банкротство физ лиц реальные истории
Выхода нет: когда банкротство не спасет от долгов
Должник обязан стремиться рассчитаться с кредиторами, насколько это возможно. Поэтому суды учитывают действия должника перед банкротством или уже во время процедуры. И оценивают его «добросовестность», которая может толковаться судами по-разному. При этом нужно ориентироваться на поведение должника в целом. Суду необходимо разбираться в таких моментах самостоятельно, даже если сами стороны не акцентируют на них внимания. На это в апреле обратил внимание Верховный суд.
Анализ судебной практики показал, что под «недобросовестностью» суды могут понимать самое разное поведение должника.
Не помог управляющему
Закон запрещает несостоятельному гражданину избавляться от долгов, если его привлекли к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство. Так произошло в деле № А33-3243/2017. Оксана Бровченко отказалась передать финансовому управляющему свои банковские карты. За это АС Красноярского края привлек ее к «административке» по ч. 7 ст. 14.13 КоАП. Суд решил, что она «воспрепятствовала деятельности управляющего», и вынес ей предупреждение. Из-за этого три инстанции признали, что должница вела себя недобросовестно, и не стали списывать ее долги по итогам банкротных процедур.
Чтобы не оказаться недобросовестным, должник обязан всячески сотрудничать с финансовым управляющим, не допуская злоупотреблений.
Павел Герасимов, партнёр, генеральный директор юридического бюро Падва и Эпштейн Падва и Эпштейн Федеральный рейтинг. 29 место По количеству юристов ×
А в деле № А82-14038/2016 должницу Маргариту Малышеву не освободили от долгов по другой причине. Она не предоставила управляющему никаких документов: ни сведений о кредиторах и должниках, ни информации о банковских счетах, ни данных о своих доходах. Кроме того, Малышева вообще не приходила в суды на заседания по своему делу. При этом она продала квартиру и машиноместо, и денег от их продажи хватило бы на оплату требований кредиторов. Но деньги она не передала. Суды решили, что в таком случае освободить Малышеву от долгов нельзя.
Набрал долгов
Распространенная ситуация: чтобы расплатиться с уже существующими долгами, человек набирает новые. Но не всегда такое поведение суды оценят как недобросовестное.
В деле № А40-41410/2016 основными кредиторами Алексея Рябцева оказались другие граждане, его знакомые. Он продолжал брать у них в долг миллионы рублей, хотя знал, что не сможет вернуть деньги. При этом он даже не платил и по старым займам. Кроме того, он также скрыл от управляющего информацию о нескольких своих кредиторах и о том, что у него есть автомобиль. Суды признали такое поведение недобросовестным и не стали списывать долги.
А вот в банкротстве Сергея Киреева ситуация была другой: его основными кредиторами были банки. В 2012 году он взял крупный кредит, в 2015 — еще несколько. Три инстанции признали такое поведение недобросовестным, ведь Киреев наращивал свои долги без возможности их погасить, а также отказался заключать с банками мировое соглашение. Но Верховный суд обратил внимание, что в этом деле не было выявлено признаков преднамеренного банкротства.
Кроме того, при получении кредитов должник предоставлял банкам полные и достоверные сведения о своем финансовом состоянии. А прекращение расчетов с кредиторами произошло по «объективным причинам»: из-за снижения зарплаты на 30%. Судьи экономколлегии признали его поведение неразумным, но не увидели в нем недобросовестности. А неразумное поведение не должно быть поводом для неосвобождения гражданина от долгов (дело № А41-20557/2016).
Если кредитором выступает банк, то поведение гражданина по принятию на себя обязательств, превышающих его активы, не может быть истолковано как «недобросовестное». Банк как профессиональный субъект оборота должен сам проводить проверку гражданина.
При этом если гражданин набрал кредитов, предоставив недостоверные сведения о своем положении, его от долгов не освободят, обращает внимание Улезко. В деле № А40-142506/2016 Никита Коршунов брал кредиты, предоставляя банкам «липовую» справку о своих доходах. Арбитражный суд Московского округа признал такое поведение недобросовестным, и в итоге АСГМ не стал освобождать должника от обязательств по итогам процедур.
Спрятал имущество
Часто должники в преддверии банкротства начинают «прятать» свое имущество от кредиторов. Что-то продадут, что-то подарят своим родственникам. Но так делать нельзя, и Верховный суд в апреле это подтвердил.
В 2008 году Александр Михайлов начал работать в «Инвестгазпроме». Почти сразу он договорился с работодателем о покупке авто в долг. Компания купила сотруднику УАЗ Патриот за 700 000 руб., а деньги оформила под 2% годовых. Стороны договорились, что сумму Михайлов должен вернуть до 2014 года. Деньги должны были удерживать из его зарплаты. Но сотрудник предпочел не выплачивать долг, а спустя всего три дня после перевода денег уволился.
Деньги в итоге взыскали через суд, но и после этого Михайлов не стал возвращать их. Он продал автомобиль, а еще подарил свою долю на земельный участок и квартиру своей супруге. В процедуре банкротства управляющий оспорил эти сделки, и имущество вернулось в конкурсную массу. Но денег для оплаты всех долгов не хватило. При этом суды трех инстанций все равно решили освободить Михайлова от долгов (дело № А72-18110/2016).
Экономколлегия рассмотрела спор и решила, что суды не исследовали изначальное поведение Михайлова. Долг у него образовался из-за того, что он взял у работодателя заем, обещал вернуть деньги, но тут же уволился. Только это позволяет усомниться в добросовестности должника и не освобождать его от обязательств, отметил ВС. Но в случае Михайлова нижестоящие инстанции закрыли глаза и на другие злоупотребления с его стороны: после взыскания денег через суд он сразу продал машину и подарил жене земельный участок и долю в квартире.
При новом рассмотрении дела Арбитражный суд Ульяновской области учел эти обстоятельства и решил не списывать с Михайлова долги по завершении банкротства.
Отказался от наследства
Интересное решение по банкротному спору несколько лет назад вынес Арбитражный суд Северо-Кавказского округа. Безработный Иван Неретин, имея долг перед своим знакомым, в 2011 году отказался от наследства, а через год взял несколько кредитов. В 2016 году суд признал Неретина банкротом. Три инстанции, которые поддержал и ВС, расценили его поведение при отказе от наследства как недобросовестное. Таким образом он попытался уклониться от погашения долгов. В итоге долги с него не списали (дело № А53-1344/2016).
По мнению Александры Улезко, это разбирательство — яркая иллюстрация того, что «автономия воли» гражданина в случае возбуждения банкротства ограничена. И любые действия и даже бездействие, которые потенциально повлекут за собой уменьшение конкурсной массы, расценят порой как недобросовестные. Эксперт предполагает, что практика может продолжить развиваться не в пользу должников и суды по такой логике начнут признавать «недобросовестным» неподачу потенциально выигрышного иска в суд или отказ от него. Ведь гражданин мог бы выиграть спор, и за счет полученных денег пополнилась бы конкурсная масса.
Не повторять: пять главных ошибок граждан-банкротов
Самая частая ошибка должников — попытка отчуждения активов в преддверии банкротства. Не знаю, на чем конкретно основано заблуждение, что если имущество не принадлежит должнику в момент рассмотрения дела, то оно не войдет в состав конкурсной массы.
Игорь Илларионов, арбитражный управляющий
То, что отчуждение активов — это самая распространенная ошибка несостоятельных граждан, подтверждает и статистика. Заявления о признании сделок должника недействительными одни из самых популярных в банкротном процессе. По данным судебного департамента при ВС, суды рассмотрели больше 36 000 таких заявлений и почти половину из них удовлетворили.
Выводить имущество должники могут по-разному. Кто-то в преддверии банкротства отличается удивительной щедростью. В 2014 у Марии Росляк возникли долги перед кредиторами, а спустя год она решила подарить двум своим дочерям две квартиры и два дома вместе с землей под ними. Общая сумма активов «потянула» на 144 млн руб. В 2017-м женщину признали банкротом. Ее финуправляющий Евгений Семченко решил оспорить договоры дарения, так как они причинили вред кредиторам. Три инстанции ему отказали. А вот «тройка» судей ВС под председательством Дениса Капкаева посчитала, что Росляк не могла безвозмездно избавиться от таких дорогих активов, уже имея обязательства перед кредиторами.
Сделки фактически были направлены на сокрытие принадлежащего должнику имущества, решил ВС.
В итоге все договоры дарения СКЭС признала недействительными. Спор в части последствий признания сделок недействительными ВС вернул в АСГМ (дело № А40-47389/2017).
Некоторые должники считают, что более надежный способ вывода активов — возмездная сделка. Они продают квартиры или машины знакомым по ценам в разы ниже рыночных (дело № А41-29941/2017) и продолжают ими пользоваться (дело № А70-14377/2019). Но перехитрить суды не вышло, обе эти сделки признали недействительными.
Еще более находчивым оказался Андрей Егоров. В 2012-м он взял кредит в банке под залог своего Subaru Impreza. В 2018-м мужчину признали банкротом, а еще через год он снял иномарку с учета «в связи с утратой». Документов об угоне он предоставить не смог. Финуправляющий решил, что должник фактически скрыл залоговый автомобиль. Все закончилось тем, что АС Приморского края завершил процедуру, но долги с Егорова не списал (дело № А51-10914/2018).
Любой потенциальный банкрот, планирующий по итогам процедуры освободиться от исполнения обязательств, ни при каких обстоятельствах не должен экстренно выводить свое имущество, совершая при этом подозрительные сделки.
Элина Криксина, руководитель практики реструктуризации и банкротства SAVINA LEGAL SAVINA LEGAL Федеральный рейтинг. ×
Если сомнительную сделку вы все-таки совершили, а управляющий пытается ее оспорить, то Илларионов советует должнику делать все, чтобы вернуть имущество в конкурсную массу. Практика исходит из того, если банкрот это сделает, то останется добросовестным, а значит, с него спишут все долги по итогу (дело № А40-128592/19-38-154).
Часто граждане заключают алиментные соглашения на огромные суммы, рассчитывая, что деньги тогда в любом случае «останутся в семье».
Наталья Григорьева, генеральный директор ЮБ Григорьев и Партнеры Григорьев и Партнеры Региональный рейтинг. группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Арбитражное судопроизводство группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции 10-11 место По количеству юристов 6 место По выручке Профайл компании ×
Врать, недоговаривать или обманывать своего финуправляющего — плохая тактика. Ведь закон о банкротстве прямо предусматривает: если гражданин не представил сведения или сообщил ложные данные, то его могут не освободить от долгов (п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).
Затягивание с передачей имущества, документов или банковских карт финансовому управляющему не поможет спасти активы. А принудительное истребование через суд и приставов лишь увеличит риски отказа в освобождении от долгов.
В деле о несостоятельности Евгении Кузьминой управляющий Анатолий Смирнов выяснил, что у должницы есть две машины: Hyundai Solaris и старенькая «четверка». Сама женщина об этом умолчала, но в ГИБДД подтвердили, что оба авто оформлены на Кузьмину. Управляющий пытался забрать их у нее, но та их не отдавала, игнорируя все запросы Смирнова. В итоге об этом он написал в своем отчете, а суд не освободил должнику от долгов (дело № А41-26960/2019).
Не списали долги по итогам процедуры и с депутата Заксобрания Свердловской области Ильи Гаффнера (дело № А60-55069/2015). Уже после возбуждения дела он получал зарплату черед кассу, хотя его работодатель должен был переводить деньги на специальный банковский счет. Правда, потом все деньги (почти 450 000 руб.) Гаффнер вернул. Суды учли и то, что должник не сотрудничал с управляющим: не рассказал о наличии активов, целей крупных займов. В итоге три инстанции не освободили его от обязательств перед кредиторами, а ВС отказался передавать кассационные жалобы на эти решения.
Алевтина Полякова оформила справку 2-НДФЛ в фактически недействующем обществе и на ее основании взяла восемь кредитов в разных микрофинансовых организациях. За три месяца ей удалось получить займов почти на 300 000 руб. После этого она инициировала собственное банкротство, объяснив, что не могла платить по кредитам, потому что нигде не работает. Суд обратил внимание, что кредитные организации оформили займы на основании недостоверной справки о доходах. Общество, в котором должница якобы ежемесячно получала почти по 20 000 руб., фактически не работало уже год. В итоге Полякову признали банкротом, но вот долги списывать не стали. Это решение поддержала и апелляция (дело № А33-4586/2020).
Выселяют на улицу: реальные истории банкротства физлиц
МОСКВА, 3 окт — РИА Новости, Наталья Дембинская. Вот уже два года, как в России действует закон о банкротстве физических лиц. За это время им воспользовались около 40 тысяч человек, хотя, по оценкам специалистов, сейчас около 700 тысяч россиян — потенциальные банкроты. Фактически это все те, кто задолжали банкам свыше 500 тысяч рублей и не выплачивают кредиты более трех месяцев. Корреспондент РИА Новости разобралась в том, как на самом деле работает закон о банкротстве физлиц, с какими сложностями придется столкнуться и чем нужно будет пожертвовать ради будущего без долгов. Как начинались и чем закончились истории персональных банкротств — в материале РИА Новости.
Сколько это стоит
Первое, о чем стоит помнить тому, кто захочет объявить себя банкротом: за эту процедуру придется заплатить. Во-первых, обязательные расходы: 25 тысяч стоят услуги арбитражного управляющего (этот специалист выступает в роли профессионального посредника между должниками, банками и судом) — такую сумму вносят на депозит суда, еще 10-15 тысяч уйдет на текущие расходы, а 300 рублей — на оплату госпошлины.
Таким образом, «несгораемая» сумма, которую придется уплатить в любом случае, составит порядка 40 тысяч рублей. Отдельно оплачиваются услуги юристов: далеко не у всех получится самостоятельно составить заявление и собрать все документы для подачи в суд. Минимум, который попросят за юридическое сопровождение процедуры банкротства, — 5% от суммы долга.
Как все происходит
Банкротство предполагает две стадии: реструктуризацию долгов и реализацию имущества. На первом этапе гражданин, имеющий какой-то доход, может договориться с кредитором о выплате долга за два-три года (пени и неустойки уже с момента вхождения в процедуру банкротства не начисляются). Если же дохода нет либо он слишком мал, вводят фазу реализации имущества. Впрочем, часто бывает так, что процедура есть, а имущества нет.
Безработный из Москвы
«В октябре прошлого года к нам обратился Алексей из Москвы (имя изменено. — Прим. ред.), который перебивался непостоянными заработками и накопил долг в 530 тысяч рублей», — рассказал Никита Попов, руководитель юридической компании «Мэй Дэй». В компании признаются: людей с такими «маленькими» долгами берут в работу не слишком охотно, но решили пойти клиенту навстречу.
Как вспоминает юрист, этот человек попал в сложную ситуацию: не мог найти постоянную работу, жена от него ушла, ребенка забрала, вдобавок мать попросила переписать квартиру на сестру, ведь у той муж и дети, а у тебя, мол, ничего нет, поэтому им она нужнее.
«Этот человек, по сути, оказался на обочине жизни, притом что не пил и имел неплохое образование», — отмечает Попов.
Поскольку заработки Алексея были нерегулярными, а его кредитная история — чистой, он охотно брал кредитные карты, которые предлагали ему банки: отказать не сумел сразу четырем кредиторам. Когда долги накопились, пошла просрочка, а денег, чтобы ее выплачивать, не было, его начали прессовать судебные приставы. Но он сориентировался в ситуации, обратился к юристам — и в марте ему ввели процедуру банкротства.
Алексею, можно сказать, повезло: у него не было в собственности никакого значимого имущества, в том числе квартиры. Но даже если бы и была, реализовать бы ее не удалось: по закону, продать можно все, кроме единственного жилья.
В перечень входит и другое имущество, которое не может быть реализовано: например, единственная корова или единственное пальто (одно зимнее, одно летнее). Но, по словам Попова, на это «никто никогда не смотрит».
«Нашему клиенту повезло: поскольку у него за душой не было фактически ничего, его долги просто списали, в октябре он закончит процедуру, очистится от долгов и начнет жизнь с чистого листа», — заключил юрист.
Пенсионерка из Краснодара
Легким испугом отделалась при процедуре банкротства и краснодарская пенсионерка Елена.
«Она взяла кредиты в двух банках — потребительский в «Сбербанке» и два «карточных» в «Альфа-банке» — пыталась помочь дочери купить квартиру. Набежало всего на 736 тысяч рублей вместе со штрафами и неустойками», — рассказала ведущий юрист Европейской юридической службы Саният Саламова.
Когда только начинается процедура банкротства, сразу выявляется имущество, которое можно продать, и тем самым потом погасить долги.
«Дохода у нашей клиентки не было, так как она была пенсионеркой, не было у нее и имущества: она жила в доме у дочери. У нее был какой-то телефон и ноутбук — это и продали. Остальной долг списали, так как больше продавать было нечего», — вспоминает Саламова.
Валютный ипотечник
Те, у кого нет другой недвижимости, кроме единственного жилья, могут не беспокоиться — реализовать его нельзя по закону. Но здесь есть неприятное исключение: если единственное жилье — ипотечное, то его просто продадут, а куда пойдет его прежний владелец никого не волнует — хоть на улицу, констатируют юристы.
«Звучали предложения, чтобы владельцев ипотечного жилья, прошедших процедуру банкротства, временно переселять в маневренный жилой фонд (куда на время перемещают жителей при сносе домов), чтобы они хоть как-то наладили свой быт, но государство их не поддержало», — отмечает арбитражный управляющий Кирилл Бодров, который не раз выставлял на торги ипотечные квартиры должников. Как правило, их владельцами были те, кто взял ипотеку в валюте.
«Долг одного из моих клиентов вырос в четыре раза — с 2,5 миллиона рублей до 10 миллионов рублей в результате изменения курса валют, и он не смог его погасить», — рассказал Бодров.
По его словам, сначала рассматривался вопрос о введении реструктуризации долга сроком на два года, но, разделив на этот срок его заработок и возмещение, оказалось, что это невозможно: доход слишком мал. Поэтому квартира, находившаяся в залоге у банка, была продана на торгах.
Почему россияне становятся банкротами: реальные истории
В 2018 году Арбитражный суд Вологодской области рассмотрел рекордное количество дел о банкротстве — 1480, больше половины — 787 — дела физических лиц.
В Череповце среди банкротов есть и пенсионеры, и бывшие предприниматели, и молодежь. В 90% случаев за потенциальными банкротами числится несколько кредитов. Когда долг разрастается и платить его невозможно, даже отдавая весь доход, будущий банкрот идет к юристу.
В этом материале собраны реальные истории банкротов, имена героев изменены по их просьбе.
Из финансистов в банкроты
40-летний Владимир по специальности экономист, окончил вуз в Москве. Подающий надежды финансист быстро нашел престижную работу. По словам Владимира, к банкротству его привели проблемы в личной жизни.
2306 банкротов зарегистрировано на конец января 2019 года в Вологодской области
по Интернету несколько юридических консультаций и отправил туда маму. Это был 2016 год, закон о банкротстве физлиц уже вступил в силу. Но юристы брались за дело с явной неохотой. Оно и понятно: закон еще «не объезжен», документов кипа, сильный истец находится в далекой Москве, а процесс настолько длительный и сложный, что простому смертному его не осилить. Поэтому отвечали в стиле: «Вот вам перечень документов, изучайте, собирайте, готовьтесь». Наконец нашел нужного адвоката, он максимально просто и доступно стал объяснять каждый шаг. Он же делал львиную часть работы. Простой пример: за все время мне не пришлось ездить ни в Москву, ни в арбитраж! Документы, которые банк отказывался предоставлять дистанционно, адвокат запрашивал через суд. Например, справку о статусе долга, который к тому времени из 2,5 миллиона волшебным образом превратился в семь! Проценты, пени, штрафы — все сыграло свою роль. С морально-этической точки зрения это, конечно, грабеж, но в кредитных договорах комар носа не подточит. В итоге звонки коллекторов прекратились почти сразу (юрист первым делом написал заявления от каждого члена семьи), а уже через три месяца я получил официальное решение арбитражного суда о признании меня банкротом! Из-за нервного истощения эмоций на тот момент не было никаких. Кроме безмерной благодарности людям, которые не только профессионально выполняют свою работу, но и способны отнестись к тебе по-человечески, а не по законам этого волчьего мира. Ведь сколько необдуманных поступков, суицидов, убийств совершают люди, попавшие в кредитную яму! Сейчас у меня ничего нет, доход — несоизмеримо меньше, но я ничего никому не должен. А это главное. Жизнь продолжается с чистого листа».
В долговую яму привел бизнес
Крупный долг на семье 78-летней пенсионерки Ирины Николаевны повис, когда муж и сын занялись торгово-закупочным бизнесом. Под гнетом долга семья жила больше 10 лет и сумела освободиться только после принятия закона о банкротстве.
«Всю жизнь я отработала на заводе. Мы с мужем уже были на пенсии, когда сын предложил поучаствовать в бизнесе. Это был 2004 год, тогда многие торговлей занимались. Показалось, что наше предприятие будет успешным. Муж и сын взяли кредит, я была поручителем, так все и началось. Проценты, по сравнению с нынешними, были большие — 28 минимум, да страховку плати обязательно. Открыли отдел на складе в Северном районе, торговали всякой всячиной. Сначала дело пошло. Потом кризис случился, и началось — всё кругом подорожало. В какой-то момент мы не смогли внести платеж, взяли другой кредит, чтобы текущий покрыть, потом еще… Когда очнулись, общая сумма долга перевалила за два миллиона. А еще и аренду плати… Банки к нам были очень лояльны. Звонили, конечно, но без ругани, рассрочки давали, да что толку! На тот момент нам жить было не на что, не то что долги платить. Начали продавать все более-менее приличное: гараж ушел, автомобиль хороший… Только квартира осталась, но не бомжевать же! Однажды мне рассказали о банкротстве, я нашла адвоката, процедуру запустили. Через полгода мы стали банкротами. Все эти годы эмоционально было очень тяжело. Мы буквально ночей не спали. Муж капитально заболел, у него теперь онкология, я сахарный диабет заработала. Думаю, все это от постоянного эмоционального напряжения, усталости какой-то. Как будто больше себе не принадлежишь, будто жизнь кончилась и ничегошеньки впереди нет. Но ведь мы не какие-то мошенники, такое с нами впервые случилось. Сейчас в банке проценты несравнимо ниже, условия лучше, людям легче, наверное… Когда долги списали, естественно, полегчало, но чувство вины все равно не проходит. Справиться мы не смогли, значит, что-то делали не так. Надо было все рассчитывать скрупулезно, каждую копеечку, каждый рублик… Мы этого не делали…»
Чужой долг: история поручительницы
54-летняя Ольга всю жизнь отработала на вредном производстве, вышла на пенсию, и на ней повис чужой долг.
«Знакомая девушка-предпринимательница решила взять кредит для своего бизнеса. Это был 2008 год, кредиты тогда давали только под поручительство. Поручителей нужно было двое, согласилась я и еще один. Почему согласилась? Не знаю, просто решила помочь… Она взяла 300 тысяч, а отдавать нужно было чуть не в три раза больше! Я еще подумала про грабительские проценты, но дело хозяйское. Потом случился кризис. Заемщица обратилась в суд с жалобой на систему процентов: тогда с нее взяли за открытие счета, еще что-то. Суд решил, что банк ей должен вернуть 150 тысяч, а кредит все равно нужно выплачивать. Начались просрочки. Об этом мы со вторым поручителем узнали, когда нам начали звонить банки и коллекторы. Все это продолжалось не один год. Несколько судов было, последний в Москве и не в нашу пользу. В итоге я должна была выплатить банку 320 тысяч, такую же сумму и второй поручитель. А сумма кредита была 300 тысяч! Всё это афера чистой воды. Дни для меня начались кошмарные. Я тогда уже была на пенсии — вышла по горячей сетке. Тяжелое производство, здоровье подорвано — слепая, больная. Ежемесячно с моей карты начали списывать половину пенсии. На жизнь оставалось пять тысяч рублей! Работу найти не могла вообще. За полгода я похудела на 15 килограммов. Приставы сказали: не будешь платить, детям долги перейдут. Чужой долг моим детям! Мне внутри так больно стало… Потом знакомая посоветовала обратиться с заявлением на банкротство, как раз закон этот вышел. К юристу пришла вся в слезах. Банкротом меня признали, потом какое-то время меня контролировал надзиратель (конкурсный управляющий. — cherinfo). Смотрел, как я живу, на что трачу деньги, не скрываю ли чего в финансовом плане. Когда в первый раз пришел ко мне домой, удивился — брать с меня нечего. В итоге долг с меня списали. Второй поручитель так и платит до сих пор, на банкротство не подавал, зарплата у него хорошая, невыгодно, сказал. Суд запретил мне три года выезжать за границу. Но куда ехать-то? Денег все равно нет. А с той предпринимательницей все в порядке: у нее швейный цех, оборудование… Она даже не удосужилась его продать, работает до сих пор. На кого все это оформлено, я не знаю, но хозяйка она. Пока на мне висел долг, приставы с меня списали 100 тысяч, но истинная заемщица мне их так и не вернула, бессовестная. Больше добавить нечего».
Коэффициент обанкроченности
Этот термин используют, когда хотят посчитать, сколько банкротов приходится на определенное число граждан.
По данным Единого федерального реестра сведений о банкротстве, коэффициент обанкроченности в России за 2018 год вырос почти в два раза. Сегодня на 100 тысяч россиян приходится 68 банкротов. Вологодская область здесь лидирует: на 100 тысяч жителей — 194 банкрота. Далее идут Калмыкия, Рязанская, Пензенская и Белгородская области.
«Одна из причин такого количества дел о банкротстве — активная позиция юристов. Они рекламируют свои услуги буквально на каждом шагу. В ведущей областной газете на главной странице: такая-то организация проведет процедуру, консультации бесплатные. Что касается самих банкротов, к финансовому краху их приводят, как правило, несколько кредитов, а не один: берут в одном банке, потом в другом… По 100, 200, 300 тысяч берут… Иногда перекредитовываются в микрофинансовых организациях. Низкая финансовая грамотность населения и доступность кредитов тоже играют свою роль. Обычно как: возьмите карту в нашем банке бесплатно, завтра вам ее принесут, порой даже из дома выходить не нужно. Процедура банкротства, как она подается в рекламе, выглядит очень примитивно: не хочешь платить — не плати. Это совершенно не так. Не можешь платить — есть шанс все начать сначала», — объясняет председатель Арбитражного суда Вологодской области Игорь Чапаев.
Суд спишет кредит, депрессия заберет здоровье
В Вологодской области почти все, кто запустил процедуру банкротства, в итоге признаны банкротами, кредиты были списаны. Процедура реструктуризации долга применяется редко, потому как взять с должника, как правило, нечего. В прошлом году ее применили к 37 должникам, с четырех кредиторы в итоге сняли все долги.
В 2018 году лишь в 11 случаях жителей региона не освободили от кредитных обязательств. «Отказники» были замечены в злоупотреблении кредитами, предоставили суду недостоверные сведения.
В Череповце каждая третья процедура банкротства физлица связана с долгами микрофинансовой организации, рассказал cherinfo юрист бюро «Гурняк и партнеры» Олег Иванов:
«Недавно пришла пенсионерка с 15 кредитами! Все взяты в микрозаймах. Оказывается, только на улице Горького пять подобных организаций! Женщина прошлась по всем, набрала денег и теперь запустила банкротство. Был клиент, который получил микрозайм в 100 тысяч, потом его долг вырос до 480».
Некоторые от банкротства отказываются, боясь потерять имущество и зарплату. По закону потенциальный банкрот минимум полгода (два месяца процедура наблюдения, еще четыре реализация имущества) получает только прожиточный минимум, из нажитого ему оставят лишь квартиру, при условии, что она единственная. Это не относится к ипотечному жилью. Ипотечную квартиру продадут, сумму установит залоговый кредитор. Все расходы в деле о банкротстве лягут на должника, затраты составляют от 60 до 120 тысяч рублей.
Те, кто прошел дорогой финансового краха, теряют не только деньги, но зачастую и здоровье.
«Много обязательств, финансовых проблем, безработица — человек попадает в хроническую травмирующую ситуацию, которая длится месяцы, а то и годы. На психику это действует пагубно. Конечно, все зависит от человека: если он стойкий к стрессам, оптимистичный, потери для него будут минимальны. Чувствительные люди переживают остро, уходят в депрессивные состояния, а это уже болезнь. Человек плохо спит, у него снижается аппетит, мысли плохие появляются, в том числе суицидальные. К нам такие пациенты попадают часто, лечатся в отделении неврозов и на дневном стационаре. За последние годы таких людей все больше, это говорит о том, что жизнь легче не становится», — поясняет главный врач областного психоневрологического диспансера № 1 Виталий Воронов.
Банкротство будет проще
В 2019 году законодатели обещают ввести так называемую упрощенную процедуру банкротства:
Чтобы уменьшить расходы граждан, у которых не всегда есть возможность воспользоваться помощью юристов, Роспотребнадзор и Минэкономразвития предложили подключить к процедуре МФЦ. Сотрудники центров должны будут помогать правильно оформить и собрать документы для подачи заявления о признании должника банкротом.