американская история ужасов версаче какой сезон
«Американская история преступлений», сезон 2-й: Версаче, маньяк и миф о людях и богах
На канале FX (и в «Амедиатеке» в России) стартовал второй выпуск антологии «Американская история преступлений» Райана Мерфи. Это первый сериал 2018 года, который претендует оказаться в пантеоне главных событий телесезона.
Летом 1997 года на опустевшем пляже Майами-Бич поджарый молодой человек (Даррен Крисс) с книжным изданием Vogue, пистолетом и подозрениями на ВИЧ отчаянно кричит в пустоту, зайдя по пояс в море. Немного погодя он будет также кричать у себя в машине уже от смеси шока и удовлетворения, застрелив в упор на пороге дома всемирно известного дизайнера Джанни Версаче (Эдгар Рамирес). Отматывая время назад, нам расскажут, что парня зовут Эндрю Кьюненен, он — гей, изощренный преследователь Версаче, лицедей, любодей, патологический врун и, в конце концов, маньяк, до этого убивший еще четырех человек в разных штатах. Во время массовой истерии, пока зеваки пытаются показать свой наряд перед камерами криминальных новостей, а фанаты вместо автографа на память обмакивают страницы журнала в лужу крови Версаче, преступник успевает скрыться.
«Я серийный убийца. Я банкир. Я биржевой брокер. Я писатель, коп, военно-морской офицер, а еще иногда шпион. Я продаю пропан в Миннеаполисе. Я импортирую ананасы из Филиппин. Я человек, которого вряд ли забудут», — прошепчет в гей-клубе Кьюненен, вполне достойный маньячного внимания самого Декстера Моргана (тем более что действие тоже разворачивается в Майами). Зрители, пришедшие посмотреть на семейные скандалы Версаче, будут немного разочарованы, когда узнают, что большую часть сериала им придется провести в компании обезумевшего гомосексуала. Знакомый по сериалу «Хор» (или «Лузеры») актер Даррен Крисс, не скупясь на жирные краски, с огоньком в глазах играет этого изворотливого гея-паразита, так что довольно быстро свыкаешься с таким распределением экранного времени. Хотя в обойме второго сезона есть звездные выходы Рики Мартина в роли бойфренда Версаче и Пенелопы Крус в образе властной сестры, Донателлы Версаче, с ее своеобразным дефектом речи. А вы знаете еще по первому сезону и по «Вражде», что Райан Мерфи умеет создавать артистам условия для выдающихся перформансов.
Поэтому «Убийство Джанни Версаче» гораздо более личное высказывание для открытого гея Райана Мерфи, чем «Народ против О.Дж.Симпсона». Второй сезон практически не вглядывается в систему правосудия, но активно уделяет внимание системной несправедливости — опергруппа тут, кажется, появляется только для того, чтобы подчеркнуть гомофобные настроения. Так почему же Мерфи выбрал главным героем Кьюненена, тем самым рифмуя гомосексуальность с больной манией?
Тут нужно обратить внимание, как в новых сериях образы Версаче и Кьюненена зеркалят друг друга: кутюрье на его позолоченной вилле в окружении древнегреческих фигур показывается чуть ли не богом, воплощением существа высшего порядка, тогда как Кьюненен встык изображается эдаким демоном, низвергающим иконы, вобравшим в себя все грехи американской культуры. Именно из-за того, что сериал относится к Версаче как к святому, его линия выглядит слишком комплементарной и оттого более скучной. Но на том противопоставлении высшего и низшего — создатель и разрушитель, доблестный любовник и извергающий свою ориентацию насильник, хороший брат и блудный сын — Мерфи и высекает почти библейский или мифический смысл своего шоу. То, что люди — заложники своего грешного бремени, а божественное тянется к демоническому (и наоборот) для разрушительного соития, в котором и есть своеобразный христианский смысл искусства, Мерфи доносит со свойственными ему возмутительной образностью и иронией. У самого Версаче этот образ, соединяющий вечное и смертоносное, воплощался на фирменном логотипе в виде головы горгоны Медузы.
В отличие от «Народа против О.Дж.Симпсона», который был оформлен в приземленных бежевых тонах, эта глава, как подобает истории о дизайнере, снята очень ярко, выразительно и эффектно. Залитое солнцем изображение, визуальные символы, подчеркнутые то знаковым цветом одежды (убийца после своего кровавого дела переодевается во все красное), то монументальными ракурсами (труп Версаче рифмуют с мертвым белым голубем). Все это работает на атмосферу, совершенно отличную от первого сезона.
То, что сюжет раскрывается в обратном временном порядке со множеством флешбэков и параллелей, так, что эпизоды заканчиваются прямо перед событиями предыдущего, — это довольно ловкая формула, найденная авторами для адаптации книги-расследования с отпугивающим названием «Вульгарное одолжение: Эндрю Кьюненен, Джанни Версаче и самая позорная полицейская облава в истории США», которую приближенные семьи Версаче считают сборником слухов, поэтому теперь они тихо бойкотируют сериал. Да, наверное, второй сезон не дотягивает до шумного и по-актерски блистательного первого, но он просто-напросто другой. Это шоу-антология, никто не обещал повтора одной и той же температуры из года в год. А те, кому мало движухи и скучно следить за историей одного преступника, пусть отправляются смотреть другой новый сериал Мерфи на эфирном канале Fox — сборник нестандартных происшествий «9-1-1», который уже продлили на второй сезон.
Обзор «Убийство Джанни Версаче: Американская история преступлений.»
Всем привет! В среду вышла первая серия давно ожидаемого мною второго сезона Американской истории преступлений об убийстве Джанни Версаче. В этом посте я бы хотела рассказать о сериале, истории его создания и немного о семье Версаче. В моем посте будет много цитат из интервью, которые я нашла и переводила сама, так что пардоньте если перевод немного кривоват.
Надо сказать, что семья Версаче сделала официальные заявления, что они никогда не одобряли создание сериала и не принимали никакого участия в работе над ним. Семья призывает воспринимать сериал «как художественный вымысел». Что неудивительно так как и книгу они всегда называли вздором и вымыслом: «Орт никогда не получала никакой информации от семьи Версаче и у нее нет никаких оснований делать домыслы и догадки о личной жизни Джанни. Вместо этого, она попыталась создать сенсационную историю, полную противоречий, на основе слухов и высказываний из вторых рук». Насколько я понимаю, одним из главных камней преткновения является то, что в книге преподносится как факт наличие у Версаче СПИДа, в то время как семья этого никогда не подтверждала.
Второе заявление дополняет первое словами «это грустно и предосудительно, что среди всех художественных описаний жизни и наследия Джанни, продюссеры выбрали именно эту искаженную и ложную книгу для своего сценария».
Мне стало интересно, как в таком случае это повлияло на отношения Донателлы и Пенелопы, так как у меня сложилось впечатление, что они подруги. И на это я нашла ответ, хотя бы частично, тот же Мерфи говорит: «все, что я знаю, что Донателла прислала Пенелопе цветы. Они близкие подруги». Ниже я буду приводить цитаты самой Пенелопы об этом. 
Почему я так много говорю о вилле.. даже не знаю, но даже через экран чувствуется каким средоточием жизни было это место и сколько любви вложено в этот дом. Создатель сериала Райан Мерфи говорит: «Я не думаю, что мы смогли бы сделать это шоу, если бы не получили разрешения на съемки на вилле. Это совершенно невозможно воссоздать интерьеры. Например, 2 комнаты полностью выложены морскими ракушками».
Дальше к актерам. Мне очень нравится как играет весь основной каст. Массовка играет очень фальшиво, я почему-то обратила внимание на слуг, в одной из сцен. Но это мелочи. А в целом каст очень достойный и все главные и второстепенные персонажи очень реалистично выписаны.
Главного актера Эдгара Рамиреса сделали очень похожим внешне на Версаче, это добавляет большой реалистичности сериалу. Рики Мартин сказал, что когда впервые увидел Эдгара в гриме Джанни, то расплакался, настолько это было убедительно. Мне нечего особенно сказать по поводу его игры, он играет хорошо, основательно, правдоподобно. 
Убийцу играет Даррен Крис, который известен по сериалу «Хор» (я не смотрела сериал так что вижу его впервые). Актер очень симпатичный, что уж там.
Мерфи, создатель шоу говорит: «Он был моим первым и единственным кандидатом. Я бы не смог создать это шоу настолько реалистичным без него, никто другой не был бы настолько правдоподобен. Я был уверен, что в нем, как в актере есть и «темная сторона», несмотря на его мелодраматичный образ.»
И я должна признать, даже судя по первой серии Даррен очень хорошо играет и уже показывает всю нестабильность психики Эндрю, как он постоянно лжет и играет с вымыслом и правдой.
В общем мне будет очень интересно посмотреть как актер будет развивать этот образ.
Конечно же нельзя обойти стороной Пенелопу в образе Донателлы. Ну что сказать, она выглядит очень необычно. 
Опять же мне было очень интересно как Пенелопа сыграла в сериале, не разрушив отношения с Донателлой. На недавнем шоу Эллен Дедженнерес Пенелопа рассказала: «Когда Райан позвонил мне и предложил роль, я сказала, что сперва мне нужно поговорить с Донателлой. Она мне ответила, что если уж кто-то будет это играть, то она будет очень рада, если это буду я. Я думаю, потому что она знает как я отношусь к ней и к Джанни. Они самые добрые люди. Мне очень важно, чтобы она, увидев мою игру, почувствовала мою любовь и уважение к их семье и к ней в частности».
На контрасте с очень убедительной игрой Даррена, реалистичности игры Эдгара Рамиреса, из-за внешней схожести с Джанни, настоящих интерьеров Виллы и досконально воссозданных интерьеров других локаций, Пенелопа конечно выбивается. Смотря на Пенелопу в образе Донателлы ты видишь Пенелопу в образе Донателлы. Это очень прикольно, мне нравится образ и то как она играет, но это лично меня смущало так как ты вспоминаешь, что смотришь сериал.
Рики Мартин играет любовника и партнера Джанни, с которым их связывали отношения длиной в 15 лет. Он также работал над спортивной линией Версаче. 
Во времена его юности я дышала совершенно ровно к Рики, но он мне начал дико нравится уже повзрослевшим, когда у него пошел второй виток славы после того как он рассказал о своей ориентации и начал выпускать новые хиты. Он играет старательно, смотреть на него приятно. 
Я нашла и интервью с Антонио д’Амико, хотя он тоже совершенно не публичная персона, хотя также является дизайнером. Он вторит официальным заявлениям Версаче: Он говорит:»Кадры с окровавленным Рики Мартином, держащим на руках тело Джанни совершенный вздор. Возможно, это поэтическое видение режиссера, но все было совершенно не так. Когда я увидел тело Джанни, все в глазах потемнело, я похолодел.. меня увели оттуда, я совершенно ничего не помню».
Кстати говоря, в первом совместном эпизоде с участием Донателлы/Пенелопы и Антонио/Рики уже видно о том, что Донателла явно недолюбливает партнера своего брата. Я опять же пошла гуглить правда ли это. Оказалось правда. Донателла сама говорила: «Мои отношения с Антонио остались совершенно такими же как и при жизни Джанни. Я уважаю его как бойфренда моего брата, но недолюбливаю как человека». В завещании Джанни, Антонио полагалось ежемесячное содержание в районе 25 000 евро по нынешним меркам и свобода проживать в любой собственности Джанни, когда ему захочется. Но так как вся собственность Джанни также была собственностью бренда, то после его смерти, Донателла явно оспаривала это решение и в итоге, насколько я поняла, эта свобода в проживании была ограничена, но не отнята полностью.
Вот такой обзор первой серии сериала по сути, так как обзор всего сериала еще невозможен, совмещенный с рассказом о семье. Надеюсь, вам было интересно почитать.
Сериалы«Убийство Джанни Версаче»: Свэг, золото и ностальгия
Рики Мартин и Пенелопа Крус в потенциально одном из лучших сериалов года
Текст: Иван Чувиляев
На канале FX начался второй сезон сериала «Американская история преступлений» — «Убийство Джанни Версаче», экранизация конспирологической и не признанной семьёй модельера версии преступления. Ещё до премьеры новый сезон стал причиной громкого скандала. Родня Версаче выступила категорически против сериала, обвинив создателей в том, что они извращают факты и предлагают версию событий, не имеющую ничего общего с реальностью. Разбираемся, из-за чего могла так расстроиться звёздная семья и чем запомнится экранизация одного из самых громких преступлений XX века.
Семья модельера так болезненно отреагировала на сериал именно потому, что второй сезон «Историй преступлений» основан на одной из подобных версий. Вернее, на книге журналистки Морин Орт «Вульгарные одолжения». В ней утверждается, будто убийца и жертвы были знакомы и даже поддерживали близкие отношения. Наконец, что Кьюненен был неизлечимо болен и искал среди своих любовников того, кто его заразил. Семья Версаче — в частности, его сестра и наследница Донателла — с самого начала отвергала эту версию и называла её грязной выдумкой.
Но главное, что уравнивает героев, — магистральная линия сюжета, связанная с гомосексуальностью. Кьюненен — репрессированный гей, он боится говорить о своей ориентации, и именно это становится мотивом всех его поступков, делает его несчастным и забитым. Семья Версаче в лице Донателлы категорически не желает афишировать отношения только что погибшего модельера, предпочитая превратить их в скелеты в шкафу. Именно умалчивание в «Убийстве» — причина трагедий, личных и публичных. Именно из-за того, что о гомосексуальности не говорится, она может стать мотивом преступления. Смит не только писатель, но и яркий общественный деятель, открытый гей, активист, и сюжет «Убийства» он во многом использует как трибуну для того, чтобы лишний раз произнести важные и, в общем, очевидные вещи.
При этом если к Пенелопе Крус в роли Донателлы у кого-то и были вопросы, то после первой серии они точно должны самоуничтожиться. Для актрисы, если так пойдёт и дальше, эта роль может стать одной из лучших в фильмографии. Для неё Донателла — отличная возможность разрушить устоявшийся стереотипный образ «жгучей брюнетки». Крус влезает в шкуру холодной, расчётливой блондинки, виртуозно снимает итальянский акцент и прячет эмоции куда подальше. Её здесь почти не узнать.
Хотя наибольшее удивление вызвало появление в сериале Рики Мартина в роли спутника жизни Версаче Антонио д’Амико, сказать о его работе здесь особо нечего. Зато его товарищ по сериалу «Glee» Даррен Крисс, которому досталась роль Кьюненена, определённо главное открытие сериала. Сам материал богатый: во флешбэках персонаж предстаёт раскованным, игривым, амбициозным, а в сценах девяносто седьмого года уже оказывается разбитым, униженным и оскорблённым. Крисс подаёт его отлично: пластичный, лёгкий, неуловимый, миловидный, но в толпе увидишь и не узнаешь. И это здесь обыгрывается — в погоне за преступником вяжут по ошибке другого парня.
Но, пожалуй, главное попадание в десятку тут (во всяком случае пока) с визуальным решением. Смелое, яркое, броское — чистейший свэг, как и положено в фильме о гей-культуре и модельере, любившем золотое, бархатное и вообще не знавшем границ в смысле красоты. Есть, например, эпизод, в котором поклонница Версаче после убийства прорывается через полицейское оцепление и смачивает кровью фотографию модельера. Есть застреленный случайной пулей вместе с модельером белый голубь. Но самый впечатляющий — эпизод, в котором герой Мартина даёт показания в забрызганной кровью футболке. Это такая ясная аллюзия, во всяком случае для американского зрителя, который точно считает аналогию. Джеки Кеннеди весь день после убийства своего мужа проходила в окровавленной блузке, и этот жест стал хрестоматийным, почти библейским.
Фактура оказывается настолько яркой во всех смыслах, что затмевает и сценарные изыски Смита, и отчаянную публицистичность. «Убийство» вполне можно считать ретросериалом — он пропитан ностальгией по девяностым; даже Мартин с Крус выбраны на главные роли во многом и как герои эпохи. Участие в фильмах Альмодовара и «Livin’ la Vida Loca» — такие же символы конца девяностых, как и скандал вокруг гибели Версаче, шутки про овальный кабинет или тамагочи. Да и сам дуэт создателей сериала, Александра и Карашевски, оттуда же. Девяностые дали им славу и мастерство, работы над «Эдом Вудом» и «Народом против Ларри Флинта». Наследникам Версаче действительно волноваться не стоило. «Убийство» — памятник эпохе, а не её жертве и имиджмейкеру. На памятники обижаться толку мало.
«Американская история преступлений»: убийство Версаче как настоящая телеопера
Утром 15 июля 1997 года Джанни Версаче был убит на пороге собственного дома. Он вышел за газетой, а когда возвращался, был застрелен серийным убийцей Эндрю Кьюнененом, незадолго до этого объявленным в федеральный розыск. Это убийство стало для Кьюненена пятым и последним — спустя неделю тот застрелился и сам. Почему дизайнер стал его жертвой — до сих пор непонятно. Известно лишь, что они пересекались однажды в Сан-Франциско, куда Версаче ездил для пошива костюмов для местной оперной постановки.
Если сегодня, спустя 20 лет после тех событий, в поиск изображений Google вбить Gianni Versace, то почти на половине фотографий вы увидите не итальянского дизайнера, а актера Эдгара Рамиреса, сыгравшего его в новом сезоне «Американской истории преступлений». Этот факт свидетельствует сразу о двух вещах. Во‑первых, выход сериала — действительно событие, а не очередной релиз еще одного телеканала; новости о нем обсуждались настолько интенсивно, что едва не вытеснили из результатов поисковой выдачи объект исследования. Ну, и во-вторых, это говорит и о степени внимания режиссера Райана Мерфи к деталям: Версаче у него получился почти документальный — настолько достоверный, что умная машина Google разницы даже не заметила. Семья дизайнера заранее осудила сериал и назвала его спекулятивным художественным вымыслом, но сам Мерфи в ответ на претензии говорит, что его произведение все-таки и художественное, и документальное, и правда для него превыше всего.
«Убийство Джанни Версаче» — самый личный проект создателя «Хора», «Американской истории ужасов» и режиссера «Ешь, молись, люби». Мерфи определенно видит в Версаче самого себя, и не стесняется продемонстрировать эту аналогию в одной из сцен. В ней Джанни объясняет своей сестре Донателле (Пенелопа Крус) задумку очередного шоу. Джанни расстроен, ему не нравятся модели — типичные худые манекенщицы с каменным лицом; его новая коллекция про праздник жизни, и он хочет, чтобы это было видно по каждому аспекту показа. Закрыть представление Джанни решает выходом модели в откровенном свадебном платье с поднятой вуалью — это современная, освобожденная от гнета общества невеста, которой нечего стесняться. Она выходит замуж не девственницей, у нее было много мужчин и теперь она сделала свой выбор. «Никто этого не поймет», — настаивает Донателла, и тогда брат с сестрой заключают пари: в первой половине шоу выходят обычные модели, а вторая делается по задумке Джанни — увидят ли зрители разницу? В итоге часть показа проходит в гробовой тишине, во второй публика заметно оживляется, а выход невесты в финале и вовсе встречает стоячей овацией.
В этом и сходство Версаче и Мерфи. Они оба использовали для своих произведений яркие материалы и броский стиль на грани китча, но никогда не делали этого без причины. В каком-то смысле кульминацией стиля Мерфи стал прошлый сезон «Американской истории преступлений». «Народ против О Джея Симпсона» был квинтэссенцией телевизионного кэмпа: нарочито эффектные реплики, декламируемые с запредельным пафосом; упоение мелкими деталями личной жизни героев, которые ничего не привносят в историю, зато делают рассказ пожирнее; псевдорепортерский стиль камеры с резкими наездами на ошарашенные лица, будто в передаче «Окна», и так далее. Простым дурновкусием это не казалось даже в самые вопиющие моменты и было довольно очевидно, что стиль продиктован контекстом. Ведь само дело О Джея Симпсона в начале 1990-х из серьезного криминального разбирательства быстро превратилось в телезалипуху. Погоню за футболистом транслировали в прямом эфире и обсуждали во всех ток-шоу, а участники процесса стали звездами желтой прессы — в общем, один из самых серьезных процессов в судебной истории США был превращен в фарс, и «Народ против О Джея Симпсона» сознательно подчеркивал эту особенность.
Стиль «Убийства Джанни Версаче» после «О Джея» может даже показаться слишком сдержанным, но это лишь на фоне. Мерфи снова работает яркими красками — так же, как работал Версаче. Во времена после «Черного квадрата», когда показная роскошь, золото, сложные витиеватые узоры и прочие атрибуты барокко и рококо казались совсем устаревшими и пошлыми, когда царствовали минимализм и практичность, дизайнер создавал платья настолько яркие, что это казалось чуть ли не наглым вызовом эпохе. Как члены флорентийской камераты, стоявшие у истоков создания итальянской оперы и обращавшиеся к античности в пику современным течениям, Версаче черпал вдохновение в той же древней Греции и тоже в пику актуальной моде (неслучайно на логотипе его компании красуется Медуза Ронданини — не оригинальная древнегреческая голова Медузы, а воссозданная неизвестным римским скульптором). Но Версаче в то же время был не против современности, он охотно вписывал барокко и рококо в массовый стиль конца 20 века — поп-арт и панк, — а в производстве и вовсе был новатором: когда не мог найти ткань, подходящую под задумку, он просто изобретал ее. Такие же отношения у Райана Мерфи с телевидением во времена, когда принято говорить о новом золотом веке ТВ и пике престижных драм, которые «совсем как кино», — он настаивает на уникальности и непризнанной красоте телевизионного наследия, будь то «мыло» или китчевые ток-шоу.
Ну а «Убийство Джанни Версаче» — это настоящая телеопера. Как у опер итальянских, ее корни в античной трагедии, но своих телевизионных предков она совсем не стесняется. Показательно в этом контексте участие Рики Мартина — артиста, ассоциирующегося с «низким» жанром латиноамериканской мыльной оперы (википедийная статья о сериале «Дотянуться до звезды-2», в котором он играл в молодости, сейчас стоит в очереди на удаление по причине «значимость поставлена под сомнение»), который теперь с большой вероятностью получит «Эмми» или «Золотой глобус» за роль бойфренда Версаче, Антонио Д’Амико.