вирус который мы победим вместе истории врачей
Стопкоронавирус.рф и МИА «Россия сегодня» запускают спецпроект «Вирус, который мы победим вместе. Истории врачей»
Информационный центр по мониторингу ситуации с коронавирусом (ИЦК), МИА «Россия сегодня» и СТОПКОРОНАВИРУС.РФ объявляют о запуске специального проекта «Вирус, который мы победим вместе. Истории врачей». На лентах и сайте РИА Новости с 10 апреля с периодичностью 1-2 раза в неделю будут выходить истории врачей, медицинских работников, которые каждый день сталкиваются с вирусом.
«Медицинские работники сегодня на переднем крае борьбы, они мало видят свои семьи, работают в несколько смен, чтобы вовремя обнаружить болезнь, и не дать ей перейти в критическую фазу. В наших социальных сетях стопкоронавирус.рф и в новостях на сайте мы много говорим, как важно сегодня соблюдать самоизоляцию и прервать цепочку распространения вируса. Говорим и устами самих врачей. Цель этого спецпроекта – рассказать, как протекают будни тех, кто борется сегодня за каждую жизнь», – сказала генеральный директор автономной некоммерческой организации «Национальные приоритеты», отвечающей за работу сайта стопкоронавирус.рф, София Малявина.
«Наше Агентство считает важным в это трудное для всех время поддержать тех, кому труднее всех – врачей, фельдшеров, медсестер, санитаров. От нас всех зависит, от нашего понимания и нашей дисциплины, станет ли нашим героям на передовой еще труднее», – отметил со своей стороны генеральный директор российского международного информационного агентства «Россия сегодня» Дмитрий Киселев.
С апреля на три месяца будет назначаться специальная федеральная выплата специалистам, непосредственно работающим с пациентами с коронавирусной инфекцией: для врачей – 80 тыс. руб в месяц, для фельдшеров и медсестер – 50 тыс. руб, для младшего медперсонала – 25 тыс. руб в месяц.
Врачам скорой помощи – 50 тыс. руб в месяц, фельдшерам, медсестрам и водителям – 25 тыс. руб в месяц. Для этих работников будут введены повышенные страховые гарантии по аналогии с военнослужащими.
«Почему вирусы не уничтожат всех». Интервью с инфекционистом
Из 1500 известных вирусов человечество победило раз и навсегда только оспу. Во всех остальных случаях — даже если речь идет о скосившей в свое время пол-Европы чуме — вирус появляется снова, и от новых массовых смертей человечество спасают вакцинация и другие профилактические меры.
Пандемия коронавируса актуализировала многие вопросы, которые раньше волновали в основном только специалистов: как возникают новые вирусы, в каких случаях они вызывают эпидемию, какие шаги нужно предпринять, чтобы предотвратить массовые смерти. Мы обсудили эти вопросы и расспросили об особенностях коронавируса инфекциониста Владимира Никифорова, доктора медицинских наук, заведующего кафедрой инфекционных болезней и эпидемиологии РНИМУ им. Н. И. Пирогова.
Что такое эпидемия и пандемия? Какие статистические показатели должно иметь заболевание, чтобы ему можно было присвоить статус эпидемии и пандемии?
Согласно Большой российской энциклопедии, эпидемия — это распространение какой-либо инфекционной болезни, значительно превышающее уровень обычной заболеваемости на данной территории. Пандемия — это эпидемия, характеризующаяся распространением инфекционного заболевания на территории всей страны, сопредельных государств, а иногда и многих стран мира. Слово «пандемия» произошло от греческого «весь народ».
Иногда медицинские ведомства устанавливают «свой» эпидемический порог для заболевания. То есть мы с вами можем договориться, что заболеваемость до 100 человек на 1000 человек населения — это еще не эпидемия, а 101 на 1000 — это уже превышение эпидпорога. Если вчера заболевших было 95 на 1000, то это была просто заболеваемость, а если 101 — это уже эпидемия. Поэтому людям не нужно пугаться эпидпорогов, это просто цифровые договоренности.
Можно ли сказать, что каждый год случается пандемия каких-то заболеваний?
Так можно сказать про грипп. Но нужно учитывать, сколько заболевших приходится на 100 тыс. населения. Еще важна тяжесть заболевания. Вы же не будете говорить: «Пандемия заболевания насморком осенью». Пандемия под собой подразумевает, что речь идет все-таки о серьезном заболевании.
Почему одни вирусные заболевания распространяются быстро, а другие — нет?
Скорость распространения зависит от механизма заражения и пути передачи инфекции. Например, если инфекция передается воздушно-капельным путем, то это происходит, как правило, быстро. Вспышка кори распространяется очень быстро. Сейчас пандемии кори быть не может, потому что в основном население привито от этого заболевания. Есть такое понятие, как индекс контагиозности: сколько человек в процентах заболеет, получив заражающую дозу. Чем выше этот индекс, тем хуже для нас с вами. Для кори индекс контагиозности равен 95%, то есть из 100 человек, которые получили заражающую дозу, заболеют 95. Грипп и COVID-19 быстро распространяются воздушно-капельным путем. Но, как правило, у основной массы инфекционных болезней этот показатель порядка 50%.
Есть также вирусы, которые передаются фекально-оральным путем, например, энтеровирусные заболевания. Помните, пару лет назад была большая вспышка этого заболевания, его народ назвали вирусом «турецкой ветрянки», а на самом деле это были энтеровирусы. Заражались в основном дети, но распространение этого вируса было довольно медленным, потому что нужно было выпить зараженную вирусом воду.
Также скорость распространения болезни зависит от путей передачи вируса. Например, бешенство передается только при укусе животными, поэтому никаких эпидемий бешенства для человека не может быть.
Почему вирусы не уничтожат всех людей на Земле?
По каким причинам обычно заканчиваются эпидемии?
Основная причина в том, что накапливается коллективный иммунитет. Если переболели больше 60–70% от всего населения, то передача заболевания резко сокращается и эпидемия глохнет. Но где-то возбудитель обязательно оставит себе лазейку. Он может сделать какой-то процент переболевшего населения просто носителями, а у кого-то заболевание перейдет в хроническую форму. Носитель — это тот, у кого нет никаких симптомов (при хронической форме заболевания у человека минимальные симптомы). Другой возможный вариант — если вирус или бактерия перешли к людям от животных, то они могут на какой-то период спрятаться обратно в животных, а затем снова перейти на человека.
До сих пор у нас сохраняется страх перед чумой, хотя она с 1912 года перестала уносить сотни тысяч жизней. Насколько опасны локальные вспышки заболевания разными видами чумы в России и мире в XXI веке?
Последняя самая известная и детально проанализированная эпидемия чумы была в 1911–1912 годах в районе Харбина, так называемая чума в Маньчжурии. Харбин был русским городом на территории Китая, и наши врачи помогали лечить китайцев.
Это чума пришла из ниоткуда и ушла в никуда. Вспыхнула в 1911 году и в 1912 году затихла, но не полностью. Это пример классического занесения заболевания в человеческое общество из животного мира. Чума — это прежде всего болезнь грызунов. Болеют в основном суслики, сурки, песчанки, тушканчики. Сейчас животные продолжают болеть чумой вдоль южной границы России с Монголией, в районе Алтая, Байкала. Природные очаги чумы существуют в районе Северного Кавказа и Астрахани.
Были единичные случаи заболевания чумой среди людей в 1979, 2014 и 2015 годах. Туристы иногда привозят чуму из Монголии. Там может произойти контакт с сурками. Местные монголы их едят. Сурки очень пугливые, и на них трудно охотиться, а вот больной чумой сурок теряет страх и легко попадается. Когда люди начинают разделывать тушку этого несчастного сурка, происходит заражение чумой. Поэтому в Монголии в 2020 году мы наблюдали локальную вспышку чумы среди тех, кто охотился.
На нашей границе с Монголией практически нет людей, а те, кто там живет, привиты от чумы и предупреждены о чумных животных. По дальневосточным ковыльным степям можно неделю ехать на машине и не встретить ни одного человека. Так что эпидемия чумы России не грозит, но локальные вспышки по миру могут быть вполне возможны.
Еще есть один постоянный большой очаг чумы — на Мадагаскаре. Последняя вспышка чумы на Мадагаскаре была в 2017 году, заболело более 1300 человек. Да, еще в Китае все время есть чума, но китайцы очень не любят говорить о своих болезнях, так и с коронавирусом было. Они иногда вынуждены сообщить, что в таком-то году около пяти случаев чумы, но я думаю, что на самом деле их намного больше.
Еще один очаг чумы — в Средней Азии. Для нас важен очаг в районе Байконура в Казахстане, и ничего мы с этим сделать не можем, это природный очаг. Вакцинация животных невозможна. Благо, там никто не бродит по пустыне, местные песчанки, основные переносчики чумы в этом месте, несъедобны, никто на них не охотится.
Чума прекрасно лечится антибиотиками, банальным Ципрофлоксацином, это же не вирусное заболевание. Поэтому весь медицинский мир чумы абсолютно не боится в плане эпидемии. Если попадется больной, это, конечно, всегда плохо, потому что течение болезни тяжелое. Но мы научились ее лечить. И угрозы распространения чумы по миру на сегодняшний день нет. В русском языке слово «чума» уже стало чем-то вроде ругательства: очуметь, чумной, хуже чумы…
С чем связан тот факт, что источником пандемии чаще всего становится Китай?
Там живут полтора миллиарда человек. Это абсолютно закрытая страна. Глядя на карту, все видят, что Китай большой. Но на самом деле жить там совершенно негде, потому что там то горы, то пустыня. И эти полтора миллиарда людей скучены в общем-то на очень небольших пространствах. И потом, там очень странная культура. В деревенском доме живут большая семья, домашний скот, птицы, домашние животные, собаки, кошки. По телевизору вы видите только «фасад», Пекин, съезд компартии Китая, большая площадь для военных парадов, чисто, красиво. Но основной Китай — это деревни с жуткой скученностью населения. У них проблемы с едой, они едят все, что только можно.
Кроме того, климат: в юго-восточных провинциях жара, влага, идеальная среда для вирусов.
Расскажите кратко, как удалось победить современные вирусные эпидемии, которые представляли большую опасность для людей на протяжении последнего столетия (оспа, холера, свиной грипп, SARS-1)?
Прежде всего, вакцинальная работа. Кто бы что ни говорил против вакцинации, инфекция побеждена во многом благодаря противоэпидемическим мерам, в особенности вакцинам. Правда, инфекционных болезней насчитывается около полутора тысяч. Полностью победили мы только одну — натуральную оспу. В 1979 году был зафиксирован последний случай заболевания оспой, с 1980-81 годах мы перестали прививаться от нее. Также удалось резко, хоть и не полностью, снизить заболеваемость полиомиелитом благодаря вакцине нашего советского ученого Чумакова.
К полной ликвидации других «управляемых» инфекций, против которых есть вакцины, мы так и не пришли, мы подходим, но полностью победить их не можем. Вакцинами мы почти искоренили дифтерию, корь, коклюш. Успешно справляется со своей задачей вакцина от гриппа. Да, над ней все издеваются, говоря, что ведь все равно гриппом болеем каждый год. Так это особенность гриппа. Корь сто лет была корью, и корью она будет. Поэтому вакцина от кори не меняется. А у вируса гриппа восемь молекул РНК, из них две специально отвечают за то, чтобы он постоянно менял свою внешнюю оболочку, одежку. Поэтому каждый год мы болеем. Поэтому если не прививаться каждый год, вы будете болеть каждый год, и каждый раз это будет новый грипп. Грипп мы никогда не победим. Единственный способ — перетерпеть раз в год инъекцию вакцины от гриппа.
Была страшная пандемия свиного гриппа в 2009 году. Он пришел из Китая. Прошла очень сильная мутация, вирус получил совершенно новую внешнюю оболочку. До этого мы делали вакцину от гриппа на куриных яйцах: заражаем куриное яйцо, эмбрион жив, и внутри яйца растет вакцинальный штамм вируса. Но в 2009 году свиной грипп был настолько агрессивным, что убивал куриные эмбрионы. Не получалось вырастить нужное количество вируса, чтобы сделать вакцину. Решить проблему удалось с большим трудом. Но этот вирус обладал всеми особенностями нормального природного вируса. В 2009 году он действительно убивал, как на сегодняшний день ковид. За год он потихоньку ослаб, нормальный природный вирус не хочет убивать, он обязательно будет снижать вирулентность.
По-хорошему, ковид за год должен был вирулентность снизить, но пока этого не происходит. Если бы он был естественным, он бы постепенно перешел в статус сезонного ОРВИ, а он пока бушует.
Помимо COVID-19, из семейства коронавирусов мы еще слышали об эпидемии SARS и MERS. Насколько опасно семейство коронавируса для человечества?
Это огромное семейство, около пятидесяти разновидностей. Есть опасные коронавирусы для кошек, для собак, в принципе это семейство вирусов животного мира. С 1965 года известно четыре коронавируса, которые вызывали ОРВИ у человека, кашель, насморк, снижали иммунитет, но никто даже не думал ни создавать вакцину, ни препараты против этих коронавирусов. Достаточно было тех препаратов, которые продаются в аптеках.
Есть вероятность, что нам всегда придется жить с коронавирусом?
Думаю, он пришел навсегда. Просто он либо деградирует до обычного сезонного гриппа, либо опустится еще ниже — до уровня обычных ОРВИ. Но то, что он никуда не уйдет, это точно, ему у нас явно понравилось.
И от него нужно будет прививаться каждый год, как от гриппа?
Не исключаю. Но вообще маловероятно. Он не мутирует с такой же скоростью, как грипп. Впрочем, с этим коронавирусом все прогнозы оказываются ложными. Лучше преодолевать неприятности по мере их поступления.
Пока коронавирус продолжает своё мрачное шествие по России, страсти по вакцинации не утихают. Противники приводят сотни аргументов. А тут ещё и ажиотажный спрос на определённый вид медикаментов, например вакцину «КовиВак». Как реагировать на бурное информационное пространство? Где правда, где ложь? Ответы на вопросы в студии программы «Вакцина правды» вместе с ведущей «Первого русского» Олесей Лосевой искал заведующий кафедрой инфекционных болезней и эпидемиологии РНИМУ имени Пирогова профессор Владимир Никифоров.
Почему стал так востребован «КовиВак»?
Олеся Лосева: – В последнее время наблюдается ажиотажный спрос на вакцину, созданную в Федеральном научном центре исследований и разработки иммунобиологических препаратов имени Чумакова, – «КовиВак». Недавно возникли какие-то сумасшедшие очереди именно за этим препаратом, но он очень быстро закончился. С чем связан такой ажиотажный спрос именно вот на эту вакцину?
Владимир Никифоров: – Я могу дать несколько ответов на этот вопрос. Прежде всего «КовиВак» – это классическая вакцина: берём вирус-агент, при этом отбирается самый «злющий» и накапливается большая его масса. Потом этот вирус аккуратно убивают, но так, чтобы он остался целым. И вот этот свежий «трупик» вводится человеку, чтобы получить адекватный иммунный ответ. Именно с этого начиналась иммунология – обманывая иммунную систему, вводится не способный размножаться, аккуратно убитый агент.
– А «КовиВак» тоже двухкомпонентная вакцина, как и «Спутник V«?
– Изначально предполагалось, что она будет двухкомпонентной, хотя сейчас пошли разговоры, что вакцина эта однокомпонентная. Но проблема в том, что коронавирус отнесён к высокому классу патогенности. И для того чтобы создать против него вакцину, необходимо накопить вирус в большом объёме, а это достаточно опасно.
То есть должна быть герметичная лаборатория с отрицательным давлением внутри, специалисты должны работать в скафандре с положительным подскафандровым давлением. Это значит, что необходимы специальные площадки, где этот вирус выращивается. И основная сложность заключается в обеспечении безопасности работы с исходным материалом.
А объяснить интерес народа именно к «КовиВаку» можно тем, что к классическим разработкам, с которых начиналась наука вакцинология, больше доверия.
– В чём разница между «Спутником V«, «ЭпиВакКороной» и «КовиВаком»?
– По большому счёту ни в чём. Все три вакцины призваны обмануть иммунную систему, заставить её накрутить тела на настоящий вирус, вводя в организм «подделку». Сами вакцины разные.
Довольно сложная система у «Спутника V», в котором используется «транспортная тележка» в виде аденовируса, то есть это такая генно-инженерная разработка, в которую внесли нуклеиновую кислоту коронавируса. Но не целиком весь коронавирус, а только один его белок, отвечающий за шип, которым вирус прикрепляется к лёгочной ткани. Эта нуклеиновая кислота, попадая в организм, заставляет его вырабатывать антитела, которые нас и защищают.
Новосибирская «ЭпиВакКорона», насколько я знаю, полностью синтетическая, современные генно-инженерные технологии позволяют собрать вакцину так же просто, как лего.
– Сообщалось, что на Западе стали проводить такие эксперименты: допустим, в качестве первого компонента вводят человеку Pfizer, а в качестве второго – любую другую вакцину, например AstraZeneca. Предполагается, что таким образом можно добиться более высокой устойчивости организма к всевозможным штаммам коронавируса. Насколько достоверна такая информация?
– Я думаю, что принципиальной разницы нет, направленность у всех вакцин одинаковая. Так что можно и комбинировать.
«Ни одна вакцина не работает со 100%-ной эффективностью, но. «
– А что вы скажете по поводу заявления главы Роспотребнадзора Анны Поповой, которая считает, что вакцинировать надо всё-таки 100% населения?
– Возможно, госпожа Попова – единственный человек в мире, способный добиться такого уровня вакцинации. На самом деле это нереально. Есть немало людей, которым вакцинация противопоказана. К тому же есть законы эпидемиологии, согласно которым, чтобы прервать процесс распространения вируса, достаточно привить 95% населения.
Кроме того, ни одна вакцина не работает со 100%-ной эффективностью, но при этом нет никаких осложнений. Это враньё.
– А кто попадает в эти 5%, кому противопоказана вакцинация?
– Абсолютных противопоказаний, я думаю, нет. Если только у человека на вакцину нет реакции в виде анафилактического шока. Но единственная вакцина, от которой вообще нет противопоказаний, – это прививка от бешенства. От всех остальных какие-то медотводы будут.
– Сейчас много споров появилось вокруг вакцинации детей и беременных. Как вы к этому относитесь?
– Об этом должны говорить не эпидемиологи, а педиатры и гинекологи. У меня диплом по специальности «лечебное дело», я могу заниматься профилактикой и лечением заболеваний у взрослых людей – у тех, кому больше 18 лет. Меня, к примеру, педиатр лечить может, а я детей лечить не имею права. Поэтому я не могу касаться таких тонкостей, как вакцинация детей или беременных женщин.
Почему-то все стали вакцинологами и вирусологами
– Вот вы на себя такую ответственность не берёте, вы даже комментировать это по этическим соображениям отказываетесь. Но откуда же у нас столько появилось экспертов, которые даже не думают о том, чем могут обернуться их высказывания. Кому люди должны верить?
– Негативное отношение к вакцинам родилось у нас не с появлением коронавирусной инфекции – с ковидом мы столкнулись всего-то года полтора назад. А нелюбовь к вакцинации у некоторых людей прямо-таки врождённая.
– А как вы относитесь к тому, что сейчас, после открытия границ со многими странами, люди массово отправляются в отпуска и во многих аэропортах мы видим настоящее столпотворение? Ведь сотрудники обязаны перед регистрацией на рейс проверить массу документов – ПЦР-тесты и так далее. И по прилёте тоже масса народа скапливается в аэропортах, к тому же у многих спущены маски из-за духоты. Это ли не рассадник инфекции?
– Перед тем как вводить какие-то ограничительные меры, надо было хорошенько всё продумать, чтобы избежать подобных неприятностей. А у нас сначала введут запрет, а потом начинают исправлять ошибки.
Разве нельзя было предвидеть, что из-за проверок возникнет скопление людей? Что будет немало поддельных QR-кодов и так далее, которые надо ещё и выявить? Наверно, сначала надо было всё предусмотреть и продумать, а потом устраивать эти проверки.
– А насколько безопасен самолёт с точки зрения распространения вирусной инфекции?
– Так же, как и метро.
– То есть можно предположить, что в сентябре мы получим очередную вспышку?
– По-хорошему, надо было всем давным-давно привиться. На «КовиВаке», которого нет, свет клином не сошёлся, да и нет существенной разницы между ним и другими вакцинами. А сейчас мы видим мутацию вируса. Но самая главная его часть, этот стыковочный узел – шип, обеспечивающий его адгезию – прилипание вируса к лёгочной ткани, он-то не мутирует.
Пока это помогает эффективности вакцин, они поэтому работают. Даже если у мутаций какие-то особенности появляются, вакцины будут работать и дальше. И так будет до тех пор, пока мутация вот этого шипа не коснётся.
Откуда взялся коронавирус?
– Коронавирус к нам пришёл, и ему у нас очень понравилось. Я не берусь судить, имеет ли он естественное происхождение или искусственное. Об этом можно долго спорить, но никто ничего друг другу не докажет, потому что доказательств никаких нет. Но неоспоримый факт – вирусу у нас понравилось и он оказался очень живучим и быстро адаптирующимся. К тому же у коронавируса и вирусов гриппа одна и та же «прокормочная база». Поэтому коронавирус фактически сожрал вирус гриппа. Поэтому в этом году эпидемии гриппа не было вовсе.
Конечно, это можно объяснить и тем, что многие люди носили маски. Но если с вирусом гриппа нам многое сейчас уже понятно, то с коронавирусом – не очень. Сейчас уже выходят 12-е по счёту рекомендации по лечению COVID-19. Полтора года назад начинали с нуля, лечить в общем-то научились. Но победить его в лечебном плане пока не смогли. И сейчас тоже есть тяжёлые формы протекания болезни, стали болеть молодые люди, да и жара на коронавирус никак не действует.
Случайно разбитая пробирка и «сбежавший» вирус
– А какая цель тогда? Эксперимент?
– Скорее всего, нет. Если судить по опубликованным работам, это была затея американцев: они специально изменили лёгкие подопытных хомячков, перестроили их под работу человеческих органов, а потом специально натравливали на них вирус. В результате получилось, что вирус оказался хорошо адаптированным к лёгочной ткани человека, а в его структуре появилась вставка из восьми аминокислот, идентичная части одного из человеческих белков. Для поражения, скажем, летучих мышей эта вставка не нужна. Зато для проникновения внутрь человеческой клетки коронавирус использует именно этот фрагмент.
Конечно, природа и сама может сделать всё что угодно. Она могла получить такую врезку, но не за год, не за полтора – за пару тысячелетий, может быть.
– Если исходить из того, что коронавирус рукотворный, то должно же быть какое-то противоядие. И оно в руках тех, кто хочет управлять миром? Вот такая минутка конспирологии.
– Тогда мы с вами совсем уже уходим в сторону теории заговора, уничтожения мира и так далее. Нет, я думаю, здесь просто исследователи проводили какие-то эксперименты, возможно, двойной направленности, не без прицела на военное использование.
Но «сбежал» вирус случайно, никто не собирался его специально в Ухане распылять. Хотя, если посмотреть на карту Китая, Ухань – просто идеальное место для распространения вируса дальше: этот город расположен в центре паутины железных дорог, которые расходятся от него во все стороны. Тем более там находится небезызвестная лаборатория. То есть всё как бы складывается в одну историю. Теоретически тут можно говорить о случайности – кто-то, к примеру, просто разбил пробирку с вирусом.
Если же это не случайность, то тогда надо признать, что пробирки кто-то специальной разбил, и именно в районе рынка, с которого всё началось? Скорее всего, это не так, а вот случайная лабораторная утечка возможна. Как сформулировано в законе Мерфи: «Если какая-нибудь неприятность может произойти – она обязательно произойдёт».
– Вы сказали, что коронавирус практически победил грипп. Надо полагать, что осенью нам уже не стоит прививаться от гриппа?
– Стоит. Грипп только немного задавлен, но никуда не делся. И как только он почувствует, что коронавирус начинает слабеть, то снова поднимет голову. И вот тогда-то нам придётся бороться сразу с двумя врагами.
Сейчас мы даже пока не можем предугадать, какой штамм вируса гриппа будет циркулировать этой осенью. Успокаивает, что от гриппа у нас есть четырёхвалентная вакцина. Есть ещё надежда на то, что у нас смогут создать такую вакцину, чтобы в одном шприце сидели антигены вируса гриппа и не входящие с ними в конфликт антигены коронавируса. Тогда можно будет делать всего одну инъекцию – по тому же принципу, как детям делают прививку КДС – от коклюша, столбняка и дифтерии.
– А ещё рекомендуют параллельно делать прививку пневмо-23 от пневмококковой инфекции.
– Всё верно. Ведь если человек слёг из-за коронавируса, то у него ковидное поражение лёгких, это не совсем пневмония. Во время лечения, чтобы избежать цитокинового шторма или респираторного дистресса, применяют сильные препараты. В какой-то мере они подавляют иммунитет и открывают ворота для вторичной инфекции, для стафилококков, стрептококков и прочей бактериальной дребедени.
Поэтому – да, стоит прививаться пневмо-23. К слову, на Западе этот препарат давно введён в график вакцинации, особенно для людей старше 65 лет.