья Белинского.
Белинскому показалось, что Баратынский в своих стихах восстал против науки, против просвещения. Конечно, это было недоразумение. Так, например, в стихотворении “Пока человек естества не пытал” Баратынский только развивал мысль своего юношеского письма: “Не лучше ль быть счастливым невеждою, чем несчастным мудрецом”. Баратынский не стал возражать на критику Белинского, но памятником его настроения той поры осталось замечательное стихотворение “На посеве леса”. Баратынский говорит в нем, что он “летел душой к новым племенам” (т.е. к молодым поколениям), что он “всех чувств благих подавал им голос”, но не получил от них ответа.
Осенью 1843 года Баратынский осуществил свое давнее желание — вместе с двумя старшими детьми предпринял путешествие за границу. Он посещает Германию, зиму 1843–1844 годов проводит в Париже, где встречается с декабристом-эмигрантом Н.И. Тургеневым, с Н.П. Огаревым, знакомится с писателями и общественными деятелями Франции — А. де Виньи, П.Мериме, обоими Тьерри, М.Шевалье, А.Ламартин, Ш.Нодье, П.Сент-Бевом. Чтобы познакомить французов со своей поэзией, Баратынский перевел несколько своих стихотворений на французский язык. Бодрость и вера в будущее появляются в стихотворениях Баратынского той поры (“Пироскаф”, 1844).
Весной 1844 года Баратынские отправляются через Марсель морем в Неаполь, в Италию, которую поэт любил с детства, наслушавшись о ней от своего воспитателя-итальянца. Здесь он пишет свое последнее стихотворение “Дядьке-итальянцу”, в котором вспоминает Россию, где итальянец “мирный кров обрел, а позже гроб спокойный”. Перед отъездом из Парижа Баратынский чувствовал себя нездоровым, и врачи предостерегали его от влияния знойного климата южной Италии.
Много земель я оставил за мною;
Вынес я много смятенной душою
Радостей ложных, истинных зол,
Много мятежных решил я вопросов,
Прежде чем руки марсельских матросов
Подняли якорь, надежды символ.
Из Неаполя тело поэта перевезли на родину и похоронили на Тихвинском кладбище в Александро-Невской лавре, неподалеку от баснописца И.А. Крылова, скончавшегося в том же году. На могиле поэта выбиты строки из его стихотворения:
Анастасия Львовна Баратынская пережила мужа на 16 лет и умерла в 1860 году. Тогда же на Тихвинском кладбище были установлены два однотипных надгробия — гранитные стелы с барельефным портретом, выполненным скульптором В.П. Крейтаном. Однако первоначальный барельеф на могиле Е.А. Баратынского не сохранился и в 1950 году был заменен новым (скульптор Н.В. Дыдыкин).
Яркий поэт, представитель пушкинской плеяды, Баратынский прожил короткую жизнь. Он оставил русской литературе три поэмы да три небольших сборника стихов (1827, 1835 и 1842). Суровый приговор Белинского, бесповоротно осудившего поэта за его отрицательные воззрения на “разум” и “науку”, предопределил отношение к Баратынскому ближайших поколений. После смерти Баратынского Белинский, который имел много претензий к поэту, все-таки признавал: “мыслящий человек всегда перечтет с удовольствием стихотворения Баратынского, потому что всегда найдет в них человека — предмет вечно интересный для человека”.
Литературоведение второй половины XIX века считало Баратынского второстепенным, чересчур рассудочным автором. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона оценивает его так: “Как поэт, он почти совсем не поддаётся вдохновенному порыву творчества; как мыслитель, он лишён определённого, вполне и прочно сложившегося миросозерцания; в этих свойствах его поэзии и заключается причина, в силу которой она не производит сильного впечатления, несмотря на несомненные достоинства внешней формы и нередко — глубину содержания”.
Глубоко-своеобразная поэзия Баратынского была забыта в течение всего столетия, и только в самом его конце символисты, нашедшие в ней столь много родственных себе элементов, возобновили интерес к творчеству Баратынского, провозгласив его одним из трех величайших русских поэтов наряду с Пушкиным и Тютчевым. О Баратынском тепло отзывались практически все крупнейшие русские поэты XX века.
15 интересных фактов из жизни Баратынского
Российский поэт Евгений Баратынский зарекомендовал себя не только как талантливый литератор, но и как очень опытный переводчик. Тем не менее, современниками его творчество не было оценено по достоинству, да и по сей день литературными критиками ведутся жаркие споры о его творчестве. Но ясно одно — поэзия Баратынского явно была недооценена в своё время.
Интересные факты из жизни Баратынского