алекс серебряные коньки персонаж
Знакомство с героями фильми «Серебряные коньки»
10 декабря на экраны выходит потрясающая по размаху и невероятно романтическая история «Серебряные коньки» В преддверии премьеры можно поближе познакомиться с героями и актерами.
1899 год, рождественский Петербург. Яркая праздничная жизнь бурлит на скованных льдом реках и каналах столицы.
Накануне нового столетия судьба сводит тех, кому, казалось бы, не суждено было встретиться. Люди из совершенно разных миров, Матвей – сын фонарщика, его единственное богатство – доставшиеся по наследству посеребренные коньки; Алиса – дочь крупного сановника, грезящая о науке. У каждого – своя непростая история, но, однажды столкнувшись, они устремляются к мечте вместе. Сюжет фильма навеян романом 1865 года «Серебряные коньки» Мэри Мэйпс Додж.
Книга повествует о приключениях юных брата и сестры в Нидерландах начала XIX в.
Главные роли в картине достались дебютантам – петербургским актерам Федору Федотову и Соне Присс.
Компанию на экране им составляют мэтры и молодые звезды: Алексей Гуськов, Юрий Колокольников, Северия Янушаускайте, Кирилл Зайцев, Юрий Борисов, Александра Ревенко, Тимофей Трибунцев, Сергей Колтаков, а также актеры европейского кино Дэни Лавани Кэти Бэлтон. «Серебряные коньки» – одна из последних работ в кино актера Сергея Колтакова.
Кастинг на главные роли, графини Алисы и сына фонарщика Матвея, проходил в несколько этапов. Всего создатели проекта отсмотрели около 500 молодых актеров и актрис.
Федор Федотов, исполнитель роли Матвея «Мне досталась замечательная роль Матвея. Такой роли в моей жизни еще не было. Мало того, что это моя первая роль в кино, она еще и сразу главная. Это большая удача. Так как я первый раз оказался перед камерой, Михаилу Локшину (режиссер) пришлось многому меня научить с технической точки
зрения, за что я ему благодарен.
С Соней Присс у нас сложились чудесные отношения. Я почему-то думал, что она не очень уверенно катается на коньках, и заранее этого опасался. Выяснилось, зря я себе это нафантазировал: Соня в полном порядке. А то, что я умею на льду чуть больше, было даже на пользу нашим с ней сценам. Я был рад ей в чем-то помочь, что-то подсказать, и, когда я в кадре со всей ответственностью держал Соню за
руку, то делал это не только как Матвей, оберегающий свою возлюбленную, но и как артист, которому доверили прекрасную партнершу.
Моего отца сыграл Тимофей Трибунцев, и я им восхищен. Когда я пришел на нашу первую с ним репетицию, увидел, что передо мной не артист Трибунцев, а мой милый «папка». Посмотрел на меня, улыбнулся: «Мотя!», я ему: «Батя!» Так и закрепили для фильма. Работа с таким артистом для меня – серьезнейшая школа.
С «бандой» у нас тоже сложились отличные отношения. Мы все примерно одного возраста и легко понимали друг друга.
При этом ребята – гораздо более опытные актеры, и мне было чему поучиться. Например, у Юры Борисова. Он смелый артист, и следить за тем, как он строит роль, было очень интересно. С партнерами мне по-настоящему повезло, это крутые актеры и замечательные люди».
Соня Присс, исполнительница роли Алисы «Я играю Алису, 18-летнюю девушку из аристократической семьи. Она увлекается наукой и новыми либеральными идеями, в общем, тем, чем ни по статусу, ни просто потому, что она женщина, ей увлекаться не следует. И ей приходится искать свой путь к знаниям и счастью. Знакомство с Матвеем помимо симпатии дарит ей шанс вырваться из привычного круга. Этот простой мальчишка оказывается интереснее всех, кого она знает! И для Матвея это знакомство тоже окно в совершенно новый мир. С Матвеем мне очень повезло! Федя – лучший партнер из
всех, кто мог у меня быть».
Юра Борисов, исполнитель роли Алекса: «Никто не знает, как зовут моего героя, но люди называют его Алекс. Он материализуется из пространства вещей и исчезает так же внезапно, как материализовался. Он нигилист, отрицающий все вокруг себя, и никто не знает, что у него на уме. Даже он сам этого не знает. Но он ведет за собой неких людей, куда-то их заводит, откуда-то их выводит… Отчасти он революционер, но иногда ему это надоедает. Это очень неоднозначный персонаж. Нельзя четко сказать, кто он. Это значит загнать его в некие рамки, а у него на самом деле нет этих рамок.
Если Матвей – некий принц, то Алекс – некий демон, который существует рядом с ним. Но мы не знаем, хороший он или плохой: он берет Матвея в свою власть и ведет за собой, причем иногда, кажется, в верном направлении, иногда нет…»
«Анастасия» — на «Титанике», а «Холоп» — на «Льду». Почему «Серебряные коньки» — самый симпатичный в этом году праздничный фильм
Есть фильмы, которым хватает четырех цифр, чтобы объяснить свою суть. В «Сонной лощине» таким ПИН-кодом был финальный титр «1800». События начинались на исходе 1799 года, а завершались переездом героев (ну, тех, кто выжил) в новый век. Позади оставалась эпоха сельских поверий, мифологического мышления, готического романтизма и какой-то святой невинности. Впереди был век больших городов, гремящих машин и нежелания человека видеть магическую ткань этого мира. В «Серебряных коньках» цифры выбраны еще смелее — на дворе 1899-й год. Место действия — замерзший рождественский Петербург, который еще не знает, какие испытания его ждут в новом веке. Герои — рабочие и аристократы, чиновники и карманники, леди и бродяги. Как и положено ожившей диснеевской сказке и святочному рассказу, их пути в канун Нового года пересекутся.
Матвей (Федор Федотов) — сын фонарщика (Тимофей Трибунцев) и ледовый курьер условной «Яндекс.Еды» вековой давности. Но ее рекламы, в отличие от вывески Сбербанка, не будет: радость «Серебряных коньков» еще и в том, что это блокбастер без продакт-плейсмента в каждом кадре. Один из заказов приводит Матвея к дворцу с грозными вензелями на воротах. В этой темнице, как выяснится, томится девушка Алиса (Софья Присс) — дочь сановника (Алексей Гуськов), которая хочет не жениться, а учиться. Но Алису, как и любую девушку, не берут в университеты. А Матвея, ставшего жертвой перекрытия улиц из-за кое-чьего кортежа, увольняют с работы. Тут-то юношу, ловко катающегося по невскому льду, и замечает идеологически подкованный бандит Алекс (Юрий Борисов) — харизматичный разбойник, который покажется зрителю то ли вожаком гиен из «Короля Льва», то ли предводителем droogs из «Заводного апельсина». Свой Принц Чарминг в сказочном Петербурге тоже есть: пока Алиса борется за права женщин, к ней безапелляционно сватается силовик-карьерист Аркадий (Кирилл Зайцев).
Сценарист «Хорошего мальчика», «Мертвого озера» и некоторого количества «Елок» Роман Кантор — один из немногих российских авторов (наравне с Олегом Маловичко, Андреем Золотаревым, Николаем Куликовым и Ильей Куликовым; последние — однофамильцы), по праву ставших поп-звездами в своем ремесле. У него есть чрезвычайно полезный (и смешной) просветительский подкаст «Поэпизодный клан», а осенью его «Эпидемию» похвалил сам Стивен Кинг — и в итоге она вошла в топ-10 самых популярных неамериканских сериалов года на Netflix. И его пируэты на льду в «Серебряных коньках» и правда нужно разбирать на сценарных курсах.
С одной стороны, это история-конструктор. С запретной любовью представителей двух сословий. С протестом дочери-феминистки против отца-консерватора. С новогодним выбором между условными Лукашиным и Ипполитом (но девушка — умница — выберет Менделеева). С внутренними испытаниями и внешними осложнениями на пути к цели. С любовью во время хоть и не холеры, но на фоне вполне себе конца света: ясно ведь, что ждет этот карнавальный Санкт-Петербург через считаные годы. И с ироничными (так же было и в «Холопе») отсылками к кино, на котором мы выросли и которое теперь ищем всюду, чтобы почувствовать себя дома. Банда Алекса пирует на заброшенном корабле. А Алиса и Матвей того и гляди произнесут: «У нас всегда будет Париж».
Но фокус в том, что знакомые детали в этом конструкторе склеены магией подлинного святочного рассказа. Ночь перед Рождеством что у Диккенса, что у Лескова, что у Гоголя — время не только для застолий, но и для чуда прозрения, нравственного очищения, торжества добра над злом и отмены всех и всяческих границ. Герои фильма со всем этим тоже столкнутся: последние станут первыми, справедливость восторжествует, нравы смягчатся, хмурая быль отступит перед белоснежной сказкой.
Но заточены и блестят «Серебряные коньки» все-таки благодаря режиссеру — дебютанту Михаилу Локшину. Сани со зрителем здесь едут хоть и по красочному, но очень знакомому маршруту — однако Локшин умеет разогнать их так, что только успевай смотреть по сторонам. Погони на льду и фокусы карманников показаны с лихостью Гая Ричи. Имперский Петербург, который с переменным успехом пытались превратить в кинозвезду «Сибирский Цирюльник», «Дуэлянт», «Матильда» и «Девятая», наконец-то сияет и греет — и выглядит такой же елочной игрушкой, как в мультяшной «Анастасии». Никто из актеров — ни более-менее загримированные звезды, ни симпатичнейшие дебютанты — не разрушает эффекта присутствия в сказке. А вроде бы предсказуемый финал все равно щекочет нервы — вдруг авторы такие же нарушители правил, как и их герои?
Но и кататься по правилам, когда ты изучил их так хорошо и дисциплинированно, как авторы фильма, — тоже полезно. «Серебряные коньки», как и выходящие сегодня же «Неадекватные люди 2» Романа Каримова, — это как никогда уместное напоминание, что российское кино — вот так новость — бывает ответственным перед зрителем. А до Нового года при этом еще три недели — и в две из них выйдут «Обратная связь» и «Огонь» режиссера Алексея Нужного. Если у него получится такой же дубль, как и у Клима Шипенко год назад, то жить после эпидемии нам всем будет и полегче, и повеселее.
Вечер в хату, дорогие дети. Павел Матяж о фильме «Серебряные коньки»
Декабрьские уикенды на особенном счету у кинопрокатчиков. Это как новогодние корпоративы для общепита или елки для учреждений культуры – главная коммерческая активность года. Заработанных на этом денег хватает на оставшуюся зиму, а там уже и гендерные праздники на носу. Раньше в эти дни стартовали самые жирные блокбастеры: «Звездные войны», «Мстители» или бондиана, а после Крыма и Олимпиады – всякие «Елки», «Мамы», «Последние богатыри», «Холопы» и «Движения вверх». 2020-й в этом смысле не стал исключением – пока весь мир будет смотреть «Чудо-женщину-1984», телеканал «Россия 1» и Студия «Три Тэ» Никиты Михалкова приготовили для нашего зрителя волшебную рождественскую сказку «Серебряные коньки».
Новогодний Санкт-Петербург 1899 года выглядит как Париж из «Мулен Руж» или Нью-Йорк из «Великого Гэтсби» База Лурмана. По аккуратно заснеженным улицам скользят расписные сани, жизнерадостные румяные горожане спешат по своим делам между пряничных домиков, украшенных огоньками, елочными игрушками и прочей праздничной бижутерией. Все настолько бутафорски и опереточно, что кажется – герои вот-вот запоют. Что-нибудь про балы, красавиц, лакеев, юнкеров и хруст французской булки. Серьезно, все так открыточно и театрально, что пение бы пошло фильму только на пользу. Но никто не поет.
Хотя французскими булками вполне буквально хрустит романтический герой «Серебряных коньков» Матвей (Федор Федотов, «Шерлок в России»), курьер из службы доставки фешенебельной кондитерской «Ле Гранд пирог». На древних коньках, которые привез из Голландии еще его дедушка, он скользит по петербургским улицам и доставляет пироги по-французски быстрее всех. Правда, уже на пятой минуте фильма его увольняют за опоздание – попал в пробку из-за перекрытой улицы и кареты столичного обер-полицмейстера.
А еще через пять минут Матвей вливается в состав банды карманников-конькобежцев. Их харизматичному предводителю Алексу (вездесущий Юра Борисов, «Бык», «Аванпост», «Вторжение», «Союз спасения») не помешает еще один ловкач. Бригада орудует на замерзших невских каналах, на которых по случаю праздников разбиты торговые ряды. Сложно сказать, насколько такая локация удобна для продавцов и покупателей, но воры на коньках чувствуют себя там прекрасно, как рыбы в воде они снуют между скользящих и неуклюжих, постоянно падающих обывателей, выхватывают у них на лету кошельки и часы, разрезают карманы и сумки и молниеносно укатываются при появлении полиции.
Воровская романтика и лихие быстрые деньги увлекли юного героя, но обида за несправедливое увольнение не отпустила. И как-то вечером Матвей с новыми корешами отправились к дому полицмейстера, чтобы «проучить» его – ничего серьезного, небольшой акт вандализма, с точки зрения уголовного кодекса не больше чем мелкое хулиганство. Но это мелкое хулиганство неожиданно оборачивается главным сюжетным поворотом всей истории – юный карманник производит впечатление на самую завидную невесту Петербурга, дочь полицейского начальника Алису (Софья Присс, «Крылья империи»).
Алиса – очень хорошая девочка, но для своего времени она слишком эмансипирована. Пока влиятельный папа (импозантный Алексей Гуськов с большими усами) и увлеченная спиритизмом мама (Северия Янушаускайте, «Война и мир», «Кровавая барыня») пытаются выдать ребенка замуж за князя Трубецкого (Кирилл Зайцев, «Союз спасения», «Движение вверх»), Алиса мечтает о высшем образовании, научной карьере и все свободное время посвящает препарированию лягушек и решению химических уравнений. Возможно, поэтому химия между ней и Матвеем возникает мгновенно. Другую причину определить все равно не получится. Дочь обер-полицмейстера влюбилась в вора? Почему?
«Серебряные коньки» и до встречи Матвея с Алисой отдавали уголовщиной сильнее, чем положено детскому фильму, но после этого сюжетного поворота декадентский романс о России, которую мы потеряли, окончательно превратился в блатную песню. «А на черной скамье, на скамье подсудимых его доченька Нина и какой-то жиган». Романтическая прогулка по ночному нетуристическому Петербургу закончилась в воровской малине, где главарь банды читает проституткам Карла Маркса и жарит спирт с бандюгами.
Понятно, что режиссер-дебютант Михаил Локшин, сценарист Роман Кантор («Эпидемия», «Мертвое озеро») и их звездные продюсеры Михалков, Верещагин и Златопольский не пытались замаскировать воровской шансон под новогоднюю сказку. Они снимали скорее этакий «Титаник» на льду. Он – нищий, но благородный красавец, она – прекрасная, но недостаточно прагматичная аристократка, а на фоне их любви эпично тонет гигантский корабль. Собственного «Титаника» у нас нет, но можно представить, что «Титаник» – это вся наша Россия, застывшая на краю гибели, за 17 лет до неизбежной встречи с айсбергом. Эпично? Весьма.
Однако создатели не учли, на мой взгляд, одну маленькую, но существенную деталь: Джек Доусон (которого сыграл Лео в «Титанике») – не вор. Карманником пытались выставить его злые буржуи-антагонисты. Джек – художник, именно этим своим талантом он сумел покорить сердце красавицы и подтолкнул ее к бунту против родителей, жениха и всей их буржуазной морали. «Титаник» – это вообще про то, как искусство побеждает деньги. Так, ладно, мы отвлеклись.
В «Серебряных коньках» про искусство ни слова, единственное искусство, которым в совершенстве владеет бедный Матвей, – это бег на коньках с препятствиями и виртуозное выхватывание кошельков из карманов. Однако именно эти его качества (за неимением других) так очаровали красавицу Алису, что она решила отдать фартовому карманнику самое дорогое. Ну а какой же это тогда «Титаник», если в нем не будет сцены, эквивалентной сексу в машине, навсегда вошедшей в историю кино. Тем более когда у актрисы такие выдающиеся внешние данные. Смекаешь?
Хам торжествует, вор побеждает и оставляет в дураках и папашу обер-полицмейстера, и жениха Трубецкого, который после такого удара из рыцаря на белом коне, спасающего принцессу, превращается в кровавого энкаведэш… простите, агента тайной полиции, который устраивает облавы, пытает задержанных и плюет на слово офицера. Так что у принцессы не такой уж большой выбор – вор или начальник охранки.
Чекисты умудрились влезть даже в этот детский фильм, вопреки всем законам логики. Влезть и протащить вместе с собой всю свою мелкоуголовную этику и риторику. Тем более, что в студии «Три Тэ» так любят проводить параллели между Российской империей и сегодняшней Россией. В итоге заслуженные артисты, одетые в сюртуки, камзолы и эполеты, смачно хохмят про ямы на дорогах как стратегическое преимущество на западными партнерами, сосули, которые не сбивают, пока одна из них не зашибет видного начальника, и полицейские дубинки как новое модное на Западе средство борьбы с участниками несанкционированных митингов.
Что остается добавить зрителям этой чудесной рождественской сказки, предназначенной для семейного просмотра аудиторией 6+? Вечер в хату, дорогие дети. Жизнь ворам.
Конькобежная Россия, которую мы потеряли. Большое интервью с создателями «Серебряных коньков» — главного рождественского фильма года
Вышедшие в декабре «Серебряные коньки» — новогоднее кино, которое мы заслужили. В нем есть волшебный зимний Петербург, ледяные ярмарки, трюки на коньках и история любви.
Сюжет такой: накануне 1900 года сын фонарщика, который доставляет пироги по замерзшим каналам Невы, фактически работая дореволюционным курьером «Яндекса», уволен из лавки. Он знакомится с группой обаятельных социалистов-экспроприаторов, вместе с ними оказывается в доме дочери министра царского МВД и в нее влюбляется. Та гораздо больше, чем жениться, хочет учиться. Фильм, где можно найти массу отсылок к современности — от святочного феминизма до истории с часами из «Криминального чтива» Тарантино, — получился гибридом детской сказки и приключенческой картины для взрослых.
BURO. поговорило с режиссером Михаилом Локшиным и сценаристом Романом Кантором про съемки на льду, голую грудь, проклятие рождественского блокбастера и усы Михалкова как архетип.
Хотела сказать, что и мне, и Филиппу понравился фильм. Поэтому, возможно, это интервью будет чем-то вроде разговора с фанатами.
Самый лучший формат, я считаю.
Первый вопрос к Михаилу. Вы долго работали в рекламе, но это ваш первый полнометражный фильм — и сразу крупнобюджетное кино, блокбастер. Как так получилось?
Я не уникален. Путь, который я прошел, в принципе стандартный. Я работаю в кино больше 15 лет, снимал ролики с большими бюджетами и селебрити (самая знаменитая — реклама пива «Сибирская корона» с Дэвидом Духовны. — Прим. BURO.). Конечно, рекламные ролики не могут стоить больше фильма, но, грубо говоря, те деньги, которые мы тратили на три-четыре дня для съемок рекламы, — это треть бюджета полнометражного фильма, который снимается 55 дней.
Как возникла идея снять «Серебряные коньки»?
Мне последние несколько лет предлагали снять разные фильмы, но я ждал совпадения. И здесь как раз все сошлось: меня завлек материал, а сценарий написал мой хороший друг Рома Кантор. Но вообще все началось с креативного продюсера Петра Анурова: его вдохновили картины с катанием на коньках голландских живописцев — не Брейгеля, а менее известных мастеров.
Кстати, в фильме есть кадр — с мостом и ярмаркой на льду — и это, по сути, ожившая гравюра. Кроме того, повлияло и то, что в 2017 году, когда Пете пришла эта мысль, впервые за много лет замерзли каналы в Амстердаме. И в фейсбуке везде были фотографии людей, которые вышли на коньках по ним кататься. Так из разных факторов начала складываться картинка.
Рома сел придумывать сценарий, потом эта история претерпевала разные жанровые изменения, но общий сет Петербурга и замерзших каналов конца XIX века оставался неизменен. Любопытно, что в XIX веке Нева и каналы замерзали намного чаще, чем сейчас, и на них выстраивались горки и проходили ледяные ярмарки. Лед бывал настолько толстым, что в 1838 году на Неве выстроили даже ипподром с трибунами и проводили на нем скачки.
«Катание на Неве», Алексей Петрович Боголюбов
Другим источником вдохновения для создателей фильма стали ролики с новогодним Петербургом, снятым с дронов, которые обильно представлены на ютубе.Ваш фильм называется «Серебряные коньки», и многие думают, что это экранизация романа 1865 года американской писательницы Мэри Мейп Додж, где фигурируют конькобежные соревнования и замерзшие амстердамские каналы. Но в то же время родство между книгой и фильмом довольно отдаленное.
Это наш самый нелюбимый вопрос.
И надо раз и навсегда на него ответить. Книга была одним из референсов, но, когда я начал ее читать, понял, что там какая-то невероятно сложная история — потеря памяти, тайны, клад, соревнования, огромное число совпадений. Кстати, когда я был в Амстердаме, я спросил у нескольких человек, знают ли они книгу «Серебряные коньки», и оказалось, что автор, американка Мэри Мейп Додж, никогда не была в Голландии. То, что она написала, для них суперклюква, голландцы к ней очень скептически относятся. Это как если бы «Сибирский цирюльник» был основан на книге американского писателя.
Если говорить о клюкве и исторической достоверности, то насколько показанное в фильме советует истине? Был ли поезд Петербург — Париж, на котором уезжают ваши герои? Какой тут процент сказочности и реальности?
Да, этот поезд был, и билеты на него кстати выглядели так же, как в фильме. Но мы не стали делать историческую реконструкцию, в «Коньках» намешаны элементы из разных лет, они не обязательно относятся к 1899 году. Например, костюмированный бал в честь 290-летия дома Романовых, на котором у нас происходит одна из сцен, состоялся в 1903 году. Но это самый известный костюмированный бал того периода, а вообще это был распространенный и популярный жанр в Петербурге.
Мы пытались соответствовать историческому контексту глобально, не в деталях. Например, в фильме есть сцена, когда на совещании министру предлагают оснастить петербургскую полицию дубинками вместо шашек. Как она родилась: мы сидели на читке сценария и начали обсуждать, а были ли вообще тогда дубинки? Стали гуглить — и опа, оказалось, что как раз в это время дубинки вводятся в Англии. Но что, если бы их попытались привезти в Россию в начале века? Мы показываем сцену, которая могла бы состояться, отвечает реальному историческому контексту. Или, например, сюжетная линия, связанная с увлечением Алисы химией. Ее образ основан на нескольких исторических прототипах — Юлии Лермонтовой, которая изучала нефть, Анне Волковой — первой женщине, опубликовавшей научную работу по химии, и Вере Поповой, погибшей в 1896 году после неудачного опыта. Чуть раньше событий фильма, в середине века, в России было мощное движение женщин-химиков, которые учились за границей. И нам хотелось рассказать о них — сейчас об этом никто не знает, а они совершали открытия.