аниме путешествие на запад персонажи
LiveInternetLiveInternet
—Музыка
—Метки
—Рубрики
—Цитатник
Жестокие истины которые сделают вас сильнее Мы с трудом признаемся в своей слабости и.
10 лайфхаков, которые могут пригодиться в любой момент Стремление сделать жизнь проще с помощ.
Блестящие решения разных мелких неприятностей Полезных советов никогда не бывает мн.
—Фотоальбом
—Ссылки
—Поиск по дневнику
—Подписка по e-mail
—Статистика
Персонажи романа У Ченьэня «Путешествие на запад».
Путешествие на запад: обезьяна
Путешествие Сюаньцзана в Индию послужило основой для мистического приключенческого романа, написанного в Китае в 16 веке. Роман «Путешествие на запад», один из четырех великих классических романов китайской литературы, был анонимно опубликован в 1590 году. Современные историки приписывают авторство книжнику У Чэньэню. 
Фактически, главным героем романа является не монах Сюаньцзан, а сопровождающий его строптивый и легкомысленный царь обезьян Сунь Укун. Сунь Укун родился из каменного яйца на вершине горы и провозгласил себя царем обезьян. Под его управлением и защитой обезьяны сумели избавиться от врагов и зажили благополучно. Но, однажды, Сунь Укун узнает, что обезьяны смертны, а значит ему тоже придется умереть. Тогда, после недолгих раздумий, он покидает родную гору в поисках бессмертия для себя и своих собратьев.
Сунь Укун находит учителя, у которого за долгие годы обучается мудрости, единоборствам и некоторым магическим трюкам. Например, теперь он может вызывать специальное облако и перемещаться на нем с огромной скоростью на огромные расстояния. Сунь Укун покинул учителя, так и не получив бессмертия. Потом он поступает на службу к небесному императору, однако получает не слишком почетную должность управляющего императорскими конюшнями. Поняв, что ему дали не то место, которое он заслуживает, Сунь Укун устраивает беспорядок в небесном дворце: съедает персики бессмертия в императорском саду, ворует и съедает таблетки бессмертия, приготовленые самим Лао Цзы для приглашенных на императорский прием, срывает этот прием спаивая слуг, совершает множество других пакостей и убегает из дворца. Целые армии небесных солдат, посланные за ним, бьются с Сунь Укуном, но он побеждает.
Тогда в историю вмешивается сам Будда. Он предлагает обезьяне пари: если Сунь Укун сумеет выпрыгнуть с ладони Будды, Будда сделает его императором неба, если не сумеет — окажется заточен на тысячелетия. Сунь Укун с радостью соглашается — ведь он владеет магией летающего облака. Он прыгает с ладони Будды, летит на край вселенной и видит там пять розовых колонн. Сунь Укун пишет на одной из них «Великий мудрец подобный небу был здесь» и писает на колонну. Затем возвращается к Будде с требованием объявить его императором неба. Тогда Будда показывает ему средний палец, на котором мелко написано «Великий мудрец подобный небу был здесь». Под пальцем на ладони видна малюсенькая лужица. Сунь Укун проиграл пари и был на тысячелетия заточен, зажатый подножиями пяти гор.
Путешествие на запад: свинья
Вторым после мятежного царя обезьян Сунь Укуна к монаху Сюаньцзану присоединяется человек-свинья Чжу Бацзе.
Чжу Бацзе был когда-то бессмертным небожителем, маршалом ста тысяч солдат млечного пути. Однажды, на банкете он напился и домогался прекрасной богини-луны Чан Э. Доклад об этом разгневал Яшмового императора, и он повелел лишить Чжу Бацзе бессмертия. Разжалованный должен был переродиться человеком, но в колесе перерождений произошел сбой и он оказался в утробе дикой кабанихи. Так Чжу Бацзе стал свиноподобным монстром. Он жил один в горной пещере и часто убивал и съедал проходивших мимо путников. Пока, однажды, бодхисаттва Гуанинь не решила положить конец его преступлением. Она обратила его в буддизм, дала новое имя «Свинья Пробужденная к Силе», и запретила свинодемону есть мясную пищу и заниматься сексом. Гуанинь велела ему дожидаться монаха Сюаньцзана, а когда тот появится сопровождать его в его странствии.
Свинья честно воздерживался от мяса, но тяга к сексу заставила его спуститься с горы, чтобы найти себе жену. Он принял обличие обычного человека и женился на молодой девушке. И хотя по началу все складывалось хорошо, в деревне его ждали неприятности. Чжу Бацзе честно работал в семейном поле, заботился о жене и оказывал почести тестю. Однако, однажды тот прознал, что Чжу Бацзе на самом деле не человек, и попытался отобрать дочь. Тогда Чжу Бацзе запер женщину в доме и не позволял ей видиться с родственниками. В самый разгар этого семейного конфликта в деревню приходят Сюаньцзан и Сунь Укун.
Всегда готовый кого-нибудь побить Сунь Укун берется изгнать неформатного зятя. Однако поединок выходит непростым — Чжу Бацзе использует свои волшебные боевые грабли с девятью зубцами и несколько дней подряд выходит невредимым из боя с Сунь Укуном. Каждой схватке предшествует разогревающая перебранка, чаще всего в стихах. В начале очередного боя, Сунь Укун упоминает, что сопровождает монаха в его путешествии за священными буддистскими письменами. Чжу Бацзе тут же сдается и просит представить его Сюаньцзану.
Тот дает супер-свинье новое имя — Чжу Бацзе, или Свинья Восьми Запретов, и берет с собой.
Сюаньцзан (602-644/664) — знаменитый китайский буддийский монах, учёный, философ, путешественник и переводчик времён династии Тан. Он известен своим семнадцатилетним путешествием в Индию, где он учился и общался со знаменитыми буддийскими мастерами, в частности в монастыре Наланда.
В молодости Сюаньцзан приобрёл обширные познания в буддизме. Сюаньцзан переехал в Чаньань, где работал с известными учёными буддистами. Он пришёл к выводу, что большинство разногласий между существующими школами вызвано отсутствием хороших переводов канонических произведений.В 629 году Сюаньцзан увидел сон, который побудил его предпринять паломничество в Индию. В то время Китай вёл войну, и зарубежные поездки были запрещены, император не дал разрешения на поездку. Сюаньцзану удалось тайно покинуть империю через Лянчжоу (Ганьсу) и Цинхай. Он пересёк пустыню Гоби, через Кумул (Хами) попал на Тянь-Шань и в 630 году прибыл в Турфан. Король Турфана был буддистом, он снарядил его для дальнейшей поездки, дав рекомендательные письма.
После этого он перевалил Шибар и попал в город Каписи (60 км к северу от современного Кабула), где находилось около сотни монастырей и 6,000 монахов, преимущественно Махаяны. Это уже была территория Гандхары. Здесь Сюаньцзан принимал участие в буддийских дебатах, и познакомился со многими буддийскими школами. Здесь же он встретил первых индуистов и джайнов. Далее он направился в афганский Джелалабад, который уже считался Индией. Он достиг Джелалабада в 630 году.
Сюаньцзан провел много лет, обучаясь у виднейших индийских буддистов, посещая святые места, участвуя в диспутах между буддистами и представителями других учений. После одной из таких дискуссий с двумя сторонниками Мадхъямаки (последователями Нагарджуны) он написал на санскрите поэму в три тысячи строф под заглавием «Об отсутствии различий между Мадхъямакой и Йогачарой». Поэма, к сожалению, не сохранилась. Дав обещание своему учителю Шилабхадре пропагандировать логику Дигнаги, он возвратился в 645 году в Китай.
Сюаньцзан привёз из Индии 657 текстов на санскрите. Он получил поддержку императора, и организовал большую школу переводов в городе Чанъань, привлекая к работе многочисленных учеников по всей Восточной Азии. Он перевёл на китайский язык 1,330 сочинений. В 646 году по заданию императора Сюаньцзан завершил свою книгу «Путешествие в Индию Великой Династии Тан», которую сейчас перевели на многие языки.
Рассказы Сюаньцзана привели к появлению многих легенд, и позднее во время династии Мин был написан знаменитый роман «Путешествие на Запад», вошедший в число классических сочинений китайской литературы, который до сих пор популярен во всём мире.
Как реликвия, череп Сюаньцзана хранился в Храме Великого Сострадания в Тяньцзине до 1956 году, после чего был доставлен в университет Наланда и передан Индии, сейчас он хранится в музее города Патна. В монастыре Вэньшу в Чэнду,провинция Сычуань также хранится часть черепа Сюаньцзана.
У Чэнъэнь «Путешествие на Запад»
Путешествие на Запад
Другие названия: Сунь Укун — Царь обезьян; Xiyouji
Роман-эпопея, 1570 год
Язык написания: китайский
Перевод на русский: — А. Рогачев (Путешествие на Запад. Книга 1, Путешествие на Запад. Книга 2, Путешествие на Запад. Том 1, Путешествие на Запад. Том 2, Путешествие на Запад. Том 4, Сунь Укун — Царь обезьян, Сунь Укун – Царь обезьян) ; 1959 г. — 9 изд. — В. Колоколов (Путешествие на Запад. Книга 3, Путешествие на Запад. Книга 4, Путешествие на Запад. Том 3) ; 1959 г. — 5 изд.
Один из четырёх классических романов на китайском языке. Опубликован в 1590-е гг. без указания автора.
Роман «Путешествие на Запад» стал началом жанра фанстастической или героико-фантастической эпопеи. Повествование о похождениях Сунь Укуна — царя обезьян — стало одним из любимейших в Китае и одним из самых известных за рубежом.
Роман «Путешествие на Запад» основыван на народных легендах о путешествии монаха Сюаньцзана в Индию (VII в.). Сюжет романа постепенно превращался в волшебную сказку — появлялись дополнительные сюжеты, не связанные с основной темой, персонажи. У героя появляются «помощники» — царь обезьян Сунь Укун, сосланный на землю за устроенный им переполох в Небесном дворце, и свинья Чжу Бацзе, также сосланный с небес за свои провинности. Царь обезьян Сунь Укун — персонаж героический, Чжу Бацзе — комический. Вместе с монахом Сюаньцзаном они образуют весьма интересную группу, очень по-разному реагирующих на действительность.
В романе вслед за народными легендами персонаж Сунь Укуна выходит на передний план, он становится символом жизненной силы.
Роман трактуется по-разному: и как буддийское наставление, и как отражение народной борьбы, и как волшебная сказка, и как роман о поисках истины.
В 2015 году роман был экранизирован.
По мотивам романа была сделана игра.
Обозначения: 
циклы 
романы 
повести 
графические произведения 
рассказы и пр.
— «Царь обезьян» / «西遊記 / Saiyûki / Monkey» 1978, Япония, реж: Тоши Аоки, Дзюн Фукуда, Масахиро Такасе и др.
— «Царь обезьян: Новые легенды» / «The New Legends of Monkey» 2018, Австралия, Новая Зеландия, реж: Крэйг Ирвин, Джерард Джонстоун
Издания на иностранных языках:
Сунь Укун, царь обезьян, как и некоторые другие персонажи данного произведения – в китайской культуре фигуры культовые, но вот у нас они известны не то чтобы очень. Так стоит ли проводить ознакомление со злоключениями сего достойного примата? Зависит от того, что вы хотите получить от литературного произведение.
Ради чего стоит читать «Путешествие», так это ради юмора. На удивление он здесь весьма доходчивый и понятный, несмотря на то, что книга написана несколько веков назад и порождена в общем-то довольно чуждой нам культурой. Здесь есть как и простые житейские шутки вроде «Оборотни, не ешьте его! – Спасибо, друг, ты пришел меня спасти… — Сначала шкуру с него сдерите, она слишком жесткая», так и подтрунивание над чиновниками и громоздкой бюрократией, выпады в сторону коих кажется не устареют никогда. Особенно у нас.
Ради чего возможно стоит читать, так это ради схваток. Они яркие и местами необычные (например, вышеупомянутый царь обезьян и свинья с боевыми граблями обращают дракона (или кто он там. ) в буддизм путем нещадного избиения последнего), но при этом до скрежета однообразные и предсказуемые. Во такой вот парадокс. Выражается это в том, что кто бы ни встал у наших героев на пути, какой бы тяжелой ни была схватка, так или иначе супостата они уработают. Походу, этой концепцией до сих пор пользуется львиная доля аниме…
А вот ради чего книгу не стоит читать, так это ради какого-то невероятного или закрученного сюжета. Произведение объемное и не то чтобы особо непредсказуемое, поэтому велика возможность, что даже шутки и драки рано или поздно набьют оскомину, и до финала дотянут лишь самые терпеливые из читателей.
В любом случае, хотя бы попробовать почитать «Путешествие на Запад» стоит. Но как только почуете, что оно начало вам надоедать, можете смело прекращать чтение и обращать свое внимание на что-либо другое (если вы конечно не сторонник подхода доводить любое дело до конца, сколь бы отдаленным и ничего не обещающим это конец ни был бы).
Вот и закончилось мое утомительное и интересное Путешествие на Запад, в связи с чем я испытал и облегчение, и грусть. А в качестве преамбулы к отзыву отмечу, что моя оценка «10» роману «Путешествие на Запад» чисто номинальная. Я поставил ее только для того, чтобы получить возможность поучаствовать в классификации книги. А оценка? — в данном случае она не имеет никакого значения. Есть грандиозные литературные произведения, определяющие то, что называется «культурным кодом» целой цивилизации на протяжении веков (например, «Илиада», «Дон Кихот», «Евгений Онегин»); применять к ним свои индивидуальные оценки, по-моему, просто бессмысленно.
Признаюсь, чтение «Путешествия на Запад» далось мне с немалым трудом. Причинами тому служат и специфические особенности китайского литературного стиля, и нюансы перевода (у меня есть ряд претензий к переводу, особенно слов, имеющих отношение к буддизму — я еще могу принять вариант «бодисаттва», а не «бодхисаттва», но написание имени первого патриарха чань-буддизма «Бодидарма» вместо устойчиво принятого «Бодхидхарма» меня порядком покоробило). Наконец, объем романа оказался для меня столь велик, что, к сожалению, восприятие текста местами заметно ухудшалось.
В отзыве хочу также упомянуть о том, что можно назвать несбывшимися ожиданиями (что, однако, не определю как недостаток). Не имея почти никакого предварительного представления о романе, я ожидал двух вещей.
Во-первых, углубленного внимания автора к географии путешествия (казалось бы, из названия это должно было логично следовать). География тут, конечно, есть, только по большей части вымышленная и довольно абстрактная. Из реальных географических объектов (помимо, конечно, Срединного государства) называются только тогдашняя столица Китая Чанъань (ныне Сиань) и страна Шравасти (на самом деле это не страна, а древности индийский город в пригималайской части долины реки Ганг; причем в эпоху реального путешествия монаха Сюаньцзана он пребывал в запустении, о чем уже сообщал двумя веками ранее путешествовавший из Китая в Индию монах Фасянь). Кроме того, по косвенному признаку (упоминание ламаистского монастыря) можно предположить, что речь идет о Тибете (в котором, кстати, реальный Сюаньцзан не был). Названия многих стран в русском тексте приведены с переводом и носят условный или говорящий характер: например, Страна Искоренения (впоследствии — Почитания) Учения Будды. Во-вторых, я весьма наивно ожидал раскрытия темы буддистского учения. Эта тема, конечно, присутствует (надо заметить, в довольно пространной форме). Но по итогам прочтения мне стало ясно, что малое присутствие собственно религиозной темы в романе — совершенно точно к лучшему. Видимо, художественная литература и религии плохо совместимы друг с другом. И концовка «Путешествия на Запад», в которой герои достигают религиозной благодати, в художественном плане не выглядит увлекательно.
И еще на тему религий и учений добавлю то любопытное обстоятельство, что в романе неоднократно встречаются удивившие меня выпады против даосизма. Представлены они, правда, не в прямой форме, а таким образом, что некоторые оборотни, с которыми борются главные герои, имеют вид даосов (а в главе 64 представлен даже небольшой диспут Сюаньцзана с оборотнями, излагающими явно даосские идеи). Я воспринял этот аспект, исходя из того, что ко времени У Чэнъэня даосизм далеко отошел от блестящей игры мысли Лао-цзы, Ле-цзы и Чжуан-цзы, скатившись к тяжеловесному культу и кропотливым сомнительного толка занятиям алхимией и магией.
Собственно говоря, именно тема исполненной волшебства и чудес борьбы с оборотнями является сквозной нитью Путешествия на Запад Сюаньцзана и трех его сверхъестественных учеников. Оборотней тут великое множество, и опирающаяся на китайский фольклор фантазия автора намного превосходит европейских вервольфов. Есть даже деревья-оборотни (якобы даосы), ну а самым удивительным для меня был оборотень Нефритовый заяц (юйту), который в китайской мифологии живет на Луне и толчет в ступе порошок для эликсира бессмертия. Большинство оборотней желает съесть Сюаньцзана, некоторые — соблазнить его: то есть, иначе говоря, хотят завладеть его телом, духом и силой Ян.
Тема оборотней наводит на мысль о том, что смыслом борьбы является отделение Истинного от Ложного. Но наиболее интересное в этой теме то, что ученики Сюаньцзана — сами, по сути, оборотни. И, значит, бороться с ложным им предстоит не только вовне, но и внутри. Эти ученики Сюаньцзана — существа в высшей степени примечательные: Сунь Укун — обезьяна-чародей; Чжу Бацзе — свино-человек с большим рылом и огромными ушами; Ша Сэн — верзила с темным лицом. Все главные герои (особенно Чжу Бацзе), включая самого Сюаньцзана, полны многих пороков, и, пожалуй, именно благодаря этому воспринимаются не только как живые, но и с симпатией.
Теперь скажу о существенных достоинствах романа «Путешествие на Запад». Для человека, увлекающегося китайской культурой (коим я являюсь) это произведение — бездонный кладезь интересных сведений. Меня больше всего заинтересовала китайская мифическая (с элементами даосизма и буддизма) картина Небесного мироустройства, которая представляет собой диковинную государственно-бюрократическую систему под властью Нефритового Императора. Показана эта картина, конечно, с глубоким почтением, но и не без юмора и иронии, что, на мой взгляд, является очень ценным мотивом в творчестве У Чэнъэня. Не откажу себе в удовольствии привести пример иронии над бюрократизмом: Нефритовый Император отдает приказ дракону пролить в некоей местности дождь определенного объема, а также еще 42 капли. Не больше, не меньше!
Отмечу также важную, на мой взгляд, идею о том, как добро может оборачиваться злом (она представлена в главах 96 и 97), что соответствует представлениям Восточных Учений.
И еще мне пришлись по душе многочисленные стихотворные описания природных пейзажей, храмов, городов, героев и героинь, пиров, битв и прочих атрибутов романа. Больше всего мне полюбился представленной в главе 10 диалог (в прозе и стихах) двух друзей — рыбака и дровосека, в котором излагается (кстати, без всяких религиозных умствований) простая и мудрая правда жизни. Приведу цитату (с чего начинается дружеский диалог-спор): «Дорогой брат Ли, — молвил Чжан Шао, — мне кажется, что люди, которые гонятся за славой и выгодой, только губят себя. Ведь получить высокий титул — все равно что с закрытыми глазами броситься в объятия тигра, а уж принять чьи либо благодеяния не лучше, чем положить змею в собственный рукав. Как вспомнишь обо всем этом, так и подумаешь, что лучше нашего с тобой привольного житья нет. Мы живем среди гор, на берегу реки, можем любоваться красотами природы и гулять, когда нам вздумается, мы довольствуемся своей скромной участью: чем богаты, тем и рады».
Это прежде всего сказка. Сказка волшебная — ибо волшебства в ней как раз с лихвой да с избытком. Начиная с того, что все персонажи и герои — попросту существа непростые (разве что императора считать обычным человеком?), а с самого происхождения своего уже заражены и заряжены волшбой. Почти все они либо в этом, либо в предыдущих своих перерождениях были существами горними и скорее принадлежали к миру духов, нежели людей, и только по воле высшего буддистского синклита являются теперь теми, с кем мы имеем дело — бывшими каменными обезьянами, свиноподобными и драконовидными образинами и всякой прочей экзотической бытностью. Сказка весёлая и отчасти даже плутовская, потому что всяческие проделки отважного обезьяна Сунь У-куна, свинообразного Чжу Ба-цзе и монструозного «красавца» Ша-сэна иначе как плутовством не назовёшь.
Во-вторых, это квест. Классический причём квест — некая группа героев числом пятеро дует из точки «А» в точку «Б», имея конечной целью обретение неких магических книг (на самом деле не магических, но просто написанных самим Буддой Татагата [так в книге, на самом деле tathagata] и потому священных буддистских книг, наполненных буддистскими истинами и максимами до предела и, собственно, из этих истин и максим и состоящих) и перемещение оных в исходную точку «А». Преодолевая по пути всяческие преграды и совершая различные подвиги и свершения. Но об этом мы сейчас говорить не будем (излюбленная фраза, встречающаяся в романе с завидным постоянством).
Но вот если отбросить в сторону /коньки/ всякую волшебно-магическую сказочную содержательность, то (это, уже, в-четвёртых) перед нами возникнет замечательное полотно бытовой жизни китайско — юго-восточного региона с многочисленными описаниями природных ландшафтов и красот встречаемых по пути городов, с красочными детально расписанными автором (или переводчиком?) одеждами и деталями быта, с праздниками и обрядами, с многочисленным и слегка экзотичным растительным и животным миром этого региона. И эта содержательная составляющая настолько важна и настолько заметна в книге, что всякое ёрничанье и шутовство сразу куда-то исчезает.
Наконец (это в-пятых), невозможно не упомянуть в самых восторженных и возвышенных тонах о стихотворной составляющей этого четырёхтомника. Не знаю, какой объём от 2200 страниц романа составляют многочисленные стихотворные формы, но не будь этих искусно выведенных тщательно срифмованных и размерно выдержанных страниц, и роман был бы и тяжеловесен, и гораздо более уныл, и менее красочен и сочен. А так все эти а-ля-некрасовско-лермонтовские гётевско-пушкинские вирши разбавляют довольно однообразный текст и придают ему пикантность и уникальные вкусовые оттенки — нижайший поклон переводчику (переводчикам?) этой книги!
Небольшой постскрипт к абзацу: попробовал представить себе, каким образом при иероглифическом письме получается фонетическая рифма? Или при письме пиктографическом. О_о.
Об однообразии: роман имеет одну своеобразную особенность — любое и каждое происшествие, начиная с самых первых событий и продолжая всеми теми приключенческими встречами, которые (кажется их количество приближается к 81, по крайней мере так требует буддизм, что число испытаний для человека, идущего по Пути, должно быть девятью девять…) постоянно происходят с героями книги, неизменно повторяется в тех или иных вариантах и вариациях — непременно возникает повод пересказать либо почти всю предысторию, либо в той или иной её части, но от всего этого мы перечитываем уже знакомые и почти назубок запомнившиеся сюжетные происшествия ещё и ещё и ещё… Что слегка утомляет.
Но вот знаете, чего лично мне не хватило в этой книге? Молитвенных барабанов хурдэ, которые должны крутить буддисты в самых разных местах. То ли в те времена ещё не было принято их устанавливать на пеших и конных маршрутах (однако источники утверждают, что это давняя буддистская традиция — в качестве духовной практики крутить содержащие буддистские молитвы и сутры барабаны), то ли автор почему-то забыл о них. А ведь колорит-то какой.
Но зато сразу после прочтения книги поймал себя на мысли, что, вполне возможно, придёт время, когда немного подрастёт новорожденный внук и дед возьмёт в руки книгу (непременно в бумаге) и неспешно, по одной главе в неделю, будет читать ему вслух всю это волшебно-сказочную историю из ровно ста глав и рассматривать вместе с продолжателем и будущим главой родового клана все эти замечательные и жутко атмосферные сто картинок-иллюстраций, украшающих роман-сказку…
На самом деле, китайцы не так уже часто путешествовали на Запад :), что бы не подразумевалось под «Западом». В целом, они весьма рациональные люди, далекие от романтики и фантазии. Поэтому, в романе почти нет никаких особенно возбуждающих воображение ситуаций и поворотов. Путники идут-бредут (в основном, пешком, хотя они и весьма могущественны), разговаривают, а частенько перебраниваются друг с другом, останавливаются на ночлег, время от времени сражаются с оборотнями и другими чертями, спасают и воодушевляют своего жалкого и ничтожного учителя, снова берут свои узлы и вперед, и т.д., и т.п. Хотя идут они, по субъективным ощущениям читателя, довольно долго и зашли весьма далеко, по сути, всё ещё идут по старому Китаю, ибо всё новые и новые государи, сановники, монахи, отшельники носят типично китайские имена и прозвища, ведут себя по-китайски, и пр. При этом Сун Укунь то и дело садится на облако и отправляется за помощью на тот самый Запад, куда они бредут с таким старанием и трудом. Запад, в сущности, ему хорошо знаком и понятен, ибо и там, во дворце Будды, в облаках и бесконечных небесах мы находим всё тот же скучный старый Китай с бесконечными поклонами, чернильницами, чиновниками, церемониями, перебранками, халатами и т.д. Разнообразят сюжет лишь нечастые, к сожалению, шутливые перебранки Сун Укуна с Чжу Бацзе, заигрывания с девушками, сценки обжорства, плутовские выходки и мелкие пакости, которые главные герои втихую творят. Очень интересны и жанровые зарисовки, контрасты холода и домашнего уюта. К сожалению, Сюаньцзянь изображен чрезвычайно непривлекательным, а ведь это был, если верить источникам, воистину замечательный человек. Но буддизмом китайцы так и не заинтересовались. Как, впрочем, и христианством, и исламом.
Идеальная фэнтези-бродилка. Они в Китае, видимо, шестой век подряд уже популярны. Игру по ней сделать надо бы)) Сто пространных глав книжного роуд-муви о том, как один монах в Индию за драгоценными буддийскими сутрами ходил. В компании царя обезьян, другого монаха, заколдованного дракона и простого парня весьма свинской (в прямом смысле) наружности. Больше всего беспокойств — от царя обезьян, вестимо. Объяснить, почему этот китайский цирк меня так веселит, я не могу. Он просто настолько абсурдный и настолько китайский, что я даже затрудняюсь сказать, что там самое прекрасное. Жадноватые святые с боевым посохом наперевес? Боддхисатва Гуаньинь, покровительствующая наглой, самоусовершенствованной до полного бессмертия разумной обезьяне? Нет, пожалуй, знаменитая адская бюрократия. Во всех смыслах адская. Китайскому Орфею в первую очередь имеет смысл запастись взятк. подарками для местных чиновников, вот, например, дыньками:
– О, император Тай-цзун очень добродетельный человек, он вполне заслуживает доверия, – обрадованно воскликнул Владыка ада, принимая дыни. Затем он спросил, кто он такой и откуда родом.
Выслушав его, десять судей тотчас же послали за душой его жены Цуй-лянь. Дух-посланец быстро разыскал ее и доставил во дворец властителя ада. Супругам велели изложить свое дело. Оказалось, что по Книге судеб им суждено прожить до преклонного возраста и сделаться бессмертными. Тут же был дан приказ немедленно вернуть их к жизни. Однако дух, которому было поручено сделать это, доложил:
– Душа Ли Цуй-лянь уже долгое время находится в преисподней, и я думаю, что тело ее уже разложилось. Что же делать?
– Сегодня должна умереть сестра императора – Ли Юй-ин, – сказал тогда Владыка ада. – Возьми ее телесную оболочку и вложи в нее душу Цуй-лянь».
В общем, не надейтесь, что за гробом бюрократия кончится. Там такой же бардак, как везде. Только адский!
И о поэзии. То есть о граблях.
«– Да что с тобой разговаривать! – крикнул волшебник. – Отведай-ка лучше мои грабли!
– Ну, если ты считаешь, что это обыкновенные грабли, то ошибаешься! – воскликнул волшебник. – Послушай, что я тебе о них расскажу:
И небо грабли достают и землю, —
Безмерно протяженные в длину, —
Начало Инь с началом Ян объемлют
И разделяют солнце и луну.
Я улучшал себя и стал бессмертным
И заработал полководца чин, —
Сам император в милости безмерной
С почетом эти грабли мне вручил».
Четыре тома такого счастья. Простите за дикое количество цитат, по-моему, без них невозможно заранее оценить, что это за «классическое произведение средневекового китайского искусства».
Сразу скажу, всю книгу не осилил до конца. С другой стороны – два толстенных тома из четырёх дают мне право и возможность оценить это произведение.
От реального путешествия Сюань Цзана из Китая в Индию и обратно, которое произошло в VII веке ничего не осталось. Он уже не покидает Поднебесную тайком, как нарушитель закона (ибо жителям запрещалось выезжать за пределы Самого Лучшего на Земле Государства), а вполне легально отправляется в неведомые земли в сопровождении волшебных спутников. Ну и конечно, настоящему монаху даже в опиумном бреду не могло бы привидится, КТО (согласно народным легендам и фантазиям автора романа) составит ему компанию в этом путешествии.
Самый яркий герой романа – Сунь Укун, царь обезьян. Именно он находится в центре событий, а не Сюань Цзан, из-за паломничества которого и был написан этот роман. Собственно книга начинается с того как Сунь Укун съедает все персики бессмертия и устраивает невиданное побоище в Небесных чертогах, после чего попадает в узилище, где томится в течение многих веков. Только после подробнейшего описания бесчинств Царя обезьян и его бесславного столкновения с самим Буддой автор переходит к биографии монаха.
Вечным соперником Сунь Укун является Чжу Бацзе – свиноголовый демон, которого боги направили в помощники монаху ради искупления своих прошлых прегрешений. Обжора, любитель выпить, бабник – он вечно завидует более прославленному путнику и постоянно старается очернить Царя обезьян в глазах Сюань Цзана.
Отдельно порадовал монах. Просвещённый человек, мудрец, человек, с которым общаются бодхисаттвы и сам без пяти минут святой, а случись чуть что – сразу начинает бранить и избивать верного Сунь Укуна, а то и читать заклинания, из-за которого железный обруч на голове царя обезьян сжимается, причиняя тому немыслимые страдания. Похоже что китайцы никогда не испытывали излишнего пиетета даже к самым выдающимся священникам и смотрели на них весьма скептически. А может быть всё дело в авантюрно-плутовском жанре, в котором написан роман и образ монаха – не более чем шутка со стороны его авторов. Если это так, то цель была, безусловно, достигнута.
Правда в этих битвах есть один очень существенный изъян – они все очень предсказуемы. Читая роман я невольно ловил себя на ассоциации, что прохожу какой-то шутер на минимальном уровне сложности с включёнными кодами на бессмертие и бесконечное количество патронов. Судите сами: каждый раз, когда на пути монаха возникает какое-либо препятствие в виде очередного демона, вперёд выдвигается великий и ужасный Сунь Укун. Если его одного не хватает к нему присоединяется Чжу Бацзе и они на пару закатывают противника в бетон. Если же у них возникают проблемы, то к ним присоединяется третий спутник монаха – Ша Сэн, а так же дракон, на котором разъезжает Сюань Цзан. Ну а в тех редких случаях, когда усилия всей четвёрки недостаточно с небес спускается великая бодхисатва, которая и повелела монаху совершить паломничество в Индию и одним мановением руки устраняет все мыслимые и немыслимые проблемы. Именно из-за этого беспардонного читерства я и бросил читать «Путешествие на Запад». Какой интерес раз за разом следить за появлением бога из машины?
Итог: очень, очень экзотично, но довольно однообразно. Не смотря на качественный текст и безудержную фантазию автора, мало кто из современных читателей сможет добраться до конца этого мега-романа.