С неба упали три яблока о чем книга
С неба упали три яблока о чем книга
Рубрики
Наша Среда online
Вы можете следить за материалами в соц.сетях либо получать их по почте.
О нас
NashaSreda.ru
Сетевое издание «Наша Среда online» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 21.07.2016 за номером Эл № ФС77-66540.
Учредитель: Коноплев В.В.
Главный редактор: Олюнина В.А
Адрес электронной почты редакции: mail_nashasreda @ mail.ru
Телефон редакции: +7 (926) 994 7013
Отдельные публикации могут содержать информацию, не предназначенную для пользователей до 16 лет.
При цитировании и перепечатке материалов ссылка на nashasreda.ru обязательна.
Амаяк Тер-Абрамянц. Яблоки Наринэ Абгарян
Наринэ Абгарян «С неба упали три яблока», Москва, АСТ, 2015 г.
Передо мной лежит только что прочитанная странная книга со странным названием «С неба упали три яблока». Книга-притча, книга реалистическая в своих самых казалось бы мельчайших деталях и в то же время глубоко мистическая – о взаимосвязи всего сущего: жизни человека, вишни, камня…
Жизнь маленькой деревушки Маран, затерянной высоко в горах, полна однообразного ежедневного тяжкого труда, жизнь на выживание. Но и… «Нет ничего разрушительнее безделья, – любил повторять отец, – безделье и праздность лишают жизнь смысла». Её обитатели имеют странные фамилии, и российский читатель не сразу поймёт, что деревушка армянская: окончания фамилий не «янц», а «анц» и редко «янц»: Кудаманц, Ейбоганц, Шлапоканц, Шалворанц (корни фамилий часто из русского языка – Ейбоганц от того, что вернувшийся с войны крестьянин постоянно повторял «Ей Богу!», Шлапоканц из-за шапки и т.д.… – трудно сказать: реальность здесь или добродушная авторская ирония). Замена «я» на «а» в окончании фамилии – особенность местного диалекта тех мест, где увидела свет русская писательница (ибо живёт и пишет на прекрасном русском языке) армянского происхождения, Наринэ Абгарян. Мой отец, армянин, рассказывал, что до прихода советской власти «янцев» было много, а затем звонкое цокающее «ц» стали массово удалять, оставив обрубленное «ян» («Ц» акцентировало родовую древнюю линию, а коммунисты начинали новую историю, отбрасывая прошлое, намекающее порой на небезопасное социальное происхождение), однако мне лично всегда не хватает в армянских фамилиях этого горделивого цоканья в конце.
Когда начинаешь читать книгу, не сразу понимаешь к какому народу-племени и времени, каким краям относятся жители этой деревеньки высоко в горах, где ближе к Богу, а не к человечеству – возможно, так и задумано автором. Они живут как бы вне обычного человеческого пропитанного политикой времени, они живут в особом космическом времени, в особенном пространстве… Возможно у автора это получилось так, чтобы усилить ноту общечеловеческую, космогоническую. Поэтому нет в этой книге столь частого для армянских авторов национального выпячивания. И вместе с тем автор удивительно внимателен к каждому бытовому оттенку существования этих людей – от приготовления пищи (полузабытых армянских блюд с тщательным описанием их сложнейшей рецептуры) до сельского труда обработки земли, содержания домашней живности, с бесконечными стирками, мойками, тщательной уборки домов рачительными хозяйками… То, что происходит с соседом в деревне, для жителей гораздо важнее того, что происходит в долине: смены политических систем, войны, языки которых время от времени дотягиваются сюда и отхватывают навсегда у деревни самых молодых и работоспособных. Войны даже не конкретизируются, а упоминаются так: первая, вторая, третья, большая резня… Примечательно, что на протяжении повествования ни разу не мелькают признаки присутствии в домах её обитателей не то что телевизора, но даже радиоприёмника… Сны, видения, приметы для этих людей гораздо важнее и значимее, как будто обитатели Марана живут в особом времени, в особом пространстве. Сны, видения, приметы служат предметами, стóящими обсуждения. Не говоря уж о самих событиях села: чудовищного землетрясения, поглотившего пол-деревни, нашествия саранчи, засухи и голода, уничтожившего всех самых малых детей, кроме одного, самого слабенького Акопа, оставив ему способность узреть в ночной темноте отлетающие к небу голубые огни душ и мучительный дар предвидения… И даже явление призрака своей покойной жены полуграмотный честный кузнец Василий принимает без удивления, как нечто несомненное, предвестник неких серьёзных судьбоносных изменений, а каких – не его человеческого ума дело…
И появление роскошного павлина, которого по ошибке (?) вместо петуха прислали с курицами из долины, его странное поведение, когда в определённое время птица вставала на край обрыва, куда рухнуло полдеревни, и оглашала окрестность мучительно тоскливым криком… Люди Марана, кузнец и его жена действуют не столько разумом, а интуитивно, чувствуя в этой совершенно ненужной в хозяйстве птице своё непостижимое им значение, аккуратно за ней ухаживают, и хоронят почти как человека: на краю обрыва, огородив могилку кованой решёткой… Они мало разговаривают, но чувствуют присутствие великой Тайны в мире, всё связующей и человеку непостижимой. «Обедали в тишине и умиротворении, говорили мало и в основном – на отвлечённые темы, и было столько ненавязчиво-привычного в звяканье ложек, в просьбе передать соль или кусочек сыра, в суховатой горбушке домашнего хлеба или в глотке воды, что Анатолия впервые ощутила жизнь не как данность, а как дар…»
И лишь как намёк на разгадку одной из множества тайн, которые нас окружают, в конце повести русская девушка, художница Настасья из далёкой России, очищая заброшенную и пролежавшую столетие в пыли на чердаке картине, обнаруживает изображение рыцаря-крестоносца в латах и павлина с гранатовыми глазами у его ног – армянского короля Киликии крестоносца Луизиньяна, от которого, оказывается, ведёт род её мужа, людей, превратившихся в обычных крестьян.
Книга ничего не объясняет в цепи странных событий, а как бы указует на непостижимость их человеком. Книга не объясняет, а указывает на безусловное присутствие и безусловную непостижимость Высших Сил. По сути, её главная тема на осязаемом нами уровне – это борьба жизни и смерти, как из-под смертоносных глыб чудом нет-нет и вырвется живительный росток, новая надежда. Такова история кузнеца Василия и Анатолии, которые почти в библейском возрасте родили девочку. Я врач и знаю – такие случаи были, но они быстро забывались и тем более не систематизировались. «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам!»
Книга напоминает, что уныние – один из человеческих грехов: бывает, жизнь выстаивает в самых невероятных условиях, и никогда не следует падать духом….
С неба упали три яблока
Перейти к аудиокниге
Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли
Эта и ещё 2 книги за 299 ₽
Отзывы 261
Великолепная книга! Очень люблю этого автора, не могу дождаться новинок. С одной стороны это очень радует, потому что такая производительность труда показывает что человек пишет сам, хорошо обдумав, прожив и прочувствовав каждое слово, а с другой стороны не хватает терпения. Не каждый автор позволяет себе так много времени тратить на описание окружающего мира, обычно все ограничивается несколькими предложениями. А Наринэ Абгарян это просто песня! Запах хлеба, лучик солнца, лунный квадрат на полу, трещинки в стене… Ощущаешь атмосферу и смотришь на нее своими глазами через призму автора.
Великолепная книга! Очень люблю этого автора, не могу дождаться новинок. С одной стороны это очень радует, потому что такая производительность труда показывает что человек пишет сам, хорошо обдумав, прожив и прочувствовав каждое слово, а с другой стороны не хватает терпения. Не каждый автор позволяет себе так много времени тратить на описание окружающего мира, обычно все ограничивается несколькими предложениями. А Наринэ Абгарян это просто песня! Запах хлеба, лучик солнца, лунный квадрат на полу, трещинки в стене… Ощущаешь атмосферу и смотришь на нее своими глазами через призму автора.
В отличие от «Манюни», эта книга не заставляет смеяться до слез, скорее, иногда улыбаться сквозь слезы – и думать о смысле жизни. Это действительно «жизненные истории», и даже мистика не прерывает, а подкрепляет ощущение реальности, поскольку не то чтобы обыденна, а сама собой разумеется, происходит так, «как должно быть». Язык передает цвета и краски, вкус, запахи и звуки. В романе трагедия сочетается с юмором, события, в другом изложении показавшиеся бы анекдотом, здесь обретают значение притчи. Книга о любви и утратах, о смирении и достоинстве, о бренности и о силе жизни. И да, о надежде.
Рассказы автобиографичны, полны ностальгии, воспоминаний счастья и боли. Автор ищет то хрупкое равновесие, которое позволило бы ничего не забыть и при этом суметь жить дальше. Один из них так и называется: «Я живу». Искренне желаю, чтобы у нее получалось жить в полную силу и так же писать.
Жизнь — как дар [“С неба упали три яблока” Наринэ Абгарян]
Книгу “С неба упали три яблока” Наринэ Абгарян прочитала на одном дыхании, как в юности, когда книги прочитывались за день или за ночь. Давно не испытывала такого душевного трепета от чтения. Когда нет сил оторваться от сюжетных перипетий. Хочется узнать, понять героев, как можно лучше и быстрее, испытывая наслаждение от соприкосновения с неизведанными мирами неповторимых судеб.
Главная героиня романа — Севоянц Анатолия, но в сюжет вплетается не только ее личная история, здесь же раскрываются испытания и радости ее родных, знакомых и всего Марана, деревни, расположенной высоко в горах.
Анатолия в начале повествования легла помирать. В конце выяснилось, что она решилась на исход жизни, “не ведая того, как много прекрасного у нее впереди, и вот оно пришло, это прекрасное, и дышит легким и ласковым, и пусть так будет долго, и пусть так будет всегда.”
Абгарян интересно читать не только из-за легкого слога при подаче мудрых в своей простоте жизненных историй с вкраплением тонкого юмора и мистических поворотов, но и чудесной метафоричности ее языка.
Вот как она объясняет название романа “С неба упали три яблока”: “ночь будет колдовать, оберегая ее счастье, и перекатывать на своих прохладных ладонях три яблока, которые потом, как это было заведено в маранских сказаниях, уронит с неба на землю – одно тому, кто видел, другое тому, кто рассказал, а третье тому, кто слушал и верил в добро”.
Вот еще одна метафора: “…над деревней раскидывала свое звездное покрывало милосердная сентябрьская ночь”.
Что я поняла из прочитанного:
1.Если с внутренней добротой принимаешь посланные свыше испытания, то опыт проживается и не повторяется, человеку даруется счастье.
2. Жизнь стоит воспринимать “не как данность, а как дар”.
3. “Счастье – это и есть рай, горесть – ад”.
Что применю:
1.Принимать решения из состояния высоких тонов: доброты, радости, а не из низких — гнева и гордыни.
2. Как только смотреть на небо, так вспоминать, что жизнь — не данность, а дар.
3. Меньше расстраиваться, больше радоваться. С утра планировать счастье.
Цитаты “С неба упали три яблока”:
С неба упали три яблока о чем книга
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
С неба упали три яблока
Наринэ Абгарян
«С неба упали три яблока»
Очень хорошо, душевно написанная книга. Как пишут в отзывах – магический реализм с армянской спецификой, что-то в этом есть. Слушала книгу с удовольствием, несмотря на обилие печальных событий в сюжете, общее настроение, я бы сказала, умиротворенное. Персонажи книги принимают удары судьбы с достоинством, сохраняют доброту и цельность натуры, верность своим традициям и многолетнему привычному укладу жизни. Есть в этой неспешной жизни, наполненной ежедневным трудом, какая-то своя выстраданная мудрость. Начитка Ксении Бржезовской мне очень понравилась.
Мне правда понравилась книга. Однако, удовольствие от прослушивание было омрачено тем, что у меня никак не получалось сопоставить события книги с известными мне историческими фактами. Поэтому, я не поленилась отыскать текстовую версию, чтобы проверить – не ошиблась ли я, воспринимая информацию на слух, провести поиск в Википедии и на других ресурсах, и ответить для себя на вопросы – а когда же происходят описанные в книге события? Если бы книга мне не понравилась – я не стала бы сопоставлять даты и пытаться увязать все события в какую-то логически непротиворечивую последовательность, и уж тем более не стала бы писать длинную рецензию.
И мне очень жаль, что такую непротиворечащую историческим фактам версию я так и не смогла просчитать. А мне кажется этот вопрос очень важным. Еще не так много времени прошло с момента распада СССР, а уже история СССР искажается, и не только в учебниках, но и в таких вот романах, почти незаметно, как бы между прочим. Типа того – а какая разница о какой войне идет речь, или когда происходил «большой голод» описываемый в книге. Разница огромная, на мой взгляд, потому что через такие хорошие душевные книги, в подсознание читателей внедряются какие-нибудь недостоверные факты. Конечно же, я не уверена в том, что Наринэ Абгарян делает это намеренно, скорее всего, просто не заморачивается исторической правдой. Вот это и есть ужасно, на мой взгляд.
Судя по этому описанию и с учетом места действия, речь идет о войне в Нагорном Карабахе. Вики сообщает, что «беспорядки» начались в 1987 году, а собственно война длилась с 1992 по 1994г. Кое-как получается, что если вести отсчет с 1987 года по 1994, то можно говорить, что война длилась 8 лет. Мне трудно поверить, что обстрелы начались уже в 1987 году (когда еще существовал СССР де-юре), и мобилизация тоже, но подробностей про эту войну я не знаю, придется поверить автору.
Еще более запутанными становятся все расклады, если попытаться сопоставить факты о семье Василия, семье Анатолии и реальные исторические события, и так чтобы все сошлось…
У меня не получилось.
Семья Василия
Мать была из того края долины и плохо понимала местный диалект. Чудом спасшись с четырьмя детьми от большой резни, бежала в Маран и поселилась в поместье Аршак-бека. Аршак-бек, царствие ему небесное, был человеком щедрым и совестливым, приютил у себя несчастную семью, помог с материалом для постройки дома. Денег на первое время обещал, но отдать не успел – бежал от большевиков на юг, а оттуда, поговаривали, через море – на запад. Поместье после свержения царя разграбили, и матери с детьми ничего не оставалось, как переехать в недостроенный дом на западном склоне Маниш-кара.
И еще через пару абзацев.
Мать каким-то чудом доносила ребенка, родился он слабым и болезненным, но живым, восьмой младенец после Василия и первый, кому удалось выжить. Остальные семеро детей умерли, не дотянув до родов, мать с отцом горько оплакивали каждого, но не бросали надежды завести хотя бы еще одного ребенка…
Следующий факт – по роману Василий старше Анатолии на 9 лет, об этом говорится прямо, с указанием возраста.
Значит, если считать, что Анатолия 1897 года рождения, то Василий 1888 и к моменту «большой резни» ему 27 лет (не ребенок уже). Если даже имеются в виду под «большой резней » какие-то другие события (не 1915г), то уж большевиков во времени никуда не сдвинешь.
Еще цитата. О том, как во время голода Василий зарезал последнего барана
Вспоминал, как зарезал последнего барана, – засуха выжгла жалкие остатки травы, корма не было совсем, скот падал градом, мертвых животных закапывали, а тех, кто был при смерти, наспех забивали, разделывали и, подержав мясо в крепком рассоле, сушили на ветру. Отец в свое время отдал за этого барана целое состояние: огромный, племенной, мясо-шерстяной породы, еще зимой он весил под пятьсот грваканов, но на четвертый месяц засухи отощал до костей, почти ослеп и остался без зубов.
…
В желудке несчастного животного обнаружились обрывки полиэтилена, прищепка и кожаный сандалик Акопа, пропавший днем раньше.
Опять полиэтилен… Даже если, согласно первому варианту расчета, эти события происходят в 1957 году, то полиэтилена в это время еще не было в использовании. Не говоря уже о том, что если верна вторая версия, и голод происходит еще до революции 1917 года, то полиэтилен таки находит возможность попадать в прошлое. Может быть, не все свойства этого материала еще изучены.
В общем, вездесущесть полиэтилена на страницах книги, говорит о том, что Наринэ Абгарян уверена, что полиэтилен был всегда :). Наверное и к историческим фактам она относится столь же небрежно. Подумаешь, какая разница, когда был голод – в 1907 или 1957 году, был же он когда-то… Я прочитала отзывы на этот роман, и ни в одном отзыве эти исторические нестыковки не упоминаются. Странно, а я никогда не считала себя особо придирчивым читателем…
А уж зарубежный читатель даже теоретически не будет такие вопросы задавать, а просто примет описанные в книге события за чистую историческую правду…
Рецензии на книгу «С неба упали три яблока» Наринэ Абгарян
С годами я становлюсь всё более сентиментальной. Или просто начинаю задумываться о том, что раньше было как-то неважно?
Вторая книга Наринэ о родственниках. Или вернее не так, она — о малой Родине и о людях, которые живут там.
Казалось бы, армянская девочка и девочка из Сибири. Что между нами общего?!
Оказывается, очень много.
И пусть мы не похожи внешне.
И пусть они там в горах выпекают пахлаву и тушат мясо в пряных травах, вине и зернах граната. А мы в субботние вечера лепили по тысячи пельменей и осенью заваливали погреба картошкой и заставляли банками с огурцами-помидорами и квашеной капустой?!
Это ли главное?!
Главное в том, что именно такая литература возвращает меня в детство. Или заставляет вспомнить своих близких и дальних родственников.
У нас разный менталитет. Разные истории. Абсолютно непохожие места проживания.
Но — мы же просто люди! И радости у нас одни. И горести. И слезы. И кровь одного цвета.
Очень грустная и светлая книга. Обожаю Наринэ Абгарян!
Несколько лет назад зажглась новая яркая звездочка на российском литературном небосклоне – Наринэ Абгарян. Сначала светила она робко, неуверенно, несерьезно. Но пообвыклась и засияла в свою полную звездочкину силу. Или еще не в полную? Звездочка пока молодая, много у нее впереди времени, много возможностей и перспектив. Однако уже она успела не раз удивить своих поклонников. Не сомневаюсь, что и дальше нас ждет немало сюрпризов.
Еще недавно я была уверена, что магический реализм органичен исключительно в рамках латиноамериканской литературы. Потому что жизнь людей того далекого для нас материка настолько насыщенна мифологией и культом смерти, которые, кстати, всегда неразрывно связаны, что не выплескивать их во все виды культуры просто невозможно. Теперь я поняла, что ошибалась. «С неба упали три яблока» никак по-другому не определишь, кроме как армянский магический реализм. И пусть такое сочетание немножко режет слух, на деле оно получилось не менее органичным, чем у латиноамериканских писателей. А по степени близости и понятности еще и более родным и естественным. Настолько, что даже я, человек глубоко неверующий, прониклась и почти засомневалась в собственных убеждениях. Иногда так хочется поверить в чудеса! Особенно когда жизнь наполнена не только запахом цветущих яблонь и созерцанием прекрасных воздушных замков, а напротив – смертями, землетрясениями, голодом и семейными проклятиями. Наверное, такая хрупкость бытия особенно располагает к тому, чтобы верить. А с верой и жить легче.
На мой взгляд, книга «С неба упали три яблока» получилась слабее предыдущей «Люди, которые всегда со мной». Может быть потому, что безнадега в какой-то момент зашкаливает, и даже в финале основной истории нет надежды на будущее. Здесь можно и поспорить, конечно, но я ее не увидела. Может быть потому, что фантастическая составляющая слишком большой дозой упала в мою неподготовленную к армянскому магическому реализму душу и вызвала хоть и небольшое, но отторжение. Может быть потому, что «Люди» автобиографичный роман, а описать то, что сам прожил и прочувствовал немного проще, чем представлять за чужого человека, да еще пытаться учесть при этом его характер и темперамент. Но, несмотря на мои мелкие придирки, роман я слушала с огромным удовольствием. «С неба упали три яблока» отличная аудиокнига во всех смыслах: и сама по себе, и своей озвучкой. Еще раз упомяну, что Ксения Бржезовская – лучшая женщина-чтец, которую мне доводилось слушать.
У каждого хорошего писателя должна быть своя изюминка. Изюминка Наринэ Абгарян ее искренности. А еще в экзотичности литературы близких и далеких нам армян, которые не просто таксисты, продавцы чурчхелы или оборотистые предприниматели с кучей родственников и наикрепчайшими семейными узами, но в первую очередь люди со своими трагедиями и историями. И ничто не может так широко и глубоко раскрыть душу одного народа, как хорошая книга, в которой говорится о нем с любовью.
Простыми словами о самых важных вещах. пронзительно до глубины души.
Только, видно, не все идеально в мире,
И ничто безнаказанно не получается:
Если рамки в одном становятся шире,
То в другом непременно, увы, сужаются.
Чем глазастей радар, чем хитрей ультразвук
И чем больше сверхмощного и сверхдальнего,
Тем все меньше чего-то наивно-тайного,
Романтически-сказочного вокруг.
Эдуард Асадов
Чувство легкой светлой грусти, какая-то полуулыбка на лице и ощущение покоя. На некоторое время я уезжала в гости в небольшую горную деревушку Маран. Но сегодня, к сожалению, пришло время возвращаться. В этой деревушке нет каких-то примечательных сооружений или святынь. Какие-то знаменитые исторические события и происшествия также обошли ее стороной. Так зачем же ехать туда, в такую-то даль, аж на самую макушку горы Маниш-кар?
А вы попробуйте! Настоятельно вам это рекомендую. Пройдите до дома Шлапканц Ясаман. Поведайте ей о своих проблемах со здоровьем, глядишь и получите какой-нибудь чудодейственный настой из трав. Поговорите с ее соседкой Севоянц Анатолией. Посмотрите в ее прекрасные и мудрые глаза. Расскажите что прочитали в последнее время.
В одном из домой вас обязательно приютят, накормят вкусной свежей брынзой, сварят вам суп и напоят крепким чаем с коричным пирогом.
А когда вы покушаете и отдохнете как следует, усаживайтесь поудобнее, закрывайте глаза и слушайте. Слушайте ушами, сердцем, всем своим существом. О том как жили все эти люди. О том как они любили и страдали. О том как теряли самых близких и родных людей. О том как переживали годы войны и голода. О том как добрые отношения и взаимопомощь позволили им все это пережить.
Обязательно спросите откуда у них такие фамилии. Каждая скрывает за собой какую-то забавную и трогательную историю.
Послушайте местные легенды и предания. Историю про белого павлина и мальчика Акопа. Не сомневайтесь в их правдивости, в деревне Маран с одной стороны все очень просто, но есть у нее и своя мистическая сторона.
Послушайте эти истории и чувство покоя и ощущение какого-то простого счастья обязательно к вам придут.
А что же мне теперь делать? Наверное, последую примеру, ставших мне такими родными и близкими, старичков. Встану пораньше утра, тщательно уберу квартиру, приготовлю наваристый бульон и мясо в духовке, заварю крепкий чай и испеку пирог. Отложу все другие свои дела и позову в гости родителей. Пусть расскажут мне все что помнят о бабушках и прабабушках, о том как они в свое время жили и что говорили. Может узнаю, почему у нас никто в семье не любит эти самые яблоки, а я и дня без них прожить не могу. Может дедушка знает ответ?)
Уже потом, перед тем как проводить гостей домой, подарю маме книгу Наринэ Абгарян. Я уверена, что она ей очень понравится.
Прочитано в рамках игр «Книжное путешествие. Тур 11» и «Четыре сезона. Весна 2017».
Для меня Абгарян пишет в трех направлениях: современная городская жизнь, детские воспоминания, магия родной деревни. Первые два варианта я безумно люблю, Понаехавшая и Манюня личные шедевры, а вот с третьим через раз. Лично для меня, эти древние деревушки, где традиции и ритуалы связывают по рукам и ногам, где каждый знает про тебя все и даже немного лишнего, где отрицается медицина и лечатся травяными сборами от всего подряд – все это очень клево в детстве, когда тебе лет до пятнадцати, и ты реально веришь во всю эту магию и традиции. В зрелом возрасте для меня уже все это неадекватно и не жизнеспособно. Наринэ Абгарян мастер языка, у нее все такое нежное и реальное, я ходила по лесам и деревушке, сопереживала искренне и серьезно, увлажнялись глаза, что со мной бывает редко, только из-за мастерства автора я закрывала глаза на магию и странности в истории Анатолии. Отдельно хочется поблагодарить Ксению Бржезовскую – она мастер голоса. Все у нее великолепно и детский голос и мужской, и голос старой бабушки, и шепот, и крик, и смех и нервы, она все способна обыграть голосом.
Дорога в вечность
Есть книги что птицы. Легкой беспечной ласточкой реют над просторами души, принося улыбку и смех. Есть книги, что ложатся на плечи тяжким бременем. Головы не поднять с последней страницей. А есть те, что отдают горькой полынью во рту. Зарываешься в строчки, тонешь в словах, а после остается послевкусие – резкое, колкое, но сносное. Сносное, потому что непривычным его назвать нельзя. Оно возникает всякий раз, когда оступишься, ударишься об острый угол жизни. Но разве после перестанешь идти? Так было и с этой книгой, уж больно она непростая.
Чудесница Наринэ Абгарян переносит читателя на плодотворную маранскую землю, где солнце играет в кошки-мышки – то выкатит один бок, потом другой, то облаком прикроется, где вулканический зубец-великан хранит от селей одинокую деревушку, где каждая тропка, каждый покосившийся дом помнит былое. И не успеет гость привыкнуть к новому месту, как автор закатывает пир горой. Созывает за широкий дубовый стол жителей-долгожителей, подает фасолевый паштет и гуся, запеченного с сушеным кизилом, салат из отварного куриного мяса с толчеными грецкими орехами и жареные ломти малосольной брынзы в кляре из кукурузной муки и белого вина. «А ты кушай, слушай да запоминай, Маша-джан, будь любезным гостем!»
Да и как не слушать! Здесь у каждого почтенного старика своя нелегкая история, свое горе. Кто сына на войне потерял, кто двоих, кто схоронил семью в голод. Доживают мудрые люди свой век, взвалив на плечи непомерную ношу. Да разве печалятся? Помнят, но взгляда не опускают, не сетуют. Запивая коричный пирог крепким чаем, он поведают легенду о белом павлине, что, сражаясь со смертью, берег до последнего вздоха потомка великого князя, расскажут о чудесном мальчике-провидце, спасшем всю деревню от неминуемой гибели и, конечно, вспомнят об Анатолии… А вы слыхали об Анатолии? Ну уж нет, лучше спросите сами, как у нее получилось подарить бессмертие тридцати старикам, великим маранским родам!
В этих историях, то горьких как полынь, то сладких, как выпечка Валинки, вы найдете немало мудрости и в очередной раз познаете истину «Мир маленький, а мы большие, хотя по наивности и глупости всю жизнь считаем наоборот».
Её познала и я, пока вместе с чудесными моими знакомцами грустила, удивлялась и верила. Верила в лучшее, верила в удачу, в то, что чистыми помыслами, благородным сердцем и доброй душой постигается чудо. Верила в то, что пройдет не один век, а крохотная деревушка на макушке Маниш-кара так и будет трудом и отзывчивостью прокладывать себе дорогу в вечность. Верила, что однажды маленькая Воске и Кирилл… Хотя, не много ли секретов я уже раскрыла? Не послышится ли недовольное цоканье за спиной? Лучше переверните первую страницу, узнайте и поверьте сами!
. жизнь – это круги, оставленные дождевыми каплями на воде, где каждое событие – отражение того, что было раньше, вот только угадать их не дано никому, если только избранным, которые, однажды появившись в этом мире, не возвращаются уже никогда, потому что испивают свою чашу с первого раза и до дна.
Наринэ Абгарян пишет удивительные книги. В них много добра, любви. Они словно восстанавливают твои силы, когда жить становиться тяжело. Они наполняют душу спокойным смирением, и хотя порой в них много грусти, но ты все же обретаешь уверенность в том, что все будет хорошо, главное, верить и оставаться человеком. Герои, возможно, не похожи на нас с вами. У них свои традиции, верования, воспитание. Но чудесным образом они становятся родными и понятными, ведь язык добра для всех един.
Размеренность бытия.
Очень светлая и грустная история армянской деревушки высоко в горах. Автор с большой любовью рассказывает о жителях, постепенно раскрывая историю происхождения и все, что им пришлось пережить.
Тяжелый труд в сложных природных условиях сделал людей стойкими и принимающими все как данность: значит так и должно быть. Холодные и голодные зимы, война, которая оставила деревню без мужчин. Сели и землятрясения, обвалы. Но жители и не помышляют переехать в низину. Они продолжают стойко встречать каждый день и принимать его с благодарностью.
Крепкие добрососедские отношения помогают выжить и перенести горести и печали. И празднуют, и хоронят всем селом. А уж как встречают гостей!
«Ощущение размеренности бытия» так называет автор чувство, которое возникает у тех, кто решил пожить немного в деревушке, особенно гости из больших городов. Все заняты работой, понятно что и когда делать, жизнь не меняется годами. Если обед, то во время, несмотря ни на что. Сезонные работы расписаны по дням. Возможно в этом секрет их долгожительства: умеренное питание и труд, который не даст засидеться.
Повествование завораживает своей тягучестью и образным, но легким языком. Опасалась разочарования после Манюни и очень зря. Произведение чудесно.
Прочитано в рамках игры «Открытая книга. Бонус»
Какая же она всё-таки умница, эта русская писательница армянка Наринэ Абгарян! С каждой новой прочитанной книгой только всё больше в этом убеждаешься — и, прежде всего, в её литературном даровании. Потому что книги Наринэ насквозь искренни и открыты, потому что люди, о которых пишет нам эта «понаехавшая» в Россию женщина, близки и понятны, и по мере чтения становятся для читателя, наверное, такими же близкими и дорогими, какими они приходятся автору. И боль их сердец и их жизненные ценности близки и понятны не только армянам, но и нам, русским читателям (и именно потому эта писательница донельзя русская; но ещё и потому, что даже если изначально пишет она свои повести и рассказы на армянском языке — чего я на самом деле не знаю, — то перевод на русский язык делает наверняка сама), а вместе с армянами и русскими — просто уверен в этом — и читателям других стран и народов. Потому что пишет она о вечном и непреходящем — о своих стариках и предках, о своём детстве и о родителях, о дружбе и о любви, о страхе и боли, о доброте и верности, о чувстве Родины и о гордости за свой народ — о том, что испытывают и чем живут люди в любом месте нашего маленького земного шарика.
Обленилась я в последнее время или, может, извечно графоманское настроение куда-то делось. Но вот раньше как было? Дочитаю книгу и хочется о ней тут же написать. Бывает, что еще даже не дочитаю, а рецензия уже на кончиках пальцев буквально и просится на бумагу, точнее, на экран, так что приходится кое-какие отрывки записывать, пока не забылись. А сейчас все куда-то исчезло. Прочитаю книгу и неделю собираюсь что-то написать о ней. Ну ладно, это так, незапланированное отступление было. Лучше ближе к делу.
Что-то не трогают меня в последнее время семейные саги. Ну никак. Вот вроде бы все хорошо в книге, все «к месту»: и герои приятные, и язык красивый, и культура «ненашенская», а от того читать должно быть интереснее, т.к. не просто с историей чьей-то жизни знакомишься, а заодно и просвещаешься.
Может, я просто семейных саг переела? Хотя и не сказать, что я так уж много их читаю. За последние года полтора это случилось всего дважды или трижды. И все время чего-то мне в них не хватало. Ну, как бы там ни было, а книга эта хорошая, так что просто не обращайте внимания на первые три абзаца и будет вам счастье=)
Но, как оказалось, впереди еще осталось многое. И Анатолии, которая в первой главе пребывает в полной уверенности, что скоро умрет и вполне серьезно к этому готовится, как видно, умирать еще рано. Судьба приготовила для нее несколько сюрпризов, которые полностью перевернут ее жизнь.
И обо всем этом вам расскажут красиво, искренне и с любовью к родной земле. Так что, если любите жанр, вам должно понравиться. Если, конечно, вы не я=)