афзалов рустем ахметкаримович биография
Мэром Сибая стал бывший воспитатель средней школы
Нового мэра избрали на Совете депутатов, где состоялось подписание контракта между городом и новым главой.
Главой администрации Сибая стал уроженец города и бывший заместитель главы администрации Караидельского района по экономике, предпринимательству и финансовым вопросам Рустем Афзалов.
По информации ProUfu.ru, Афзалов является зятем председателя Центризбиркома Башкортостана Хайдара Валеева. Но его также считают креатурой влиятельного бизнесмена Андрея Назарова. У Назарова большие планы по развитию собственной империи в Сибае. Свое влияние в столице Зауралья он наращивал через сына Дениса, депутата городского совета. Поставив своего человека главой города, предприниматель получит здесь практически неограниченные возможности.
Напомним, что предыдущий глава Сибая Халит Сулейманов ушел в отставку в середине августа. Его увольнению предшествовала череда скандалов и уголовных дел. Бывшего градоначальника обвиняли в махинациях при банкротстве муниципального предприятия и превышении должностных полномочий.
Справка. Рустем Ахметкаримович Афзалов родился 20 марта 1977 года в Сибае. В 2001 году окончил БашГУ, в 2006 году – Башкирскую академию государственной службы и управления при Президенте Республики Башкортостан (БАГСУ). Трудовую карьеру начал с работы воспитателем в средней школе № 4 города Сибая. В 2000–2001 годах был учителем сибайского Центра образования «ПолиТЭк». С 2001 по 2002 год работал инженером, экономистом, ведущим специалистом и начальником планового отдела ОАО «Башмедьстрой-Башзауралстрой» города Сибая. В 2002–2003 годах занимал должность начальника отдела маркетинга и сбыта ОАО «Сибайский мясокомбинат» С 2003 по 2010 год был начальником отдела, заместителем директора, директором, управляющим дирекцией ОАО «Социнвестбанк» Сибая. В 2010–2015 годах работал главным экономистом Баймака. Последние два года занимал должность начальника финансового управления Караидельского района РБ.
Мы здесь власть, а вы – говно
Знакомьтесь, это мэр башкирского города Сибай Рустем Афзалов!
Недавно этот 60-тысячный городок стал известен на всю страну из-за экологической катастрофы. С ноября 2018 года в законсервированном карьере Учалинского горно-обогатительного комбината (ГОК) тлеет руда, из-за чего жителям Сибая буквально нечем дышать. Предельно допустимая концентрация диоксида серы в воздухе превышена в десятки раз, людей просто травят.
Уже несколько месяцев власти не могут взять ситуацию под контроль. 8 февраля спасатели начали затапливать карьер, работы продлятся до 20 марта. Директор по горному производству УГМК-холдинга Григорий Рудой утверждает, что уже через десять-двенадцать дней после начала подачи воды (около 10 тысяч кубометров в день) горожане должны почувствовать разницу. Пока ощутимого эффекта нет.
Жители Сибая, чью проблему власти долго не хотели решать, 10 февраля вышли на митинг и записали обращение к Путину (к сожалению, в сегодняшней России это зачастую единственный способ обратить на себя внимание):
Эффект был достигнут. О горожанах вспомнил мэр Сибая.
Рустем Афзалов явно читал методичку по оправданиям экс-губернатора Кемеровской области Амана Тулеева, которую тот написал после трагедии в «Зимней вишне». Она очень простая:
1) Сначала надо лизнуть вышестоящему («Спасибо великое»);
2) Затем надо пнуть тех, кто позволил себе выйти на акцию протеста («Бузотёры», «Вы пиаритесь на трагедии»).
Но Афзалов пошёл дальше. Мэр Сибая решил, что имеет право делить горожан на людей первой и второй категории. Причислив одного из митингующих ко второй категории, Рустем Ахметкаримович назвал его козлом и сравнил с говном.
О ком именно идёт речь, я не знаю, на видео выступало несколько человек. Правдивы ли сведения о пяти судимостях и регулярных избиениях жены, мы тоже не знаем, да это и не имеет значения.
Мэр, которого ткнули мордой в его несостоятельность и неспособность решать проблемы города, обозлился на неправильный народ и решил ему отомстить так, как умеет лучше всего – откровенным хамством.
В цивилизованном государстве такой мэр немедленно уволился бы, но в России, и в Башкортостане в частности, на это надеяться не приходится. Верю, что жители Сибая сами сделают правильные выводы и отправят Рустема Афзалова на свалку истории.
Афзалов рустем ахметкаримович биография
— Надеюсь, вы не остановите вашу деятельность и точно так же принципиально, жестко и по-честному будете ставить вопросы перед республиканскими органами власти и муниципалитетом, — отметил руководитель региона, обращаясь к активистам.
Орден Салавата Юлаева получил глава городской администрации Рустем Афзалов. — Эта награда — в некотором смысле аванс. Немного необычная ситуация, потому что, как правило, мы не вручаем главам муниципалитетов такие награды.
Но это наша благодарность Рустему Ахметкаримовичу, который взял на себя все удары, хорошо работал и все это время был в городе, — подчеркнул врио главы РБ.
МКС Оригинал публикации *** Глава администрации Сибая Рустем Афзалов пристыдил участников схода граждан, записавших видеообращение Владимиру Путину с просьбой вмешаться в решение экологической проблемы города.
Свое заявление он сделал на встрече с горожанами, которая прошла вчера вечером в поселке Аркаим, пишет «Ъ».
По его мнению, организаторами схода стали не жители Сибая, а «непонятные люди, не имеющие отношения к Сибаю».
Он призвал жителей игнорировать призывы к выходу на улицу, «сказать им нет».
Он напомнил частые приезды врио главы Башкортостана Радия Хабирова в Сибай.
— Республикой столько делается для города — врачи здесь, Радий Фаритовичиздесь, переживает за судьбу города, никуда так часто не приезжает, как в Сибай. И кто-то хочет вытереть об это ноги! — возмутился он.
По словам Афзалова, интернет-пользователь, который информировал о сходе, является человеком «с уголовным прошлым, живущим в Баймакском районе».
— Он регулярно избивает жену, имеет пять уголовных дел, и этот козел стоит у меня на площади, на нашей площади и готовит обращение к главному человеку страны! Я понимаю, уважаемые люди бы это сделали, которые отдали силы тому, чтобы Сибай жил. А тут какой-то экскремент, — воскликнул чиновник.
— Мы должны пресекать это. Пусть не лезет со своим уставом в наш огород. У нас есть силы самим разобраться в наших проблемах, — добавил Афзалов.
Однако он не уточнил, кого он имел в виду под организатором схода.
Собравшиеся приветствовали его слова аплодисментами.
Напомним, в Сибае с ноября прошлого года продолжается тление руды в карьере Учалинского ГОК. Серные выбросы из карьера отравляют воздух. Периодически регистрируется существенное превышение ПДК диоксида серы. Местные жители жалуются на ухудшение самочувствия.
В конце прошлой недели в Сибае прошел сход граждан, которые записали видеообращение Владимиру путину. На сход собралось, по разным оценкам, от 500 до 600 жителей Сибая.
«Мы кровно заинтересованы в работе УГОКа». Интервью с мэром Сибая Рустемом Афзаловым
Во время поездки в Сибай, где ровно год назад стало известно об экологической катастрофе, журналисту ProUfu удалось встретиться с сити-менеджером столицы башкирского Зауралья Рустемом Ахметкаримовичем Афзаловым. Нам удалось детально обсудить сложившуюся обстановку в городе.
— Год назад вся республика, и Россия в том числе, узнала об экологической ситуации в Сибае. За ситуацией пристально наблюдали и продолжают наблюдать экологи, политологи, журналисты и самые обычные жители. Хотелось бы узнать, что изменилось за это время и как в Сибае устраняются последствия сложившейся экономической ситуации.
– Мероприятия проходят, исходя из всех намеченных планов, которые были обозначены в рамках встреч с Радием Фаритовичем Хабировым и УГМК-холдингом, с руководством сибайского филиала учалинского ГОКа. Помните, когда-то шёл разговор, что крайние меры – это подтапливать карьер, по сути, эта работа идёт до сих пор. Сейчас третий этап, запланировано подтопление на глубину 40 метров. Сейчас подтоплено порядка 27,7 метров.
— То есть в третьем этапе уже больше 50% по плану затоплено?
– Да, в этом процессе ничего нового нет. Единственное, можно констатировать, что с момента того, как этот процесс начался, ситуация в городе реально, серьезным образом изменилась в положительную сторону. Это связано и с количеством выбросов диоксида серы. Редко, когда они появляются, но это совсем не то, что было до этого. Понятно, что была проблема, комбинат признался, что была нарушена технологическая сторона вопроса. В связи с тем, что сейчас предприятие городское стоит, не работает, это отражается на индексе промышленного производства города, который у нас на сегодняшний день низкий. Мы даже 100% не добираем. Добычи нет, соответственно, нет показателей по индексу промышленного производства. Что планирует сделать у нас комбинат? После того, как подтопление достигнет предельного уровня, потом будет процедура мониторинга. Если потребуется дальнейшая процедура подтопления, значит они дальше пойдут. Если нет, начнется процедура отстоя, и ближе к лету воду будут откачивать.
— Насколько я знаю, воду в производстве хотят использовать повторно.
– Поясню из тех познаний, которые у меня есть. Мы говорили о том, что в дальнейшем это будет откачка воды, сейчас комбинат за этот период создает и улучшает свои очистные сооружения. Кроме этого, он ещё будет их наращивать для того, чтобы эту воду очищать и пускать по трубопроводу на хвостохранилище. Что такое хвостохранилище? По сути – отработанная вода после процедуры флотации, где сформировался концентрат, то есть полуфабрика. В процессе флотации, соответственно, используется вода. И вот эта вода идёт на хвостохранилище и обратно. Она нисколько не мешает и может быть использована уже очищенная. Планы вот такие у них. Остатки руды есть, примерно они оцениваются на 10-12 лет добычи под чашей карьера, поэтому было бы хорошо, чтобы они добычу сделали. Но у них есть планы и по карьеру Камаган посмотреть, что ещё там есть. Есть моменты, где они хотят ещё подземным способом работы производить, потому что нужна загрузка обогатительной фабрики, она очень низкая. Практически три года показатели находятся на уровне 60-65%. Надо их поднимать.
— То есть, сибайский филиал УГОК всё-таки заинтересован непосредственно в промышленной деятельности в данной ситуации?
– Ну конечно, это же связано с людьми, с безработицей. Если они не будут работать, люди будут уезжать. И мы в этом тоже кровно заинтересованы, но, чтобы они это делали с соблюдением всех технологических процессов, которые необходимы при производстве данных видов горных пород.
— Есть ли какие-то конкретные сроки, пусть даже размытые, через какое время ситуация ещё лучше станет или вообще сойдет на нет? Сейчас уже какие-то единичные ПДК фиксируются, мы это знаем. Понятное дело, что это не 56 ПДК, как было ранее.
— Поймите, эти превышения носят единичный и исключительно кратковременный характер. Если у нас в прошлом году была кратковременно, но часто, то здесь очень редко и очень кратковременно.
— Многие общественники, да и местные жители, говорят о том, что сибайский филиал УГОК планирует расширять производство. Каким образом, сказать сложно. Но местные жители предлагают расселение так называемой «зоны 500», чтобы у этих людей была какая-то альтернатива получить компенсацию и приобрести жилье где-то ещё. Возможно ли это?
– Расширение самой зоны работ технически невозможно. Чаша карьера уже сформирована. Как я уже сказал, подземным способом они могут работать дальше, ещё есть запасы руды. Открытым способом добыча руды так и так происходить не будет. Если вы обращали внимание, раньше сама чаша карьера имела транспортный доступ, то есть туда можно было спуститься. Уже много лет доступ к ней закрыт, и за счет того, что происходит эрозия почв, вот эти дорожные транспортные маршруты, которые уже были как спуск на дно карьера, завалены из-за этой эрозии, поэтому доступа туда вообще нет. Поэтому расширять границы для того, чтобы увеличить санитарно-защитную зону какую-то – такого не предполагается.
— Еще один наболевший вопрос: сейчас фиксируется превышение ПДК по формальдегиду. По вашему мнению, откуда могло взяться это вещество? Муссируется разная информация, в частности, что якобы сибайский филиал УГОК может закупать формальдегид для нейтрализации диоксида серы…
– Информации, что они закупали этот элемент, никогда не было, но лучше узнать это у УГОКа. Здесь в технологическом процессе он не нужен.
— Каким образом тогда он появился в городском воздухе?
– Но у них же датчик шире спектра. Вот у нас формальдегид не показывает, потому что в приборе его нет. А когда он в воздухе был, то прибор определял его ошибочно. У нас ведь, бывает как – то марганцовка, то хлор – вся таблица Менделеева. Вот сейчас вы уедете, и обязательно появится какой-то другой элемент. Мы тоже беспокоимся. Я, например, дергаю комбинат, спрашиваю, откуда у вас формальдегид, почему показывает. Они сами без понятия, потому что это продукт, который не может образовываться от того, что там в карьере. Ни один элемент, который находится в земле нашей, не может быть основанием для создания или воспроизводства формальдегида. Ей-богу, даже если взять у кого-то чашку там, брызнуть – формальдегид там полчаса фонить будет.
Пошёл, снял, зафиксировал превышение. У нас даже его искать негде, он может быть здесь только в привезенном виде – это подтверждают в лаборатории сибайского филиала УГОК. Причём в тот раз, когда появился формальдегид, никто из наших служб не приглашался на эти замеры.
— То есть, на замерах оказались только общественники, и то совершенно случайно, насколько мне известно?
– Официальные протоколы, о которых они говорят, формируются по замерам УГЗ Сибая. Мы не проводим замеры по формальдегиду, у нас нет технической возможности, не нужно путать. У нас рассчитаны приборы на диоксид серы, на сероводород, азот, диоксид азота. Формальдегид – это редкое вещество. Скажу больше – смысл его замерять, если это промышленный продукт? У нас измеряются газы, которые образовываются естественным путем – упор делается на автомобильные выбросы и газы с карьера. Если формальдегид обнаружить, через 15-20 минут он вступит в реакцию с кислородом, и его уже не обнаружишь.
Ровно та же история касается формальдегида – название страшное, но не про нас эта история. Она, например, интересна будет в социальных сетях.
— Но ведь ее активно муссируют и обсуждают.
– Кто? Мы штучно всех считали. Мы все знаем, кто это обсуждает. В группе «Сибай, дыши!» 12 тысяч человек – обсуждает 30 человек всего. Но это не та история. Понимаем, когда диоксид серы возникает, я тут же активизируюсь и узнаю что там случилось, что поменяли в технологическом процессе. Возможно, вот этот всплеск связан с землетрясением, которое было в конце ноября в Челябинской области. Но это реальная история – земля колыхнулась, микротрещина образовалась, и где-то выдуло. Рядом было, всего 16 км от Сибая.
– Вы сами-то в это верите, нет? Есть сейсмологическая служба, над нами находится очень много спутников, на них стоят сейсмодатчики. Поэтому проблем показать где произошло землетрясение сейчас никаких нет, можно показать с точностью до метра. Вот специалисты и сказали где это находится с точностью до метра – на границе Кизильского района Челябинской области и Башкортостана. Эти службы никак не могут ошибаться. Версия здесь может быть, но нужно здесь оперировать сухими фактами.
Интересная история была с разломом на Сибайском карьере…
— Да, жители говорят, что она увеличилась в размерах даже и продолжает увеличиваться.
– 30 лет уже эта трещина есть. У нее даже название особенное – геологический Восточно-Сибайский разлом, кажется. За это время целое поколение успело родиться, с которым мы общались, как раз им 30 еще нет.
— На ситуацию с Роспотребнадзором, когда они выехали на замеры в Сибай, якобы не уведомив муниципалитет, Вы получили какой-то ответ и объяснение от ведомства?
– Ничего не объяснили. Мы отправили письмо, месяц уже прошел, ответа нет. Второе письмо вот направили. В тот раз мы не зафиксировали превышение ПДК – они нашли 1,6. Мы, соответственно, попросили прокомментировать ситуацию. Они сами ищут ответ у Минэкологии.
— Очень много вопросов и мнений по поводу станции для мониторинга измерения воздуха, которая была установлена за зданием городского рынка. Почему ее поставили так далеко от карьера, кто выбрал такое место?
– Это самый край жилой зоны, которая относится к городу. Зона, которая защищается. Когда мы обсуждали установку станции на территории комбината, активисты «Сибай, дыши!» сказали, что потом что-то будет не так и не то. Изначально место было здесь, недалеко от здания администрации. Вообще же было три варианта – в центре города, на улице Островского и возле рынка. Те, кто подготовил проект, дали предложение по этим местам. Кстати, данный проект был подготовлен НИИ «Атмосфера» – это питерская организация. Они, прежде чем выбрать место, проводили замеры транспортных потоков и затем путем расчетов выбрали эти три точки. Здесь учитывается всё то, что может быть выброшено в воздух. Вокруг карьера есть ещё одна станция – там восемь датчиков по периметру чаши карьера и 11 извещателей. 15 Декабря будет запуск станции вокруг чаши карьеров – при повышении тут же будет оповещение жителей сиреной. Информация с 8 датчиков будет собираться онлайн. Это совсем другая станция мониторинга промышленного объекта. Мы выбрали самый близкий вариант к карьеру. Этим местом стала территория возле рынка – туда и поставили. Станция, о которой мы говорим – на ней всего четыре датчика. Мы поставим её на баланс, всё это сделаем. Я как раз хочу попросить «Сибай, дыши!», чтобы они зарегистрировались как автономная некоммерческая организация и поучаствовали в Гранте президента Российской Федерации. Тогда они смогут получить возможность наполнить эту станцию другими датчиками, которыми они хотели бы. Пусть там будет формальдегид, или аммиак, например. Такая у меня есть мысль.
— Представим ситуацию, что люди услышали эти самые сирены и поняли, что возникла какая-то опасная ситуация. Что люди должны делать, куда им бежать?
– У нас есть алгоритм оповещения, который мы уже используем. Сначала жителей оповещаем через социальные сети, через телевидение и центральные экраны на улицах города. Для самых тяжелых периодов у нас имеются пункты временного размещения (ПВР), к которым людей довозят на автобусах. Все они находятся в восточной части города.
— Активисты «Сибай, дыши!» и члены СПЧ при Путине в своих рекомендациях писали о необходимости установки в Сибае стационарной токсикологической лаборатории. Это возможно?
— Это не к нам, наверное. У нас же есть постоянная станция. Представляете, что такое токсикологическая лаборатория? Это ведь такой огромный комплекс, его не притащат сюда.
— Так получилось, что в Сибае, кроме УГОКа, есть еще два проблемных объекта – асфальтобетонный завод и Сибайский завод буровых реагентов, где недавно произошла утечка жидкого лигносульфоната. Насколько нам известно, было проблематично установить собственника данного асфальтобетонного завода. Как там обстоят дела?
— Асфальтобетонный завод – это не здание, а оборудование. Как телефон.
— Ну у него же тоже должен быть хозяин.
— Понятное дело. Ну я сегодня, например, отдал, оформил перепродажу, оборудование в другое место ушло. Оно может в любой момент быть продано или передано. Это взял, продал, подарил, передал.
— И все же, проблема установления собственника завода сейчас стоит перед руководством города?
– Я не считаю, что это проблема. Я говорил активистам «давайте не будем дороги ремонтировать и новый асфальт класть, ямы ремонтировать – вы же придете и будете в соцсетях писать, мэр такой-сякой, дороги плохие, мэра на кол посадить». Из двух бед я лучше выберу меньшую. Это все обсуждается лишь в одном месте. Не говорите за тех, кто обсуждает, как за весь город. Если сегодня вы просто на улице начнете спрашивать людей, готовы ли они, чтобы асфальтобетонный завод был закрыт, для того, чтобы экология стала чище. Попробуйте.
— А по поводу Сибайского завода буровых реагентов?
— Это серьезная ситуация, которая мне вообще не нравится. Потому что воспроизводят такие вещи, которые сушат, вредные. Мы же от этого отказались. Они уже вывезли свой лигносульфонат практически полностью. Они по сути могут даже в суд на меня подать – с моей стороны было и приостановление деятельности предприятия, инициация, но если вы спросите, какие действия главы Сибая в этом вопросе, то точно найдете поддержку. Однозначно. Здесь мы с ними боролись, и мы эту ситуацию до конца разрешим. Они будут заниматься только тем, чем нужно. Они уже поставили очистные, их не было вообще, да и не требовались они – работали с молоком. А здесь сушат жидкость, химию, и получают добавки для бурения, чтобы буры не стирались и сохраняли свойства алмазного напыления. Технология очень похожа на изготовление СОМов (сухого обезжиренного молока для детского питания). Эта ситуация полностью на контроле у территориального управления Минэкологии.
— Хотелось бы еще раз спросить про объемные рекомендации СПЧ при Путине, которые были составлены после поездки федеральных членов совета по правам человека в Сибай. В частности, они рекомендуют жителям бороться за получение компенсаций, а властям этому поспособствовать. Однако, со слов жителей, они понимают невозможность этого, потому что медики якобы не связывают их заболевания с экологической обстановкой в городе. Возможно ли будет жителям получить компенсации, ведь они сейчас рассказывают, что тратят на мешки с лекарствами практически последние деньги?
— Любая компенсация носит заявительный характер. Если у нас определен источник, то для выплаты компенсаций нужны необходимые документы, которые будут являться основанием для выплаты. Это заключение не медработников сибайской горбольницы, а заключение соответствующих органов, например, института исследования, которые должны сказать, что да, у человека все, что происходит с его здоровьем, неразрывно и напрямую связано с тем, что он получил это в результате отравления диоксидом серы. Людям, которые ко мне приходят на прием, я говорю – пожалуйста, если можете, езжайте и получайте такое заключение. Я же тоже житель Сибая, почему у меня такого вопроса не возникает?! Не вижу смысла, потому что мы все время находились здесь…
— То есть получается, что люди, которые чувствуют себя плохо, болеют по каким-то другими причинам, не связанным со смогом?
— Вся аналитика, которую мы строили по заболеваниям и по годам, показала, что никаких всплесков либо резких снижений не было и нет. Все, как всегда. Ни по онкологии, ни по заболеваниям верхних дыхательных путей. Действительно, газ раздражает легкие, но здесь было решение Радия Фаритовича, чтобы всех бронхо-легочников увезти – кого в Крым, кого в здравницы Башкирии. Всех, кто на учете стоял, не потому, что это у них из-за серы, а потому что им сложнее в данной обстановке это все переносить. Они более чувствительные. Заодно и реабилитацию провести. Большой вклад в это внес Андрей Геннадьевич Назаров, как житель Сибая, как земляк, он сказал «своих земляков сам повезу, куда они захотят». Когда узнали, что будут путевки, жители просто атаковали больницу – шли со всем, что у них там было. Вот живет житель, ему лет 50, он никогда не имел заболеваний дыхательных путей, он приходит и говорит: «Все, я умираю, мне нужна путевка». А мы взяли тех, у кого действительно были проблемы, пациенты были на учете у участковых врачей.
Порой, когда ты работаешь, думаешь: «Надо поговорить с людьми, которые агрессивно настроены там, в соцсетях». Я нисколько на них не обижаюсь, возможно, у них есть какие-то другие личные проблемы. Я начал приглашать таких людей. Всего было человек 50, из них отобрали человек 12-15. Мы просто приглашали их – это был не прием, а просто беседа, просто сесть и пообщаться. Может он такой, потому что у него воды дома нет, например. Половина из того числа просто молчала, потом другая часть сказала: «Спасибо, мы вообще претензий никаких к главе не имеем», – и перестали писать плохие вещи.
— Получается, те, кто отсеялись, это просто так называемые критики «диванного активизма»?
— Они поняли, что мы их читаем, наблюдаем за ними. Мы переписывались, и вся эта переписка шла исключительно в положительном ключе. Остались человек 12, они пошли на контакт, я стал с ними встречаться. Оказалось, что далеко не все люди такие негативные, эта живая практика будет у нас и дальше.
— Но ведь, если просто дышать парами диоксида серы, можно же отравиться…
– Есть общепроизводственные нормативы по этому газу. 10 ПДК в промзоне – максимальный ПДК, где можно работать, используя индивидуальные средства защиты. Рабочая смена 10 часов. Причем, по данным токсикологов, дыхание дома восстанавливается. Прокашлялся, прочихался, и все. Выхлопные газы гораздо опаснее и вреднее. Но к этому запаху все люди просто привыкли. Просто у диоксида серы запах неприятный, люди начинают чихать и разу пугаются. Сера же пахнет жжеными спичками. У всех ведь рецепторы по-разному работают. Мне он есть-нет, все равно.
— В конце октября активист «Сибай, дыши!» и член СПЧ Башкирии Эдуард Кадыров сообщил об угрозе загрязнения питьевой воды в Сибае. Это связано с обнаруженным новым месторождением меди в Абзелиловском районе у реки Большой Кизил, в пойме которой расположен Сибайский водозабор. Есть ли такая угроза?
— Кроме одной статьи о том, что есть месторождение в той зоне, больше ничего нет. Даже хотелок еще нет. Констатация факта просто. Здесь нет проблемы, везде можно найти месторождение, это ведь Зауралье, богатый рудный край. Видимо, Абзелиловский район также хочет иметь масштабные проекты. Я особых рисков для Сибая не вижу. Это настолько далеко, когда это будет и что… Мы сегодня говорим, чтобы разведанное Новопетровское месторождение можно было начать проектировать в 2027-2029 годах. Здесь цифры идут на десятки. Пока он заработает, нас точно уже не будет. Однозначно, если риски какие-то будут, мы будем их изучать.
— В завершении беседы хотелось бы отметить, что вы руководите городом с 20 ноября 2017 года, как раз два года на посту мэра. Что вы поняли про Сибай за два года своей работы? Что бы вы рассказали о Сибае человеку, который никогда не был в этом городе, но хотел бы побывать?
Если вам понравился материал, поддержите нас донатами. Это просто и безопасно.