а абрашкин русь средиземноморская и загадки библии
Абрашкин А.А.. Книги онлайн
Абрашкин Анатолий Александрович — доктор физико-математических наук, писатель.
С 2005 профессор НИУ ВШЭ в Нижнем Новгороде, факультет информатики, математики и компьютерных наук, кафедра математики. Научно-педагогический стаж более 35 лет.
Окончил Горьковский государственный университет им. Н.И. Лобачевского, специальность «Радиофизика и электроника».
Профессиональные интересы: гидромеханикакосмология, механика жидкости и газа, история науки. Лучший преподаватель — 2016 года.
Свои исследования изложил в написанных им, теперь уже широко известных во всей стране, книгах «Русь Средиземноморская и загадки Библии», «Тайны Троянской войны и Средиземноморская Русь», «Предки русских в древнем мире», «Скифская Русь. От Трои до Киева», «Древние цивилизации Русской равнины», «Русские боги. Подлинная история арийского язычества», «Да, скифы мы! Откуда есть пошла Русская Земля» и в целом ряде других, вышедших (и не единожды переизданных) в солидных московских издательствах «Вече», «Алгоритм», «Эксмо». А такие книги, как «Арийские корни Руси» и «Русь — Арийская колыбель», стали бестселлерами.
Книги (4)
Неудобная для Запада правда о происхождении Русского народа. Опираясь не только на общеизвестные источники, но и на новейшие данные археологии и языкознания, это исследование доказывает: мы являемся прямыми потомками и наследниками Великой Скифии, во 2-м тысячелетии до н. э. простиравшейся от Тувы до Трои. «Да, скифы мы! Попробуйте, сразитесь с нами!»
Что общего между скифскими курганами и египетскими пирамидами? Почему научный официоз замалчивает тот факт, что скифские погребения и памятники находят не только в Причерноморье, но и в Польше, Чехии, Словакии, Венгрии, Германии и даже в Центральной Франции — а значит, наши воинственные предки «прорубили окно в Европу» еще три тысячи лет назад? Как пытаются исказить их европейский облик, представляя светловолосых скифов «азиатами с раскосыми очами»? И кому нужно «разорвать преемственную связь» между ариями, скифами и русскими?
Наши предки связывали своих богов с небесным сводом и звездами, мерцавшими на нем. «Надзвездные края» — это мир седой древности, это Космос древних мифов и мечта о золотом веке, когда люди были как боги. В небесном Кремле Руси правил Яросвет-Ярила — древнейший верховный бог русского народа. Он же — известный только в России бог Род, правитель и покровитель Руси.
Мир русских богов предстает в книге как существовавшая некогда реальность. Открытие его — восхождение к истине, постижение загадочной русской души. Этому посвящена настоящая книга.
Вопреки русофобствующей «интеллектуальной элите», навязавшей нам миф о «молодости» русского народа, Анатолий Абрашкин доказывает, что на самом деле отечественная история насчитывает более 7000 лет!
Русская равнина была колыбелью Арийской цивилизации. Отсюда, от священной реки Ра (Волги), наши предки дошли до Египта и Индии, завоевав большую часть Ойкумены, создав величайшую империю древности — Средиземноморскую Русь. Наши арийские пращуры сражались против египтян и хеттов, заселили территорию нынешних Палестины и Израиля задолго до семитов и активно участвовали в Троянской войне. «Русские в Трое.
С чего начинается Родина. Каждый ответит по-своему, но наверняка затронет при этом тему предков. Народ — это цепь поколений, спаянных воедино. Если выпадает хотя бы одно звено, то рвется связь времен, и тогда уже совершенно невозможно разобрать, откуда пошел народ и какого он роду-племени.
История русского народа — яркий тому пример. А. Абрашкин, автор книги «Русь Средиземноморская», обращаясь к глубокой древности, ищет и находит свой неповторимый образ Родины. Условно ее можно назвать Скифской или Средиземноморской Русью, населенной ариями, по мнению автора, предками нынешних русских. Не претендующая на строгую научность и основанная в большей степени на авторских предчувствиях и догадках, книга, тем не менее, интересна необычным взглядом и смелой трактовкой известных летописных и литературных памятников.
Абрашкин Анатолий Александрович
Абрашкин Анатолий Александрович
Два бестселлера одним томом! Запретная правда об истоках Руси, переворачивающая все прежние представления о месте и роли русской нации в историческом процессе. Возводя этноним «русы» («росы») к.
Абрашкин Анатолий Александрович
Долгожданная НОВАЯ КНИГА от автора бестселлера «Арийские корни Руси». Вопреки русофобсгвующей «интеллектуальной элите», навязавшей нам миф о «молодости» русского народа, Анатолий Абрашкин.
Абрашкин Анатолий Александрович
С чего начинается Родина. Каждый ответит по-своему, но наверняка затронет при этом тему предков. Народ — это цепь поколений, спаянных воедино. Если выпадает хотя бы одно звено, то рвется связь.
Абрашкин Анатолий Александрович
В своей новой книге известный российский писатель и историк Анатолий Абрашкин, автор бестселлеров «Древние цивилизации Русской равнины», «Тайны Троянской войны и Средиземноморская Русь» и «Арийские.
Абрашкин Анатолий Александрович
НОВАЯ книга от автора бестселлера «Арийские корни Руси». Неудобная для Запада правда о происхождении Русского народа. Опираясь не только на общеизвестные источники, но и на новейшие данные археологии.
Абрашкин Анатолий Александрович
Эта сенсационная книга от автора бестселлеров «Арийские корни Руси» и «Русь – Арийская колыбель» посвящена еще более запретной и опасной теме. Это – подлинная история русского Дьявола от Кощея до.
Абрашкин Анатолий Александрович
Эта книга перевернет все ваши представления о прошлом. Это – радикальный пересмотр места и роли русской нации в историческом процессе. Это – подлинная предыстория Руси.
Автор возводит этноним «русы».
Абрашкин Анатолий Александрович
Русская равнина – одна из крупнейших на земном шаре. Именно в ее пределах появились и развивались славяне. Но к какому времени следует относить наше историческое детство? Академическая наука считает.
Абрашкин Анатолий Александрович
Изучаются проблемы аналитической динамики вихревых образований в жидкости и волн на воде в лагранжевых переменных. Приведен обзор всех известных примеров лагранжевого описания движений жидкости.
Абрашкин Анатолий Александрович
Русская равнина – прародина европейцев и колыбель древнейших цивилизаций. Именно здесь, а не в Африке следует искать корни человечества. Вопреки «научному» официозу, антропогенез русского народа.
Абрашкин Анатолий Александрович
Русский дух, русская душа, русскость – понятия, ставшие важной частью нашей культурной традиции. Но какого-то рационального объяснения они так и не получили. Между тем к тайне русского духа можно.
А абрашкин русь средиземноморская и загадки библии
С чего начинается Родина. Каждый захочет ответить на этот вопрос по-своему, но наверняка затронет при этом тему предков. Народ — это цепь поколений, спаянных воедино. Если выпадает хотя бы одно звено, то рвется связь времен, и тогда уже совершенно невозможно разобрать, откуда пошел народ и какого он роду-племени. История русского народа — яркий тому пример.
Считается, что первые достоверные сообщения о росах (русах) принадлежат писателям раннего Средневековья. Готский историк VI века Иордан засвидетельствовал, что в середине IV века в Причерноморье жили росомоны. В готской среде слово «росомоны» (вариант «росоманы») означало «люди рос». Современный Иордану сирийский автор указал на существование «народа рос» северо-западнее Азовского моря, в районе Среднего Поднепровья. Именно в эту область, согласно «Повести временных лет», в VI–VII вв. переселилось со своей дунайской прародины славянское племя полян. Вместе с обитавшими здесь росами они составили ядро будущего государства и стали впоследствии называться русью.
Авторы VI–X вв. и наши летописцы не смешивали росов и славян. Если волна переселений с берегов Дуная была чисто славянской, то следующая, накатившая в IX в. с берегов Балтики, была уже по преимуществу русской. Варяги-русь, или балтийские русы, не только осваивали новые земли и не только выполняли, если верить легенде, волю призвавших их племен. Они объединились с потомками росомонов, своими кровными братьями. Но как, когда и где раскололся некогда единый этнос? Этот «простой» вопрос историки старательно обходят стороной: уж очень им не хочется удревнять русскую историю. Более того, многие из них, следуя норманнской традиции, до сих пор отстаивают идею скандинавского происхождения руси. Собственно русская история, по их мнению, начинается только с момента прихода в наши пределы Рюрика и его братьев. Все же упоминания о существовании в то время росов на юге игнорируются.
Этот факт ярко показывает, насколько непросто быть в России русским патриотом. Более двух с половиной веков ведущие отечественные историки сознательно отвергают любые аргументы в пользу более древнего происхождения своего народа. Виданное ли это дело?! Ни в одной другой стране, ни у какого другого народа не найти ничего подобного. Наоборот, любой мало-мальски достоверный документ, свидетельствующий в пользу древности народа, там сразу же берется на вооружение и доводится до сознания каждого гражданина. Пусть мы «ленивы и нелюбопытны», но зачем же лишать нас истории?! Ведь сегодня, в период расцвета неонорманнизма, даже упоминания о росах в Причерноморье в академических кругах требуют определенного мужества. Что уж говорить о более древних временах?
Есть, однако, очень простые указания, заставляющие призадуматься на этот счет. Заглянем в «Словарь русских имен». Среди употреблявшихся в нашем народе еще в недалеком прошлом имен есть и Адонис — финикийское божество природы, олицетворение умирающей и воскресающей растительности, и Изида — египетская богиня плодородия, и Вакх — бог вина и веселья у древних греков, и Анувий — производное от имени египетского божества Анубиса. Откуда у православных христиан такая привязанность к средиземноморским божествам? Далее, целый ряд русских имен воспроизводят географические названия, лежащие вне пределов современной России — Анатолий (полуостров Анатолия), Армений, Аттик (Аттика), Африкан, Британий, Вавила (Вавилон), Далматий (Далмация), Ерусалим, Индис, Ливаний, Ливий, Лидия, Македон (Македония), Нил, Нигер, Пальмира (город в Сирии), Троадий, Фивея (то есть фиванка, Фивы — город в Греции и Египте). Неужели вся иноплеменная топонимика, и особенно африканская, произросла только на почве торговых связей? С какой стати, например, русскому человеку надо было называть сына по имени египетского Нила?
Современные историки и их интерпретаторы в своем большинстве не задумываются над такими «мелочами». Академический «взгляд» с трудом усматривает росов только в IV в. н. э., но даже и это выдается как акт послабления горе-патриотам. В качестве типического отношения к «древностям русов» приведем мнение известного литературного критика и публициста В. В. Кожинова (1930–2001), называвшего себя русофилом: «Уместно сказать здесь же о диктуемом «патриотизмом» (уже совершенно «неразумным» и ущербным) поветрии, выражающемся в стремлении как можно более «удревнить» начало Руси… Полная неразумность этих притязаний очевидна: бессмысленно пытаться «превознести» свой народ, свое государство, свою историю «удлинением» их существования во времени… «ценность» народа никак не зависит от общехронологической даты его формирования. Ценность эта определяется содержанием его собственной истории, его собственного времени. И, наконец, как бы ни удлинять в глубь всеобщей хронологии дату рождения Руси, все равно эта дата будет на тысячелетие, и даже на несколько тысячелетий, более поздней, нежели даты рождения Древней Эллады или Ирана, не говоря уже о Шумере или Египте» («История Руси и русского слова»). Четырьмя предложениями общепризнанный мэтр русского патриотического движения «закрыл» целое направление исторических исследований. Но неужели попытки установления более древней даты происхождения Руси продиктованы единственно желанием повысить «ценность» своего народа? Разве настоящий исследователь думает об этом? Он ищет Истину, которая в данном случае действительно скрыта во мраке времен! Впрочем, видимо, чувствуя уязвимость своей позиции, критик оговорился, что рождение Руси можно удревнить, но уж никак не далее времени рождения древней Эллады или Ирана плюс несколько тысячелетий. Какое время имел в виду Кожинов — одному Богу известно, но, похоже, уж никак не глубже четвертого века новой эры.
Да, не везет русскому человеку! То монах Нестор «отрезал» всю языческую историю Руси, то большевики вычеркнули царский период. Теперь вроде бы можно, наконец, заглянуть в более отдаленные времена, но даже тут всеми уважаемый русофил вдруг публично заявил: «Нельзя!» Чего уж говорить о русофобах!
А между тем о древности русского народа писали многие авторы. Наш знаменитый историк Василий Никитич Татищев (1686–1750), ссылаясь на древних авторов, сообщал, что ранее русские и славяне жили в Сирии и Финикии, где по соседству могли свободно иметь еврейское, египетское или халдейское письмо. Перейдя оттуда, они обитали в Пафлагонии (область в Малой Азии на южном берегу Черного моря), а во время, приблизительно соответствующее Троянской войне, переправились в Европу. Михаил Васильевич Ломоносов (1711–1765), отстаивая идею древнего происхождения славянорусов, писал: «Величество славенского народа даже до баснословных еллинских времен простирается и от Троянской войны известна. Енеты, венеты, или венеды, народ словенского поколения, с королем своим Пилимоном, бывши в Трое для ее от врагов защищения, лишились своего государя и для того, соединясь с Антенором, отъехали во внутренний конец Адриатического моря и, поселясь по берегам, где ныне Венецейское владение, далече распространились». Другой наш выдающийся соотечественник — Александр Дмитриевич Чертков (1789–1853), уникально образованный человек, знаток древних языков, обладатель одного из самых дорогих в России собраний книжных, рукописных и нумизматических редкостей, — в цикле своих работ указал на языковое и этнокультурное родство между славянорусами и древними народами Средиземноморья — пеласгами (первопоселенцами в Греции, жившими там в IV–II тыс. до н. э.), фракийцами (Фракия — область на юго-востоке Балканского полуострова) и этрусками, проживавшими в I тыс. до н. э. на территории Италии. Однако это открытие ученого-романтика не стало событием в отечественной и мировой историографии. Историки-профессионалы не могут даже допустить мысли об участии предков русов в событиях до Рождества Христова. Алексей Степанович Хомяков (1804–1860) по этому поводу писал: «Познания человека увеличились, книжная мудрость распространилась, с ними возросла самоуверенность ученых. Они начали презирать мысли, предания, догадки невежд; они стали верить безусловно своим догадкам, своим мыслям, своим знаниям. В бесконечном множестве подробностей пропало всякое единство… Многоученость Александрии и Византии затемнила историю древнюю, а книжничество германское наводнило мир ложными системами. В наше время факты собираются со тщанием и добросовестностью, системы падают от прикосновения анализа. Но верить существованию антиподов или отвергать древность книг ветхозаветных, верить рассказам о Франке и Брите или тому, что все десятки миллионов славян вышли из одного уголка Придунайской земли, — равно смешно». Так что же, Татищев, Ломоносов, Чертков, Хомяков — все неразумные патриоты или, может быть, они указывают истинный путь прозрения древнерусской истории?
Анатолий АБРАШКИН. ДРЕВНЕЕ ЕГИПЕТСКИХ И ИНДИЙСКИХ. Беседовал Валерий Сдобняков
Анатолий АБРАШКИН
ДРЕВНЕЕ ЕГИПЕТСКИХ И ИНДИЙСКИХ
Беседовал Валерий Сдобняков
В 60-х годах прошлого века существовал в среде интеллигенции такой спор: кто важнее – лирики или физики. Но я не помню, чтобы даже тогда кто-то ставил вопрос о физиках и историках. Однако в Нижнем Новгороде живёт замечательный учёный, доктор физико-математических наук, который разработал несколько удивительных исторических гипотез, касающихся жизни и расселения по континентам древних скифов и руссов.
Свои исследования писатель и учёный Анатолий Александрович Абрашкин изложил в написанных им, теперь уже широко известных во всей России, книгах «Русь Средиземноморская и загадки Библии», «Тайны Троянской войны и Средиземноморская Русь», «Предки русских в древнем мире», «Скифская Русь. От Трои до Киева», «Древние цивилизации русской равнины», «Русские боги. Подлинная история арийского язычества», «Да, скифы мы! Откуда есть пошла Русская Земля» и в целом ряде других, вышедших (и не единожды переизданных) в издательствах «Вече», «Алгоритм», «Эксмо». А такие книги, как «Арийские корни Руси» и «Русь – Арийская колыбель» и вовсе стали бестселлерами.
Огромный читательский интерес к историческим исследованиям учёного вызван тем, что Абрашкин использует в своих трудах новейшие данные археологических раскопок, языкознания, работает с малоизвестными широкому читателю письменными источниками, противопоставляя свои гипотезы научному официозу. Главный посыл работ исследователя – именно на Русской равнине появились и развивались славяне. Он пытается выстроить историю жизни народов, населявших это пространство, начиная с XIII века до нашей эры. К тому же его книги – это талантливый и истинно писательский труд. Труд яркого публициста, полемиста и исследователя. Читая Абрашкина, невольно поражаешься тому количеству фактического исторического материала, который он использует для построения своих оригинальных и чрезвычайно смелых теорий, раскрывающих древнейшую историю наших далёких предков.
Успех книг у читателей можно было бы списать на тот «патриотический подъём», который в последнее время всколыхнул российское общество, если только не учитывать, что первые из них были написаны ещё в девяностые годы ушедшего века – в то самое время, когда патриотизм чуть ли не на государственном уровне именовался не иначе, как «прибежищем негодяев». Собственно, сегодняшний антирусский патриотизм на Украине – это отголоски всё той же пропагандистской работы, что проводилась двадцать лет назад и в России. Интересно, к чему бы мы пришли, если бы такие «русские мальчики» (как писал Ф.М. Достоевский в «Братьях Карамазовы»: «И множество самых оригинальных русских мальчиков только и делают, что о вековечных вопросах говорят у нас в наше время») не противопоставили себя, своё желание «докопаться до истины», разрушительной государственной пропагандистской машине. И ведь не только выстояли, но и смогли многое изменить в мировоззрении общества, которое вернуло себе и гордость за нашу историю, и нашу Победу, да и многое другое.
В одном из своих стихотворений (Анатолий Александрович ещё и автор трёх поэтических сборников) Абрашкин написал:
В нас дух имперского закала,
Наш путь – всемирная любовь,
И не за шкурные начала
Мы вечно проливаем кровь.
В этих строчках сформулирован мировоззренческий код логика-математика и писателя-историка.
Валерий Сдобняков: Анатолий Александрович, вы окончили радиофизический факультет Горьковского государственного университета, стали известным учёным-физиком, доктором физико-математических наук, и вдруг… начали писать книги по древнейшей истории Руси, а лучше даже сказать – мировой истории. Значит, это гуманитарное начало в вас «сидело» изначально. Тогда почему математика?
Анатолий Абрашкин: Тут важно разделить “генные”, стержневые начала и оформившиеся со временем пристрастия. Моя мама была учителем начальных классов, а папа военным. Он прошел уникальный путь от рядового до полковника, окончил военно-инженерную академию и имел глубокий аналитический ум. Любовь к стройным и ясным рассуждениям, характерным для математики, безусловно, от него. Мой старший брат стал призёром всероссийской олимпиады по математике и был приглашён в Московский государственный университет. Сейчас он является одним из авторитетнейших в мире математики алгебраистом. Живёт и работает в Англии. Для меня его решение сменить гражданство и жить вне Родины совершенно неприемлемо (в политических пристрастиях мы абсолютные антиподы), но в школе я всецело старался ему подражать. К тому же, с математикой проблем не было, и я без особых раздумий пошёл по физико-математической тропе.
С гуманитарными интересами всё обстояло иначе. Сочинения в школе давались мне с трудом. Это характерная черта естественника, когда логическое начало задавливает образное. Но книги меня притягивали, со временем я стал заядлым книжником. Прекрасно помню свой восторг после прочтения “Преступления и наказания”, “Истории одного города”, повестей и романов Тургенева, стихов Блока. Все это было в рамках школьной программы, но ощущение слитности слова и мысли, удивительной их гармонии потрясало. Подспудно, как я сейчас понимаю, во мне зародилось желание писать столь же интересно и пронзительно. К сожалению, а может, к счастью, у меня не было ни мудрого наставника, ни терпеливого учителя. Всё, что написалось, – плод многолетнего и постоянного саморазвития. Сам себя я определяю словом “мыслитель”. Оно, как мне кажется, позволяет изолироваться и дистанцироваться от профессиональных писателей, историков и философов. Я, оставаясь физиком, вторгаюсь в их епархии, и выдвигаю новые идеи. Таким путём, в частности, шёл наш выдающийся математик Игорь Ростиславович Шафаревич.
В.С.: Потому, видимо, не все ваши “вторжения” отдельных писателей устраивают. В частности, я имею в виду довольно ехидную заметку обозревателя журнала “Новый мир”, как отклик на публикацию ваших стихов в 39-м (2013 г.) номере журнала “Вертикаль. XXI век”.
А.А.: Обозреватель среагировал на стихотворение, которое начиналось четверостишием:
Я быть хочу сегодня богом,
Чтоб речь вести высоким слогом,
И говорить, как Ломоносов,
О древности великороссов.
Предметом раздражения, конечно же, служила последняя строка, но, как опытный иезуит, он обвинил меня в непомерной гордыне. Однако в слово “бог” здесь заложено отнюдь не христианское содержание. Жрецы-язычники в давние времена, переодеваясь в ритуальные наряды, проповедовали от имени своих богов. Первая строка четверостишия как раз выражает желание автора последовать их примеру. Ничего более. Тем более, что далее упомянуто имя Михаила Васильевича Ломоносова, громившего высоким слогом труды немецких историков, искажавших древнерусскую историю. Стать продолжателем дела Ломоносова и отстаивать высказанные им идеи в области нашей древнейшей истории – вот истинный настрой стихотворения! К 2013 году у меня уже вышло достаточно книг, которые я рассматривал, как обращение к соотечественникам. Отсюда и пафос начальной строфы.
Я чувствую силу своих идей и хочу быть услышанным. Мои произведения – это художественно изложенные исследования, в которых царствует логика. Я претендую на оригинальность, глубину и достоверность своих текстов. Вот почему одно из стихотворений я начинаю строкой: «Я мыслью поколенье обогнал…».
В.С.: Можете приоткрыть тайну ваших математических исследований и достижений? Хотелось бы хотя бы в общих чертах представлять круг ваших научных интересов. Как я понимаю, в научной сфере деятельности вы «обогнали поколение» не менее, чем в исследовательско-литературной?
А.А.: Моя узкопрофессиональная специализация – теоретическая гидродинамика. Её название, в отличие, например, от физики плазмы или космологии, выглядит не столь привлекательным и даже старомодным. Но интереснейших задач в гидродинамике ничуть не меньше. К тому же, являясь закоренелым романтиком, я выбрал для себя чрезвычайно привлекательную и красивую в математическом отношении область – волны на воде. Возраст многих проблем в ней насчитывает более сотни лет, но и цена каждого нового результата соответственно выше. Кроме того, во все времена считались крайне важными и интригующими геофизические приложения теории волн. Достаточно напомнить о новой реальности в океане, открытой в последние десятилетия, – “волнах-убийцах”. Представьте себе волну с десятиэтажный дом, которая неожиданно возникает посреди относительно спокойного моря, губит корабль, а потом также внезапно исчезает. Какова ее природа? Физики и математики обсуждают возможные механизмы её возникновения, но пока ещё далеки от окончательного ответа.
У Федора Ивановича Тютчева есть стихотворение “Ты волна моя морская”. В нём поэт с восхищением описывает “своенравную волну”, которая живет чудной жизнью: то смеётся, “отражая неба свод”, или сладким шёпотом источает любовь, а то неистовствует “в одичалой бездне вод”. Литературоведы убедительно доказали, что тютчевская волна – это аллегория, скрывающая возлюбленную поэта Елену Денисьеву. Но мне в этом стихотворении импонирует, прежде всего, образ одушевленной волны. Стараясь прозреть жизнь в гидродинамических моделях, я вслед за Тютчевым готов признаться:
Не кольцо, как дар заветный,
В зыбь твою я опустил,
И не камень самоцветный
Я в тебе похоронил.
Нет – в минуту роковую
Тайной прелестью влеком,
Схоронил на дне твоем.
В.С.: Научное исследование – это, как ни крути, творчество, и голой, бездушной техникой ума его не осилишь.
А.А.: Но мои научные интересы не ограничиваются гидродинамикой. Так получилось, что я много лет преподавал курс “Концепции современного естествознания”. Сейчас его исключили из университетских программ, и сделано это, на мой взгляд, напрасно. Курс развивал в человеке широту взглядов и глубину интересов, позволял взглянуть на мир с единых позиций, и что еще крайне важно, восстановить в его сознании разрыв между естественнонаучным и гуманитарным знанием. А это, в том числе, открывает учёному возможность размышлять о путях развития науки. Лично я пришёл к выводу, что после создания теорий относительности в начале прошлого столетия физика по инерции сошла с правильной траектории развития. Вернее, выбрала односторонний и заведомо не самый оптимальный путь объяснения законов Природы.
В.С.: Вы имеете в виду отказ от концепции эфира?
А.А.: Именно так. Когда физики, вслед за Эйнштейном, осознали, что распространение света можно описывать без эфира (то есть субстанции, переносящей колебания), они решили “избавиться” от него. Жертва казалась разумной: на вычисления это никак не влияло. Правда, оставались элементы серьёзного непонимания. В частности, занозой в сердце сидел вопрос: если свет распространяется в пустоте, что же все-таки поддерживает в ней колебания электрического и магнитного полей? Ни один физик до сих пор не может на него ответить, а, следовательно, и объяснить природу этих полей. Попробуйте спросить у профессионального физика, что такое электрический заряд или как устроен электрон, и вы доведете его до крайнего градуса раздражения.
Но это, как говорится, цветочки. Другой совершенно неразгаданной тайной природы является сила гравитации. Она также действует в пустоте, и тысячи физиков-теоретиков пытаются разгадать механизм ее действия. Конечно, методологически наука устроена так совершенно, что учёные непременно придумают устраивающую всех теоретическую конструкцию. Но она, если двигаться нынешним курсом, будет чудовищно сложной и уродливой – каким-нибудь микроколебанием в многомерном пространстве. Сегодня “корни” гравитации ищут в пространстве из 11-ти измерений, но, очень может быть, что и это число измерений для теоретиков не предел. Современная физика больна геометрией, она сбилась с более простого и естественного пути, когда пространство считалось трёхмерным, а электромагнитное и гравитационное поля пытались определять через свойства заполняющего его эфира. Это два разных подхода, но не следует противопоставлять их. Они дополняют друг друга: один на макроуровне, другой – на микро. Эту, на мой взгляд, крайне актуальную мысль я и пытаюсь отстаивать.
В.С.: Вы видите какую-то большую перспективу своих открытий для мировой науки?
А.А.: Да. В журнале “Нелинейный мир” (2018, №1) вышла моя статья “О квантовом объяснении закона всемирного тяготения”. Это первое и единственное со времен Ньютона научно обоснованное объяснение механизма действия гравитации.
В.С.: Не об этом ли исследовании вы упоминаете в своём блестящем эссе “Яблоко Ньютона”, которое передали для публикации в “Вертикаль. XXI век”. Меня, как редактора литературного журнала, оно порадовало изящностью прохождения мысли по грани между логикой и мистикой.
А.А.: Я убежден, что ничто в нашей жизни не происходит случайно. Верю также, что судьба посылает нам свои “знаки”, надо только их распознать и правильно истолковать. Это как указатели, в правильном ли направлении ты движешься. Для меня совершенно неожиданным стало приглашение на научную конференцию в Кембридж, на родину великого Ньютона. Оно было сродни чуду, поэтому я и воспринял приглашение, как подтверждение правильности своей теории. Но в самом Кембридже произошло ещё одно необыкновенное событие, после которого у меня уже не осталось никаких сомнений. Какое? Об этом лучше прочитать в 53-м выпуске “Вертикали. XXI век”.
В.С.: Хорошо, теперь давайте перейдём к теме для меня более близкой и понятной, чем физика и математика. Первый опыт по выстраиванию оригинальных исторических гипотез был вами предпринят в книге «Древние росы. Мифологические параллели и пути миграций», вышедшей в Нижнем Новгороде в 1997 году в издательстве родного для вас Нижегородского государственного университета имени Н.И. Лобачевского. Но затем последовали следующие капитальные труды: «Предки русских в древнем мире», «Тайны Троянской войны и Средиземноморская Русь», «Русь Средиземноморская и загадки Библии». Затронутая тема потребовала дальнейшей углублённой работы? Вы почувствовали «вкус» предстоящего большого открытия?
А.А.: Вы очень точно охарактеризовали моё творческое состояние в тот период. Я человек академический, и для вторжения в новую для себя область выбрал особый метод, который Алексей Степанович Хомяков назвал метаисторическим (метаистория, буквально, – это то, что после истории). Этот метод основан на сравнительной мифологии и состоит в выяснении маршрутов распространения культов богов. Если обнаруживается присутствие одного и того же бога на двух территориях, то делается вывод, что была миграция какой-то части древнего племени из одной области в другую. Когда же нащупывается “каркас” движения народа и его связи с другими территориями, для анализа подключаются сведения исторических источников и археологические данные.
Моя первая книжечка насчитывала всего 30 страниц, но, работая над ней, я убедился в чрезвычайной эффективности метаисторического подхода. Она придала уверенность и открыла новые горизонты исследовательских задач. Если дебютную работу я издавал на свои кровные, то “Предки русских в древнем мире” вышли уже в московском издательстве “Вече”. В этой книге изложена первая связанная схема истории русского народа с VI тысячелетия до н.э. Впоследствии “Предки” выдержали (в разных издательствах) семь переизданий, а общий тираж книги составил более 40 тысяч экземпляров. По тому, что она попала “в десятку”, я понял, когда Михаил Николаевич Задорнов в своих концертах стал художественно пересказывать фрагменты её содержания.
Но выстроенная схема требовала полноценного описания. Так появились две следующие книги, объектом внимания которых, как видно из их названий, стала Средиземноморская Русь. Уверен, что подавляющее большинство читателей удивится такому словосочетанию, и подумает, что я редкий фантазёр. Но это реальное государство – Русена (Русь), существовавшее во II тыс. до н.э. на территории Палестины и Сирии. В исторических источниках (письмах египетских фараонов и хеттских царей) название этой страны воспроизводится в самых разных огласовках – Рутена, Ретену, Рузена, Арзену, Арсава. Ее имя изначально присутствовало в девяти местах Библии, но было заменено на выражения “наша страна”, “наша земля”. Все это неопровержимые факты: за три тысячи лет до Киевской Руси на Ближнем Востоке существовало государство с точно таким же названием. Оно прекратило свое существование в ходе Троянской войны. Вот, если в двух словах, история Средиземноморской Руси. Профессиональные историки вообще не затрагивают этой темы (нет государства – нет вопросов), но наша высшая политическая элита, думаю, в курсе данного вопроса, и причины нашей дружбы с Сирией не только экономического характера.
В.С.: Исходя из этой исторической трактовки, книга «Скифская Русь» является для вас чем-то особенным, стоящим в ряду прочих особняком?
А.А.: Для академических историков совершенно неясен вопрос – где находилась прародина скифов? Из какого центра они распространились от Китая до Европы? Я предлагаю абсолютно оригинальное решение проблемы: первоначальное скифское ядро сформировалось в XV-XIII вв. до н.э. на территории Малой Азии (в пределах Средиземноморской Руси). Эта идея позволяет не только вывести из тупика нынешние изыскания по поводу происхождения скифов, но и понять драматические “разрывы” в древнерусской истории.
Наши отдаленные предки проживали на Русской равнине со времен “Человека Разумного”. Русами они называли себя, поскольку были светлокожими и русоволосыми. В силу глобальных катаклизмов, а это было последнее оледенение и, как убедительно доказал Михаил Григорьевич Гроссвальд, евразийские потопы, неоднократно обрушивавшиеся на равнину из Северного Ледовитого океана, отдельные племена русов вынужденно мигрировали в более теплые и безопасные земли, где создавали новые государства. Крупнейшим и наиболее известным из них стала Средиземноморская Русена. В глобальном военном конфликте, который запечатлелся в античном эпосе под названием Троянской войны, русы воевали против “всего мира” – египтян, хеттов, греков и семитов. Скифы (племя скеев в источниках) участвовали в ней на стороне русов. После поражения в войне (рубеж XIII-XII вв. до н.э.) они выступили связующим звеном для малоазийских и северных их соседей, а впоследствии возвратились на Русскую равнину, где воссоединились со своими предками, проживавшими там постоянно. Слово “русский” возникло в результате объединения двух имен – “рус” и “скей” (скиф). Скифы, таким образом, выступают важнейшим звеном, позволяющим восстановить целостность русской истории.
В.С.: Вы много в своих книгах размышляете о происхождении русских сказок, мифов, легенд. Вы действительно уверены, что за ними скрывается подлинная история наших предков? Что многие из мифологических персонажей имели «живых» прототипов, непосредственно влиявших на жизнь и быт древних русичей?
А.А.: Такие вопросы я неоднократно слышал во время своих выступлений в самых разных аудиториях, и это меня всегда огорчает. У меня такое ощущение, что нас постоянно заражают бациллой неполноценности. Ну, смотрите, никто не удивляется, что за египетскими, греческими, индийскими мифами скрывается историческая реальность. Почему её не должно быть в наших мифах и сказках? Самое удивительное, что, когда касается существа дела, оказывается, что сюжеты наших мифов древнее и египетских, и греческих, и индийских. И это неспроста! Человек разумный и человеческая культура распространялись с севера, с Русской равнины, на юг и запад.
Иван – имя древнерусского бога плодородия. Он стал главным героем наших сказок. Многие, наверное, усмехнутся, вспомнив его прозвище – дурак. Но, дорогие друзья, давайте думать о происхождении родных нам слов. Слово “дурак” происходит от корня “драть”, а что еще должен делать герой-любовник нашего эпоса? Праздник Ивана Купалы справлялся крестьянами даже в XIX веке, разве это не живое доказательство божественной сущности бога Ивана? Определяя время сложения культа Ивана, можно назвать и примерную дату сложения мифов с его участием, ставших впоследствии частью сказок. В частности, борьба Ивана со Змеем (или Чудо-Юдой) отражает основной миф индоевропейцев, который исследователи датируют серединой III тыс. до н.э. Но если в это время были мифы, то значит, был и народ, слагавший их. Почему мы без сомнений принимаем существование древнеегипетской, древнегреческой и древнеиндийской истории и сомневается в существовании древнерусской? Только в силу тотального заражения неполноценностью.
В.С.: Наверно, всё-таки не в неполноценности тут дело, а в том, что слишком противоположную историю сформировали, сформулировали для нас в XVIII—XIX веках как заезжие, так и наши вполне авторитетные историки. Тут мы можем вспомнить о борьбе против этой навязанной нам лжи и М.В. Ломоносова, и ряда других деятелей русской науки и культуры.
А.А.: Вы правы. Вот в школе учат, что русские – это славяне. Хорошо, но дальше вдруг открывается, что прародиной славян является центральная Европа, а на Русскую равнину славянские племена пришли только в V-VI вв. Что же получается? Наши далёкие предки вовсе и не жили на нашей территории, пришельцы? Но антропология свидетельствует о проживании здесь европеоидов-русов (русоволосых и белолицых) с древнейших времён. Как же разрубить этот узел академической лженауки? Очень просто, русские – не славяне! Предки русских (русы) проживали на Русской равнине до прихода сюда славян. Потом два народа, разумеется, сблизились и перемешались, но изначально славянская ветвь развивалась отдельно.
Обратимся к нашим былинам. В них отражена многотысячелетняя история нашего народа. Уверен, эта мысль шокирует читателя, но давайте вспомним. Самая древняя по времени былина посвящена Святогору. Почему он живёт на горах? Потому что только там можно спасаться от воды, заполонившей Русскую равнину. Очевидно, эта былина относится к послеледниковой эпохе, сопровождавшейся, к тому же, евразийскими потопами. Встреча Святогора с Микулой Селяниновичем – первым пахарем земли Русской, символизирует эпоху, когда наши предки стали осваивать земледелие на освободившихся от влаги равнинных участках. Богатырь Илья Муромец отличается от своих товарищей-богатырей более древним происхождением. В эпосе он олицетворяет прародителя русов-киммерийцев (в их числе были также русские племена мери и муромы; приставка “ки” имеет значение “великий”), которые встретили возвращавшихся из Азии скифов. И, наконец, киевские богатыри, олицетворяющие вождей разных племён. Каждый из былинных героев отражает определённую временную эпоху, выступает художественным образом одного из обожествлённых и почитаемых нашим народом предков. И заметьте, возвращаясь к русско-славянской теме, ни в одной из былин нет славянских богатырей, есть только русские. Наши сказки и былины – реальная антитеза летописям монахов, которые исключили из русской истории языческий период.
В.С.: Судя по последней фразе, вы не очень-то жалуете служителей Русской Православной Церкви. А одну из своих книг вы уж и вовсе назвали не совсем удобно произносимо – «Русский дьявол: от Кощея до Воланда». Не страшно такие слова произносить? Я понимаю – вы атеист, существование потусторонней силы, влияющей на жизнь людей, вы не признаёте, и всё-таки…
А.А.: Начнем с последнего утверждения, оно неверное. Я считаю атеизм глупейшей бравадой, и не принимаю его ни на каком уровне. Я верю во всеобщую связь явлений, в существование Абсолюта, который называю Космосом. Наши предки – арии, почитали мировой закон Rta, управляющий всем во Вселенной. Русичи отождествляли его с богом Родом – хранителем Природы (т.е. находящейся при Роде). Rta – Род – Космос для меня звенья одной цепочки. На рубеже тысячелетий физики открыли существование “тёмной энергии”. Это присутствующая во Вселенной субстанция, обеспечивающая ускоренное расширение Вселенной, самая настоящая потусторонняя (ненаблюдаемая) реальность, которая присутствует в нашем мире и “разлита” в нём повсюду. Как можно в неё не верить? Я грешным делом думаю, что физики, сами того не желая, доказали существование Бога.
Теперь о книге. Традиционно мы держим в уме христианский образ Дьявола, как носителя абсолютного зла. Эта картина сложилась на основе зороастрийской идеи деления верховного Бога на две половины – добрую и злую. Мне такой подход представляется искусственным и нежизнеспособным. Об этом говорит и само слово “диавол”, которое родилось из словосочетания “дий-бел” – “божественный Бел”, т.е. Белбог, белый бог или светлый бог. Другое его имя – Люцифер, переводится как “несущий свет”. Бога света христианские богословы превратили в носителя тьмы и мрака. Объяснение тому лишь одно – это было крайне уважаемое язычниками и крайне ненавидимое первыми христианами божество (Баал в Библии). Причина “перекраски” понятна, но, очевидно, что образ Диавола богословы исказили.
На Руси такая концепция зла не прижилась (обращаю внимание, что книга посвящена русским образам дьявола). Русский взгляд на происхождение зла и его проявления в реальном мире никогда не отличался прямолинейностью и категоричностью. К нечистой силе наш народ неизменно относился с известной долей симпатии, и даже любви. Тысячелетнее торжество Православия в Отечестве “не перебило” эту традицию. Сознание русского человека совершенно не склонно лицезреть мир разделённым на дьявольское и божественное, чёрное и белое. Нам важны оттенки, мы никогда не числили дьявола отъявленным негодяем, и всегда старались найти в нем положительные начала. Те же начала отстаивает и классическая русская литература, будь это Демон Лермонтова, бесочеловеки Достоевского или сатана Леонида Андреева. В общем, не так страшен чёрт…
В.С.: Обозначенную тему вы расширили в своей книге «Русские боги. Подлинная история арийского язычества»?
А.А.: Такое название придумали в издательстве “Алгоритм”, не согласовав его со мной. Второго предложения в моём названии не было, и оно не отражает содержания книги, целиком посвящённой именно русским богам. Это обобщающий труд, содержащий периодизацию нашей отечественной мифологии и временные “привязки” существования культов богов. Мне представляется, что эту книгу можно рассматривать, как существенное дополнение к знаменитому двухтомнику Бориса Александровича Рыбакова, посвящённому язычеству древней Руси.
В.С.: Насколько я понимаю, книга «Прародина русской души», вышедшая в 2017 году, для вас является как бы итоговой, главной на долгом пути размышлений о древнейшей мировой истории. Значит ли это, что теория ваша теперь полностью выстроена, и никаких новых добавлений в неё вы вносить больше не будете?
А.А.: Теория выстроена, это так. Но важные дополнения, затрагивающие историю нашего края в глубокой древности, обязательно будут. Они связаны с темой евразийских потопов, существование которых доказал наш выдающийся гляциолог Михаил Григорьевич Гроссвальд. Со времени окончания последнего оледенения воды Северного Ледовитого океана трижды вторгались на территорию Евразии. Последний из них (сер. VI тыс. до н.э.) известен как библейский. Эти потопы повлияли на ход мировой истории, и мне бы хотелось встроить их в свою концепцию. В частности, в новом свете предстанет история знаменитой платоновской Атлантиды.
В.С.: Неожиданно! Но, зная вас, думаю, что это будет крепко сложенная, убедительная концепция. Как вы думаете, то, что сейчас происходит в мировой политике, а сдвиги в ней глобальные, тектонические, имеет какое-то отношение к той древней истории, которой занимаетесь вы? Не там ли «начало всех начал» нынешних нестроений, переделки мира?
А.А.: Русская равнина – родина “Человека разумного”. Древнейшая его стоянка, датируемая временем в 45 тысяч лет назад, находится в районе села Костёнки Воронежской области. Европу в то время населяли исключительно неандертальцы. История индоевропейцев начиналась на Русской равнине. Постепенно, отдельными частями они покидали прародину и обосновывались на новых территориях. Для того, чтобы подчеркнуть свою самостоятельность, они вводили свой язык и свои законы, начиная противопоставлять себя народу прародины (русам). Всё примерно так, как это делают в сегодняшней Украине. Как результат, в европейских народах зрела вражда к вскормившей их земле, та животная русофобия, которой наполнен весь западный мир. Но в подсознании они помнили и помнят, где находится их прародина, центр мира. Отсюда и попытки вторгнуться на Русскую равнину и завоевать их обитателей. Походы Наполеона и Гитлера, необъяснимые с логической точки зрения, имеют ясную мистическую подоплёку – завоевание прародины человечества. Только сделав это, правитель может ощутить себя властелином планеты. Вражда частей, оторвавшихся от изначально цельного индоевропейского “столба”, будет вечной, а русофобия – их программой действий. Всё это, действительно, имеет исторические корни. Это первое наблюдение.
Второе же касается линии обороны русов (скифов, русских) против внешних врагов. Она, естественно, меняется со временем, но, удивительное дело: границы Великой Скифии практически совпадают с границами Советского Союза. Мне думается, что это та выверенная временем предельная линия, в пределах которой возможен братский союз народов в рамках русской империи. Во всяком случае, её восстановление спустя тысячелетия говорит в пользу устойчивости нашего существования.
В.С.: В соавторстве с Г.В. Макаровой вы издали опять же невероятно интересную, оригинальную в своем подходе осмысления заявленной темы книгу «Тайнопись в романе «Мастер и Маргарита». Это уже литературоведческий труд. Ещё когда я готовил публикацию этой книги в журнале «Вертикаль. ХХI век», то был в первую очередь поражён той рассудочностью, безэмоциональностью, с которыми подходят авторы к разработке заявленной темы. Кроме невероятно большого фактического материала, подлежащего анализу, вы ещё с каким-то поразительно холодным расчётом (воистину – математическим!) раскладываете всё по полочкам в хитросплетениях булгаковского романа. Романа не простого, мистического, хранящего в себе много тайн, над разгадкой которых бьются историки и литературоведы, критики и философы. Теперь оказывается ещё и математики. Так и хочется воскликнуть вслед за известным телевизионным персонажем: «Михаил Афанасьевич-то вам чем не угодил!».
А.А.: Лично я Михаилом Афанасьевичем только восхищаюсь. Другое дело – Галина Викторовна, мой соавтор и супруга, но это эмоции. Что же до анализа текста, то я – логик и аналитик, а она – юрист, адвокат, отсюда и рассудочность, и “холодный расчет”. Мы – первые, кто увидели в закатном романе Булгакова детектив и распутали закономерность действий воландовской банды. Дальше стало легче, поскольку была выстроена основа, на которую можно было опереться в расшифровках. Если Пушкин в “Евгении Онегине” изобразил “энциклопедию русской жизни” (В.Белинский), то Михаил Афанасьевич оставил нам на память “энциклопедию советского времени”, правда, в сатирическом представлении. Признаюсь, мы чуть головы не сломали, определяя прототипов его персонажей, но результат превзошёл все ожидания. Итоговая мозаика сложилась в такую гармоничную картинку, какую невозможно было предвидеть. Перед нами предстали в лицах конкретные политики, попавшие под машину правосудия, литературный бомонд и наиболее яркие культурные деятели того времени. Булгаков дал портрет эпохи, который с головой выдает в нём державника, эстета и незаурядного, умнейшего фантазёра.
Главным героем романа, по нашему мнению, является Понтий Пилат. Создавая образ прокуратора Иудеи, Булгаков думал об Иосифе Виссарионовиче, вёл с ним заочный диалог. Литературоведы единодушны в том, что между главами “старого” и “нового” времени существуют параллели. И если Иешуа они сопоставляют с Мастером (читай, автором романа), то параллелью Понтия Пилата, несомненно, служит Сталин. Обращённую к прокуратору финальную фразу Иешуа – “он не заслужил света, он заслужил покой”, традиционно толкуют в философско-религиозном контексте. Но у неё есть и ясная историческая подоплёка. Это булгаковская оценка правителя страны…
В.С.: В завершении не могу не задать вопроса о вашем поэтическом творчестве. Кроме всего прочего вот уже три книги стихов вышли из-под вашего пера. Что для вас поэзия – отдушина от сугубо логического интеллектуального труда? Тут задействованы иные духовные, душевные силы, способствующие некоторой интеллектуальной разрядке? Или написание стихов идёт в одном ряду с научной, литературоведческой, исторической деятельностью? Когда к вам приходят стихи?
А.А.: Это самая интересная и во многом еще непонятная для меня самого тема в нашей беседе. Каждое стихотворение я воспринимаю, как маленькое чудо. Не потому, что оно такое хорошее, а потому, что оно состоялось. Причины его написания могут быть самые разные, но единство смысла и слога, гармония сложившихся звуков воспринимается, как приближение к чему-то высшему и божественному. Опять-таки, повторюсь, я вполне трезво оцениваю свои опыты, и по-настоящему удовлетворен лишь третьим сборником “Я пью за русскую закваску”. Но для себя считаю поэзию – высшей формой творчества. При этом на время сочинения стихотворения я должен бросить все остальные занятия, особенно, научные. Самое лучшее состояние наступает, если параллельно читаешь классику. Главное – поймать ключевую строку или незаурядный оборот, от которого как от камня, брошенного в воду, будут расходиться круги возможных вариантов. Подобрать нужное, точное слово – это вроде бы обычная “техника”, но всегда необъяснимое удовольствие и необыкновенная радость. Стихи нужны, прежде всего, мне. Для чего, не знаю. Может быть, это желание уравновесить работу полушарий, совместить алгебру с музыкой, а может, это просто желание ощутить связь с Космосом.
В.С.: Хочу закончить нашу беседу вот таким вашим стихотворением: