С чего начать изучение русской литературы
Пять шагов к пониманию классической литературы
Чтобы понимать и анализировать классику, нужно любить читать, развивать художественный вкус и поближе познакомиться с авторами и эпохой.
Начните с беллетристики
Корней Чуковский считал, что путь к «Евгению Онегину» начинается с детской литературы. Воспринимать сложные и многозначные тексты классических произведений, не имея читательского опыта, и в самом деле довольно сложно. Поэтому первый шаг к пониманию классики — это чтение беллетристики, то есть развлекательной литературы.
Известные, любимые многими поколениями юных читателей проверенные временем произведения в жанре приключений, детектива или фантастики, авторства Марка Твена или Жюля Верна, а также Джоан Роулинг и её цикл о Гарри Поттере — эти и подобные книги помогут полюбить сам процесс чтения, познакомится с разными сторонами жизни, увидеть героев в неожиданных обстоятельствах. У каждого человека есть та книга, что станет его проводником в мир литературы. Самое главное — отыскать её.
Читайте о современности
Понять и полюбить классическую литературу помогут произведения, описывающие наши современные реалии. Чем ближе действие к нашему времени, тем проще воспринимается книга: от читателя не требуется знание исторического и культурного контекста, он может ассоциировать героев с собой и своим окружением. На примере подобной книги неопытный читатель может потренироваться в анализе произведения: определить её идею, проблематику, авторскую позицию и языковые средства, которыми она выражена, и тем самым улучшить свои читательские навыки.
Подборку таких произведений можно составить самостоятельно. Я могу посоветовать следующий список:
Йорн Риэль «Мальчик, который хотел стать человеком»
Нина Дашевская «Я не тормоз»
Алексей Варламов «Лох»
Евгений Водолазкин «Лавр»
Дмитрий Быков «Июнь»
Хайтани Кэндзиро «Взгляд кролика»
Исигуро Кадзуо «Погребённый великан»
Полюбите стихи
Один из путей к пониманию классики — чтение стихов. Стихотворения, как правило, короче, чем рассказы, повести и тем более романы, но при этом эмоционально насыщены. Прочитав всего несколько строк, можно почувствовать авторское настроение и уловить образы, которые он стремился передать. Чтение стихов развивает литературный вкус, учит получать удовольствие не только от содержания, но и от формы произведения, неожиданной рифмы. Благодаря стихам читатель начинает видеть в тексте не только информацию, но и скрытые смыслы, а это умение — важная ступенька к пониманию классики.
📚 Планируете переход на домашнее обучение?
Пример гармоничного сочетания формы и содержания — фигурные стихи. Их писали многие поэты: Г. Державин, В. Брюсов, И. Рукавишников, А. Вознесенский и другие.
Кроме того, стихотворения дают представление и о культурном контексте, в них часто упоминаются разные подробности быта и образа жизни людей. Впоследствии это поможет в понимании более объёмных классических произведений. Например, прочитав стихотворение Пётра Вейнберга «На Невском проспекте», можно уловить особое настроение этой улицы, почувствовать характер проспекта. Это очень пригодится для понимания повести Н. Гоголя «Невский проспект», в которой Невский выведен в качестве самостоятельного персонажа.
Изучайте историю
Современным школьникам трудно понимать классику, потому что за сто или двести лет с момента написания произведения повседневная жизнь людей кардинально изменилась: другими стали обычаи, привычки, нормы, этикет. Из-за этого и персонажи, и события классических произведений кажутся далёкими и непонятными.
Здесь поможет изучение истории и культуры того периода, которому посвящено произведение, расширение кругозора в этом направлении.
Необязательно читать скучный учебник по истории — составить представление об эпохе помогут фильмы, ролики в интернете или другие книги писателей той эпохи. В любом произведении обязательно отражаются культурные реалии своего времени: быт, одежда, образ жизни разных сословий, любимые блюда и напитки. Помните, что авторы могут описывать не только свое время, но и прошлое, которому они не были свидетелями и которое изучали по историческим документам, воспоминаниям и мемуарам. Именно так, например, Пушкин написал «Капитанскую дочку».
Познакомьтесь с писателем
Необязательно подробно изучать всю его биографию или заучивать наизусть события и даты — это вряд ли продвинет вас в понимании классики. Однако некоторые детали биографии — те, которые имеют отношение к созданию конкретного произведения — могут дать ключ к пониманию его смысла или настроения. Например, стихотворения Пушкина, написанные в 1830 году в болдинской ссылке, обретают совершенно новое звучание, если знать, в каком эмоциональном состоянии в тот момент находился автор. Высланный в Болдино, Пушкин всей душой стремился обратно в Москву, где его ждала невеста Наталья Гончарова, и на этой волне эмоций и переживаний как раз и рождались его болдинские тексты. Среди них «Элегия»: «Но не хочу, о други, умирать; // Я жить хочу, чтобы мыслить и страдать…», «Бесы», «Стихи, сочиненные ночью во время бессонницы».
Иногда, читая биографию автора, можно узнать какую-нибудь деталь, которая сразу сделает его ближе, понятнее, интереснее. Например, Гоголь очень любил макароны-спагетти с сыром, Грибоедов был дипломатом и погиб во время исполнения посольской миссии в Персии, а Анна Ахматова сочинила свое первое стихотворение в 11 лет. Порой одна такая деталь способна перевернуть представление о писателе и начать иначе воспринимать его произведения.
Что нужно запомнить:
1. Чтобы понять и полюбить классику, нужно много читать, двигаясь от простой, развлекательной литературы к сложным произведениям.
2. Чтение стихотворений поможет развить художественный вкус и умение видеть скрытые смыслы.
3. Знание истории и культуры позволит лучше ориентироваться в событиях произведения, поступках и мотивах героев.
4. Знакомство с писателем и деталями его биографии сделает его книги ближе и понятнее.
Хотите получать новые статьи во «ВКонтакте»? Подпишитесь на рассылку полезных статей
«Хочу понимать литературу»: с чего начать?
Если вам всегда хотелось профессионально разбираться в литературе и понимать, как автор выстраивает свое произведение, то эта подборка для вас. Журналист и преподаватель Виктория Одиссонова готовит школьников к ЕГЭ по литературе и знает, какие книги точно помогут читать осмысленно.
Одна из основных проблем, с которой сталкиваются не только выпускники школ перед ЕГЭ по литературе, но и взрослые читатели, – как понимать то, что ты читаешь? И возможно ли вообще вникнуть в авторский замысел без многих лет обучения на филфаке?
К счастью, да. И именно в последние годы стало появляться все больше книг, доступно и интересно объясняющих те «сложности» и тезисы, которые годами нас заставляли зубрить в школе, а затем и в университете. Конечно, ничто не заменит полноценного филологического образования, однако этих книг вполне может хватить на начальном этапе. Если вы хотите осмысленно читать, то вам подойдут эти рекомендации. Кстати, любители кино их тоже оценят.
«Искусство чтения: как понимать книги» Томаса Фостера и «Как читать книги» Мортимера Адлера
Универсальный рецепт в одной книге. Бывает ли такое? Скорее, уже не одно десятилетие подобную книгу пытаются написать. Конечно, попытка вместить весь секрет анализа литературы в одну книгу кажется весьма наивной, но почему хотя бы с этого не начать?
Книги Фостера и Адлера вышли со сходными названиями и перерывом в почти 40 лет. В этом смысле Адлер, конечно же, первопроходец по составлению универсальных рецептов. В 1966 году он предпринял попытку написать книгу, объясняющую основные запросы к литературоведам: как формируется читательская любовь к той или иной книге и как за текстом научиться видеть больше, чем текст?
Фостер основное внимание уделяет деталям в литературе: как научиться видеть символы, аллюзии и мотивы и понимать, что вообще они обозначают. Каждый блок книги преподавателя литературы одного из американских университетов выстроен как диалог с собственными студентами: очень живо и довольно просто.
«Таинственная карта. Неполный и неокончательный путеводитель по миру книг», «Удивительные приключения рыбы-лоцмана: 150 000 слов о литературе» Галины Юзефович
Многие больше все же прислушиваются к конкретным советам: а что читать? И на что обратить внимание в этом прочитанном? В таком случае можно смело искать рецензии или даже целые сборники с ними.
Например, у одного из самых популярных российских литературных критиков, обозревателя «Медузы» Галины Юзефович уже выходил сборник рецензий и рекомендаций по книгам «Удивительные приключения рыбы-лоцмана». В новой книге «Таинственная карта» собраны рецензии по абсолютно, казалось бы, разножанровым произведениям, выходившим в последние годы: начиная от всеми известного Пелевина, романам которого отведена аж целая глава, и заканчивая современной фантастикой и переводной литературой малоизвестных у нас, но от этого ничуть не менее интересных авторов (Йон Линдквист, Джон Краули и другие). Рассказ про каждого писателя содержит ответ на главный вопрос: «Как современная литература отражает наше время сегодня?»
«Тысячеликий герой» Джозефа Кэмпбелла, «Путешествие писателя» Кристофера Воглера
«Тысячеликий герой» – это книга американского исследователя мифологии, написанная в 1949 году, однако наибольшей популярностью она стала пользоваться в последние десятилетия (в 2011 году журнал Time наконец-то внес ее в список самых влиятельных книг).
Если вы хотите как-то обобщить предыдущий читательский опыт, объяснить многие подмечаемые вами сюжетные закономерности, то Кэмпбелл пишет именно об этом. Ведь большинство мифов и сказаний имеют в своей основе схожие истории и «путешествия» в них, по сути, одних и тех же героев. Подобное явление он назвал «мономифом», а все путешествие героя расписал поэтапно, тем самым подарив миру учебник, объединяющий в себе многие психологические (Фрейд, Юнг) и этнографические (Фрэзер, Боас) исследования.
Тем, кому Кэмпбелл может показаться немного устаревшим, лучше начать с Воглера. Ведь именно вдохновившись «Тысячеликим героем» американский продюсер Кристофер Воглер написал свою «методичку» для сценаристов и писателей.
Так что если вам кажется, что сюжеты книг начали повторяться, а каждая серия «Звездных войн» так или иначе сделана по одной «кальке», то вам не кажется: режиссер Джордж Лукас активно использовал наработки Кэмпбелла в своих фильмах, а уже книга Воглера стала настоящим учебником для написания «продаваемых» сюжетов фильмов и книг.
«Лекции по русской литературе», «Лекции по зарубежной литературе» Владимира Набокова
Для того чтобы лучше понимать современных авторов, попробуйте сначала понять писателей прошлого.
Однако если вам не хочется тратить свое время на детальное изучение жизни каждого, то попробуйте все и сразу, например, лекции по литературе. Среди самых известных сборников по теме стоит отметить, конечно же, ставшие уже классикой набоковские лекции по русской и зарубежной литературе, читаемые когда-то знаменитым писателем в Корнелльском университете американским студентам.
Особое внимание в своих лекциях автор популярной и по сей день «Лолиты» уделяет именно классикам литературы, чьи художественные приемы во многом влияли на всю последующую литературу. Так что если вы давно хотели разобраться, откуда же берутся все эти истории со злыми двойниками и при чем здесь вообще Стивенсон, то вам точно стоит прочесть Набокова.
«Лекции по русской литературе XX века» Дмитрия Быкова
Начать ориентироваться по писателям XX века поможет быковский многотомник. Дмитрий Быков не только известный автор и журналист. Многие знают и любят его педагогические проекты: лекции по литературе он читает то школьникам, то для широкой аудитории в лектории «Прямой речи». Был у него и проект для телеканала «Дождь» – «Сто лекций» о русской литературе XX века.
В своем четырехтомнике (в некоторых изданиях встречается версия в двух томах) на каждый год прошлого столетия Быков выбрал по одному выходившему в это время значимому произведению, так что есть отличная возможность и вспомнить Булгакова с Есениным со школьной программы, и даже убедиться, что Стругацкие тоже уже стали в один ряд с классиками (а ведь не так уж много времени прошло).
Кстати, для особо въедливых читателей, знакомых с классикой, в книге есть и рецензии на произведения менее известных сегодня авторов, например, того же Юрия Домбровского, чье имя советская литература всеми силами пыталась забыть.
«Исповедь литературоведа. Как понимать книги от Достоевского до Кинга» Николая Жаринова
Существует ряд книг, где литераторы и журналисты просто признаются в любви своим же книжным полкам. Возможно, это не много добавит ценности вашей способности глубоко и полноценно анализировать текст, однако сможет стать неплохой мотивацией для того, чтобы пересмотреть отношение к уже прочитанному.
Так, Жаринов, которого можно скорее назвать литературным блогером (у него свой канал на YouTube), чем просто литературным критиком, рассказывает про свой персональный опыт «проживания» классической литературы. Во многом он, конечно же, критикует современное образование, которое предлагает детям в 15–16 лет понимать психологизм Достоевского и тонкий юмор Чехова, и на собственном опыте объясняет, как возвращался к прочтению этих произведений спустя много лет, чтобы наконец-то в них разобраться.
«Камасутра книжника. Уроки чтения» Александра Гениса
Александр Генис – журналист, писатель и литературовед, который уже много лет живет в Америке. Однако в своем романе он возвращается ко многим классическим произведениям русской литературы. Если вам нравится следовать за самим витиеватым и забирающим вас в плен слогом автора, то книга Гениса вам точно понравится: его извилистые размышления соседствуют с краткими советами по существу. Задаваясь вопросом, как же все-таки читать классиков, он отвечает: «Толстого – порциями, Достоевского – залпом».
Почти любое произведение важно пробовать «переложить» на себя и свой опыт – это на примере собственного «читательского» мастерства и объясняет Генис. Именно это мастерство, по его убеждению, «шлифуется всю жизнь», но апогея так и не достигает, ведь истинная цель нашей читательского опыта – это получение настоящего удовольствия.
Так что читайте, не бойтесь что-то не понять или не заметить и получайте удовольствие от самого процесса!
«Учитесь правильно читать!»
Беседы о русской литературе (+ВИДЕО)
Портал Православие.Ru предлагает читателям цикл бесед о русской словесности и культуре с профессором Александром Николаевичем Ужанковым, теоретиком и историком литературы и культуры Древней Руси, преподавателем Сретенской духовной семинарии, проректором Литературного института им. Максима Горького.
– Александр Николаевич, приходится признать, что современная школа зачастую отбивает у учащихся интерес к чтению русской классики. Какие бы вы могли дать советы человеку, вновь желающему открыть для себя этот удивительно богатый духовный мир русской литературы?
– Совет один – читать. Как можно больше читать! Начну с самого элементарного. Когда я говорю со студентами, особенно на первой лекции, то задаю им «каверзные вопросы»: «Скажите, вы читали эти произведения?» – «Читали». – «И какая у них основная идея?» Они начинают вспоминать, пытаются что-то отвечать. Говорю: «А вы уверены?» И когда чуть поглубже начинаем копать, оказывается, что, действительно, изучение литературных произведений в школе – очень-очень поверхностное. Может быть, для школы, особенно для средних классов, это и позволительно, потому что там нужно учитывать и возраст ребенка, и его возможности – и психические, и психологические: насколько он может воспринимать те или иные произведения. В старших классах должен быть уже более серьезный подход. В этот период происходит формирование мировоззрения, там подход в изучении произведений будет намного сложнее.
Своим студентам я всегда говорю, что любое произведение русской литературы нужно читать как минимум два раза. Первый раз – это знакомство с сюжетом. Второй раз – знакомство с деталями.
Деталь – царица смысла. Если мы замечаем детали, мы сможем понять смысл
Еще формалисты, сначала немцы в конце XIX века, потом и русские формалисты начала XX века, выявили, что в мировой литературе существует всего лишь 36 сюжетов – правда, некоторые насчитали 38. Но это не суть неважно: 36 или 38 сюжетов. А всё остальное – их вариации. Значит, сюжет не столь важен для раскрытия смысла. Важны детали. Деталь – царица смысла. То есть если мы замечаем детали, то мы тогда сможем понять смысл. Так вот: если мы берем древнерусскую словесность – то в ней нет художественности, там нет образов, и там происходит отражение действительности через идею или посредством идеи – это очень важно. Древнерусская литература – она вся идейна, но она и религиозна, естественно, но вся идейна. Когда в переходный период к Новому времени появляется образ, то тогда уже действительность отражается посредством образа. Посредством художественного восприятия мира и происходит его отражение в произведении.
И он нас также учил медленному чтению. Поэтому и я своих студентов тоже учу пристальному чтению. Я говорю им: «Я мостик между XXI и XIX веком. Почему? Потому что мои учителя родились в XIX веке, они учили меня, теперь я учу вас, уже в XXI веке».
Так вот, посредством внимательного и вдумчивого чтения мы можем открывать смыслы. Даже в тех произведениях, которые, казалось бы, нам очень хорошо знакомы.
Второй уровень восприятия – это открытие нравственного преступления, потому что он преступил нравственную черту – заповедь «не убей» – и обретает нравственное наказание – угрызения совести. Он долго мучается и не может вынести «это», как он называет убийство. Он даже не в силах назвать всё своими именами: свое преступление – убийством. Он не может вынести «это», и для него выход самый простой – донести на себя. Но это неверный выход, это не есть покаяние, это не перемена ума или перемена сознания – как переводится с греческого языка слово «покаяние». Он просто готов понести наказание за совершенное убийство и пойти на каторгу.
Третий уровень понимания романа Достоевского – богословский. Почему? Потому что Раскольников – это новый Каин
И, наконец, третий уровень понимания – богословский уровень. Почему? Потому что Раскольников – это новый Каин. Если первый и второй уровни мы еще как-то самостоятельно можем увидеть и осмыслить, то для понимания третьего, богословского, уровня необходимы определенные знания. Чтобы увидеть и истолковать параллели между Раскольниковым и Каином, нужно неплохо знать, во-первых, Священное Писание, во-вторых, очень хорошо знать Евангелие. Вспомним, что Достоевский на каторге имел право читать только Новый Завет, который ему подарила Наталья Фонвизина, жена одного из декабристов. И он за пять лет выучил его чуть ли не наизусть. Поэтому все произведения, написанные Достоевским после каторги и ссылки, можно читать и раскрывать только с помощью ключа – Нового Завета, и прежде всего Евангелия, иначе не получится.
В школе этого не проходят, то есть на этот уровень школьники никогда не выйдут, но даже и в вузах на этот уровень не выходят, поэтому, конечно же, очень многое зависит от преподавателя, как он заинтересует школьника или студента. Но важно также, чтобы была определенная база, потому что любое произведение русской словесности надо рассматривать, во-первых, в контексте своего времени; во-вторых, в окружении других произведений; и в-третьих, с позиции мировоззрения самого писателя. Вот почему нужно знать и мировоззрение писателя. Скажем, Пушкин в юности был атеистом, но стал глубоко верующим человеком. Следовательно, нельзя с одних и тех же позиций рассматривать его лирику периода Царскосельского лицея и те произведения, которые были написаны им в Михайловском и после Михайловского. Это два совершенно разных по мировоззрению писателя и поэта.
Так что, не учитывая разные обстоятельства в жизни писателя и эволюцию его мировоззрения, мы обречены на непонимание и его творчества, и всей русской литературы. Да и мы сами меняемся с каждым годом, значит, изменяется и наше восприятие литературных произведений.
Многие произведения я перечитываю если не ежегодно, то раз в два года – несомненно, чтобы обновить в памяти. И когда готовишься к лекциям и практическим занятиям, чтобы выделить какие-то интересные моменты, то самое удивительное, что каждый раз что-нибудь новое находишь и для себя. В этом и величие, и сила русской словесности! Именно потому никогда не бывает скучно читать классику, ибо она пробуждает твою собственную мысль, приходят интересные озарения, осознание исторической связи прошлого и действительности, открытие многогранной личности писателя. Скажем, через лирику можно лучше понять поэта, через прозаические художественные произведения можно понять его мировоззрение и так далее.
Книга – это общение. Без книги не может развиваться личность
В минувшем году у нас широко отмечался юбилей Лермонтова – 200 лет со дня рождения. Но мало кто обращает внимание на то, как много читал Лермонтов. С самого детства, и когда учился в Благородном пансионе при университете, и когда два года был студентом философского факультета Московского университета, он очень много читал. У него мало было друзей – в общем-то, почти не было друзей, но самым настоящим его другом была книга. И многие отмечали, что на переменах его всегда видели сидящим на подоконнике с какой-нибудь книгой. Потому что книга – это особое общение. Без книги не может развиваться личность – это сразу я могу сказать. Многие полагают, что интернет может заменить знания, но в интернете нет знаний, есть лишь информация. Во-первых, знания – это определенная система. А во-вторых, в интернете можно отыскать текст, скажем, художественного произведения, но, чтобы его интерпретировать, нужно хорошенько поработать творчески самому, или с кем-то побеседовать из друзей, или поговорить с учителем, или вести дневник.
Вот то, что я всегда рекомендую своим студентам, – вести дневник. Почему? Потому что это – самонаблюдение. Это не просто отражение прочитанного, какая-то оценка действительности, но это наблюдение за собою, за своим ростом – каким ты был год назад или каким был 10 лет назад; ты можешь увидеть и круг своего общения, и чтения, и оценить ход своих мыслей, как они развиваются.
Если же говорить о тех произведениях, которые непременно нужно прочесть, то это, собственно, вся школьная программа. Это, естественно, Пушкин: и «Евгений Онегин», и «Капитанская дочка», но между ними непременно должен быть и «Борис Годунов». Почему? Потому что в данном случае мы имеем пример переосмысления Александром Сергеевичем и сюжета, и самих исторических событий. И до Пушкина писали на этот исторический сюжет, но, правда, до него в центре внимания драматургов был Дмитрий Самозванец. Даже Лопе де Вега написал трагедию «Дмитрий Самозванец», и Сумароков написал. Пушкин же пишет по-другому, хотя поначалу он тоже думал писать о Дмитрии Самозванце, но в конечном итоге его привлек Борис Годунов, его заинтересовала трагическая судьба такой сильной личности, как Борис Годунов. А трагедия, в чем она заключалась? Убийца на троне, его нравственные терзания. Это было созвучно его времени, потому что император Александр I взошел на престол после трагической смерти своего отца. Виновен он или не виновен? Александр I всегда ощущал свою вину в гибели Павла I. Вот Пушкин неслучайно и взял этот сюжет, потому что что-то было в этой атмосфере созвучно Смутному времени. И в отношениях к императору многие видели отражение отношений к Борису Годунову. Но, с другой стороны, Пушкин обращает внимание и на ответственность народа в ходе истории. Почему? Потому что народ-то выкрикнул: «Бориску на царство»! Значит, народ тоже отвечает за преступника на троне, если он его избрал? Несомненно. Почему народ и безмолвствует в конце, понимаете? Он не хочет быть соучастником нового кровавого преступления.
То есть каждое произведение нужно уметь истолковать соответствующим образом.
Печорина нельзя воспринимать так, как его «проходят» в школе, – с ореолом романтичности
Если говорить о Лермонтове, то это непременно «Герой нашего времени». Но воспринимать его следует только не так, не романтически, как его «проходят» в школе: это герой замечательный, с ореолом романтичности, ну, правда, изгой, «лишний» человек – и всем его жалко. Но почитайте внимательно предисловие Лермонтова к этому сочинению: он свидетельствует, что обобщил все пороки современного ему общества в этом человеке. То есть это самый порочный человек, который только может быть. И тогда посмотрите на образ Печорина через эти пороки. Что мы видим? Я не говорю обо всех девятнадцати заповедях для христианина. Девять заповедей блаженства вообще не касаются Печорина, хотя человек он первоначально был религиозный, во всяком случае воспитывался в той среде. Вспомните «Тамань», когда он заходит в дом и сразу же поворачивается в красный угол, чтобы перекреститься, но не видит икон. «Дурной признак», – думает он. Понимаете, он-то замечает такие детали. Посмотрите: Печорин нарушает все десять ветхозаветных заповедей. Все десять заповедей, которые уберегают человека от греха. Вот болезнь, которую называет Лермонтов. Он говорит, что болезнь им указана, а как из нее излечиться – Бог весть. Понимаете? И, опять-таки, Лермонтов дает поле свободы воображению и сознанию читателя. Я, писатель, указал болезнь, а вот как вы будете из нее выходить, обнаружишь ли и ты, читатель, эту болезнь у себя? Диагноз поставлен. Посмотри на себя, если обнаружил такое – значит, меняйся. Русская литература как раз и способствует изменению человека.
У Гоголя – опять же-таки с правильным толкованием – могу рекомендовать и «Ревизор». Что такое финальная сцена в «Ревизоре»? Это картина Страшного суда. Нужно понимать, почему все они замерли. «В чем застану, в том и сужу», – сказал Господь. Когда настанет Божий суд, не сможешь уже пошевелить ни одним членом – ни рукой, ни ногой, и ничего уже не сможешь изменить в своей судьбе. Вот это должно воздействовать, сильно должно воздействовать на зрителя и читателя, полагал Гоголь.
Можно рекомендовать к чтению и его романтические произведения, но обязательно посмотреть, как они написаны и с какой целью. Почему человек сильнее нечистой силы, и когда он сильнее? Когда он с Богом, когда он верующий. Почему, скажем, Фома Брут погибает в повести «Вий»? Потому что он маловерный, хотя и бурсак, учится в семинарии – понимаете? – а веры в нем нет. Он и напивается для храбрости, так сказать, перед тем, как идти в храм отчитывать панночку. Почему? Потому что слаб верой, он не верит, что Господь его может спасти. А что, горилка поможет, храбрости добавит? Понимаете, вот в каждом произведении есть своя определенная изюминка, ее нужно непременно видеть.
“Портрет” и “Шинель” следует изучать вместе – вот как они стоят в цикле “Петербургские повести”
Очень сильные произведения – я считаю, обязательно нужно эти произведения знать – и «Портрет», и «Шинель». Но их следует изучать вместе. Вот как они стоят в цикле «Петербургских повестей» Гоголя, так их и нужно рассматривать. Почему? Потому что «Портрет» посвящен рассмотрению таланта у человека, тому, что талантом надо служить Богу. Вот этот безымянный художник, который написал портрет ростовщика, в котором воплотил нечистую силу, чем и согрешил, потом раскаялся, ушел в монастырь и послужил Богу – написал «Рождество». Понимаете, мы видим здесь преображение личности. И повесть «Шинель». Разбирая ее, мы говорим о духовной нищете маленького человека Акакия Акакиевича, который собирает земные богатства, а не духовные.
Несомненно, «Тараса Бульбу» нужно прочитать, особенно через призму тех событий, которые происходят сейчас на Украине. И обратить внимание именно на вторую авторскую редакцию повести – это тоже немаловажный момент. Существуют первая и вторая редакции. Во второй редакции слово «русский» в значении «православный» употреблено Гоголем, если не ошибаюсь, 36 раз, а в первой редакции, по-моему, три или четыре раза.
Русский – значит православный. Это синонимы, и Гоголь это знал
А как сейчас перевели эту повесть на украинский язык? Там вместо «русский» – употреблено слово «украинец», а это – совершенно другой смысл. Потому что русский – значит православный. Это – синонимы, и Гоголь это знал. Так было в Древней Руси и в древнерусской словесности, точно в таком же значении Гоголь употребляет это понятие и в своей повести. Вот когда мы посмотрим на «Тараса Бульбу» именно с этих позиций, то открывается особый смысл… Почему? Потому что там за веру православную, за землю русскую они сражаются и за братьев своих православных… Понимаете, тогда это совершенно другое восприятие. И еще нужно вспомнить: «Ну шо, сынко, помогли тебе твои ляхи?» Это звучит как предостережение для нас: помогают ли ляхи, и Запад в целом, или нет?
У Ф.М. Достоевского нужно хотя бы три произведения прочесть, по нарастающей. Это «Преступление и наказание», «Идиот» и «Братья Карамазовы». Сложные произведения, но читать надо именно так, по нарастающей. Достоевского нужно рассматривать и читать после Гоголя, потому что он отталкивается от Гоголя. И попытаться рассмотреть, какую проблему поднимает писатель. В первом романе – проблему гордой личности. И роман «Идиот» первоначально замысливался как роман о проявлении смирения в гордой личности. Но Достоевский дважды начинал и дважды бросал его – не получалось. Почему? Потому что гордый человек, такой, каким был Раскольников, не смиряется. И поэтому нужно было уже кроткого человека показать – князя Мышкина. С другой стороны, Достоевский ставит вопрос: если Россия – православная держава, если русские себя считают православными, то сохранили ли они Православие, действительно ли они истинно православные? Готовы ли они ко Второму пришествию Христа – вот в чем вопрос. Если они – богоизбранный народ и если русская идея – это хранение Православия до Страшного суда, то сохранили ли они его или нет? Скажем, в «Преступлении и наказании» мы видим относительно здоровое общество, подчеркиваю – относительно здоровое общество и двух больных людей – Свидригайлова и Раскольникова, то, скажем, в «Идиоте» – наоборот: тут два относительно здоровых человека. Получается: Настасья Филипповна и князь Мышкин – два относительно здоровых человека и абсолютно больное общество. Достоевский показывает: а кто может принять Христа, если общество-то больное?
Достоевский показывает: а кто может принять Христа, если общество-то больное?
Ну и, конечно же, вершина творчества писателя – «Братья Карамазовы», с главнейшим вопросом: где есть спасение – в миру, в Церкви или между миром и монастырем, как у Алеши Карамазова? Но это незавершенное произведение, потому что в нем фигурируют три брата и, по замыслу Достоевского, каждому из них должен был быть посвящен роман, а в целом это должна была быть трилогия. И, соответственно, в каждом из этих романов предполагалась доминирующая идея. В написанном романе доминирует Иван Карамазов, с его рационализмом, рассудочным сознанием. Во втором – Дмитрий Карамазов, со своими страстями. Третий роман должен был быть об Алеше и духовном развитии и его самого, и общества, и других героев, и читателя.
Понимаете, вопрос даже не в том, что читать, вопрос – как читать. Потому что у каждого писателя мы можем найти произведения очень сильные и очень слабые. Это естественно: каждый человек способен на взлеты и падения, ошибки и достижения. Конечно, чтобы в какой-то степени сократить время на поиск нужных произведений, лучше попросить совета у наставника, у учителя, у преподавателя, что нужно почитать. Но повторяю: у каждого писателя мы можем найти совершенно замечательные произведения, но самое главное – как мы их будем читать.