асхат гиматдинов биография национальность
«Не нужна нам мишура из декораций!»: как проповедь победила театр в глазах 5 тысяч мусульман
В Crocus City Hall ДУМ РФ и ДУМ Москвы показали впечатляющую театрализованную проповедь «Кто я?» для 5 тыс. человек. Ранее эти проекты привозили и в Казань, местная аудитория может помнить спектакли с участием Марата Башарова. Причем с тех пор детище столичных муфтиятов только выросло в масштабах. Отсюда и новые трудности. Если в начале гости поразились масштабной диджитал-декорации, то уже через час — ее сначала частичной, а потом и полной поломкой. Корреспондент «БИЗНЕС Online» побывал на премьере и лично наблюдал за единственным случаем в истории, когда сорванный по техническим причинам спектакль понравился зрителям больше запланированного.
«Крокус» открылся для гостей за два часа до официальной проповеди, которую по традиции проводят ДУМ РФ и ДУМ Москвы. За это время в фойе сразу на трех этажах концертного зала можно было найти себе занятие по интересам Фото: Иветта Невинная
«Зачастую люди идут на поводу своих капризов, желаний и хотений»
«Крокус» открылся для гостей за два часа до официальной проповеди, которую по традиции проводят ДУМ РФ и ДУМ Москвы. За это время в фойе сразу на трех этажах концертного зала можно было найти себе занятие по интересам. Например, задуматься об изучении арабского языка или о приобретении памятной таблички с эксклюзивно написанным на арабском именем. Лавируя в живом потоке людей, можно было набрести на фотогалерею благотворительного фонда «Закят» или культурного центра «ДАР», который показал с десяток детских рисунков на религиозную тему. Тут же располагалась и брендированная фотозона проекта, очередь к которой тянулась почти к входным дверям.
Особой популярностью у гостей пользовался макет комнаты Пророка Мухаммада. Это полутораметровый куб с открытой передней стенкой, внутри которого находился сам макет комнаты. Скромная опочивальня с глиняными стенами, соломенной крышей, узкой жесткой кроватью и необходимым набором посуды. Ничего лишнего, и главное — место для намаза. Тут же, на втором этаже, имам Асхат хазрат Гиматдинов старался разобраться в семейных отношениях современных людей на примере личной жизни Пророка.
Культурный центр «ДАР» показал с десяток детских рисунков на религиозную тему Фото: Иветта Невинная
Невооруженным глазом было понятно, что почти половина собравшихся пришли с детьми. И даже возрастное ограничение «6+» на сам спектакль не заставило гостей оставить малышей дома. Правда, для них тут тоже развлечение нашлось. На протяжении всего мероприятия в «Крокусе» работал детский сад, который занимал как самых юных зрителей, так и ребят постарше.
«Этот проект мы планировали еще в прошлом году, но божья воля внесла свои корректировки. Причем во все, что связано с нами и нашей повседневной жизнью. И за это время вопрос „Кто я?“ стал более значимым и актуальным. Для того чтобы правильно понимать, что происходит вокруг, чтобы без доли уныния двигаться вперед, очень важно понять, какова наша миссия. Зачастую люди идут на поводу своих капризов, желаний и хотений вместо того, чтобы служить творцу», — произнес с гигантской сцены главный имам Московской соборной мечети и муфтий Москвы Ильдар Аляутдинов перед тем, как открылся занавес.
Особой популярностью у гостей пользовался макет комнаты Пророка Мухаммада. Это полутораметровый куб с открытой передней стенкой, внутри которого находился сам макет комнаты Фото: Иветта Невинная
«Димон из соседнего гаража»
Мгновенно 5 тыс. зрителей оказались в красочной чайхане, которая и стала главным действующим местом спектакля. За всем этим ярким убранством не сразу заметишь, что мебели особо и нет. На гигантской сцене стоит только круглый стол, несколько стульев, кожаный диван и барная стойка. А всю красоту создает технологичный вогнутый экран от одной кулисы до другой. Тут тебе и колонны, и шкаф с посудой, и окно с видом на ночной город.
В этих хайтек-убранствах появляются и главные герои — три брата. Старший (Рафаэль Мукаев) — владелец этой чайханы, видный предприниматель, любитель нравоучать младших братьев, покричать на жену да пожаловаться на жизнь. Средний (Егор Рыбаков) ведет умеренную и скорее традиционную жизнь мужчины своих лет. Живет и с женой, и с мамой, ест из одной руки и из другой, за что над ним постоянно шутят братья, и, конечно, мечтает съехать от матушки. Но как же? Она ведь осталось совсем одна после смерти мужа. Младший (Эдуард Айткулов) отдувается сразу за все поколение миллениалов. Не вынимает телефон из рук, говорит сплошными хэштегами, пьет кокосовый раф, так еще и стендап-комедией подрабатывает вместо учебы на стомате.
Мгновенно 5 тыс. зрителей оказались в красочной чайхане, которая и стала главным действующим местом спектакля. За всем этим ярким убранством не сразу заметишь, что мебели особо и нет Фото: Иветта Невинная
Тогда же по закону жанра — а это раздутая по времени басня с неким сюжетом и моралью в конце, — начинают вскрываться тайные пороки, секреты и проблемы героев. Например, чайхану у старшего почти отобрали за долги, и наследство ему нужно, чтобы их покрыть. А показная любовь к беременной жене не что иное как очередное вранье, которое к тому же дополняется любовницей под кодовым названием «Димон из соседнего гаража».
Но кто бы стал рассказывать такие интимные подробности родственникам, с которыми и по телефону-то созваниваться не хочется? Для этого режиссер проекта Эльдар Сайфутдинов решил прибегнуть к истории из итальянского фильма «Идеальные незнакомцы» или «Громкая связь» в интерпретации «Квартета И». А именно — телефоны на стол! И все, что вы скажете, будет использовано против вас! Сказано — сделано. Так и поступили. Все эсэмэски прилюдно читали, звонки прослушивали. И от этого много друг о друге нелицеприятного узнали.
Сюжет очевиден, мораль тоже, действие стремительно несется к кульминации — на сцене появляется четвертый внебрачный брат (Джан Бадмаев)! И тут правая половина экрана тухнет. Серый экран. Никаких признаков жизни Фото: Иветта Невинная
«Все так, как должно быть»
Сюжет очевиден, мораль тоже, действие стремительно несется к кульминации — на сцене появляется четвертый внебрачный брат (Джан Бадмаев)! И тут правая половина экрана тухнет. Серый экран. Никаких признаков жизни. Спектакль еще идет какое-то время. Но основное действие перемещается уже в зрительный зал, где 20 человек у мониторов начинают лихорадочно носиться, нервно жать на кнопки и обзванивать весь техперсонал.
Спектакль вынужденно останавливают на пять минут, чтобы «починить и продолжить». Но пять минут быстро превращаются в 10, там и в 20, 30, 45… час… Положение спасал уже Аляутдинов, для которого, кажется, техническая накладка стала внеплановым экзаменом по ораторскому мастерству. И его он к честью сдал на отлично. Во-первых, потому что без подготовки не замолкал ни на минуту. А во-вторых, потому что стал читать содержательную, многопрофильную, изобилующую примерами, цитатами, аргументами лекцию о самых разных вещах без всякой подготовки.
И если еще можно было сомневаться — нравится зрителям спектакль или нет, то внеплановый моноспектакль однозначно был воспринят на ура. И доказательство — сотни включенных на запись камер телефонов. Кто-то даже от руки в блокнот записывал тезисы имама.
Спектакль вынужденно останавливают на пять минут, чтобы «починить и продолжить». Но пять минут быстро превращаются в 10, там и в 20, 30, 45… час… Положение спасал уже Ильдар Аляутдинов Фото: © Михаил Воскресенский, РИА «Новости»
Экран еще пытались тщетно реанимировать, но вскоре отказала и вторая половина декорации. Внешне сцена была погружена в серость и безликость. Но именно эта метафора так понравилась собравшимся, что с каждого места в зале раздавалось: «На то воля Всевышнего».
К тому же так собравшиеся постепенно перешли к заключительной части программы — publik talk с участием блогера и правозащитника Мариам Алиевой, Аляутдинова, ректора Исламского университета Кыргызстана Абдишукюра Нарматова и модератора проекта Ашика Саида Конурбаева.
Стоит ли говорить, что именно за этим собрались зрители. Им важно было услышать тысячи ответов на сотни вопросов: а мое будущее в моих руках? А мирская жизнь человека зависит от него самого? А поступки определяют состояние души? А как воспитать детей с любовью к жизни и исламу? Как найти любовь в себе?
«И не нужна нам эта мишура из декораций! Все так, как должно быть», — уходя, кричали зрители.
«Стать имамом — предназначение Аллаха с самого детства». Интервью с имамом Мемориальной мечети Асхат хазратом Гиматдиновым
В Москве четыре мечети: Московская Соборная, Московская Мемориальная, Московская Историческая, комплекс мечети «Ярдэм» и «Инам» в районе Отрадное.
Московская Мемориальная мечеть возведена в одном из памятных мест Москвы — на Поклонной горе. Она посвящена памяти мусульман, погибших в Великой Отечественной войне. Московская Мемориальная мечеть торжественно была открыта в 1997 году. Прихожанами этой мечети являются татары, вайнахи, дагестанцы, турки. Службы проходят на арабском и на русском языках.
С момента открытия в Мемориальной мечети г. Москвы имам-хатыбом является Шамиль-хазрат Аляутдинов, а одним из ведущих имамов мечети — Асхат хазрат Гиматдинов. Ребята из группы «Юный журналист» подготовились к интервью с Асхат хазратом: договорились с ним о встрече, узнали из разных источников о собеседнике, подготовили вопросы для беседы.
Асхат хазрат — родом из г. Ульяновска, 1986 года рождения. По его рассказам, когда было ему пять лет, его отец отвел маленького Асхата в медресе центральной мечети г. Ульяновск, где учился 6 лет. Наверное, это уже определило дальнейшую судьбу будущего имама одной из мечетей Москвы — Мемориальной мечети. Всевышний Аллах с такого малого возраста наставил его на путь будущего имама.
Ас-саляму алейкум уа рахматуллахи уа баракатух, уважаемый Асхат хазрат. Нам хотелось бы узнать, с вашего позволения, о Вас и о Вашей работе.
Асхат хазрат: Уа алейкум ас-салям уа рахматуллахи уа баракатух, очень рад находиться в вашем кругу, альхамдулиллях. На днях с джамаатом читали намаз аль-аср, в переднем ряду сидели совсем молодые ребята. Глядя на них, я вспомнил свои молодые годы, когда папа привел меня, пятилетнего мальчика, в мечеть г. Ульяновска. Преподавать к нам приходили учителя из райно: русский язык, арабский язык, Коран. В одном здании — в старой мечети — проходили занятия, а в другом здании — центральной мечети — с джамаатом совершали намаз. С дедушкой возвращались обратно после намаза на учебу. Отучившись шесть лет, медресе закрыли, и после чего поступил в обычную школу, там отучился два года. Я без интереса учил такие предметы, как математика, русский язык и другие школьные, но зато мне хотелось учить религиозные знания, меня интересовала религия ислам. Я помню, когда был маленьким, брал Коран, переворачивал его, хотя не умел читать, но делал вид, будто читаю. Я и всякие игры играл, связанные с исламом. В пятилетнем возрасте у меня впервые взял интервью корреспондент газеты «Юность» г. Ульяновска. Когда корреспондент спросил меня: «Кем хочешь стать?», я, не задумываясь, ответил: «Муллой и боксером тоже». А затем в газете прочитал следующие строки о себе: «Не знаем, как со спортом, но в духовной части точно будет муллой, ин шаа Аллах, так как открыл первую книгу „Алиф Ба“».
Самое главное, что в дальнейшем все сбылось, альхамдулиллях! После того, как отучился два года в школе, мне захотелось поехать в Турцию для получения знаний (в то время мой двоюродный брат учился в Турции).
Когда исполнилось 13 лет, я с папой совершил хадж (у меня с детства была мечта совершать хадж). Во время хаджа познакомились с арабами, один из них был директором медресе в г. Альметьевске, Шейх родом из Судана. Он предложил мне поехать в Альметьевск учиться в медресе: «Приезжай к нам в медресе в Альметьевск». Я и поехал, альхамдулиллях, проучился там два года в медресе. Затем из 100 студентов выбрали троих и увезли нас в Медину, чтобы сдавать экзамены. Но, к сожалению, меня не приняли, т. к. я не подходил по возрасту (принимали с 18-ти лет, а мне было всего 16). Конечно, я расстроился! Остался в Медине. Однажды приехали арабы из города эр-Рияд, с ними был директор университета имени короля Сауда, он спросил моего отца: «Не хочешь отдать учиться сына?» Но мне тогда исполнилось только 16 лет, узнав об этом, они сказали: «Исполнится 18 лет, мы тебя примем», хотя я уже экзамены прошел. Пришлось уехать обратно на Родину в Ульяновск, где прошло собеседование. Альхамдулиллях, меня приняли учиться. Когда мне исполнилось 17 лет, получили приглашение из эр-Рияда — королевство Саудовской Аравии — из университета имени короля Сауда. Этот университет считается самым лучшим в арабском мире, здесь учились более 75000 студентов. Альхамдулиллях, для меня сделали исключение. Тем, кто спрашивал: «Как Вы приняли его, ведь ему нет 18-ти лет?», директор университета Халид аль-Мишари отвечал: «Мы сделали для него исключение». Когда год уже отучился, мне пришло приглашение с университета из Медины, но я остался в эр-Рияде, т. к. я уже привык там. После окончания Института арабского языка исламской культуры я поступил в университет на факультет «Куллиталь-Тарбия» — педагогический. Закончил его, альхамдулиллях! Два года еще учился в вузе и параллельно учил Коран. Был специальный факультет у одного Шейха после утреннего намаза, где изучали Коран, а у меня было желание выучить Коран наизусть. Если ты знаешь наизусть весь Коран, то ты можешь всегда приводить доказательства (далиль). После окончания я приехал в родной Ульяновск, но еще оставалось два года до окончания института. На Родине я женился, после женитьбы с супругой поехали обратно, чтобы закончить свою учебу. Там родился первенец — сын Сулейман. После окончания института мы приехали обратно в Ульяновск, начал работать в муфтияте. В 2011 году пригласил меня в Москву Ильдар хазрат, и с этого времени я работаю здесь.
Как уже сказали, что Вы из города Ульяновска, сложно ли было привыкнуть в Москве после переезда из периферии?
Асхат хазрат: Честно сказать? Мы жили в Саудовской Аравии 10 лет, поэтому я и думал, и общался на арабском языке. Муфтий Айюб хазрат в Ульяновске меня отправлял на практику в разные мечети на джума намазы, которые проходили в основном на татарском языке, а русский язык я знал плохо. Тогда думал, что в Москве мусульмане интеллигентные, и как же я со своим «русским языком»? А когда приехал, увидел, что мусульмане Москвы такие же, как и там. Мы живем, как одна семья, несмотря на то, что среди нас есть и из Азербайджана, из Чечни, Кавказа и из Татарстана и т. д. Альхамдулиллях, все мы дружны, как братья. Здесь в Москве чувствую себя ближе и роднее, чем даже в Ульяновске. Тем более, я же в 14 лет уехал из этого города, и жил там немного.
Асхат хазрат, так как Вы являетесь хафизом Корана, нам хотелось бы узнать, сколько времени Вам потребовалось для того, чтобы полностью выучить Священный Коран? Какие советы Вы можете дать для того, чтобы достичь такого уровня знаний?
Асхат хазрат: Для того чтобы выучить Коран, время потребуется каждому человеку по-разному, например, Хасибулла — первый учитель по Корану из Афганистана, выучил Коран за 2 месяца. Представляете? Он еще и книгу написал по таджвиду. Его родители умерли, когда переселялись из Афганистана в Пакистан, он рассказывал: «Мы жили бедно, у нас ничего не было. Я им ничего не мог дать в этой дунье. Потом прочитал хадис: „Родителям хафиза в судный День на голову оденут корону, украшенную из бриллианта и золота“. И я выучил Коран ради Аллаха». Другой шейх — имам мечети Аль-Харам, выучил Священный Коран в свои 28 лет за 8 месяцев, и он стал лучшим чтецом Корана. А некоторые хафизы начинают учить Священное Писание с 5 лет.
У меня было намерение — ният — выучить Коран. И я начал учить, учил я в день по полстраницы. Выучил Священный Коран, так сказать, с повторениями. Выучить легче, чем повторять. В Коране много похожих аятов, поэтому часто путаешься. Я выучил Коран в течение двух с половиной лет.
Если спросите: «Ради чего я учу?», конечно же, не ради того, чтоб называли меня «чтецом Корана» или «хафизом»! Конечно же, не ради этого! А ради довольства Аллаха, чтобы в судный День я мог быть заступником для других людей. Пророк Мухаммад, мир ему, сказал: «Любимые дела перед Аллахом — это те, которые являются продолжительными». Конечно же, лучше учить Коран каждый день по чуть-чуть, по несколько аятов.
По некоторым источникам нам известно, что Вы посетили много мусульманских стран. Как Вы считаете, что больше всего не хватает для мусульманской уммы в Москве?
Асхат хазрат: В Москве ма шаа Аллах, если посмотреть на другие регионы, то больше возможностей для мусульман: «халяль» продукты и другие. Например, в других регионах сложнее найти продукты «халяль», а также в Москве чаще видишь женщин-мусульманок в платках (хиджабах), чем в других регионах, и т. д. Может быть, больше всего не хватает знаний, но зато у нас есть то, что нет в мусульманских странах, альхамдулиллях, есть возможность получать знания по исламу, одевать хиджаб и т. д. Другими словами, мы, живя в немусульманской стране, порой совершаем больше, чем жители мусульманских стран.
Думаю, что еще исламских ученых не хватает.
Асхат хазрат, Вы длительное время учились в Саудовской Аравии, чем, по Вашему мнению, отличается получение знаний в Саудовской Аравии от получения знаний в России?
Асхат хазрат: У нас, астагфируллах (это не касается медресе «Аль-Фатиха»), в плане нескромности поведения. Некоторые еще ученым не являются, а ведут себя как ученый, т. е. мало скромности. А в Саудовской Аравии ученые ведут себя скромно. Сидит перед тобой Шейх, например в Саудовской Аравии, или же сидит перед тобой Коран хафиз (большинство из них знает хадисы наизусть), т. е. перед тобой сидит «ходящая библиотека», целая энциклопедия, а ведет себя при этом очень скромно. Что касается у нас, то наоборот, не ученый, но что-то додумывает, что-то договаривает, что знает и не знает, а все говорит. Самое интересное, что там каждый учитель каждое свое слово закрепляет доказательством (далилем), то есть подтверждают, что «Аллах в таком-то аяте сказал», «Пророк (мир ему) в таком-то хадисе сказал», называют передатчиков хадиса и т. п.
Там так же преподают точные науки, например, по омовению (тахарат), с точки зрения разных ученых, рассматриваются и даются более точные ответы. А так же и по фикху: усуль-фикх, хадис — мусталяхаль-хадис, тафсир – усуль-тафсир и т. д.
Я помню, когда первый год приехал в Саудию, я подошел к муфтию Саудовской Аравии Абдуль аль-Азизу Шейху, задал ему вопрос, а он на мой вопрос ответил без далиля (доказательства) и, когда я собирался уходить, то Шейх меня остановил и сказал: «Почему ты не спросил далиль?», я ему говорю: «Шейх, Вы же ученый муфтий Саудии, Вы входите в число ученых мира». Он мне ответил: «Я, в первую очередь, человек, и я могу ошибиться, могу забыть, поэтому, сыночек, всегда спрашивай доказательства». Во время учебы у нас был такой случай: один Шейх пришел на занятия, мы сидели за партами, а он бедуин из деревни. Он говорит: «Давайте на пол сядем», постелил ковер в королевском университете, всех угостил кофе, печеньем, чаем. Так разговаривались, что не заметили, как весь урок прошел.
В 2016 году в рамках работы «Шатра Рамадан» прошел отборочный тур 16‑го Московского международного конкурса чтецов Корана в номинации «хафиз». В составе жюри были и Вы. Столь высокий уровень работы требует глубоких знаний в области изучения Корана. В связи с этим к Вам у нас два вопроса: 1. Как Вы достигли столь высокого уровня знаний в этой области? 2. Было ли сложно работать в жюри Международного конкурса чтецов Корана?
Асхат хазрат: Ну, так скажем, у меня нет такого большого знания, и все знания принадлежат Аллаху. Меня пригласил Ильдар хазрат, сказав: «Можно вас пригласить в жюри?» Там были: я, Ибрахим Сабиров (мы с ним в Катаре учились) и еще был Шейх из Йемена. Вообще, чтение Корана судят по нескольким критериям: первое — это махрадж, произношение букв, второе — это таджвид, третье — это макам, чтение красивым, мелодичным голосом. Будучи в составе жюри, все эти критерии должен помнить хорошо и все учитывать. Конечно же, ты чувствуешь ответственность, когда судишь других. Аллах в Коране говорит: «Если вы судите людей, то вы должны судить справедливо».
Работа имама очень ответственная и требующая от самого человека много знаний и терпения. С Вашей точки зрения, сложно ли быть имамом в известной Московской мечети?
Асхат хазрат: Опять же, ответственность! Конечно, большая ответственность перед Аллахом. К нам приходят прихожане, много задают такие вопросы, субханаллах, думаешь даже, как можно вообще до такого дойти. Поэтому то, какие ответы мы даем прихожанам — это аманат перед Аллахом в судный День. Если мы что-то неправильно посоветовали людям, за это мы отвечаем. Поэтому ученые говорят: «Те, кто спешит отвечать на какие-то вопросы (т. е. имеется в виду, что не подумав, ответ без далиля), он спешит в огонь». И бывают вопросы, на которые сложно ответить, тогда я не спешу с ответом и говорю им: «Запишите номер телефона, и я Вам отвечу по телефону». У меня есть друзья Шейхи, например, муфтии мечети Аль-Харам, и я с ними иногда общаюсь, задаю им наиболее сложные вопросы, на которые сам затрудняюсь отвечать. Конечно, с точки зрения ответственности, очень сложно.
Асхат-хазрат, еще нам известно, что у Вас есть двое сыновей. Кем Вы видите их в будущем?
Асхат хазрат: Я у Сулеймана спросил: «Кем ты хочешь стать?», он ответил мне: «Шейхом». Сулейману сейчас 8 лет, а младшему сыночку Имрану — 7 лет. Они сейчас говорят: «Мы еще хотим у Зифы ханум учиться», но по времени мы не успеваем привезти их. Сейчас они в Саудовской школе учатся: Сулейман во втором классе, а Имран в первом классе. Все уроки на арабском языке проходят. Учат Коран, альхамдулиллях. Отдельно дома занимается с ними женщина-арабка из Йемена, вместе с ней каждый день изучают Коран, русский язык, математику, английский язык. Ходили с ними на конный спорт, ходят в бассейн. Сулейман говорит: «Когда в школе учительница сирийка спросила у детей, кто кем хочет стать, то дети ответили: полицейским, врачом. А когда у меня спросили, то я ответил: „Шейхом“». Учительница тогда отметила, что Сулейман выиграл. У меня тоже желание, чтобы мои дети стали учеными. Меня мои родители направляли, и в то же время у меня было желание быть имамом. Я смотрю, что и сын Сулейман больше тянется к религии, у него, так же как и у меня в детстве, все игры связанны с исламом. Также он в месяц рамадан ходил на намаз таравих, а когда читали намаз таравих дома, так он одевал чапан и с нами совершал намаз таравих. Если Имран в это время спал, то Сулейман будил его: «Вставай! Вставай, давай дочитывай», — говорил. Он играл в учителя. Я помню себя в детстве, так же играл, играл с кошкой, учил ее, а у Сулеймана есть братик Имран.
Мы живем в районе Одинцово, а школа находится в Выхино, на машине ехать более 50 км туда, а обратно на электричке. Утром рано надо вставать, конечно, устают. Но им нравится, они говорят: «У нас очень хорошая школа». Есть еще вариант — МГИМО, есть возможность поступить туда, я ему предложил туда перейти, но Сулейман подумал и сказал: «Туда тоже ведь надо рано утром просыпаться. Я лучше с мусульманами буду учиться». Я смотрю, у него есть желание, альхамдулиллях, пусть будет так, как он хочет. Имран чуть-чуть другой, или, может быть, еще он маленький. Я ему тоже предложил перейти в другую школу, но Сулейман говорит: «Нет, он будет со мной!» Главное, чтобы они берегли свою религию, читали вовремя намаз, жили по исламу, по Корану, а кем они будут — это придет со временем.
Вы были во многих мусульманских странах, по Вашему мнению, в какой мере сложно быть мусульманином и вести соответствующий образ жизни?
Асхат хазрат: У вас сейчас самый лучший и дорогой этап жизни. Альхамдулиллях, у вас есть возможность получать знания. Без знания жить тяжело! Еще человек сам во многом усложняет себе жизнь, говоря: «Тут фитна, тут это, тут то». Пророк (мир ему) сказал: «Велико облегчение, не усложняйте его». Аллах не сделал вам затруднения, Аллах нам не послал религию, чтобы нам было сложно и тяжело, а наоборот, чтобы было легко, чтобы облегчить нам жизнь, чтобы мы были счастливыми. Часто мы сами усложняем. Есть и в Медине люди, которые не совершили хадж, намаз то читают, то не читают, субханаллах. Аллах в Коране говорит: «Тот, кому Он дал мудрость, благо, то ему легко везде». Один человек (немусульманин) — Новиков — открыл халяль-кафе «Умма», альхамдулиллях, потому что он видит, что мусульман много в стране.
Асхат-хазрат, что бы Вы пожелали ученикам нашего медресе — будущему поколению уммы пророка Мухаммада, мир ему?
Асхат хазрат: Опять же повторюсь, что сейчас у вас время самое хорошее, самое ценное! Пройдет время, вы повзрослеете, станете папами и мамами, и на многое у вас времени не будет хватать. Пока у вас есть возможность, из каждой секунды старайтесь взять пользу, слушайтесь учителей своих, они тоже, альхамдулиллях, ради Аллаха, ради вас, стараются, оставляя свои семьи, свои домашние дела, чтобы вам дать знания. Они готовятся перед уроками, чтобы вам было интересно. Также не стесняйтесь спрашивать! Ученые говорят: «Знание не получит тот, кто высокомерен». Есть люди, которые стесняются, и те, которые торопятся (некоторые хотят, чтобы проснулся и весь Коран выучил). Старайтесь опережать уроки, например, вы проходите хадис, вы заранее ознакомьтесь с новым уроком, вам будет намного легче, если вы будете идти на шаг вперед. Сейчас много информации, память в вашем возрасте хорошая, поэтому стремитесь все больше и больше учить, вызубрить самое главное и не забудьте о нравственности. Месяц назад у нас в мечети был такой случай: один из учеников стоит в очереди для совершения тахарата (омовения). В свою очередь пропускает меня. Я ему говорю: «Сейчас же твоя очередь, иди», а он мне в ответ: «Нет, я не пойду, опережая Вас». Ма шаа Аллах, он хорошим человеком будет, т. к. он уважает старших. А бывают такие ученики, которые ни за что не пропустят взрослых впереди себя.
Какие советы Вы бы дали для юных журналистов?
Асхат хазрат: Я в журналистике не разбираюсь, и скажу: берите знание у профессионала: «Обращайтесь к знающему, если вы не знаете», т. е. какой бы ни был великий ученый Шейх, когда его машина ломается, сам не может ремонтировать, идет к механику. То же самое человек — сам себя вылечить не может, а идет к врачу, поэтому постарайтесь брать все больше и больше знаний, пока есть возможность. Сегодня есть возможность, а завтра может и не быть. Старайтесь взять полезное во всем, ин шаа Аллах, брать опыт, вам очень сильно пригодится. Многие имамы не дают интервью, так как в СМИ очень много обмана, очень много лжи, поэтому вы тоже знайте, что то, чем вы занимаетесь — это аманат перед Аллахом, то, что Аллах вам доверил, поэтому, ин шаа Аллах, старайтесь ничего не добавлять и не искажать.
Спасибо большое, Асхат хазрат, за предоставленную нам возможность беседовать с Вами! Успехов Вам!
Беседу вели: Саидова Мархабохон и Миралиева Назакят,
фото: Мамаджонов Алишер — группа «Юный журналист»,