вор в законе шоколадный биография
Сидел при всех вождях, кроме Ленина. Вор в законе «Шоколадный»
Жизнь белорусского вора наполнена множеством тайн. Он не любил хвастаться своими достижениями на криминальном поприще. Родился Розаленко в Витебске в 1931 году. Однако его семья попала под коллективизацию и была выслана в Сибирь. Спустя много лет в Николае проснется явная тяга к старинным книгам и хрусталю, что объяснялось, видимо, не совсем простым его происхождением.
Пожив какое-то время в Сибири, семья Розаленко переберется в Ленинград. Николай был старшим ребенком в семье. Когда началась война, завод, где работал отец семейства, был эвакуирован в Новосибирск. Но Николай, прожив какое-то время там, решает сбежать из дома. На тот момент ему было всего тринадцать лет. Он убегает и отправляется обратно в Ленинград, где начинает свою криминальную карьеру.
Розаленко становится ловким вором-карманником. Он был «писакой», то есть умело резал кошельки и карманы кусочком лезвия или остро заточенной монетой. Будучи немногословным, мало рассказывал о своей жизни. Всегда хорошо и элегантно одевался, был обаятельным, интеллигентным. Никогда и нигде не работал, живя исключительно на свои воровские доходы.
Розаленко много и часто сидел, пройдя тюрьмы при Сталине, Хрущеве и Брежневе. Точных данных о его судимостях и перемещениях, к сожалению, не сохранилось. Последняя судимость, настигла его в Узбекистане в 1987 году. Годом ранее он был там задержан, как лицо, находящееся в розыске. Суд приговорил Розаленко к тринадцати годам за разбой и побои.
Вор в законе шоколадный биография
Скоротечная человеческая жизнь неизбежно оставляет следы. Для кого-то ими становятся посаженное дерево, построенный дом или вырытый колодец. Для других – это ворох бумаг в личных делах, пылящихся в архивах. Для большинства – нематериальная память. Она может быть разной. Все зависит от угла зрения, под призмой которого рассматриваются конкретные события, поступки человека и вся его жизнь в целом. Истинные же мотивы поведения известны только ему одному и, как правило, никому не разглашаются. В этом заключается главная загадка человека.
Тайна первая. Белоруссия
Николай Розаленко смело мог бы называть себя настоящим сибиряком. Не коренным, но настоящим. Он впервые попал на сибирскую землю еще в раннем детстве. Его отец – Александр родом из Белоруссии, из-под Витебска. В 30-е годы началась коллективизация, сопровождавшаяся насильственным изгнанием «социально чуждого элемента» в северные края. К зажиточным крестьянам он и его родственники никакого отношения не имели, но все равно не избежали высылки в Сибирь. Так, еще в младенчестве, Коля впервые столкнулся с бездушной советской, как теперь именуют, пенитенциарной системой. В дальнейшем знакомство продолжилось. Сословные корни семьи останутся навсегда неизвестными, но через десятилетия «порода» даст о себе знать. Встречавшиеся с ним люди отмечали аристократическую привязанность к хрустальной посуде. Еще он соберет у себя дома богатую книжную коллекцию русских и зарубежных классиков: не лубочные издания про Муму и Герасима, а довольно редкие тома, например, дореволюционный фолиант типографии Сытина об истории династии Романовых или более современное, но не менее редкое собрание сочинений Фейхтвангера. Шикарная библиотека служила не просто украшением интерьера. Свободные часы он предпочитал коротать за чтением книг. Помимо незаурядного интеллекта, Николай Розаленко притягивал к себе окружающих, особенно женщин, своим неповторимым обаянием, не оставлявшим никого равнодушным. От его неподражаемой открытой улыбки таяли самые неприступные сердца.
Отец Николая в трудную минуту не растерялся, проявив решительность и смекалку. Он сумел договориться с нужными людьми и в документах сменил в своей фамилии всего лишь одну букву, что оказалось достаточным, чтобы запутать недавно зародившуюся советскую бюрократию. Он начал новую жизнь под новой фамилией, а остальные родственники покорно проследовали на новое место жительства – в Кемеровскую область. Цена тайной сделки – Александру Розаленко пришлось начинать все с нуля. На склоне лет, вспоминая те годы, жена называла его «нищий голодранец». Через десятилетие все родственники вновь воссоединяться, но уже на сибирской земле и при абсолютно других обстоятельствах.
Тайна вторая. Ленинград
Александр Розаленко с женой и детьми, старшим из которых был Коля, в поисках лучшей доли, вскоре переехали в Ленинград, где глава семьи устроился работать на завод. Возможно, судьба Николая сложилась бы иначе, но вмешалась война. Завод со всеми работниками и их семьями был спешно эвакуирован в Новосибирск. Ужасы блокады миновали подростка, но в 1944 году сразу после ее снятия Николай, будучи всего лишь 13 лет от роду, убежал из дома, пересек пол-страны и вернулся в Ленинград. Очень рискованный поступок. Стоит помнить о военном времени, сопутствующих ему голоде, постоянных проверках документов и опасности в любой момент быть задержанным бдительной милицией. Мотивы поступка Николая Розаленко уже никогда не узнать. В Новосибирске его семья поселилась недалеко от рынка, где в любые времена «толкалась» самая разнообразная публика. Может быть, там он узнал о существовании другой жизни и впервые увидел «запрещенных» людей, живших не по сталинской конституции, а по понятиям. В Ленинграде он определился с дорогой в жизни. Домой в Новосибирск Николай Розаленко вернется в самом начале 50-х полностью сформировавшимся и самостоятельным человеком, оставившим в городе на Неве жену и сына.
Тайна третья. Новосибирск
Николай Розаленко сидел в колониях и тюрьмах при Сталине, Хрущеве и Брежневе. Где и какими этапами он путешествовал – можно узнать только в закрытых архивах. Последний раз он попал за решетку уже при Горбачеве. Обычно сроки заключения бывали короткие – 2-3 года. В 1986 году после очередной поездки в Узбекистан ему дали весомые 13 лет. Выйти на свободу он должен был уже в довольно преклонном возрасте, но не дотянул до нее чуть более года. За месяц до смерти родственники навещали его в новосибирской ИК-8. Николай был бодр и на здоровье не жаловался. На похоронах люди шептались, что властям очень не хотелось выпускать на волю именитого, проблемного вора «в законе». По наследству ему должно было достаться крепкое здоровье. Его отец прожил 104 года, причем на рубеже своего века легко перекидывал лопатой снег у себя во дворе. Родные Николая впервые узнали о его высоком месте в криминальном мире только в 90-е годы из местной газеты, в которой перечислялись все титулованные особы, пребывающие в то время на территории области. Их было совсем мало. Родственники долго полагали, что Николай всего-навсего картежник-«катала». Розаленко много сидел, но эти годы остались самыми «прозрачными» в его жизни. В неволе он находился на виду у всех. Из обилия возможных сценариев поведения им был выбран самый для себя сложный, пройденный достойно, без отступления от понятий. Иначе, его бы не признавали вором «в законе».
От отца Николай унаследовал немногословность. Он тщательно следил за речью – не только не говорил лишнего, но не изъяснялся матом или по «фене». Он не «растопыривал пальцы» – публично кичась своим высоким статусом, не сорил налево и направо деньгами, не устраивал диких загулов в ресторанах. Розаленко был равнодушен к «партачкам», украшающим тело и повествующих о пережитых испытаниях. Никаких татуировок – куполов, крестов или восьмиконечных звезд. Разительный контраст с образом вора «в законе», созданным и растиражированным в многочисленных телевизионных сериалах, который можно рассматривать только, как пародию на действительность. В Новосибирске он жил как нелегальный резидент разведки, тщательно прячущий свое истинное лицо. Именно поэтому его тайная жизнь осталась известна только единицам.
В Новосибирске Николай Розаленко женился вторично, тем самым, опровергнув бытующее вокруг воров «в законе» мнение о табу на семейные узы. Там же у него родилась дочь. Свой долг кормильца он выполнил полностью. Супруга с дочкой не жили во дворцах, но и не перебивались с хлеба на воду. Он всеми силами оберегал семью от побочных явлений своего образа жизни, хотя иногда его оборотная сторона грубо вторгалась в устоявшийся домашний быт в образе облавы оперативников, разыскивающих беспокойного подопечного. У Розаленко было два круга знакомых, которые между собой никогда не соприкасались. В молодости Николай доставил много неприятных минут своим родителям и не хотел повторить этот печальный опыт с единственной дочерью. Правилом для него было ничего не рассказывать о том закрытом мире, в котором его преследовали и почитали. Может быть, поэтому после него осталось так мало фотографий.
Тайна четвертая. Средняя Азия
Андрей ХИМАНЫЧ
Следите за новостями воровского мира на канале Прайм Крайм в Telegram и Яндекс.Дзен
Тайна капиталов «шоколадного» вора
Соседи поверить не могли
Творческая жилка
Фото: КОНЕВ Виктор
Верующий, потому и молчит?
На суде Иваницкий говорил, что оставлял себе на жизнь только десятину добычи. Остальное, дескать, раздавал нуждающимся. Но Котлярка совсем не похожа на село, которому покровительствовал «Робин Гуд».
Сельский голова Котлярки Неля Назарук не верит, что Иваницкий занимался благотворительностью. По крайней мере сельской школе или детскому саду, которые вечно в деньгах нуждаются, он не помогал.
Впрочем, журналистам «Надзвичайних новин» удалось найти семью, которая вспоминает об Иваницком с благодарностью. Мужчине, заболевшему раком, он дал денег на обследование, а позже помог с операцией. Сам Владислав на суде говорил, что он человек верующий. Может быть, поэтому не назвал фамилии тех, кому помогал материально, и не сохранил квитанции, как идейный угонщик авто атеист Юрий Деточкин?
Признавался, что был в банде
Вот еще одна версия: откупался от прошлого? Начальник столичной полиции Сергей Князев говорил, что у арестованного есть судимость, но, как нам удалось узнать, дело было в 1983 году. Владислав тогда был несовершеннолетним, судили его за попытку грабежа. То есть банда, может, и была, но вряд ли серьезная.
Фото: КОНЕВ Виктор
Тем временем
Владислав Иваницкий говорит, что ограбил около 30 банков, но инкриминируют ему пока 14 эпизодов. Этого хватит, чтобы грозило 12 лет тюрьмы. Он арестован на два месяца без права залога и до начала суда вряд ли выйдет из СИЗО.
Елена, гражданская супруга Иваницкого, в 2013 году однажды попала в поле зрения видеокамеры, но не в банке, а в торговом центре. Тогда за Владислава была обещана награда в 50 000 гривен, женщину посчитали его сообщницей. Но сейчас подозрения с нее сняты. Елена уверяет, что не знала, чем промышляет супруг и что больших денег в дом он никогда не приносил.
«Запустивший руку в общак — не жилец» Главный чеченский вор в законе растратил деньги мафии. Что его ждет?
Криминального авторитета, вора в законе Ахмеда Домбаева, известного в криминальных кругах как Ахмед Шалинский, заподозрили в одном из самых страшных проступков по меркам преступного мира — растрате общака. Если вина Шалинского, которого называют главным вором Чечни, будет доказана, за свои действия он может ответить головой. Между тем сам чеченец утверждает, что ничего не знает о судьбе двух миллионов долларов из общака, а квартиру в Москве и роскошный особняк на родине стоимостью более 400 миллионов рублей приобрел на средства, честно заработанные в колонии. В непростой истории Ахмеда Шалинского разбиралась «Лента.ру».
Ахмед Домбаев родился 31 января 1981 года в чеченском городе Шали. В поле зрения милиции он попадал с юных лет — был судим за разбой и грабеж.
Материалы по теме
Вор — это не приговор.
«Он был стратегом воровской войны»
А свой десятилетний срок, во время которого и был коронован, Домбаев получил после дерзкого нападения в 2009 году. Тогда 11 апреля 28-летний кавказец узнал, что в Москву прибыла крупная партия обуви, принадлежащая китайской компании.
Сначала колонну с товаром остановили инспекторы ГИБДД, заранее поставленные на точку Журавлевым. Они забрали у водителей документы на груз. В этот момент к фурам подъехали внедорожник Mercedes и две Lada Priora с чеченскими номерами. Из них выбежали десять кавказцев, пересели в грузовики и отогнали их на склад на востоке Москвы.
Менеджера, который приехал на место в поисках товара, уже ждал чекист Журавлев. Офицер заявил, что груз изъял как контрабандный, после чего забрал у менеджера накладные с сертификатами качества, выдав взамен лишь листок с номером мобильного телефона кладовщика.
Дважды коронованный
Сначала осужденного поместили в СИЗО «Бутырка», а затем отправили в исправительную колонию №1 во Владикавказе. Там Домбаев быстро заработал репутацию злостного нарушителя, следующего воровским законам, а не правилам, установленным администрацией.
Этим 30-летний чеченец заслужил уважение криминального мира. В декабре 2012 года кланы кутаисских и сухумских воров в законе решили короновать Домбаева. Свой титул 10 декабря он получил на воровской сходке в Дубае (ОАЭ).
Однако сторона лидера преступного мира России Аслана Усояна (Дед Хасан), у которого на тот момент был конфликт с Таро и Сухумским, приняла коронацию Домбаева в штыки и отказалась признавать решение дубайской сходки.
А несколько недель спустя сам Домбаев, ставший Ахмедом Шалинским, отказался от воровского титула, объяснив, что воздерживается от него «по ряду уважительных причин».
Новым крестным чеченского криминального авторитета стал вор в законе Гела Кардава (Гела Гальский). Правда, сухумский воровской клан во главе с Таро и Мерабом Сухумским воспринял это как личное оскорбление. Корону Домбаева «сухумцы» так и не признали.
По словам криминалиста и подполковника милиции в отставке Михаила Игнатова, таким поступком Ахмед Шалинский уронил свой авторитет и перед многими другими представителями криминального мира.
Он [Домбаев — прим. «Ленты.ру»] просто выбрал наиболее могущественный на тот момент клан — Деда Хасана. А это расценивают как предательство и приспособленчество. Авторитет у перебежчиков невысокий
Сидеть красиво
После повторной коронации Ахмеда Шалинского десяток раз переводили из колонии в колонию — он побывал в Ростове-на-Дону, Воронеже, Самаре, Оренбурге, сидел в знаменитом «Черном дельфине» Соль-Илецка и, наконец, попал в исправительную колонию №10 (ИК-10) Челябинской области.
Там, судя по снимкам в сети, жизнь авторитета наладилась. На полу вместо линолеума в его камере был уложен ламинат, а стены украшали обои с золотыми узорами. Спал вор в законе не на двухъярусной металлической кровати, как все зэки, а на деревянной односпальной.
На другом снимке, сделанном в аналогичном интерьере, на столе перед авторитетом стоит корзина фруктов. Тем не менее к выходу Ахмеда Шалинского на свободу сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) России подготовились основательно.
Также ФСИН предложила запретить Шалинскому выходить на улицу ночью, выезжать за пределы района проживания и обязательно являться два раза в месяц в орган внутренних дел по месту жительства. Суд это ходатайство удовлетворил. А 9 октября 2019 года Шалинский вышел из колонии и сразу направился в Чечню.
«У нас есть законы получше»
Между тем в Чечне исторически сложилось неприятие воровской идеологии. Даже попав в места лишения свободы, чеченцы группируются не вокруг криминальных лидеров, а вокруг единоверцев. Так же обстоят дела и с решением конфликтных ситуаций на воле: воры не выступают в них судьями.
Как говорит в беседе с «Лентой.ру» криминалист Михаил Игнатов, на первом месте в республике — тейповые связи. Блатные законы чеченцам не интересны: так сложилось исторически.
Даже на знаменитой воровской сходке в Дагомысе в 1988 году [там Люберецкая и Долгопрудненская ОПГ делили Москву на зоны влияния] чеченцы не присутствовали, хотя их звали. Они просто заявили, что и так возьмут все, что им нужно
О том, что Чечне не нужны воры в законе, заявил в ходе своей ежегодной пресс-конференции и глава республики Рамзан Кадыров.
Не признаю воровские законы. Когда-то я собрал воров из Чечни и сказал, чтобы оставили свои воровские дела в Чечне. У нас есть законы получше и поважнее
При этом, по словам редактора информационного агентства (ИА) «Прайм Крайм» Виктории Гефтер, отрицать растущее влияние чеченцев в криминальном мире нельзя. В частности, сегодня именно они контролируют его наиболее доходную сторону — колонии и тюрьмы.
Зоны отданы на откуп чеченцам — так же, как рынки азербайджанцам. Чеченские «смотрящие» в местах лишения свободы — это устойчивый тренд нашего времени
Несмотря на все влияние чеченского криминала в преступном мире, среди воров в законе он оставался незаметен. И тогда в Чечне задумались над тем, чтобы найти такую фигуру, которая смогла бы занять лидерские позиции в воровском мире.
Сначала на эту роль рассматривали вора в законе Азиза Батукаева по кличке Азиз. В 2014 году авторитета даже под надуманным предлогом досрочно вызволили из тюрьмы в Киргизии, а затем спецбортом перебросили в Чечню.
Как только чеченский авторитет попытался распространить свое влияние за пределы республики — начались проблемы. В частности, у Батукаева произошел конфликт с влиятельным главным вором в законе Азербайджана Надиром Салифовым (Гули).
По некоторым данным, примирить оппонентов сумел Ахмед Шалинский, который позвонил Гули прямо из колонии. Возможно, именно после этого в Чечне решили присмотреться к нему как к новому кандидату в воры номер один. На руку Шалинскому сыграла не только его решительность, но и репутация религиозного и спортивного человека, незамеченного за употреблением наркотиков.
Воровской кортеж
Уже на следующий год после выхода Шалинского из колонии СМИ облетели кадры того, как чеченский вор в законе обосновался на родине. На фото попал участок авторитета: высокий забор скрывал несколько трехэтажных коттеджей с большими окнами.
Резные ворота, ведущие на территорию, украшали воровские звезды, а неподалеку от въезда был припаркован люксовый автомобиль. Стоимость особняка Шалинского эксперты оценили примерно в 300 миллионов рублей.
Однако надолго в Чечне вор в законе не задержался и вскоре перебрался в Москву. Не помешал ему даже административный надзор. 25 июня кортеж из бронированных внедорожников и седанов представительского класса въехал в столицу.
Чтобы с комфортом проводить время в Москве, Ахмед Шалинский приобрел недвижимость и здесь. Квартира обошлась вору в законе в 150 миллионов рублей. По некоторым данным, его прислали в Москву как координатора околокриминальных соотечественников. Но надолго задержаться в столице ему не удалось: помешало уголовное дело.
3 августа 2020 года в Северной Осетии против чеченского вора в законе возбудили дело по статье 210.1 («Занятие высшего положения в преступной иерархии») УК РФ. В ноябре того же года Ахмеда Шалинского объявили в федеральный розыск.
Но и это не вынудило криминального авторитета залечь на дно. Напротив, в сентябре 2020 года появилась информация, что он хочет силой завладеть империей убитого к тому моменту главного вора в законе Азербайджана Гули.
На тот момент в зоне влияния вора в законе были Челябинская, Свердловская, Новосибирская, Кемеровская, Волгоградская области и Ставропольский край. Активнее всего чеченец заявил о себе на Урале.
Так, 11 августа 2021 года у ресторана в Екатеринбурге состоялась встреча лидеров городского криминала с представителями Ахмеда Шалинского. По данным источника издания Ura.ru, стороны хотели обсудить сферы влияния — но договориться не успели. Встречу сорвали силовики, задержав 18 человек. Двое из них отделались штрафом, а остальные были арестованы.
Пропавшие миллионы
Впрочем, на этом черная полоса в жизни Ахмеда Шалинского не закончилась: в сентябре воровской мир заинтересовался его растущим финансовым состоянием. Шалинскому предложили выделить средства из общака на поддержку пожилых криминальных авторитетов — но тот отказался.
Тогда воры в законе подсчитали, что за последнее время Шалинский собрал с регионов как минимум два миллиона долларов (150 миллионов рублей) и потребовали отчитаться за поступления денег на сходке, которая состоялась в ночь со 2 на 3 сентября в Афинах.
Сам Шалинский от участия в сходке воздержался, передав лишь, что никакие деньги он не получал, а покупку дорогой недвижимости объяснил миллиардом рублей, заработанным на «нефтяном бизнесе» во время отбытия срока в Челябинской области.
В то же время теневые кассиры, допрошенные воровским сообществом, заявили, что приближенные чеченского преступного лидера еженедельно обналичивали в банкоматах Грозного сотни тысяч рублей. В связи с этим воровской мир приостановил действие титула Ахмеда Шалинского.
По словам криминалиста Михаила Игнатова, такая реакция закономерна. Более того, лишением титула для Шалинского дело вряд ли закончится.
Воровство из общака — самый страшный проступок, который только может совершить уважаемый человек, авторитет. По понятиям, воровской общак священный и неприкосновенный. Тот, кто запустил в него руку, — не жилец. Он объявляется крысой, гадом и подлежит уничтожению
По словам эксперта, с учетом того, что влияние чеченских авторитетов так и не смогло выйти далеко за пределы республики и нескольких регионов, надеяться на благоприятный исход Ахмеду Шалинскому не приходится. Санкции против него поддержали даже авторитеты в Чечне.
На родине против Шалинского, в частности, выступили местные воры Гилани Седой и Тимур Саратовский. По словам Игнатова, доказанная вина вора в законе будет означать для него смертный приговор. Если, конечно, его покровители на родине не окажутся в этой игре более значимыми фигурами, чем лидеры преступного мира России.
Чёртова дюжина и один вор в законе
В России наконец-то официально запретили радикальное молодежное движение АУЕ*, сторонники которого живут по «понятиям» и как правило никому не подчиняются, хотя изначально их формальными лидерами считались воры в законе. На сегодня на территории СФО осталось всего 14 законников. Большинство из них находится в местах не столь отдаленных. А одного из немногих свободных воров Сашу Шамаза недавно объявили в федеральный розыск.
Силовики, работающие с организованной преступностью, считают, что многие из этих 14 последних воров в законе получили свои титулы незаслуженно и даже за деньги. Ветераны милиции и РУБОП уверяют, что последний истинный законник умер в Сибири еще в 1998 году. Похоронен на Гусинобродском кладбище в Новосибирске. И он не имел ничего общего с нынешним воровским движением, которое давно утратило свои первоначальные идеи.
Когда точно появились первые воры в законе, никто не знает. Одна из основных версий: их «отцом-идеологом» является небезызвестный Мишка Япончик, о котором не так давно сняли средненьких достоинств сериал. По другой версии, система законников была внедрена хитроумными агентами НКВД. С тех пор о ворах в законе написаны сотни книг, сделано множество фильмов; некоторые простодушные граждане принимают их за своего рода Робин Гудов, «благородных» бандитов. Увы, нынешние воры далеки от романтики: большинство из них сидят за наркотики или банальные грабежи.
Тем не менее и сегодня общество воров в законе остается одним из самых закрытых. Появившись одновременно с советской властью, законники пережили эту власть. За минувшие десятилетия жизнь радикально изменилась, рухнули многие общественные институты, однако воры в законе сохранили не только марку, но и финансовое могущество.
Сегодня в Сибири на учете состоят 14 так называемых воров в законе. Девять из них находятся в местах лишения свободы, один живет в Красноярске, еще один — в Москве, двенадцатый находится на нелегальном положении, но прописан в Алтайском крае, а тринадцатый — Саша Шамаз объявлен в розыск. О четырнадцатом — разговор особый.
Турецкая корона
Новосибирску долгое время «не везет» с законниками. И это явно заслуга силовиков. Несколько лет назад дошло до того, что претендента на «корону» пришлось возводить на трон по видеосвязи из Турции (сам вор находился в Новосибирске, а свита — за границей). И то только со второго раза. 14-м вором в законе стал житель Новосибирска Евгений Антипов, известный в определенных кругах под псевдонимом Антип. За него поручились авторитетные московские воры. Антипа «приняли в семью» заочно — тогда он не имел права покидать пределы Новосибирска, так как находился под административным надзором.
Первый раз Евгения Антипова пытались короновать в июне в Москве, и тоже заочно. Однако тогда полицейские пресекли воровскую сходку в ресторане «Львиное сердце». Там собрались Хусейн Ахмадов, известный как Слепой, Константин Борисов по прозвищу Костыль и его тезка Константин Гинзбург (Гизя). Во время их застолья в ресторан ворвались сотрудники полиции, которые доставили всех троих в отдел полиции, а затем отпустили, взяв обещание больше сходок в Москве не проводить. Воры обещание выполнили, собрались в Турции и короновали Антипа.
Евгений Антипов освободился из мест лишения свободы несколько лет назад. Общий стаж заключения — около 20 лет. За плечами имел как минимум две судимости за умышленное причинение тяжкого и среднего вреда здоровью. При этом один срок получил, находясь за колючей проволокой, — жестоко расправился с заключенным ножкой от табурета. Был смотрящим за исправительной колонией №8.
В 2016 году суд приговорил Антипа к 9 с половиной годам лишения свободы в колонии особого режима за жестокое избиение.
Убийственный компромат
До этого вора в законе не было в Новосибирске 13 лет. Последним из них считался Сергей Клементьев по кличке Клим, с которым вышла необычная история. В конце лихих девяностых в Новосибирске образовалось воровское безвластие — кто-то подался в угольный Кузбасс, а остальные были убиты в бандитских разборках. Положенцы и авторитеты погрязли в междоусобицах, что в конце концов привело к необходимости выбора «законного» руководства. Единственной кандидатурой в столице Сибири оказался Клементьев, который всех устраивал, его и решили короновать. Факт возведения Клима на «престол» был беспрецедентен: на эту церемонию в Москве собрались 80 воров в законе.
Шоколадный вор
Однако ветераны милиции уверяют, что последние воры в законе уже не имеют ничего общего с прежними — «настоящими». Одним из самых уважаемых воров законе в Новосибирске за всю историю остается Николай Розаленко по кличке Шоколадный. История происхождения этого прозвища канула в Лету, но, по словам родственников, Николай Александрович очень любил шоколад, так как голодал почти всю жизнь по тюрьмам и лагерям. Шоколадный похоронен на Гусинобродском кладбище. В 1998 году проводить законника в последний путь со всей России приехал весь воровской мир.
Шоколадный был родом из обеспеченной белорусской семьи, раскулаченной в 30-е годы. Всю родню сослали в Сибирь. Агентство «Прайм Крайм» пишет, что Николай Розаленко отличался аристократической привязанностью к хрустальной посуде и очень много читал. Помимо незаурядного интеллекта, Шоколадный притягивал к себе окружающих, особенно женщин, своим неповторимым обаянием, не оставлявшим никого равнодушным.
В 1944 году после снятия блокады Шоколадный, которому было тогда 13 лет, убежал из дома и поехал в Ленинград. В Новосибирск Розаленко вернется лишь в самом начале 50-х.
Шоколадный сидел в колониях и тюрьмах при Сталине, Хрущеве, Брежневе и Горбачеве. Где и какими этапами он путешествовал — можно узнать только в закрытых архивах. Обычно сроки заключения бывали короткие — 2-3 года. Умер в новосибирской колонии. На похоронах люди шептались, что властям очень не хотелось выпускать на волю именитого, проблемного вора в законе.
В повседневной жизни Розаленко ничем не привлекал к себе внимания окружающих, кроме элегантности в одежде. Шоколадный официально никогда и нигде не работал. Тщательно следил за речью — не только не говорил лишнего, но не изъяснялся матом или по «фене». Кстати, никаких татуировок — куполов, крестов или восьмиконечных звезд на нем не было. В Новосибирске он жил как нелегальный резидент разведки, тщательно прячущий свое истинное лицо. Именно поэтому его тайная жизнь осталась известна только единицам.
Гена Кровавый
Еще одним из самых колоритных сибирских воров в законе является Гена Кровавый. Он же Геннадий Макоша. Сейчас он сидит за убийство. Свой восьмой срок получил в Новосибирске за бытовуху — в ходе совместного распития спиртного он зарезал бывшего майора армейского спецназа.
Гена Кровавый, прославившийся своей непримиримостью к грузинским криминальным авторитетам, которые в конце прошлого века имели большой вес в Кузбассе, в противовес им объединил и взял под контроль действовавшие в регионе славянские группировки. Уже по его рекомендации в законники было произведено несколько лидеров организованной преступной группировки.
В Новосибирске Макоша присмотрел домик с огородом. Переночевать остановился в квартире бывшего майора армейского спецназа Евгения Иванова. Тот пустил господина Макошу на постой по просьбе их некоего общего знакомого. Несколько дней в квартире майора продолжалась пьянка, доносились звуки баяна и гитары, задушевные песни. А утром в квартире был обнаружен труп.