аркаим по страницам древней истории южного урала
Аркаим: древний город, овеянный мифами
Аркаим – одна из самых известных достопримечательностей Урала, имеющая славу необычного, таинственного, даже аномального места. Каждый год сюда приезжают многие тысячи любителей чудес со всей страны. Помимо туристов тут можно встретить много эзотериков, экстрасенсов и прочих неординарных людей.
История открытия Аркаима
Аркаим – это укрепленное поселение (городище) бронзового века в степной зоне на юге Челябинской области. Был найден учеными в июне 1987 года во время археологического обследования территории, которая должна была уйти под воду в результате постройки Большекараганского водохранилища.
Ученым-археологам удалось добиться отсрочки затопления территории на два года. Их активно поддерживал и директор Эрмитажа академик Б. Б. Пиотровский. Позже от планов строительства водохранилища и вовсе отказались. Аркаим удалось отстоять.
В 1991 году начались масштабные раскопки Аркаима под руководством Г.Б. Здановича. Была вскрыта примерно половина площади поселения. Впервые в Зауралье был применен метод реконструкции, сделаны рисунки и макеты внешнего вида поселения. В том же году территорию вокруг городища объявили заповедной зоной, формально присоединив как филиал к Ильменскому минералогическому заповеднику (казалось бы, что общего?!).
Среди находок в Аркаиме: гончарные изделия и инструменты гончаров, формы для отливки изделий из металла, наковальни, наконечники стрел, лошадиные сбруи, погребения младенцев в стенах жилищ, останки домашних животных, водопровод, стоковая канализация.
В 1990-е годы Аркаим получил большую известность и популярность. Помимо Аркаима археологи нашли поблизости еще пару десятков древних поселений, в комплексе назвав их «Страной городов». Наиболее известное – поселение Синташта.
Мифы Аркаима
С начала 1990-х годов Аркаим стал очень популярным среди эзотериков. Его называют местом силы, прародиной ариев, колыбелью человеческой цивилизации, родиной Заратустры… Аркаим активно используют в псевдонаучных публикациях. Любят завышать и уровень развития жителей городища. Однако все это идет вразрез с реальными научными данными.
Многие доверчивые туристы едут сюда с целью стать свидетелем аномальных явлений или исцелиться. Разгоряченное воображение порой действительно позволяет в привычных вещах увидеть чудо.
Достопримечательности Аркаима
Городище Аркаим
Возраст укрепленного поселения бронзового века составляет 4 тысячи лет. На Урале известны куда более старые археологические памятники. Уникальность же Аркаима в том, что он был создан по заранее продуманному плану, со сложной и многофункциональной архитектурой.
Городище расположено на мысу на слиянии рек Большая Караганка и Утяганка. Протогород-поселение имеет кольцевую форму диаметром 170 метров. На месте стен поселения сейчас угадываются лишь небольшие валы, представляющие собой два круга – внешний и внутренний. Жилища размещались внутри. Все было изготовлено из дерева, а потому почти ничего не сохранилось.
К обеим кольцевым стенам были пристроены помещения, имеющие формы кругового сектора. Фактически город представлял собой деревянную крепость, состоящую из двух «многоквартирных» домов. Стены были сделаны из бревен, забитых глиной, и глиняных необожженных кирпичей. В жилищах были колодцы, очаги, ямы-хранилища. В самом центре поселения располагалась площадь, к которой вели прямые улицы. Из уникальностей города – ливневая канализация, которая отводила воду за пределы поселения.
По найденным черепам ученые установили, что поселенцы относились к европеоидной расе. Антропологические реконструкции мужчины и женщины можно увидеть в Челябинском областном краеведческом музее и музее природы и человека заповедника «Аркаим».
Жители были металлургами, скотоводами, земледельцами и воинами. Они умели обрабатывать шкуры, кость, изготавливать глиняную посуду и ткать. Археологический памятник отнесли к рубежу III—II тысячелетия до н. э., либо к началу II тысячелетия до н. э. Подобных протогородов на Урале в более поздний период эпохи бронзы не находили. Неизвестно почему, но однажды жители решили собрать все пожитки, оставить свои дома и уйти в другое место. Перед этим городище сгорело. По этой причине находки на городище немногочисленны.
А еще якобы именно здесь одомашнили лошадь, изобрели двухколесную телегу и боевые колесницы, освоили тактику колесничного боя и придумали металлургическую печь. Конечно, эту точку зрения разделяет далеко не весь научный мир.
Музей «Природы и человека»
Здание музея было построено в 2004 году по проекту архитектора В. Фуксмана. Экспозиции музея рассказывают о материальной и духовной культуре племен, населявших эти степные районы в разные эпохи. Здесь можно увидеть подлинные находки археологов. Раздел музея, посвященный эпохе камня (палеолит, неолит), рассказывает об истории заселения человеком степей Южного Урала. Представлены каменные орудия труда – скребки, рубила, ножи.
Исторический парк
На высокой террасе реки Большая Караганка создан музей под открытым небом – исторический парк. Здесь представлены конструкции погребальных и культовых сооружений нескольких исторических эпох степных народов. Здесь вы увидите каменные ящики, окруженные оградками (родовые кладбища), аллею менгиров – загадочных культовых камней, реконструкцию захоронения кочевников. Подальше расположен средневековый комплекс Аксай – тюркская поминальная скульптура и оградка.
Реконструкция «Курган Темир»
Ученые создали точную копию родовой усыпальницы степных кочевников на основе материалов раскопок сарматского кургана, найденного в 1982 году в Чесменском районе Челябинской области. Он был датирован IV веком до нашей эры.
Сотрудники заповедника воспроизвели как внешнее, так и внутреннее устройство погребального сооружения. В курганах хоронили знатных представителей племени и их родственников.
Жилища медно-каменного века
Специалисты воспроизвели в натуральную величину поселок эпохи энеолита. В качестве основы для реконструкции использовались данные исследования поселения Ботай в Северном Казахстане. Жилища представляют собой круглую полуземлянку.
Эта часть музея-заповедника активно используется при интерактивных программах, лекциях, экскурсиях. Бывают тут и театрализованные представления для туристов. На мастер-классах можно попробовать изготовить орудие каменного века, а затем им поработать.
UPD. В ночь на 1 сентября 2019 года в результате поджога сгорело два жилища каменного века. Планируется их восстановление.
Этнографический музей «Казачья усадьба»
Экспонаты и сооружения этого архитектурно-этнографического музея были найдены на Южном Урале и перевезены сюда. В основе музея – восстановленный дом оренбургских казаков Долгополовых из поселка Варламово (конец XIX – начала XX века). Внутри воссоздан аутентичный интерьер начала XX века. На экскурсиях рассказывается о традициях людей того времени.
Рядом стоит «шатровая» ветряная мельница. Она была построена в поселке Париж в 1929 году, а позже перевезена братьями Брозгулевскими в бывшую Варшавскую станицу. До 1960-х годов она исправно работала. В 1999 году ее приметили сотрудники музея-заповедника, разобрали и перевезли ее на свою территорию. В «Казачьей усадьбе» проводятся мастер-классы. Желающие могут сплести пояс-оберег или сделать куклу.
Стойбище степного кочевника
Состоит из четырех юрт кочевых народов (монгольских и казахских). Причем здесь можно не только познакомиться с бытом кочевников, но за плату и переночевать в одной из юрт.
Музей древних производств
Этот музей расположен на территории туристического лагеря «Аркаим». Здесь воссозданы печи нескольких типов – для обжига керамики, отопления, выплавки металлических изделий. Они построены в натуральную величину на основе научных данных. Кроме того, они еще и действующие. Все экспонаты этого музея можно не только смотреть, но и трогать. Также тут проходят мастер-классы на основе древних ремесел.
Степи и горы
В Аркаиме заслуживают внимания не только музеи и туристические объекты-реконструкции. Посещая эти места, стоит полюбоваться степью и подняться на расположенные здесь горы (или скорее холмы).
Особенно популярна гора Шаманка (или Шаманиха). Считается, что это древний палеовулкан. Отсюда можно любоваться солнечными закатами и рассветами. На вершине выложена каменная спираль, состоящая из 13 кругов. У эзотериков она символизирует прохождение цепи воплощений.
Поблизости расположена другая гора – Покаяния. На ее вершине также имеется каменная спираль.
Пользуется популярностью и гора Любви, которая находится на территории верхнего лагеря за рекой Караганка. Она самая высокая из гор «Аркаима», с крутыми склонами. Каменная спираль есть и здесь. С вершины открывается красивая панорама.
В окрестностях есть и другие горы: Аркаим, Разума, Счастья, Видений. У каждой горы есть свои легенды.
Историко-культурный заповедник «Аркаим» начинает летний туристический сезон с 1 мая, продолжается он до 30 сентября. В летний сезон «Аркаим» работает без выходных дней. В зимнее время действует только музейная часть (музей «Природы и человека»). Особенно много туристов приезжает в день летнего солнцестояния, когда в «Аркаиме» буквально яблоку негде упасть.
Вход на территорию самого городища Аракаим возможен только с экскурсией, платно. По остальной же территории можно гулять свободно. При поездке учитывайте, что днем в степи обычно очень жарко, а ночью наоборот холодно.
Контакты заповедника «Аркаим»:
Как добраться до заповедника «Аркаим»?
На машине
Из Екатеринбурга до Челябинска, затем через Южноуральск, Пласт, Степное, село Агаповка рядом с Магнитогорском (в сам Магнитогорск заезжать не нужно), село Кизильское, поселок Обручевский. Поворот к музею-заповеднику «Аркаим» расположен в 30 километрах от Магнитогорска (на трассе Верхнеуральск – Магнитогорск), снабжен указателем.
GPS-координаты заповедника «Аркаим»: N 52° 38.782′; E 59° 32.811′ (или 52.646374°, 59.546854°).
На общественном транспорте
С 1 июня по 15 сентября из Челябинска ежедневно в 16:20 с автовокзала «Юность» отправляется рейсовый автобус до Аркаима. Он прибывает на Аркаим в 23.00. Из Аркаима автобус уезжает в 02.10 ночи, прибывая в Челябинск в 09.00. По воскресеньям автобус выезжает в 06.10. В расписании возможны изменения, уточняйте перед поездкой.
Также можно доехать до поворота на «Аркаим» на автобусе Магнитогорск – Бреды, но в этом случае предстоит пройти 7 километров пешком.
Публикации
Поселение Аркаим — самый известный археологический памятник Челябинской области, уникальное свидетельство истории и культуры бронзового века.
Кандидат исторических наук, PhD, старший научный сотрудник ИИиА УрО РАН Игорь Чечушков и научный сотрудник Заповедника «Аркаим» Илья Валиахметов подвели итоги совместных исследований влияния ветров на выбор места для строительства поселений «Страны городов» в статье «Ветер крепчает»: моделировани
Каталог подготовили сотрудники аркаимского музея Илья Валиахметов, Мария Семьян и Федор Петров.
Представленные вниманию читателей статьи посвящены актуальным проблемам археологии и истории бронзы степной Евразии, отражают современные представления о материальной и духовной культуре обитателей этой обширной территории.
Путеводитель посвящен природным достопримечательностям и историко-культурным объектам Аркаимской долины. Издание обощает результаты научных исследований и представляет их в попцулярном виде с целью экологического просвещения и развития экологического туризма на Аркаиме.
Выпуск буклета приурочен к открытию выставки «Аркаим: взгляд через века» в Верхнеуральском краеведческом музее. Выставка седьмой год путешествует по музеям Челябинской области.
Аркаим Геннадия Здановича: история, которую потерял Южный Урал?
Битва за Аркаим
Аркаим открыли совершенно случайно. В 1987 году Александр Воронков и Александр Езриль – два школьника, взятых во взрослую археологическую экспедицию, которая исследовала территорию на границе Брединского и Кизильского районов Челябинской области, поднялись на горку и увидели круги на полях.
Мальчишки (как вспоминают участники той экспедиции, это были челябинские семиклассники) сообщили о своем наблюдении двум профессиональным археологам в составе экспедиции – Сергею Боталову и Вадиму Мосину, а те – старшему коллеге Геннадию Здановичу, который был уже известным и авторитетным ученым. Стало понятно, что под землей находится небольшое поселение. Оно получило наименование «Аркаим» – по названию холма, расположенного в четырех километрах от археологического объекта.
В Челябинске скончался археолог Зданович, открывший Аркаим
С картами местности, где велись раскопки, Зданович полетел в Москву, в министерство мелиорации и водного хозяйства, Совет министров СССР. Началась длительная борьба, практически битва за Аркаим, спасение археологического памятника от затопления, поскольку территория должна была уйти под воду Больше-Караганского водохранилища, которое предназначалось для орошения полей засушливого Брединского района и близлежащих степных районов Оренбургской области. «Гипроводхоз» – ведомство, которое занималось возведением плотины для водохранилища, не хотело отказываться от проекта.
И был огромный хайп: публикации в СМИ о спасении Аркаима, в поддержку открытия выступали известные деятели науки и культуры (в частности, директор Эрмитажа Борис Пиотровский и президент УрО РАН Геннадий Месяц). Отстояли.
Вслед за Аркаимом в уральской степи вскоре были найдены два десятка таких же протогородов – укрепленных поселений эпохи бронзы. Появилось понятие «Страна городов», охватывающее археологические памятники Челябинской области, относящиеся к эпохе Бронзового века. «На Аркаиме есть все признаки урбанизации: ограниченная мощными оборонительными стенами, плотно застроенная территория с выделенным центром, местом ритуальных действий и административных решений. Отдельно, за пределами оборонительных стен, выделена территория для хозяйственных нужд – металлургии, кожевенного дела и содержания скота», – говорил Геннадий Зданович.
Аркаим для Путина
В 1991 году большая археологическая экспедиция под руководством Геннадия Здановича начала раскопки, которые продолжались до 1995 года. После этого объект был законсервирован. Начался другой сюжет – история вовлечения памятника в культурный оборот россиян.
Возможно, все поменялось из-за тривиальной зависти – завистников у Здановича всегда хватало и в академических кругах, и в руководстве Челябинской области. Почти три десятилетия Зданович виртуозно решал вопросы, связанные с землей, на которую внезапно стали претендовать многие: область, Челябинский госуниверситет, частные лица. Например, в 1992 году встал вопрос о статусе археологического памятника. Благодаря Геннадию Месяцу Аркаим стал филиалом Ильменского заповедника. Это было необходимо, поскольку на тот момент руководители Челябинской области памятником не интересовались и финансированием его сохранения и исследования заниматься не планировали. Единственное, на что выделил средства тогдашний губернатор области Петр Сумин, – строительство дороги от одного из ближайших райцентров – села Кизильское – в начале 2000-х.
Ходили также упорные слухи, что после визита президента федеральный центр выделил областной структуре, возглавляемой Здановичем, – Специализированному природно-ландшафтному и историко-культурному центру «Аркаим», – 600 млн рублей на исследования, развитие инфраструктуры заповедника и создание туристической базы. Все свидетельствовало о серьезном внимании Москвы к территории. Однако, как сообщали инсайдеры, эти деньги до заповедника так и не дошли – якобы им было найдено более актуальное применение.
Туристический Аркаим
«Вишенкой на торте» стало смещение Геннадия Здановича с должности директора историко-культурного центра «Аркаим». А на его место губернатор Сумин назначил Екатерину Сластухину. Чиновница хотя и не имела отношения к археологии, но несколько месяцев до назначения управляла всей городской культурой Челябинска.
Новый руководитель центра сделала ставку на туризм и туристов, превращая Аркаим в своеобразный «курорт для бедных». Так продолжалось почти 15 лет – на Аркаиме в разы увеличилась сувенирная торговля, усилилось паломничество адептов различных религиозных учений.
Геннадий Зданович считал это «делом бесполезным» и больше «развлечением для города». Но в то же время с пониманием относился к людям, которые приезжают на Аркаим и водят хороводы: «Это бедная интеллигенция. Эти люди и так ограблены и унижены девяностыми… Аркаим для них часто – единственная отдушина. Кто я такой, чтобы не пускать их сюда?».
Аркаим и современность
Если губернатор Сумин уделял Аркаиму какое-никакое, но внимание, то следующий глава Михаил Юревич его игнорировал. Хоккей, личные разборки, «дорожная революция» – все было для него ценнее и важнее Аркаима. Впрочем, как и при Борисе Дубровском.
Благодаря этому на руководстве Аркаимом столько лет и продержалась Екатерина Сластухина. В прошлом году Екатерину Ивановну, которой было уже почти 70, отправили на пенсию.
Сейчас областным учреждением «Аркаим» руководит Валерий Волик – экономист, принятый на работу еще самим Здановичем в 2002 году. Поскольку он долгие годы плотно работал вместе с Екатериной Сластухиной, вряд ли скоро, даже при наличии желания, сумеет избавиться от методов работы прежнего руководства.
Нынешний губернатор Алексей Текслер, как упоминал сам Геннадий Борисович в разговоре с корреспондентом «ФедералПресс», первое время, когда знакомился с регионом, передавал приглашение на встречу со Здановичем через сотрудников администрации. Но потом как-то все не складывалось, и встреча переносилась. И неизвестно, состоялась ли в итоге.
Кому нужен Аркаим
Впрочем, не все сходятся в одном мнении о национальном культурном достоянии Аркаима. Но главный спор заключается в том, стоит ли сохранять его в качестве туристического места, куда приезжают не просто обычные туристы, а, скажем, нестандартные личности в поисках некой энергетики.
«Это интересное место. Такими артефактами нужно дорожить, а такие места – сохранять, лучше преподносить в историко-культурном контексте, обустраивать туристическую инфраструктуру (чтобы территория не страдала от дикого туризма), исследовать их. Кто-то видит в этом исторический памятник, кто-то центр космической силы – разные мнения. Но в любом случае это нужно развивать и гордиться этим», – говорит ответственный секретарь екатеринбургского отделения Союза писателей России Борис Долинго.
Некоторые полагают, что южноуральское наследие до сих пор полноценно не исследовано, но главное – это заповедное место. «Многие считают, что хороших, основательных исследований там не проводилось, а вместо этого много усилий уделяется приему туристов. В Аркаиме раскопки, по большому счету, проводились только на главном памятнике. Я лично нормальных археологических коллекций оттуда не видел. Хотя на той территории много древних памятников. И если Аркаим будет сохранен как заповедная территория – уже хорошо», – добавляет старший научный сотрудник Южно-Уральского федерального научного центра минералогии и геоэкологии УрО РАН (Ильменского заповедника) Петр Вализер.
Фото: Анастасия Новикова, archive74.ru, arkaim-center.ru
Аркаим, удивительное рядом
Хозяйство населения Аркаима базировалось на пастушеском скотоводстве с элементами земледелия.
На территории аркаимской долины в радиусе 5-6 км от укреплённого центра зафиксировано не менее 5 многослойных поселений бронзового века с остатками слоев 17-16 вв. до н.э. Вероятно, это были небольшие по размерам поселения без фортификационных сооружений. Не исключено, что с укрепленным центром были связаны и более удаленные неукреплённые поселения.
Сооружение геодезически строго ориентировано по странам света. С точностью до минуты дуги на горизонте выставлены знаки, отмечающие широтную (Запад-Восток) и меридиональную (Север-Юг) линии, проходящие через геометрические центры конструкции. Геометрические центры внешнего и внутреннего кругов лежат на одной широтной линии и удалены друг от друга на 4 метра 20 сантиметров, причём внешний круг сдвинут относительно внутреннего к востоку.
Керамика поселения Аркаим по своему характеру (изготовлена вручную, керамики для домашнего использования) относится к продукту доремёсленных производств. Неоднородность навыков изготовления керамики поселения Аркаим в целом может свидетельствовать о наличии глубоких культурных различий как в среде аркаимских гончаров, так и в среде всего населения Аркаима.
Антропологический тип населения – протоевропеоидный.
Культурный комплекс Аркаим входит в группу укрепленных поселений Южного Урала, названную «Страной городов». Она расположена к югу от реки Уй, занимает, в основном, водораздел рек Урал и Тобол.
Культурные комплексы аркаимского (синташтинского) типа с их иерархией поселений и могильников целесообразно рассматривать как территориальные образования с элементами ранней государственности, близкие к «вождеству» или «чифдому».
Города и укреплённые поселения аркаимского типа в настоящий момент обнаружены на значительной площади, охватывающей юг Челябинской области, юго-восток Башкортостана, восток Оренбургской области и север Казахстана. Хронологически они относятся к эпохе средней бронзы, то есть их возраст примерно 3800—4000 лет.
Поселения аркаимского типа в отличие от других поселений бронзового века Южного Зауралья имеют свою специфическую особенность: сопряжённые стенки жилищ, располагающиеся в форме круга, овала или прямоугольника, довольно большой размер поселенческих памятников, которые, соответственно, не могли существовать долго на локализованной территории в виду исчерпания природных ресурсов. Поэтому традиционно считается, что культура Синташты возникла в ходе витка индоевропейской миграции, проходящего по землям Южного Зауралья. Носители данной культуры не так долго жили на этих территориях. Вскоре они покинули свои поселения и отправились в другие степи.
До сих пор среди учёных идут споры о принадлежности памятников данного типа. Есть три основных версии происхождения таковых:
— теория местного субстрата;
— теория ближневосточного происхождения Синташты (С. А. Григорьев), которая не признаётся практически никем;
— теория миграций с запада, причиной которых послужил распад циркумпонтийской металлургической провинции — эта теория поддерживается основной массой исследователей.
По мнению Г.Б. Здановича, АРКАИМ: АРИИ НА УРАЛЕ ИЛИ НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ. «Ещё недавно казалось, что бронзовый век Урало-Казахстанских степей – достаточно хорошо изученная страница древней истории. Поселения и могильники середины II – начала I тысячелетия до н.э. были объединены в особую андроновскую культуру, в рамках которой выделены три культурно-хронологических этапа: фёдоровский, алакульский и замараевский. Каждый из этапов отличался некоторым своеобразием глиняной посуды, наборов женских украшений, орудий труда и предметов быта. Алакульцы погребали своих умерших в грунтовых ямах в скорченном положении – в позе спокойно спящего человека. Фёдоровцы тела умерших сжигали, в могилу помещали пепел и, вероятно, «куклу» – набитую травой и соломой одежду, которая олицетворяла покойного. Над погребениями сооружались грунтовые и каменные конструкции. Их и сегодня можно увидеть в степи в виде курганов или каменных оград. Андроновцы жили большими семьями в крупных землянках, которые располагались на значительном расстоянии друг от друга и имели довольно свободную, «хаотичную» планировку.
Относительная бедность и погребений, и поселений приводила специалистов к выводу, что перед ними следы довольно архаичных коллективов с развитыми родовыми связями. Естественным было полагать, что в предыдущее время общество отличалось ещё большей архаикой, а культура – примитивизмом.
Однако оказалось, что это не так. В последние годы в Урало-Казахстанском регионе степной Евразии на ряде многослойных поселений бронзового века открыты и исследованы слои, относящиеся к первой половине II тысячелетия до н.э., и связанные с ними погребальные комплексы. Выяснилось, что они в значительной степени отличаются от известных алакульских и фёдоровских. Вновь открытые памятники можно сгруппировать в две археологические культуры, тесно связанные между собой по происхождению и судьбам: петровскую (Тоболо-Ишимскую) и синташтинскую (Южно-Уральскую). Наименование дано по наиболее ярким памятникам, исследованным на реке Ишим в Северном Казахстане и на реке Синташта в Челябинской области.
Поскольку поселение когда-то было предано огню, сохранилось много интересных строительных деталей, а также отдельные конструкции, связанные с жилой и оборонительной архитектурой. Необходимо только отметить, что жители оставили поселок ещё до пожара, собрав все нужные им вещи, за исключением треснувшей или разбитой глиняной посуды и случайно потерянных предметов.
Обряд сжигания посёлков существовал у представителей Трипольской культуры. Посёлок использовался около 50 лет, до истощения окружающей его земли (чернозёмы тогда ещё не образовались), потом обязательно сжигался по особому ритуалу, а племя переселялось на новое место.
Длинные стороны жилых сооружений расположены строго радиально по отношению к дуге оборонительных укреплений. Выходы жилищ внешнего круга обращены к единственной кольцевой улице, которая проходила через всё поселение параллельно стене цитадели. Ширина улицы 5,5 – 6 м. В древности она была покрыта деревянным настилом. Между улицей и домами располагались небольшие дворики, длина которых соответствовала размеру торцовой стены дома, а ширина колебалась от 2 до 5 м. Дворики были отгорожены от деревянной мостовой забором, сооруженным из грунтовых блоков, иногда в сочетании с вертикально вкопанными столбами.
По середине улицы (в древности – под мостовой) по всей ееё длине шёл ровик глубиной 1,2 – 1,5 м, при ширине 1,5 м. Стенки ровика, во всяком случае, их верхняя часть, также были облицованы деревом. Примерно через каждые 30 м на дне ровика прослеживаются глубокие ямы, которые пробивали глину и доходили до природного слоя гравия. Направление стока, ориентированного на ямы, неоспоримо свидетельствует, что ровик являлся составной частью хорошо продуманной системы ливневой канализации.
Напротив длинных стен домов во двориках или за их пределами в ряде случаев сохранились углубления, вымытые водой, стекающей с кровли. Очевидно, на кровле по линии стен были проложены деревянные желоба для сбора и сброса воды. Интересно, что часть воды с кровли сбрасывалась в канализационный ровик, а часть отводилась в специальные ямы-ёмкости, служившие, вероятно, для сбора и хранения чистой дождевой воды. Этим емкостям предшествовали канавки с неровным дном и гребнем, обложенным гравием, что очень напоминает систему отстойников.
Как уже отмечалось, главный вход имел в плане форму сектора, которую образовывали изломы обводных стен. Вершина сектора как бы «упиралась» в стену цитадели. Именно на этом центральном участке правомерно было искать основные ворота – въезд в поселок. Однако и здесь были обнаружены глухие стены и глубокий ров. Вход в поселок оказался в боковой северо-западной стене. Он имел ширину около 6 м и выходил сразу на круговую улицу. По нашим сегодняшним наблюдениям, стена цитадели была сплошной и нигде не прерывалась, за исключением одного участка к востоку от сектора главного входа. Таким образом, чтобы попасть на территорию внутреннего круга поселения, нужно было пройти или проехать по всей длине кольцевой улицы. Только в её конце через особые ворота можно было проникнуть к центральной площади и окружающим её жилищам. И другого пути не было! Такой маршрут мог иметь не только оборонительное, но и ритуальное значение.
Важно отметить, что поселения создавались с расчётом на круговую оборону, без какого-либо существенного учёта особенностей местности для стратегических целей. Создается впечатление, что подобная оборонительная система могла сложиться только в степной-лесостепной зоне со слабо расчлененным рельефом земной поверхности. Об этом же свидетельствует и выбор строительного материала – предпочтение отдается мягким, связным грунтам и дереву при полном игнорировании камня.
Поселения, подобные Аркаиму, создавались по заранее продуманному плану, при четкой разметке местности и наличии какого-то макета. В этом убеждает пространственное решение всего комплекса сооружений и погребённый рельеф, оставленный древними строителями. Заранее предусматривались сочетания мелких и более углубленных частей жилых котлованов. Интересно, что по линии стен жилищ оставлялись возвышения из нетронутого материкового грунта, которые служили основанием для кладки сырцовых блоков. В ряде случаев материковые возвышения («столы»?) сохранялись у очагов или по углам жилищ. Тщательно, в соответствии с конструкцией будущего сооружения, снят верхний слой древней почвы под основанием оборонительных стен, вероятно, с расчётом на глубину промерзания грунта.
Традиционные поселения эпохи бронзы Урало-Казахстанских степей имеют, как правило, линейную открытую планировку. Каждый жилой комплекс существует как бы самостоятельно, и эта независимость подчёркивается наличием вокруг жилищ свободного пространства, так называемой межжилищной территории. Поселения петровско-синташтинского типа демонстрируют качественно иную структуру. Создатели «города», планируя его элементы, руководствовались единой идеей, которую можно назвать идеей центризма. Точка схода для всех сооружений в Аркаиме расположена на площади в цитадели. К этой точке обращены осевые линии зданий, улицы, выходы из жилищ. Конструкция главных ворот, решенная с учётом всех законов планиметрии, обращена центральным углом к той же точке.
Необходимо отметить, что в радиусе 5-6 км от «города» располагались не менее двух-трех одновременных ему небольших поселений – «сельскохозяйственная» округа.
Урбанизированный характер и значимость культовых центров петровско-синташтинские поселения приобрели, прежде всего, как очаги производства и распространения металлических изделий. В культурных слоях поселений среди обычного массового инвентаря большой процент составляют орудия металлообработки и остатки металлургического производства. Почти на всех памятниках, несмотря на относительно небольшие вскрытые площади, зафиксированы металлургические печи. Вещевые комплексы петровско-синташтинских могильников отличаются изобилием предметов из бронзы. Погребения взрослых мужчин, как правило, содержат орудия кузнечного дела (песты, наковальни), а в отдельных случаях и куски руды. О престижной роли людей, владеющих навыками кузнеца и металлурга, говорят факты взаимовстречаемости в погребальных камерах остатков боевых колесниц, каменных булав – символов особого положения в обществе – и орудий кузнечного дела.
Каждый новый этап раскопок преподносил очередную сенсацию.
Удивлению археологов не было предела. Это и лабиринты – ловушки у входов в Аркаим, это и множество переходов внутри внешней стены. По крышам жилищ проходила верхняя улица, по которой можно было ездить на колесницах!
Характеризуя петровско-синташтинские поселения как религиозно-административные и хозяйственные центры, необходимо отметить находки глиняных кружков с оттиснутыми на них знаками. Появление устойчивых символов, а также пиктографический характер орнамента на рисунках многочисленных сосудов свидетельствуют о настоятельной потребности в передаче надеёжно зафиксированной информации. Такая информация должна быть понятна не только самому автору, но и членам других, соседних общин. Петровские рисунки и символы мы, вероятно, застаём на самом начальном этапе превращения их в письменность. Для нас важно, что появление письменности отражает достаточно высокий уровень развития общества. Появление пиктографического и иероглифического письма на Переднем Востоке и в Египте совпадает со вторым общественным разделением труда, то есть с появлением прибавочного сельскохозяйственного продукта и быстрым ростом специализированных видов ремесла.
Это одновременно и крепость, и храм, и ремесленный центр, и жилой посёлок.
На Аркаиме каждая малая семья и семейная община имели свои «комнаты» и дома, свою «прописку», но поселялись здесь на какой-то относительно короткий срок в году, на время ритуальных праздников или решения каких-то других жизненно важных проблем. По предварительным подсчётам, на территории поселения могли свободно разместиться до 2, 5 тысяч человек. Постоянно на Аркаиме проживало не так уж много людей. Это, скорее всего жрецы и воины, которые «по совместительству» могли быть и металлургами.
Аркаим, безусловно, не город. Однако это то место, та среда, где зарождались элементы городской культуры.
Не делая окончательных выводов, хотелось бы сказать ещё об одном возможном назначении Аркаима. В 1990 году здесь впервые проводились археоастрономические исследования. Не случайно в качестве аналога был выбран Стоунхендж: у обоих памятников кольцевая структура, близкие размеры, почти одинаковая географическая широта (Стоунхендж – 51°11′; Аркаим – 52°39′). Учитывались также строгая, сложная геометрическая архитектура Аркаима и его особое расположение: в чашеобразной долине с рельефным горизонтом.
Специалисты утверждают, что внутренний круг Аркаима мог использоваться как универсальная солнечно-лунная обсерватория. Её структура и конструкция независимы от «английской традиции» и базируются на многовековой астрономической культуре местного населения.
Время существования петровско-синташтинских комплексов определяется по характерному набору металлических изделий и костяным пластинчатым псалиям, известным по находкам в IV шахтной гробнице Микен XVII-XVI вв. до н.э. Оно соответствует Трое VI, концу среднеэлладского и раннемикенскому периодам материковой Греции, последним этапам средней бронзы Фракии, ранним горизонтам культур типа Дашлы и Саппали Северного Афганистана и Южного Туркменистана.
Большинство современных специалистов считают, что андроновские поселения (во всяком случае, их алакульский вариант) создали индоиранцы. Многие лингвисты помещают их прародину в юго-восточной Европе. По данным языкознания, разделение арийцев на две ветви, индоарийскую и иранскую, наметилось ещё на их общей прародине где-то в III – начале II тысячелетия до н.э. К середине же II тысячелетия до н.э. индоарии покидают свою прародину и уходят в Индию. Их след – языковые остатки в аккадских и хеттских текстах XIV в. до н.э. Увлекательно следовать за гипотезами языковедов и историков, более узко локализующих прародину индоиранцев, – «к востоку от Волги» и даже в степях и лесостепях, примыкающих к северным границам Средней Азии. Именно эта территория во II тысячелетии до н.э. была населена андроновцами. Культурно-историческая и этническая близость племён, живших в степях от Дуная до Иртыша, которая особенно ярко проявилась к началу развитой бронзы, зафиксирована в памятниках культуры многоваликовой керамики, потаповско-синташтинских, синташтинских и петровских комплексах. Однако синташтинско-петровское население представляется наиболее центростремительной силой в Евразийских степях в первой половине II тысячелетия до н.э.
Население Урало-Иртышского междуречья напрямую восприняло величайшее открытие человечества – одомашнивание лошади. Навыки коневодства подготовили степняков к ведению всего комплекса хозяйства производящего типа (земледелие, разведение крупного и мелкого рогатого скота), давно сложившегося в странах Востока. Однако самой важной составной частью культурно-хозяйственного быта андроновцев было освоение ими мощной местной рудной базы. Расцвет культуры и появление урбанизированных поселений петровско-синташтинского типа стали возможны в результате вовлечения Урало-Казахстанского региона в гигантский круг культур от Эгеи до Сары-Арка (Центральный Казахстан) и Малой Азии. Взаимообусловленность диктовалась металлургическими связями.
Как известно, первые очаги цивилизации располагались на очень ограниченной территории, по сравнению с огромными земными просторами, освоенными человеком к тому времени.
Насколько велико было их влияние на окружающий мир? Не существовали ли какие-то неведомые науке человеческие сообщества, которые создали в древности оригинальные общественные модели, отличные от известных моделей цивилизованного Востока?
Развитие общественных отношений не шло по непрерывно восходящей линии. Здесь нередко имели место и длительные остановки, и движение вспять.
Археологические материалы позволяют увидеть в Синташте и Аркаиме необычайно высокий уровень социально-экономического развития, по сравнению с другими культурами бронзового века, которые тысячелетиями развивались на огромных просторах степной Евразии. Однако как далеко зашёл процесс социальной стратификации у аркаимцев?
Конечно, можно взглянуть на него через призму ранней стадии военной демократии (или какого-то её аналога). Увидеть в укрепленных поселениях Южного Урала городки таежно-сибирского типа эпохи железа, а историю общества рассматривать как волнообразное движение от «спадов» до «подъёмов», когда за социальной консолидацией непременно следовало возвращение к древним родовым традициям.
Аркаим правомерно определить как формирующийся город (квазигород, протогород) и одновременно как центр государственности номового (от греч. nomos – область, округ) типа, находящегося на формативной стадии.
Поселения XVIII-XVI вв. до н.э. Южного Урала можно рассматривать как систему формирующихся номовых государств, которые развивались в условиях степной экосистемы и имели целый ряд принципиальных особенностей, по сравнению с классическими оазисными цивилизациями Древнего Востока.
Общественную среду, в которой жил аркаимский человек, вероятно, нельзя соотносить с первобытностью, с её коллективным производством, распределением и потреблением, а также отсутствием какой-либо эксплуатации. Однако нет у аркаимцев и сложившихся классовых структур.
Их комплексное хозяйство, рационально и гармонично вписанное в природную среду, безусловно, обеспечивало получение прибавочного общественного продукта. Изобилие продуктов питания давало возможность отдельным членам коллектива либо целым группам людей «выпасть» из производственной сферы и посвятить себя служению культу или военному делу. Однако само по себе наличие прибавочного продукта не всегда свидетельствует об эксплуатации – непременном признаке классового общества. На этом этапе общественного развития он ещё не присваивался отдельными социально значимыми лицами, а поглощался в процессе культурно-культовой практики. Что это значит?
Отправление обрядов требовало уйму времени и усилий многих людей. Во что обходилась культовая практика, можно судить по обилию костей жертвенных животных, которые археологи находят при раскопках погребений XVIII-XVI вв. до н.э. В любом детском и подростковом захоронении есть остатки одного-двух баранов или телят. В погребениях взрослых часто встречаются скелеты лошадей и (иногда до десяти и более) крупного и мелкого рогатого скота. В каждую могильную яму непременно помещали сосуды с пищей. Уже после захоронения, во время поминальных обрядов, глиняные сосуды с едой ставили у края могилы, вырывая для них небольшие ямки. Значительное количество мясных, растительных и молочных продуктов тратилось во время строительных культовых обрядов. Остатки их археологи называют «строительными жертвами». Интересны обряды, связанные с божествами воды и огня,
Радом с колодцами, на дне которых зафиксированы жертвоприношения, находились металлургические печи. При этом поддувало печей было связано с колодцем с помощью специального воздуходувного канала, устроенного в грунте.
Эксперимент, проведённый здесь же, в полевых условиях, показал, что печь, совмещенная с колодцем, способна давать температуру, необходимую не только для расплава бронзы, но и для выплавки меди из руды. Это позволило археологам не только представить, как плавили бронзу наши земляки, но и реконструировать древние плавильни и даже выплавить бронзу по их технологии.
Упрощенно дело выглядело так. В «домницу», сложенную из «кирпича» (комьев глины), сыпали дроблёную руду, закладывали дрова и кости (которые играли роль флюса). Затем плавильню замуровывали, поджигали дрова и подавали воздух. Как? А вот додумались. Тяга была. Процесс бронзоварения был совсем не прост.
Около полутора веков процветала в Южноуралье Страна городов. Потом синташтинцы ушли. Их место пусто не осталось, его заняли, судя по всему, другие племена. Но ничего подобного здесь уже никогда не было.
Открытие жертвенников на дне колодцев и столь оригинальных конструкций металлургических печей производит сильное впечатление. Трудно поверить, но весь комплекс как бы наглядно иллюстрировал зафиксированный в форме «натурального макета» древнейший миф о рождении бога огня. Знаменитый и широко распространённый у индоевропейских народов миф свидетельствовал, что бог Агни родился из воды. Воды тёмной и таинственной.
Этому сюжету, как и в целом индоевропейской мифологии, посвящена большая научная литература.
Специалисты знают: в глубинных, изначальных пластах любого мифа обязательно лежит какое-то рациональное ядро. И в реальную (но, увы, не всегда постигаемую нами) истинность мифа можно верить, как в любой факт земного бытия.
Но как осознать сущность идеи рождения огня из воды? Это, казалось бы, вечные взаимоисключающие начала.
Так может, Аркаим даёт нам урок веры в миф?
На дно колодца, в ледяную воду жители Аркаима помещали почётные части жертвенных животных, тщательно прожаренные на костре. Это жертвоприношение божеству Воды. Благодаря воде и колодцу в печи возникнет тяга, которая не просто раздует огонь, а родит бога огня – Агни, который расплавит металл!
Многие специалисты-историки первобытного общества и археологи считают, что появление эксплуатации и классов можно определить по появлению престижных предметов – богатого парадного вооружения, наборов украшений, металлической посуды. Есть ли подобные изделия на поселениях и в могильниках второй четверти II тысячелетия до н.э.? Если говорить только о вещах, то такой набор не велик – каменные и металлические топоры, каменные булавы, бронзовые наконечники копий. Однако в могилы в основном кладут «стандартные» вещи: глиняные сосуды, металлические ножи, тесла, шилья, каменные наконечники стрел и т.д.
В количественном же отношении наборы предметов резко различаются. Если в рядовых погребениях встречаются одно-два изделия из бронзы, то в социально значимых их до десяти и более. Центральные могильные ямы – крупные, со сложными внутренними конструкциями. В этих-то ямах и найдены немногочисленные престижно значимые предметы.
Итак, складывается весьма противоречивая картина. С одной стороны, мы видим на Аркаиме и Синташте дома, близкие между собой не только по конструкции и размерам, но, похоже, и по оформлению интерьера. Довольно стандартный набор вещей в могилах и лишь отдельные престижные предметы. Кажется, они не нарушают впечатления социального единства общества и традиций первобытного равенства.
С другой стороны, мощные оборонительные сооружения и особая, изощренная защищенность центра. Разительное отличие в размерах могильных ям, в количестве помещаемых в них вещей и жертвенных животных. Особая сложность центральных надмогильных конструкций при предельной простоте периферийных.
Очевидно, что в противоречивости этой картины отражены реалии аркаимского общества. При общем росте богатств, происходит их неравномерное распределение. Однако зарождающиеся элементы частной собственности сталкиваются с традициями уравнительного распределения произведённого продукта. На материалах Синташты и Аркаима можно проследить борьбу социальных противоречий между отдельными общинами, между общинами и отдельными семьями и даже внутри отдельных семей.
Учитывая это, можно предположить, что в аркаимском обществе только начался процесс классообразования. Здесь впервые появились возможности перераспределения средств существования (их излишков) через обмен и общественное разделение труда. Аркаим был именно тем центром, на базе которого концентрировался и перераспределялся натуральный прибавочный продукт, организовывалась жизнедеятельность всего социально-хозяйственного и культурного организма.
Вопросы происхождения любой археологической культуры всегда относятся к наиболее сложным. Поиски истоков яркой и многогранной культуры Аркаима и Синташты только подтверждают это правило.
На уровне наших сегодняшних знаний можно уверенно говорить, что основным компонентом в её сложении было абашевское население и какая-то часть полтавкинских (катакомбных) племён, которые к XVIII в. до н.э. из более западных районов переместились к восточным склонам Уральских гор и степным просторам Зауральского пенеплена. К началу П тысячелетия до н.э. на этой территории проживали очень немногочисленные группы людей. Это были потомки местного энеолитического населения, пережившего расцвет и кризис оригинального хозяйства ботайского (терсекского) типа, которое базировалось на охоте на диких лошадей и скотоводстве (коневодстве).
Не исключено, что в формировании «синташты» приняли участие некоторые группы западно-сибирского населения ранней бронзы, в том числе племена недавно открытой ташковской культуры. На востоке ареала, в Приишимье, несомненно влияние кротовских племён. Последнее, вероятно, определило разделение урало-казахстанской степной культуры на два варианта – петровский и синташтинский.
Все вышеперечисленное отражает, в основном, керамические традиции «синташты» и «петровки», объясняет возникновение тех или иных форм глиняной посуды и элементов ее орнаментации. Однако за пределами объяснений остаются многочисленные и важные компоненты материальной культуры.
Откуда были заимствованы традиции грунтовой (глинобитной) архитектуры? Могли ли они сложиться на местной основе в условиях относительно влажного климата степей и лесостепей?
Как складывались традиции круговой планировки? Есть ли какая-то генетическая связь между круглыми поселениями Балканского региона IV-Ш тысячелетий до н.э. с кольцевыми сооружениями Аркаима?
Почему не удается проследить эволюцию боевых колесниц? Связано ли это со спецификой материала (дерево) и его плохой сохранностью в погребальных камерах, или колесница была заимствована населением Урало-Казахстанских степей в готовом виде откуда-то со стороны?
Бесконечное множество вопросов. И все без ответа.
Ясно одно, что хозяйство производящего типа в той форме, в которой оно функционировало на Аркаиме, не могло сложиться без мощных импульсов южных культур и южных цивилизаций. Импульсов либо прямых, либо очень опосредованных.
Каковы исторические судьбы населения «Страны городов»? Специалисты убедительно показали, что синташтинцы приняли самое активное участие в формировании срубной культуры Приуралья и Поволжья. К концу XVI в. до н.э. под натиском своих восточных соседей и почти кровных родственников – петровских племён – они были вынуждены оставить восточные склоны Урала и уйти на запад, на прародину своих культурных предков-абашевцев.
Могильники синташтинцев известны в настоящее время на Волге и на Дону. Активная экспансия синташтинцев в западном направлении зафиксирована в культуре многоваликовой керамики, которая занимает территорию степной Украины. Далее на запад она прослеживается на археологических памятниках Румынии. Показательна близость могильников Аркаима и Синташты с шахтными гробницами Микен XVI в. до н.э. Уже неоднократно отмечалось наличие в степной Евразии многочисленных предметов, несущих на себе микенское влияние. Можно проследить движение некоторых общих элементов культуры с востока на запад, и, позднее, с запада на восток. Вероятно, одна из миграционных культурных волн, связывающая Балканы и Урал, проходила через Кавказ. Лингвисты и историки приводят убедительные параллели в хеттском, древнеиндийском, крито-микенском и армянском языках и указывают на время их активных контактов – первая половина – середина II тысячелетия до н.э..
В качестве рабочей гипотезы правомерно отождествлять «петровчан» с древними иранцами, а «синташтинцев» с протоиндийцами, которые к XVI в. до н.э. покинули свою родину и ушли в Переднюю Азию, а затем в Индию.
Новые открытия в Урало-Ишимском междуречье заново со всей остротой поставили вопросы об истоках ранней городской культуры. Они вскрывают новые грани тех глубинных пластов истории, в недрах которых зрели предпосылки перехода к цивилизации. Цивилизация в Урало-Казахстанских степях не состоялась. На то был целый комплекс причин, прежде всего, экологического характера. Петровско-синташтинские памятники свидетельствуют о том, что степные народы не стояли в стороне от генеральной линии развития человеческих обществ. В сложных для деятельности людей условиях степных экосистем формировались уникальные материальные и духовные ценности. Духовная мощь и новые идеи, рожденные в степи, реализовались в дальнейшем в самых высоких достижениях человеческой культуры, но уже в других временных измерениях или на других территориях Ойкумены.
Творчество в «Стране городов» носило совершенно «варварский» характер, как и вся эта «попытка цивилизации», осуществлённая на сугубо «варварской» основе. Здесь не было того воздействия более развитых предшественников, которое испытали древние индоевропейцы в долине Инда, в Малой Азии, на Балканах и в Эгеиде. Этим отчасти и объясняется сравнительный аскетизм быта в «Стране городов», отсутствие предметов роскоши, развитых форм изобразительного искусства, письменности и т.д. Но именно своим «варварством» и интересен нам сегодня этот опыт сотворения «нового мира», этот странный «эксперимент», который поставила история в XVIII-XVI вв. до н.э. в Урало-Казахстанских степях».
Г.Б. Зданович, И.М. Батанина «СТРАНА ГОРОДОВ»– УКРЕПЛЕННЫЕ ПОСЕЛЕНИЯ ЭПОХИ БРОНЗЫ XVIII-XVI ВВ. ДО Н.Э.
НА ЮЖНОМ УРАЛЕ, » Страна городов» – условное название территории на Южном Урале, в пределах которой расположена компактная группа укрепленных поселений эпохи бронзы – памятников XVIII-XVI вв. до н.э.
«Страна городов» расположена на восточном склоне Южного Урала, глубинное геологическое строение которого предопределило появление многочисленных месторождений меди. При формировании пенеплена руды были «выведены» на дневную поверхность. В условиях жаркого и влажного климата мезозоя под действием экзогенных процессов возникли обогащённые вторичные медные руды (малахит, азурит), удобные для добычи и переработки.
Специалисты по ландшафтному районированию определяют этот район как зону, пограничную между степью и лесостепью. В настоящее время леса сохранились лишь вдоль зоны Урало-Тобольского водораздела, где на куполовидных поднятиях, сложенных гранитами, произрастают реликтовые хвойные боры и смешанные леса, окружённые зонами вторичных лиственных лесов и осиново-берёзовых колков. Количество лесов уменьшается с севера на юг, а в широтном направлении – по мере удаления от линии водораздела. По заключению специалистов, занимающихся дешифрированием космических снимков, зона распространения сплошного леса в прошлом была намного шире и подходила вплотную к тем местам, где расположены памятники «Страны городов» (Н.В, Левит). Наличие леса вблизи поселений являлось важной предпосылкой для строительства городов и предопределило характер традиций градостроения. Как показали раскопки Аркаима и работы по реконструкции аркаимского жилого дома, при его возведении был затрачен внушительный объем дерева – около 100 кубометров (Г.Б.Зданович, А.И.Гутков). Из дерева строились колесницы, срубы в погребениях, колодцах и т.д.
Таким образом, на территории «Страны городов» существовали все необходимые условия для возникновения феномена Синташтинско-Аркаимской культуры: близость лесов (строительный материал и топливо), обширные и богатые пастбища, качественная питьевая вода, наличие медных руд и кремневых пород, использовавшихся для изготовления предметов вооружения – наконечников стрел и копий.
Исследования оборонительных укреплений-валов и рвов, как Аркаима, так и других поселений показывают, что им сопутствуют богатые жертвенные комплексы – части крупного и мелкого рогатого скота, сосуды, вещевой инвентарь, мощные прокалы. Всё это свидетельствует о разнообразных ритуальных действиях и богатой культовой практике, связанной с фортификационными сооружениями.
Могильники, связанные с «протогородами», отражают высокий уровень социальной дифференциации аркаимско-синташтинского общества. Здесь, наряду с могилами простых людей, можно видеть погребения жрецов и воинов, захороненных с колесницами и лошадьми, богатым набором вооружения и символами власти.
Открытие «Страны городов» остро поставило вопрос об этнической принадлежности её носителей. Какой народ был создателем уникальной культуры?
По данным исследования антропологических материалов (остатков человеческих скелетов), население протогородских центров Южного Зауралья XVIII-XVI вв. до н.э. было европеоидным, без заметных признаков монголоидных черт (Р,.Линдстром). Типичный краниологический тип характеризуется очень длинным и узким (или очень узким) и довольно высоким черепом. Средний рост взрослых мужчин устанавливается в пределах 172-175 см, женщины немного ниже, в среднем 161-164 см.
Аркаимский тип человека близок: населению древнеямной культуры, которое занимало обширные области евразийских степей в энеолите и раннем бронзовом веке. Нужно отметить сходство аркаимцев с более поздним срубным населением Поволжья и людьми эпохи бронзы Западного Казахстана. Степень сходства с андроновским населением Южной Сибири и Восточного Казахстана («андроновский антропологический тип», по Г.Ф. Дебецу) значительно меньше, чем с людьми бронзового века, которые проживали к западу от Уральского хребта.
Судя по костным остаткам, население Зауралья отличалось хорошим здоровьем. Несмотря на отмеченные общие черты, люди «Страны городов» значительно отличались друг от друга, и говорить о едином физическом типе нельзя. Это ещё раз заставляет подчеркнуть сложный состав генетической популяции людей – создателей синташтинско-аркаимской цивилизации.
Сегодня, имея огромный археологический материал, можно с большим основанием вернуться к разработке научной гипотезы о южно-уральской прародине арийских племён.
География глубинных пластов «Ригведы» и «Авесты» вполне совместима с исторической географией Южного Урала XVIII-XVI вв. до н.э. Здесь есть и своя святая гора Хара, и семь рек, и озеро Варукаша. Не исключено, что в географической традиции «Авесты» многое идёт ещё от эпохи палеолита, когда мощный ледниковый щит простирался с запада на восток по линии, которая сегодня условно разделяет Южный и Средний Урал,
Разных мнений о том, кто такие были синташтинцы, почему и куда они ушли, немало. Не удивительно! Открытие и исследование Аркаима и Страны городов отнюдь не рядовые. «Должны рассматриваться как научное событие эпохального порядка», – считает авторитетный специалист по древним поселениям Евразии Н.Я. Мерперт. Добавить к его мнению нечего.
Более полутора десятков лет прошло с тех пор, как был открыт первый в Стране городов град Синташта.
Аркаим был пригоризонтной обсерваторией типа Стоунхенджа,
Конструкция Аркаима такова, что наблюдения за горизонтом здесь можно вести только со стен внутреннего круга, но компоновка была решена настолько рационально, что этих элементов хватало для наблюдения всех 18 значимых событий!
Резонно предположить, что выполнение роли инструмента астрономических наблюдений не было единственной или даже главной функцией сооружения. Этот вывод следует из того, что далеко не все выявленные элементы конструкции «города» и знаки на горизонте вокруг него идентифицируются в качестве деталей астрономического «инструмента».
Отсюда можно заключить, что выполнение астрономических наблюдений составляло лишь одну необходимую грань той сложной, комплексной функции, которую выполняло поселение древних ариев среди просторной долины в глубине великой Урало-Казахстанской степи. В чём заключалась эта функция? Чтобы убедительно ответить на этот вопрос, нужно более детально изучить конструкцию самого Аркаима, и более полно сопоставить всё, что становится известным об этом памятнике, с объектами-аналогами, которые обнаруживаются в разных частях света.
Однако оставим для соответствующих специалистов загадки чисто археологические, исторические; суммируем хотя бы то, что нам достаточно достоверно известно об Аркаиме как археоастрономическом памятнике.
Кстати, приложив эклиптическую систему координат к конструкции Стоунхенджа, мы пришли к выводу, что главной, если только не единственной функцией этого сооружения было хранение информации о прецессии.
Продолжая анализ конструкции Аркаима, мы обнаруживаем в его геометрии и другие астрономические символы. Так, в радиусе внутренней стены сооружения, исчисленном в аркаимской мере, угадывается число, выражающее высоту полюса мира над Аркаимом; оно же означает географическую широту расположения памятника. Интересно (и едва ли случайно), что примерно на той же широте расположены и Стоунхендж, и курган Аржан на Алтае…
В планировке помещений внутреннего круга угадывается, сложная гармоническая основа для воплощения в архитектурных формах представлений о сотворении мира и человека.
Невероятно высокий уровень астрономических познаний в глубокой древности снимает если не все, то многие из этих вопросов. Древние обсерватории были, и были результаты тончайших и длительных астрономических наблюдений.
Астрономы народа майя исчисляли продолжительность лунного месяца с точностью до 0,0004 суток (34 секунды). Время обращения Земли вокруг Солнца у них равнялось 365,242129 суток. С помощью точнейших современных астрономических приборов это число уточнили: 365,242198 суток.
Верить трудно, Но, тем не менее, на нашей планете есть несколько сооружений, поставивших в тупик современную науку: египетские пирамиды, гигантские рисунки пустыни Наска, Стоунхендж в Англии, Каллениш в Шотландии, Зорац-Кар в Армении и, похоже, наш Аркаим…
По данным Валерия Ерофеева, о происхождении Заволжского исторического вала, учёные самых различных специальностей выдвинули множество гипотез, объясняющих происхождение древних тайн и легенд полуострова Самарской Луки на Средней Волге, практически со всех сторон окружённого водой. Северную часть этой излучины, как известно, занимают Жигулевские горы.
Невероятных масштабов стена, Этими словами современные российские историки именуют некое грандиозное сооружение, которое в наши дни выглядит как земляная насыпь, вдоль подножия, которой тянется хорошо заметный ров. Сейчас эта насыпь имеет высоту до пяти метров и семь-десять метров в ширину, а глубина рва колеблется от одного до трех метров. В момент своего возведения Заволжский исторический вал имел куда более впечатляющие размеры, вполне сравнимые по масштабам с античными «чудесами света».
Это вовсе не какой-то археологический объект местного значения, как можно вначале подумать. Дело в том, что следы упомянутого грандиозного сооружения встречаются по всему российскому Заволжью – от Астраханской области до Татарстана, после чего эта земляная стена поворачивает на восток и теряется где-то в предгорьях Среднего Урала. Но в любом случае размеры Заволжского исторического вала не могут не поражать: в общей сложности его длина составляет не менее двух с половиной тысяч километров.
В разрезе вал имеет хорошо заметную трапециевидную форму. Кроме того, здесь и по сей день сохранились навалы из бутового камня, которым древние строители когда-то укрепляли основание своего циклопического сооружения. С территории Красноярского района исторический вал уходит дальше на север Самарской области, а затем в Татарстан и Башкортостан.
Последние археологические сведения говорят о том, что Заволжский исторический вал был возведен некой могущественной и многочисленной расой огнепоклонников примерно во II тысячелетии до нашей эры, то есть около четырех тысяч лет назад. Эти данные вполне согласуются со временем существования на Южном Урале, на территории современной Челябинской области, загадочного города Аркаима, который, видимо, был крупнейшим культурным и хозяйственным центром этой древней и до сих пор ещё таинственной цивилизации.
По всей видимости, уже в те времена аркаимцы хорошо знали металлургическое производство, что говорит о высоком уровне знаний этой расы. Наверняка именно этот весьма развитый для тех времён и очень многочисленный народ и построил тысячи лет назад Заволжский исторический вал, который должен был играть роль оборонительных сооружений при набегах с запада диких европейских племён (варваров) и с юга, юга–запада древних кочевых орд,
Но по неизвестной нам пока причине Аркаим буквально в один день прекратил свое существование. Очень быстро с просторов Восточно-Европейской равнины исчезла и построившая этот город могущественная и таинственная цивилизация.
Я работал в шахте – это адский труд, Многим было странно, как они, то исчезают под землёй, то неожиданно появляются. Чудно!