а мартыненко запретные темы истории
А мартыненко запретные темы истории
Запретные темы истории
© Мартыненко Алексей 2011
Рецепт для выживания
Как устроен этот мир? Вот какой вопрос задает себе человечество испокон веков. Найдет ли оно на него когда-то более или менее вразумительный ответ? Ведь стоит сегодня, когда современная наука давно своими новейшими открытиями развенчала былые лженаучные бредни, лишь копнуть чуть глубже, как от традиционно сложившихся в позапрошлом веке взглядов, словно от мыльного пузыря, при всего лишь к нему легком прикосновении, ничего не остается. Ведь когда в позапрошлом веке выдумывалась байка, которая гласила о якобы длительной эволюции обезьяны в человека, еще не существовало нынешних результатов исследования ДНК. Которые, гласят, что самым ближайшим из «родственничков» в животном мире, понятно дело – чисто условных, человек мог бы иметь исключительно свинью. Так что эту более чем неубедительную теорию «науки» позапрошлого века сегодня, когда в данной области расставлены все точки над i, придется переписывать. И если нашим упертым эволюционистам не удастся мозги вправить даже таким аргументом, более чем серьезно обоснованным современной наукой, то следует им выдумывать в данной лженаучной области уже новую теорию: как человек, но исключительно по их ложному мнению, мог бы происходить от свиньи.
Но человек не произошел от свиньи, но только еще, наоборот, превращается в это животное, олицетворяющее собою тип человека нынешнего апостасийного общества. И это не ошибка в избрании им некоего своего мифологического пути, который якобы выбирало, выбирало и опрометчиво, де, выбрало себе человечество, но основа западной политики, направляемой к сдвигу общества в обнаруженную нами сторону – всеобщему оскотинению. Ведь именно такой принцип сегодня исповедуют все СМИ – средства оболванивания человечества, исповедуя содомию на мировом уровне, прививая все существующие виды разврата в качестве от чего некоей де «разрядки». Причем, содомия, рассадник которой на Западе уже узаконен, является такой мерзостью, которую даже свинья не творит! И это губительное моровое поветрие, благодаря средствам усиленной данных пороков пропаганды, уже дошло и до нас. И пусть разгул содомии пока и сдерживает лишь русскому человеку свойственный его природный менталитет, но всей остальной дрянью СМИ уже успешно перезаполнили головы общества, в последние времена кардинально разучившегося чувствовать опасность. Потому оно быстро скатилось до своего былого состояния в предгрозовые годы революции, подготовленной у нас масонами за очень крупные деньги Запада, санкционировавшие тогда организацию безпорядков, породивших государственный переворот. То же наблюдается и теперь. Но на этот раз, вместо Шиффов и Варбургов, «культурной» революцией в России руководят фонды Сороса и Карнеги. Все остальное, по существу, один в один. А потому естественные последствия этой оплачиваемой большими деньгами работы, по оскотиниванию нашего общества, не замедлили сказаться. Мат и мусор на улицах – вот более чем явные доказательства охватившего наше постсовковое общество состояния. Причем, наибольший упор межнациональной политики направлен сегодня на искоренение устоев исключительно русского человека. Эта политика, со времен захвата власти большевиками, не прекращалась ни на миг. А к сегодняшнему дню этот процесс превращения некогда самого человечного из всех людей планеты в животное, чьи гены к человеку наиболее близки, уже дошел до той грани, за которой зияет пустота. Но из суфлерской будочки нам все подсказывают: идите вперед, не оборачиваясь. Потому как лишь там ждет обещанное еще Горбачевым счастье, за которым в погоню вас и снарядили после развала совка.
Так что же там – в нам пока неизвестном будущем? И что произойдет, когда мы произведем свой в это будущее очередной бездумный шаг?!
Вообще-то никаких иллюзий у здраво рассуждающего человека быть не может и не должно. Часть от страны нашей России, именуемой сегодня РФ, полностью развалена: промышленность давно стоит, армии практически нет, выпускаемые государством денежные знаки будут находиться на плаву лишь до той самой минуты, пока не обвалится давно обанкротившийся доллар.
Но и такое пока еще не все: в срочном порядке идет переход на электронные деньги. То есть на чисто виртуальную «валюту», которую даже руками не пощупаешь. И которой любой компьютерный сбой в любой момент может вас легко лишить. Но может лишить и вообще всех накоплений, выбросив владельца карточки с вывернутыми карманами на улицу.
Но ведь мы-то сами, что также не следует списывать со счетов, Западу, по большому-то счету, вовсе не нужны. Ведь именно мы, ничего не производя, но лишь потребляя, пока претендуем на какой-то пусть и незначительный процент, но достаточно все ж весомый, от покупаемых им у нас за безценок природных ресурсов. За счет чего, собственно, пока, как-то там с грехом пополам, пусть и захлебываясь, но барахтаемся. То есть именно за счет распродажи нами не используемого своего природного потенциала какая – то жизнь в нас пока теплится.
Однако ж сами мы, будучи, безусловно, у Запада конкурентом в использовании наших ресурсов, являемся на этой земле лишними. Потому-то вычеркивание из списков нуждающихся в получении средств на жизнь вот уже два десятилетия кряду ведется именно с нами. Потому с темпом в несколько миллионов в год вымирает лишь единственная нация на земле – русская.
Но все это еще не предел о нас «заботы» правительства. Уже принят закон о переходе на электронные паспорта и, следовательно, электронные же деньги.
Но даже для такой работы мы им можем не пригодиться. Ведь у нас слишком холодно. А потому именно у нас проживающие люди расходуют те самые природные ресурсы, которые Запад так настойчиво желает присвоить исключительно себе. Потому именно данный вид народонаселения планеты, что бы Запад ему ни сулил, для отвода глаз заверяя эту потенциальную жертву в своей к нему исключительной лояльности, будет уничтожен среди самых первых «лишних ртов» среди и всех иных жителей планеты, подлежащих поголовному умерщвлению. Кстати, аппетиты глобализаторов, по части народонаселения планеты, вообще не шуточны: они желают оставить на земле всего половину миллиарда счастливчиков, предварительно, что и понятно, сделав из них биороботов. Всех же иных, с их точки зрения «лишних», – умертвить. Потому не следует думать, что мы, постоянно палящие в нашей ледяной стране буквально в небо «их» энергоресурсы, окажемся более для них необходимыми, чем китайцы Тайваня и Сингапура или вьетнамцы Гонконга. Лишь по этой единственной причине нам уже никак не попасть в круг тех счастливчиков, которым они предполагают сохранить жизнь (то есть существование в качестве рабов). Но ведь мы же еще, следует учесть, являемся именно тем народом, который они, в продолжение всего хода мировой истории, так тщетно пытались истребить, постоянно получая по зубам при очередном к нам вторжении. Они ненавидят нас как единственную на всем свете страну, где, несмотря на все их многовековые потуги, ненавидимое ими Православие все так и остается в качестве основного и единственно массового вероисповедания, препятствующего приходу их мессии – антихриста. Потому нечего тешить себя иллюзиями – мы им не только не нужны, но, для полного осуществления их планов по глобализации планеты, даже, в какой-то степени, при уходе событий в неконтролируемое ими русло, то есть в случае возрождения Православной России, смертельно опасны.
Запретные темы истории. Древность пещер Киева
И вот какие удивительные результаты имеют исследования современных археологов, напрочь перечеркивающие все ранее общепризнанные теории о происхождении русского человека и его Родины:
«Основываясь на данных археологических раскопок последних десятилетий, на современных методах исследования черепов, можно считать доказанным, что:
1. Сарматы есть европейцы и не могли принадлежать ни к романским, ни к германским народам; сарматы есть ветвь славянская и ничем другим они быть не могут согласно данным как археологии, так и дохристианских летописей…
2. Киев существовал непрерывно, начиная с поселения, относящегося ко II веку до Р.Х., а в I веке по Р.Х. там были уже три большие поселения на территории теперешнего города.
3. Древние руссы занимали большую территорию Северного и Западного Крыма, тесно соприкасаясь с греческими портовыми городами, и назывались тавроскифами (в отличие от скифов-иранцев). Эти руссы имели в VIII веке князем своим Бравлина, владевшего всей Тавридой. Столицей княжества был Неаполь Скифский.
4. Приднепровские скифы-пахари (как их называл Геродот) и невры есть настоящие славяне, потомки трипольцев.
5. Христианство… в Танаисе, согласно раскопкам тайного храма, существовало с I века.
6. Евангелие на русском языке в Херсонесе в VIII веке свидетельствует о наличии русского храма там, по общему мнению современных академиков.
7. В I веке н.э. на территории… Киева, было уже три поселения…
8. Херсонес был главным центром христианства в Тавриде уже в I веке, и сосланный туда ап. Климент Римский в 99 году нашел в Крыму уже две тысячи христиан в разных местах и множество храмов как результат проповеди апостола Андрея, так как до конца I века в Крыму гонений не было.
9. В Танаисе раскопан тайный христианский храм с престолом, светильниками и печатями для просфор с крестами.
10. Открыта династия Киевских до-Олеговских князей VII и VIII веков.
11. Установлена династия новгородских князей до Рюрика.
Принимая все это во внимание необходимо принципиально переосмыслить историю как руссов, так и Христианства… В 30-х, 40-х, 50-х годах в Херсонесе, Боспорских городах, в Тавроскифии и Танаисе проповедует христианство апостол Андрей Первозванный и основывает церкви, которые в период возникших гонений при Нероне, Домициане и Трояне уходят в тайные подземные помещения под частными домами. Один из таких тайных храмов раскопан в 1950 году в Херсонесе, другой — в 1956 году в Танаисе.
Далее начинается уже христианское время, с этого времени и должна, собственно, начинаться история христианства на Земле Русской.
Непосредственные предки первых русских христиан… — славяне Каменского городища — распространились по Крыму и там создали много городищ во главе с Неаполем Скифским. Это были земледельцы, которые создали скифское царство Скилура, греки их называли тавроскифами.
Когда началась эпоха сармато-римская Северное Причерноморье вошло в состав Римской империи. В середине III века по Р.Х. римляне были разбиты готами, уничтожившими Танаис… С уходом римлян греки опять стали называть эту территорию Скифией, а жителей Западного Крыма — тавроскифами» [223].
То есть сегодня все когда-то сделанные Бопланом предположения подтверждаются и современными доказательствами славянских древностей Причерноморья и его окрестностей.
В конце концов, об этом говорят и тела христианских святых, заполнившие Киево-Печерскую Лавру. И захоронения здесь эти появились, что Боплан подтверждает, со времен незапамятных. Возможно, что точно так же, как мощи св. мученицы Варвары были перевезены сюда из Никомедии, сюда же были перевезены и все иные нетленные мощи русских людей. Возможно, и какие-то из пророков древности, и какие-то из оставшихся нетленными тела Русских Князей — Римских императоров. Потому ал-Мукаддаси так сообщает о знаменитом разгроме хазар Святославом:
«войско из Рума, которое называют русами, напало на (хазар) и овладело их страной» [224] (с. 99).
Связь Киева с Римом подтверждается и мощами святых, находящимися в Киево-Печерской Лавре. О них свидетельствует Боплан (1660 г.):
«Собор святого Михаила называется Златоверхим, так как он покрыт позолоченными пластинами. В нем показывают мощи святой Варвары (Barbe), которые, говорят, были перенесены сюда во время войн из Никомедии» [222] (с. 151).
Никомедия же и являлась, судя по всему — до Киева, столицей Римской империи. Но вот еще какие более чем железные подтверждения всего вышесказанного приводятся французским инженером Бопланом:
«В полумиле ниже Киева виднеется деревня, называемая Пещеры, в которой находится большой монастырь, обычная резиденция митрополита или патриарха. В ближайшей к этому монастырю горе существует большое количество пещер, т. е. подземных ходов, наполненных множеством человеческих тел, которые сохраняются здесь более 1 500 лет [такое, идущее вразрез с выводами наших ученых, мнение о начале христианства на Руси, начинает мало помалу приобретать себе сторонников, которые, усматривая тесную связь киевских и черниговских пещер с пещерными скитами Крыма, относящимися к первым векам христианской эры, считают их хронологически одновременными — прим. редакц.]. Рассказывают, что первые христианские отшельники устроили себе эти подземные пристанища, чтобы тайно совершать здесь богослужение и спокойно проживать в пещерах во время гонений от язычников» [221] (с. 9).
Вообще про катакомбную церковь сообщается при упоминании о Древнем Риме. Причем, в самом Риме Древнем, то есть городе на Апеннинах, который общепризнанно считать этим городом, таких катакомб с захоронениями святых вообще не обнаружено. В Киеве же таких подземелий и имеющихся в них мощах святых просто невообразимое количество. Такое ощущение, что еще за тысячу лет до посещения Лавры Бопланом мощи русских святых начали свозить сюда с тех земель, которым грозила опасность быть поруганными мусульманами.
Мало того, этот Древний Киев, в пересказе Боплана, кроме как на сам Древний Рим, походит и на Константинополь. Потому как среди множества мощей Лавры:
«Там можно также видеть св. Елену» [221] (с. 9).
Но именно про Константинополь говорилось:
«здесь были похоронены император Константин и Елена…» [225] (с. 64).
Так что Константинополь, что именно вещественными доказательствами подтверждается, похоже, находился вовсе не на Босфоре, но в Русском городе Киеве — столице Римской империи.
Но самое-то главное, что для нас теперь становится понятным — каким образом вплоть где-то аж до XI в. наблюдается переток воды с Русской равнины через район Вышнего Волочка в сторону Балтики, о котором, пользуясь литературой средневековой Европы, не доступной для нас сегодня, сообщает еще Татищев. Что выясняется, это обеспечивалось отсутствием пролива Босфор. Однако ж имеется и иное объяснение этого перетока вод из акватории объединенных Каспийского, Аральского и Черного морей в иные моря и океаны:
«Проблему более высокого уровня вод в бассейнах рек и морей Европейской России в сравнительно недавнем прошлом замечали многие. Например, встречаем еще одного наблюдателя — Действительного Статского советника и Кавалера Афанасия Шафонского. Данное топографическое написание составлено аж в 1783–84, но опубликовано лишь в 1851 г. тем лучше, что в них описываются представления 230-летней давности: “Если в древние времена не было такого свободного, открытого и большого между Черным и Средиземным морями сообщения, какого мы ныне посредством Цареградского канала видим, то думать надобно, что река Днепр и впадающие в него реки тогда в своих берегах гораздо выше стояли, и что те низкие места, которые около их только разлитием вешней воды поднимаются, в то время всегда водой покрыты были, и что теперешние пороги тогда вовсе не были видны и судовому ходу не препятствовали. Не имел я случая начитать и точно увериться в том, что якобы некоторые греческие Цари велели нарочито между Черным и Белым или Мраморным морем прорыть большой ров, и чрез то свободное и открытое течение первого в последнее произвесть, которое может быть, до того более было подземное, каково нам действительно Каспийское море представляет, без коего еще не могло бы столь великих впадающих рек в себя вмещать. Когда сие точно так было, то не трудно узнать и причину, почему и поныне около Днепра, Десны, Остра и других в Днепр впадающих рек, по поемным местам и болотам, находят от больших, хотя не теперешних кораблей, но от морских и отличных судов куски, каковые теперь никогда не только по малым рекам, но ниже по самом Днепру не ходят. Видно, что прорытием Цареградского канала Черное море и все в него текущие реки столь упали, что все они получили себе новые берега, осушились чрез то теперешние около рек лежащие луга, а наконец и в недрах Днепра кроющиеся каменья обнаружились и естественную в некоторых местах плотину учинили, порогами названную, которая дальнейшее Днепра и в него впадающих рек падение, а может быть, и конечное их обсушение удерживает”» [220].
То есть даже уверяется, что Босфор — дело рукотворное.
Затем, когда появляется пролив Босфор, уровень воды в Москве реке, некогда лежащей в русле Океана, резко падает. Село Дьяково, пусть жители никуда отсюда так и не уходят, значение свое теряет. Центр будущей Москвы перемещается сначала в Почернев Стан (район г. Балашиха, д. Соболиха), а несколько позднее и в устье Яузы.
А вот что о существовании в древности на месте Каспийского моря могучего водоема, из которого отток вод осуществлялся как в Черное, так и в Балтийское моря, повествует ученый XVIII века Самуил Гмелин, исследовавший низовья Волги в 1769–1770 гг., и также определивший, что совсем недавно эта местность являлась дном моря:
«Вся страна вниз по Волге, из морских раковин состоящая, и соленое свойство кубанской и яицкой степей кажется с сим мнением согласуются…» [216] (с. 272).
А вот что на эту же тему сообщает иной профессор — уже XIX века — Ключевский:
«Почва плоской котловины, какую представляет наша страна, состоит из рыхлых наносных пластов новейшего образования… покрывая сплошной толщей всю поверхность равнины… В наносных слоях ее, представляющих морские осадки, находятся стволы деревьев и остовы допотопных животных, а по степи рассеяны каспийские раковины. Эти признаки заставили геологов предположить, что поверхность нашей равнины сравнительно нового образования и если не вся, то на большей части своего пространства была дном моря…» [217] (с. 68–69).
Вот что на эту тему сообщает профессор Казанского университета Эдуард Эверсман:
«Надо полагать, что в те времена, когда хребет Уральский воздвигся взломом из поверхности земли, море заливало все нынешние степи и простиралось до самой подошвы гор. Последнее геогностическое произведение моря есть солонцеватый, мергелистый ил, составляющий поныне отличительный признак этих степей и повсюду на них распространенный: ил этот на пространствах вовсе безплодных составляет, в виде обнаженном, верхний слой; на степях плодородных он покрыт уже черноземом. По мере того, как вода убывала, илистая почва порастала свойственными ей травами» [218] (с. 52).
«Берегами этого моря служили Уральские и Карпатские горы, чем объясняется присутствие обильных залежей каменной соли в этих горных хребтах. Воды, покрывавшие равнину, отлили в огромные водоемы, образуемые морями Каспийским и Аральским… Оба этих моря вместе с Черным признаются остатками вод обширного морского бассейна, некогда покрывавшего южную Россию и Прикаспийскую низменность. Осадки, отложившиеся от ушедшего моря, и образовали те правильные, однообразно расположенные глинисто-песчаные пласты, из которых состоит почва равнины на обширном протяжении. Севернее пространства, которое было покрыто этим морем, подобные пласты песку, глины и суглинка отложились при таянии от обширных ледников, покрывавших всю северную и большую часть средней России…
ПОЧВА. По предположению геологов, море, покрывавшее некогда южную и юго-восточную Россию, отступило не сразу, а в два приема. Они находят следы, указывающие на то, что северный берег этого моря своим северо-восточным углом шел приблизительно по 55; северной широты [это Серпухов–Зарайск–Касимов–Дивеево–Альметьевск — А.М.], несколько южнее впадения Камы… Потом море отступало градуса на 4;, так что северным берегом его стал Общий Сырт, отрог, идущий от южной оконечности Уральского хребта к Волге в юго-западном направлении. Этим геологи объясняют резкую разницу в почве и флоре по северную и южную сторону Общего Сырта» [217] (с. 69–70).
И там, судя по всему, где проходила граница этого соленого моря, сегодня проходит и граница черноземов, ведь наши черноземы представляют собой что-то совершенно уникальное, не встречаемое нигде более на планете. В чем же разгадка того весьма удивительного обстоятельства, что они представляют собой не преобразившиеся под какими-то природными воздействиями в торф или уголь, газ или нефть допотопные гигантские тысячелетние деревья, палистраты, но именно продукт их гниения при нормальных условиях, максимально приближенных к нынешним?
Ответ на поверхности. Именно в нашем климате и по сию пору находят законсервированные во льдах туши мамонтов, чье мясо и сейчас вполне съедобно (со слов людей его отведавших, по вкусу похоже на медвежатину). Таким же образом, судя по всему, сохранилась во льдах Гипербореи и некоторая часть допотопных деревьев. А когда они начинали освобождаться из-под панциря льда, то потихоньку сгнивали, преобразуясь в чернозем.
И вот что в данном рассказе просто переплетается с повествованием нашим, зафиксированном историками:
«…отлив моря с южной половины Европейской России завершился сравнительно поздно, может быть, уже на памяти людей, в историческую пору…» (там же).
Но правду о существовании Рифейских гор, свидетельствующую об истинном первоначальном местонахождении Европы, кому-то потребовалось сокрыть. Потому-то и произведена попытка подрезать память людям именно в историческую пору. Но вот, как выясняется, попытка эта оказалась неудачной: доказательства о ледяном климате Европы и последующими связанными с таянием льдов изменениями географии Земли — перед вами.
Древнейшая история человечества, которая охватывает многие тысячи лет, по сей день остается, по сути дела, «terra incognita». В учебниках весь период до появления письменности запросто умещается всего на нескольких страницах. Там он предстает в виде достаточно ясной и последовательной картины, сформированной на основе обрывочных археологических данных в строгом соответствии всего лишь с единственной господствующей в академической науке парадигмой становления и развития человечества.
Однако к настоящему времени накопилось огромное количество археологических фактов, которые в прямом смысле слова «не лезут ни в какие рамки» официальной парадигмы. Академическая наука продолжает игнорировать как существование самих таких артефактов, так и наличие гипотез и теорий, идущих вразрез с «официальной» точкой зрения. В ход идут любые методы: «неудобные» артефакты объявляются «подделкой»; вокруг них воздвигается «стена молчания», которая активно препятствует распространению любой информации о самом наличии этих артефактов; альтернативные гипотезы и теории подвергаются обструкции и насильственно отчуждаются от научных изданий и конференций; а перед исследователями, рискнувшими придерживаться гипотез и теорий вне рамок господствующей парадигмы, закрываются как двери академических институтов, так и возможности научной карьеры. В результате изучение таких «неудобных» артефактов полностью лишается возможности использования научно-исследовательской базы, имеющейся в распоряжении академической науки, и вынуждено осуществляться лишь силами энтузиастов-одиночек.
Несмотря на все препятствия, исследователям удалось набрать уже столько фактов, что их с избытком хватает на создание совсем иной картины прошлого человечества. В этих условиях прорыв «информационной блокады» способен дать стимул к развитию не только альтернативных взглядов, но и самой академической науки.
С другой стороны, именно закрытость подобной информации является причиной значительного интереса широкой публики к «странным» фактам и альтернативным версиям истории.
Запретные темы истории. Индия апостола Фомы
А вот что сообщает не только про Малую, но и про Большую Индию францисканский монах де Бриада. Он описывает времена завоеваний покорителя Вселенной — знаменитого Чингисхана:
«А второе войско, посланное со вторым сыном Чингис-кана против индийцев, победило Малую Индию, то есть Эфиопию, в которой живут люди наичернейшие, и [к тому же] язычники. Когда же [тартары] достигли Великой [Индии], обращенной [в христианство] апостолом Фомой, царь [этой] земли, которого обычно именуют пресвитер Иоанн, тотчас, хотя и не был хорошо подготовлен к войне, послал против них войско» [20] (с. 107).
То есть территориально Индия находилась в Эфиопии. Именно здесь и проповедовал Христианство апостол Фома, так как в Индии уже нынешней никаких следов этой проповеди не оставлено: ни в носителях этого учения, ни в архитектуре, ни в письменных источниках. Причем учение апостола Фомы носило более чем грандиозный характер, чтобы впоследствии не оставить вообще никаких следов. Здесь он обратил в Христианство самого царя Великой Индии. А потому официальной религией этой эфиопской Индии стало Христианство.
А попал он сюда, как гласит легенда, под видом архитектора [88] (с. 18–20). И должен был построить правителю Индии Гундафору грандиознейший храм. Однако, что на самом деле, он все эти два года вел здесь проповедь, а деньги, отпущенные на строительство, раздавал бедным. То есть строил храм, о чем не ведал правитель, исключительно нерукотворный — в душах людей. За это Апостол Фома был посажен царем, не понявшим этого странного мероприятия проповедника, в темницу. Но вот скоропостижно скончался брат Гундафора, которому уже в загробном мире была показана Ангелом палата, которую создал для царя своими проповедями Фома. И он попросил, чтобы его воскресили на время, так как он хотел бы купить у своего брата Гундафора эту чудесную палату. И когда воскрес, обратился к брату, который тут же пообещал воскресшему все богатства своей страны:
«“Отдай мне твою палату, которую ты имеешь на небесах, а за нее возьми мое богатство!”
Услышав такую просьбу, царь задумался, долго молчал и, наконец, спросил: “Какая у меня на небесах палата?”
“У тебя на небесах такая палата, — продолжал воскресший, — какой ты не воображаешь и какой ты не видел и видеть не мог во всей вселенной. Эту палату тебе создал Фома, которого ты держишь в темнице… Если любишь меня, отдай мне ее, а себе возьми мое имение”.
Тогда царь вдвойне обрадовался: и воскресению брата, и палате, созданной ему Фомою на небесах, и сказал воскресшему: “Возлюбленный брат! Если же и ты желаешь иметь себе такую палату на небе, то этот строитель у меня; он и тебе построит подобную палату”. После этого было приказано привести из темницы Апостола Фому. Сам царь вышел к нему навстречу и, припав к ногам его, просил прощения, что согрешил пред ним в неведении. Апостол Фома возблагодарил Бога, крестил обоих братьев, научил их Христианской вере. И воскресший многими милостями тоже создал себе вечную обитель на небесах» [87] (с. 74).
То есть эта Индия не просто имела христианского проповедника, но была крещена самими ее правителями — братьями христианами, которых в свою очередь крестил Апостол Фома!
Так что и здесь обнаруживается полное отсутствие идентичности зафиксированного в Четьях Минеях рассказа с нынешней Индией на полуострове Индостан. Но, точно также, полная идентичность рассказу о путешествии в Индию Апостола Фомы соответствует именно та самая Индия, где впоследствии правил пресвитер Иоанн. Ведь здесь преемственность поколений христиан вполне естественна и никаких вопросов не вызывает. Причем, именно на потомков обеленных крещением негров и похожи жители страны пресвитера Иоанна. Потому как вот что сказано о крещении Апостолом Матфеем жителей Эфиопии, соседствующей с нами отысканной африканской Индией:
«…все крестившиеся становились благолепны лицом и утрачивали черноту кожи. Они получали не только телесную, но и душевную красоту, белизну и красоту, отлагая ветхого человека и облекаясь во Христа» [89] (с. 7).
А ведь пришел Апостол Матфей:
«к чернокожему народу людоедов» [89] (с. 6).
Так в какую веру крестил эфиопов апостол Матфей?
На этот вопрос отвечает в своем послании Римскому папе в 1232 г. греческий патриарх Гермоген. Он сообщает, что православные народы, в отличие от латинян:
«…мыслят заодно с нами и с нами, греками, согласуются во всем. В первую очередь обитающие на самом востоке эфиопы, затем сирийцы и… неисчислимый народ Руси. Они повинуются нашей Церкви во всем как матери, неотступно придерживаясь древней ортодоксии» [184] (с. 178).
То есть вероисповедание царства пресвитера Иоанна православное. И вот что записано по этому поводу в проекте крестового похода, представленного французскому королю Филиппу IV:
«христиане-эфиопы, народ великий и сильный, потому что многим владеют и распространены на большой территории» [179] (с. 180).
Вот что говорит о Большой Индии Руи Гонзалес, посетивший с посольством Испании владения Тамерлана Тимура в африканском Самарканде. Он описывает победу Тамерлана над Малой Индией, находящейся на равнине. Но, что выясняется, уже Большая непокоренная им Индия являлась вовсе не равнинной страной:
«Большая часть Индейской земли гористая страна; однако, говорят, в ней много больших городов и селений и она очень богатая. Когда царь Индейский был побежден, он бежал в эти горы и собрал новое войско… А Индейцы, царь Индейский и большая часть жителей ее христиане Греческого исповедания; между ними есть иные христиане, которые обозначаются огнем на лице и имеют не такие понятия, как другие; но эти, которые обозначаются огнем, не так важны, как другие; между ними живут также Мавры и Иудеи, но они подчинены христианам» [92] (с. 292–293).
Так что в повествовании о Большой Индии нет никакого и малого намека на индуизм или мусульманство.
То есть не только Малая Индия, расположенная, как теперь выяснили, в Эфиопии, но и Индия Великая, находящаяся здесь же, в Африке, не имеют и малейшего отношения к нынешнему полуострову Индостан. Они находятся рядом — на одном африканском континенте. Здесь же еще располагалась и какая-то третья Индия, переполненная крокодилами и пантерами.
Вот что сообщает о своем путешествии по Индии иной путешественник — на этот раз португалец Фернан Мендес Пинто (1539 г.):
«Повсюду в этой реке, которая не была особенно широкой, кишело огромное количество ящериц, коих более справедливо было бы назвать драконами, поскольку некоторые из них доходили размером до самой большой алмадии [лодки — А.М.]; спины у них были покрыты выступами наподобие раковин, а пасти были более двух пядей; они отличаются большой дерзостью и безстрашием, и если верить местным жителям, зачастую нападают на большие алмадии, если на них не больше трех или четырех негров, разбивают их хвостом и пожирают по очереди людей, не раздирая их на части, а проглатывая целиком» [66] (гл. 14, с. 64).
То есть и в этой Индии совсем не те обитатели, что в нынешней: крокодилы и негры.
«Зачастую крокодилы достигают в длину 20 локтей [8,8 м]» [166] (гл. III, п. 5).
Причем, крокодилы и негры у Пинто встречаются не единожды. В рассказе о том, как два человека пытались переплыть одну из речек, сообщается:
«Но когда они добрались примерно до середины реки, на них напали две очень большие ящерицы, в одно мгновенье растерзали их на куски, так что вся вода была полна крови, а потом увлекли на дно.
Я пришел в такой ужас от этого зрелища, что даже крика не мог испустить, и не знаю даже, кто меня вытащил и как я спасен; помню только, что я стоял по грудь в воде и чернокожий матрос держал меня за руку…» [66] (гл. 23, с. 89).
«прежде чем наши успели добраться до баркаса, их пожрали три очень больших ящерицы» [66] (гл. 153, с. 402).
«мы здесь видели большое количество бурых и черных обезьян размером с большую собаку наших пастухов; обезьян этих негры боятся гораздо больше всех прочих животных, ибо они нападают с такой смелостью, что никто не может с ними сладить» [66] (гл. 14, с. 64).
То есть здесь говорится о каких-то крупных обезьянах, обитающих, опять же, вовсе не в Индии, но исключительно в Африке.
Вот еще о животных этой странной Индии:
«носороги, львы» [66] (гл. 41, с. 132).
Солин пишет об Индии:
«Змеи достигают здесь такой величины, что целиком глотают оленей и других животных такого же размера» [166] (гл. III, п. 20).
Такие монстры водятся, что прекрасно известно, лишь в Южной Америке и в Африке. Затем Солином перечисляются какие-то совершенно ни с какими иными не идентифицирующиеся животные. И вот вновь удивляющее:
«Но всех ужаснее единорог — чудовище, издающее страшный рев, с лошадиным телом, слоновьими ногами, свиным хвостом и головой оленя. Из середины его лба торчит сверкающий ослепительным блеском рог в четыре фута [1,18 м] длиной. Он такой острый, что легко протыкает все, что ни попадается» [166] (гл. III, п. 20).
Вот что говорится при упоминании о рыболовах, которые за неимением соли питаются исключительно рыбьей икрой:
«…на том берегу Внутреннего моря» [66] (гл. 18, с. 73).
В современной Индии, напомним, никаких внутренних морей не имеется.
И вот в этой-то самой Индии (или, как в тексте уверяется, вообще — в Индонезии, где, вновь по тексту полная несообразность вообще ни с чем — откуда-то в начале XVI в. появляются воюющие с португальцами турки!):
«находилась некогда торговая контора царицы Савской, откуда, как предполагают некоторые, один из ее факторов по имени Наузен переслал ей большую сумму золота, переданную ею впоследствии Иерусалимскому храму, когда она навестила Царя Соломона (от которого, говорят, имела сына, ставшего потом по праву наследования императором Эфиопии, или пресвитером Иоанном, как его называют в народе, коим абиссинцы особенно гордятся) [66] (гл. 20, с. 79).
Ну, что первое, замахиваются перекройщики данного произведения средневекового автора на якобы во времена еще царя Соломона, а это аж XI-е столетие до Р.Х., на обладание Эфиопией заморских факторий аж где-то там в Индонезии. Не слишком ли круто взято?
А потому и понятно, что португалец рассказывает вовсе не о земле, находящейся от Эфиопии в семи тысячах километров. Но о самой этой стране и ее хозяйке, царице Савской, которая навещала знаменитого царя Соломона и приносила ему для Иерусалимского храма сокровища не чьей-нибудь, но именно своей земли.
И, второе, именно в Эфиопии происходит появление на свет легендарного пресвитера Иоанна. Что подтверждает все нами обнаруженное в очередной раз.
Причем, вот какой народ здесь проживал в то время:
«…жители Индии переложили поэмы Гомера на свой язык и поют их» [126] (гл. 48).
Какое отношение такая культура могла иметь к культуре нынешней Индии?
Вот еще уточнение, что разговор у португальца Пинто идет вовсе не об островах Индонезии, куда пытаются зафуговать рассказчика «переводчики», но именно об Индии, которая столь уже четко вырисовывается на континенте Африка. В Малакку прибывает посланник туземного короля Ару, чтобы уговорить коменданта португальской крепости помочь в борьбе с турками (это в Индонезии-то?).
«испрашивая… ту помощь, которую согласно клятвою подкрепленному договору, заключенному его предшественником на престоле Ару с древним Албукерке (Афонсо де Албукерке, правитель португальской Индии (1510—1515), завоеватель Гоа, Малакки и Ормуза — прим. 101) львом, рычанье которого устрашало моря, представлявшим повелителя стран и народов Индии и великой Португалии, сей великий государь обязался нам оказывать, защищая нас от всех наших врагов» [66] (с. 81).
А враг собирался нападать на это государство Ару (где, кстати, львов никто и в глаза никогда не видывал, если разговор идет об Индонезии), что сообщал посланник туземного короля:
«как это нам стало известно из договора, недавно заключенного им с Турком через посредство каирского паши» [66] (82).
Вновь смотрим на карту: где Каир и где Индонезия. То есть здесь вообще указывается просто необозримое морское пространство, которое как-то обязано было связать Турцию и чуть ли уже ни Австралию. Причем Турцию, даже при посредстве официальной исторической науки не имеющую ни одного своего порта далее Красного моря. Но хозяйничали здесь турки, судя по описаниям Фернана Мендеса Пинто, как у себя дома. Спрашивается: откуда они здесь, чуть ли ни в Австралии, взялись? Да и вообще, зададимся вопросом, нужны ли были бы какие-то покровители такому народу, чьи суда свободно барражировали бы из Индонезии в Каир?
Да нет. Таковых в тех местах не было и в зачатке. А потому не они португальцев захватывали, а португальцы их. То есть вновь в очередной раз уверяемся, что разговор идет все же об Африке. И о той из Индий, которая находится именно в ее недрах.
А вот что сообщается о нравах обитателей страны Индии после перечисления народов благочестивых у Георгия Амортала (IX в.):
«“Иначе — у соседних с ними индийцев. Эти — убийцы, сквернотворцы и гневливы сверх всякой меры; а во внутренних областях их страны — там… убивают путешественников, и даже едят…” (ПЛДР. XI — начало XII в., с. 33)» [21] (с. 51).
Кстати, монголы, некогда сражавшиеся в Африке, сами-то вот откуда происходят:
«Родина их, земля некогда пустынная и огромной протяженности, [лежит] далеко за всеми халдеями, откуда они львов, медведей и прочих хищников изгнали при помощи луков и другого оружия» [21] (с. 59).
Это львов они изгнали из Монголии? Когда-то там водились какие-то особые не известные науке «монгольские львы»?
То есть даже монголы возникли откуда-то из глубин Африки. И еще:
«Я спросил о вере их; и дабы быть кратким, скажу, что они ни во что не верят; однако же буквы у них иудейские» [21] (с. 71).
Понятно дело, что в те времена еще знали — чьи в действительности эти буквы.
«Я спросил, кто те, что учат их грамоте; они сказали, что это какие-то бледные люди, которые много постятся и носят длинные одежды и никому не причиняют зла. И поскольку они сообщили о людях этих много подробностей, которые схожи с религиозными обрядами фарисеев и саддукеев, я полагаю, что они — фарисеи и саддукеи» [21] (с. 72).
А вот откуда и куда было совершено нападение монголов:
«…орда выступила из мест восхода солнца, прошла по земле вплоть до Баб ал-Абваба [Баб-эль-Мандебский пролив — А.М.], а оттуда перебралась в Страну кыпчаков, совершила на ее племена яростный набег… Затем, после такого кругового похода, она возвратилась к своему повелителю через Хорезм невредимой и с добычей» [21] (с. 234).
А Хорезм этот, следовательно, находился где-то в районе нижнего Нила. Такая вот была совершена этими монголами «кругосветка».
Интересно, где все-таки происходили военные действия этой монгольской кампании, если даже якобы завоеванный монголами-тартарами Киев, судя по всему, Киевом вовсе не был:
«Венецианский дипломат конца XV в. Амброджо Контарини отметил, что Киев носит название Маграман (Барбаро и Контарини, с. 211)» [21] (с. 281).
Так что путанка с этими «татаро-монгольскими завоеваниями» еще та. Ведь не какой-то там очередной город поименован иным именем, но мать городов русских — древняя столица Киев. А если быть точнее, то выясняется, что вместо него монголы громили какой-то теперь безвестный Маграман. А так как Киев, что утверждает Боплан, самый старый город Европы уже нынешней, то разговор явно идет о каком-то городе, который монголы громили в Африке.
Еще подробности о том татарском ханстве. Вот на каком транспорте из Китая, как сообщает Фернан Пинто, выезжал в свою страну Татарию посол этой страны:
«ветры благоприятны; было бы плохо, если бы муссон изменил им в пути, которым они пожелают следовать» [66] (гл. 131, с. 261).
Понятно, что здесь имеется в виду исключительно водный транспорт.
Но и транспорт сухопутный, впоследствии, тоже достаточно странноват для монгольских степей. Однако же вполне естественен исключительно для Африки:
«ехало еще сорок повозок, в которые были впряжены по паре носорогов… двести слонов с башенками на спинах и мечами на клыках» [66] (гл. 131, с. 263).
То есть и здесь прослеживается единственное: это описанное португальцем действо могло происходить только на единственном континенте земли — в Африке — нигде более.
Добавим очередное повествование об Индии в Африке:
«Повесть о Варлааме и Иоасафе, с. 112. Согласно И. Н. Лебедевой, в заглавии греческой Повести “Душеполезное повествование, принесенное из внутренней Эфиопской страны, называемой Индия, в святой град Иоанном монахом”, есть упоминание и Эфиопии, и Палестины, как и в краткой грузинской версии. В тексте Повести также дважды упоминаются благочестивые мужи из внутренней Эфиопии, т. е. Индии, рассказавшие историю о царевиче и его наставнике автору Повести (там же, с. 31); В краткой грузинской версии “Мудрости Балавара” сказано: “Рассказывал нам отец Исаак, сын Софрония Палестинского, и книга эта — мудрость Балавара, который находился в пустыне с отшельниками. Благослови, отче! Однажды я достиг [Еф]иопии и там в индийском книгохранилище нашел эту книгу, в которой описаны дела сего мира, весьма полезные для души”. Цит. по: Балавариани. Мудрость Балавара / Пред. и ред. И. В. Абуладзе. Тбилиси, 1962. Приложение: (Мудрость Балавара) / Пер. И. А. Джавахишвили. С. 115» [22] (прим. 221 к с. 214).
Еще свидетельство такого же рода:
«…где и когда возникла устойчивая литературная формула: “Индия, именуемая Эфиопией”? Существовало ли в Средние века сочинение, из которого могла быть заимствована эта формула? Да, такое сочинение существовало, в том числе и в древнерусском переводе с XI в. Речь идет о “Повести о Варлааме и Иоасафе”, имевшей необычайно широкое хождение как на Востоке, так и на Западе (Повесть о Варлааме и Иоасафе. Памятник древнерусской переводной литературы XI–XII вв. / Подготовка текста, исслед. и коммент. И. Н. Лебедевой, отв. ред. О. В. Творогов. Л., 1985; Кузнецов Б. И. Повесть о Варлааме и Иоасафе. К вопросу о происхождении // ТОДРЛ. Л., 1979. Т. XXXII; Peters P. La premiиre traduction Latine de «Barlaam et Joasaph» et son original grec: Analecta Bollandiana. T. XLIX. fase. III et IV. Bruxelles, 1931; The Wisdom of Balehvar a Christian Legend of the Buddha by David Marshall Lang. 1957. 13; арабская редакция создана в VIII-IX вв., см.: Повесть о Варлааме Пустыннике и Иосафе, царевиче индийском / Пер. с араб. В. Р. Розена, под ред. И. Ю. Крачковского. М.; Л., 1947)… Самый ранний из известных сегодня греческих списков повести относится к XI в. В леммах греческих рукописей XIII в. говорится о вывозе монахом Иоанном сочинения под названием “Варлаам и Иоасаф” “из внутренней страны эфиопийцев, которая называется страной индийцев”» [22] (с. 214).
Но и вообще, что выясняется:
«У христианских авторов внутренней Индией называлась Эфиопия и Южная Аравия, например у Космы Индикоплова в “Христианской топографии” (Косма Индикоплов. II, 30, 45; III, 65; XI, 3, 23–24) [22] (с. 215).
То есть случайно обнаруженная нами параллель, Индия=Эфиопия, на самом деле никакой случайностью никогда не являлась. Причем, разговор здесь идет не об индийцах, и не об эфиопах, а о белых людях. Лишь они одни единственные в том заселенном вавилонскими мутантами мире имели библиотеки. И все это некогда существовало где-то на Эфиопском нагорье и в его окрестностях.