Ржавчина и кость о чем
Детально о кинофильме «Ржавчина и кость»
ОБРАЩЕНИЕ АВТОРОВ
«В сборнике рассказов «Ржавчина и кость» Крэйга Дэвидсона можно найти много историй о людях, чьи жизни кардинально изменились в результате трагедий и катастроф. Современный мир показывается таким, каким его видят люди, отказавшиеся подчиняться превратностям судьбы и сами отвоевавшие свое право на счастье.
История об Али и Стэфани в сборник не вошла. Мы позаимствовали у Крэйга Дэвидсона общую идею и использовали ее, как отправную точку, а историю наших героев придумали сами. Сборник Дэвидсона стал своеобразной предысторией проекта. Жестокость нашего сюжета, наше стремление раскрыть все грани этой драмы (а точнее, мелодрамы), показать героев со всех сторон – все это было отражено в тех рассказах.
С самого начала работы над проектом мы акцентировались на кинематографическом стиле, который можно было бы назвать «экспрессионизмом». Мы хотели использовать всю эмоциональную мощь холодных, жестоких, бьющих наотмашь кадров и сцен, которые раскрывали драматизм происходящего. Подсознательно мы передавали атмосферу Великой Депрессии. Мы вспоминали о настроении старых фильмов, в которых мрачная реальность была запечатлена в темных, почти сюрреальных изображениях. Именно этой эстетикой мы руководствовались, работая над сценарием. Фильм РЖАВЧИНА И КОСТЬ беспощаден, при этом по жанру он остается мелодрамой. И история любви – главное действующее лицо картины. Фильм показывает мир глазами запутавшегося в жизни ребенка. Благородство героев раскрывается в свете жестокой реальности, стимулированной финансовым кризисом. Мы отдаем дань уважения Али и Стэфани, их отчаянным попыткам побороть стечение обстоятельств».
Жак Одиар и Томас Бидегайн
ИНФОРМАЦИЯ О ПРОИЗВОДСТВЕ
Путь, который прошли Али и Стэфани в фильме РЖАВЧИНА И КОСТЬ был труден и тернист. Ровно как и исследования режиссера и актеров нельзя было назвать ни легкими, ни предсказуемыми.
«Я влюбилась в Стэфани еще когда читала сценарий, – вспоминает Марион Котийяр, которой досталось амплуа дрессировщицы касаток, потерявшей обе ноги. – Хотя, признаться, порой я не понимала свою героиню. Меня это всерьез бесило, и я призналась в этом Жаку. Он сказал: «Если честно, я тоже ее не во всем понимаю. Я никак не могу взять в толк, что это за человек. Нам придется вместе в ней разобраться и дать ей шанс на жизнь». Меня это очень воодушевило. Однако какая-то необъяснимая загадка оставалась в Стэфани вплоть до финала фильма».
Это чувство разделяли все участники съемочной группы. И необъяснимого в фильме РЖАВЧИНА И КОСТЬ оказалось куда больше, чем казалось на первый взгляд. «В сценарии, съемках, работе с актерами, монтаже и музыке мы пытались добиться единственного эффекта, – говорит режиссер фильма Жак Одиар. – Мы хотели совместить предельную откровенность истории с мелодраматичным, почти сюрреальным визуальным рядом». Поэтому в том, что травма Стэфани и поведение героини ставили Котийяр в тупик, режиссер находил свои плюсы. Актриса рассказывает о своей подготовке к роли: «Жак меня успокоил, сказав: «В этом-то и состоит история картины: жила-была такая вот девчонка и вдруг – БАМ! – у нее нет ног! Появилась на свет совершенно новая Стэфани. И это очень здорово, что ты с ней не знакома»».
Инсценировка истории любви
Работа над фильмом РЖАВЧИНА И КОСТЬ началась с тотального переосмысления исходного материала. «Мне очень понравился сборник рассказов Крэйга Дэвидсона «Ржавчина и кость», – объясняет Одиар. – Автора можно без зазрения совести назвать «кризисным» автором. Он безжалостно вскрывает подноготную современного жестокого мира, балансирующего на краю пропасти. Его персонажи доведены «до ручки» и по тем или иным причинам выкинуты из общества. После ПРОРОКА, фильма о мрачном, пасмурном мире мужчин за тюремными стенами, мы с Томасом Бидегайном (соавтором сценария) хотели заняться совершенно другим по духу сценарием – историей любви, купающейся в ярком свете; историей о мужчине и женщине. Мы также планировали осторожно затронуть тему вечного хаоса и варварства – как бы исподволь, без нажима и прямых аналогий. Нас привлекали контрасты. К сожалению, в сборнике Дэвидсона не было ни одной подобной истории, поэтому мы ее написали сами».
Котийяр поддерживает коллегу. «Я работала со многими потрясающими режиссерами, – говорит актриса. – Но далеко не все они так любили свои истории и персонажей, как Жак. Эта любовь буквально ощутима, и это очень сильно вдохновляет. Одиар – настоящий поэт!»
Реализм и его обратные стороны
Мрачный реализм тесно переплетается с радужными картинками. «Мы были одержимы желанием запечатлеть изображения, в которых бы чувствовалась страсть, ситуационный и эмоциональный экстрим, – описывает свои чаяния Одиар. – Мы пытались сыграть на жестоком контрасте. Отличным ориентиром мог бы послужить нео-экспрессионизм, прослеживающийся в УРОДЦАХ Тода Броунинга или в фильмах Лона Чейни – картины о временах Великой Депрессии, в которых необычный визуальный ряд отражал мрачность реальности. Или для примера можно взять какую-нибудь сказку о монстрах. Или фильм НОЧЬ ОХОТНИКА Чарльза Лотона, который начинается с того, как отца арестовывают на глазах у сына лишь за то, что мужчина украл еду, чтобы прокормить их обоих. Можно ли считать эти картины мелодрамами? Насколько они относятся к экспрессионизму? В нашем словаре объяснения подобному явлению не нашлось». Фонтен, а также многие другие члены съемочной группы (продюсеры, монтажеры, композиторы, художники, специалисты по кастингу и постановщики) работали на съемках многих других картин Одиара.
В плену у собственного тела
Котийяр и Шунартс пришлось немало поработать, чтобы вжиться в образ – как творчески, так и физически. «Я отсмотрела очень много видеофильмов, рассказывающих о людях, которые перенесли ампутацию, – говорит Котийяр. – Но гораздо больше вводных я получила от Жака Одиара. Он говорил: «Иногда ее подсознание будет отказываться верить в происходящее. В такие моменты Стэфани попробует встать, забывая о том, что у нее нет ног, и, разумеется, будет падать». Вы не увидите эту сцену в фильме, однако репетиции помогли мне вжиться в роль». Технически «ампутация» была плодом специалистов по компьютерной графике. «Это не самое интересное в картине, хотя надо отдать должное компьютерщикам – они потрясающую справились с работой, – говорит Котийяр. – Куда важнее то, что от меня «осталось» – плоть, кость, сексуальность и глубокая душевная травма».
Шунартсу пришлось немало тренироваться, чтобы реалистично сыграть кикбоксера. «Мне пришлось усердно работать каждый день, не говоря уже о том, что после съемок в БЫЧАРЕ мне нужно было вернуть свой исходный вес, – говорит актер. – Жак очень четко определял физическое состояние Али – он должен был быть сильным, но не накачанным. Так что мы решили остановиться на следующей комбинации – парень, занимавшийся боксом много лет, бросил спорт, начал набирать вес и даже отрастил живот. Мы не хотели, чтобы Али выглядел слишком подтянутым и натренированным. Напротив, должно было складываться впечатление, что он не в ладах со здоровьем. Этому парню незачем правильно питаться или усердно тренироваться. И это должно было быть заметно невооруженным взглядом».
В постели
«Разумеется, я не вспоминал о ее ногах, – говорит Шунартс. – Али в свое время забыл, и я не помнил».
Принцесса и воин
«Не представляю, кто еще смог бы так сыграть роль Стэфани, – говорит Одиар. – Ровно как не могу предположить, кто бы справился с ролью Пиаф в фильме ЖИЗНЬ В РОЗОВОМ ЦВЕТЕ. Марион способна играть роли очень сильных женщин, не теряя своей сексуальности. Она очень солазнительна. Есть и другая причина: я не забываю о том, что она – очень известная актриса. Эта известность добавляет остроты сюжету. Когда Стэфани ампутируют ноги, зритель попадает в тиски кинематографического парадокса, ведь каждый знает, что роль играет популярная актриса. Она – принцесса, которая была низвергнута со своего трона».
«Посмотрев фильм БЫЧАРА, мне сразу же захотелось встретиться с Маттиасом, – продолжает Одиар. – У нас было крайне мало времени на репетиции. Марион изучала поведение касаток и тяжело травмированных людей, Маттиас изучал искусство кулачного боя. Участь Стэфани была нелегка, но очевидна – она встала на путь реабилитации. Маттиасу пришлось куда более усердно работать над своим персонажем – по сценарию Али был очень неоднозначным человеком. Он должен был быть грубым, но не настолько, чтобы не привлечь внимания Стэфани. Для симпатии (а впоследствии и любви) должна была быть определенная почва».
В тот момент, когда Сэм и Стэфани наблюдают за триумфом Али на ринге, закадровый голос рассказывает о чудовищной боли, которая тисками сковывает кулаки боксера. «Когда фильм был закончен, мы все вместе пересмотрели его, – вспоминает Шунартс. – Мы вновь прочувствовали историю двух людей и все то, через что им довелось пройти. И это что-то не закончено, им предстоит бороться дальше. Им по-прежнему придется превозмогать боль, им придется растить ребенка, ей суждено каждый день видеть свои изуродованные ноги. Но они могут поделиться своей болью с ближними, которые всегда поддержат и помогут. Это хороший финал, хотя я бы не назвал его классическим хэппиэндом».
«Кем бы она стала, не случись в ее жизни эта трагедия? – спрашивает самого себя Одиар. – Наверное, она бы так и осталась надменной принцессой, неспособной полюбить кого бы то ни было по-настоящему. Это стало возможно только «благодаря» ее травме и тому, что Али никогда не смотрел на нее с жалостью и сочувствием. Только при таком «удачном» стечении обстоятельств Стэфани смогла раскрыться и насладиться чувством, которое бы она нипочем не узнала».
Для Котийяр трагедия ее героини стало своеобразным откровением. «Когда в жизни ничего больше не остается, ты предоставлен сам себе, – говорит она. – Только тогда ты можешь заглянуть себе в душу, увидеть что-то, что было спрятано глубоко внутри. Готов ли ты встретиться с этим чем-то лицом к лицу, и не будет ли тебе страшно? Эта история о двух обнаженных душах, которые отдаются во власть подобной наготы. В этом красота самой истории и красота главных героев».
Рецензия на фильм «Ржавчина и кость»
Очередной триумф и мастер-класс от Одиара и Котийяр. Брутальная и одновременно исполненная нежности мелодрама, надолго западающая в душу
Али (Шонартс), бродяга двадцати с лишним лет, вместе с сыном переезжает к сестре на юг Франции и поселяется у нее в гараже. Получив работу вышибалы, он случайно встречает дрессировщицу касаток (Котийяр), и эта встреча становится для них судьбоносной.
Кадр из фильма «Ржавчина и кость»
«Ржавчина и кость», свободная экранизация нескольких рассказов Крэйга Дэвидсона, ставит перед зрителем вечную проблему: что делать, когда жизнь подсовывает вам лимон? Если вы уже видели два последних фильма Жака Одиара, «Пророк» и «Мое сердце биться перестало», то с полным основанием можете предположить, что правильный ответ имеет прямое отношение к опасным бритвам или битым мордам невезучих злодеев. Однако здесь французский режиссер не столь крут, хотя и не менее едок. Результатом явился один из самых глубоко личных и человечных фильмов года.
Кадр из фильма «Ржавчина и кость»
Главное в фильме – живая и яркая игра Марион Котийяр и бельгийского актера Матиаса Шонартса. Котийяр играет Стефани, дрессировщицу касаток в парке Marineland, у которой все всегда под контролем. Она – вольная натура, которая всю душу вкладывает в свою работу и считает, что лучшее решение всех проблем – это оторваться на танцполе. Али в исполнении Шонартса – человек, который не в ладах с самим собой; кулачный боец, который крадет еду в поездах, не обращает никакого внимания на собственного сына и живет на иждивении сестры. Оба еще не знают, что только при помощи друг друга они смогут выжить.
Кадр из фильма «Ржавчина и кость»
Их первое свидание никак не назовешь милым, оно скорее брутально. После кровавой драки в ночном клубе они начинают испытывать какое-то неловкое взаимное влечение. Девушка пытается отшить Али, но его грубая маскулинность притягивает ее, и Стефани все-таки берет у него номер телефона. Их снова сводит вместе несчастный случай, произошедший с ней на работе, и именно Али без жалости и без снисхождения приходит на помощь девушке, которая, в свою очередь, вновь пробуждает в нем человеческие чувства.
Кадр из фильма «Ржавчина и кость»
Трудно даже представить, какую банальную пошлятину сделали бы из этого сюжета в Голливуде (вообразите себе эдакий гибрид опусов Николаса Спаркса с «Освободите Вилли»), однако лишенный всяческой сентиментальности подход Одиара придает материалу эмоциональную целостность, которую еще более усиливает эпизодически звучащая музыка Александра Деспла. Сцены секса интимны, но сняты безо всякой показной скромности, а бытовые проблемы героев показаны с каким-то клаустрофобным напряжением; однако абсолютную трансцендентность фильму придает то, что его действие разворачивается в прозрачном сиянии Французской Ривьеры.
Одиар уже давно зарекомендовал себя певцом мятущихся душ, но одного лишь длинного завораживающего кадра со Стефани и ее касаткой достаточно, чтобы понять, что это лишь одна из множества граней его таланта.
Ржавчина и кость
составлен из 22
отзывов с оценкой
составлен по 8
рецензиям критиков
Трейлер
Просмотр
Описание о чём фильм
В фильме Ржавчина и кость мужчина по имени Али с пятилетним сыном, лишившись жилья и денег, перебирается жить к сестре. Там он встречает амбициозную женщину Стефани, чья жизнь начинает рушиться после ужасного несчастного случая в аквапарке, и Али начинает о ней заботится.
Отзывы зрителей
Оставить отзыв
Отзывы критиков (анонсы рецензий)
Надо отдать должное игре Марион Котийар, которой в этом фильме досталась роль главной героини. Складывается впечатление, что у этой французской актрисы выработался стойкий иммунитет к пошлости. На экране она разыгрывает неловкие физиологические подробности, но при этом всем своим естеством говорит нам о становлении духа.
Тут женщина учится у мужчины хладнокровию и невозмутимости, а мужчина не начинает с ней считаться, пока она не превращается в него. И когда Котийяр, пережившая по пути столько боли и унижений, становится букмекером боев без правил, понимаешь — так закалялась сталь.
«Ржавчина и кость», несмотря на относительно счастливый финал (тем не менее с угрожающим закадровым текстом, грозящим новыми лишениями и производственными травмами), смотрится в целом необычайно тяжело.
«Ржавчина и кость» — это фильм о том, как два не самых благополучных человека в конце концов находят друг в друге поддержку и понимание. Заслуга Одиара в том, что он сумел высказаться на эту тему без излишней сентиментальности.
Впрочем двух искренних вещей у «Ржавчины и кости» не отнять никому. Первая – это разлитая по фильму мрачная и тревожная поэзия хрупкости жизни. Красивая девушка, получив царапину на дискотеке, на следующий день окажется в воде рядом с хищниками и останется без ног.
Одиар следит за этими метаморфозами, играя, как он любит, тенью и светом, подчеркивая и обнажая лица и души своих героев, карабкающихся вверх с самого дна. История у него получается почти свободной от фальши и пафоса, за исключением, пожалуй, заключительного монолога, зачем-то разжевывающего трагедию до состояния манной каши.
В общем-то, было бы вполне терпимо, не примешай режиссер ко всему этому мораль. Увы, в стремлении зарифмовать композицию режисер к финалу пускается во все тяжкие: с классическими спекуляциями, с озвученным вслух «все, что нас не убивает…» и прочими скрипучими банальностями, что режут слух не меньше, чем репертуар Кэтти Пэрри (от песен которой даже величественные косатки в фильме сходят с ума).
Все отзывы о фильме Ржавчина и кость
Рецензия «Афиши» на фильм
«Ржавчина и кость» — первый фильм француза Одиара, строго говоря, предназначенный для широкой аудитории, — вольная экранизация одноименного сборника рассказов Крейга Дэвидсона, в руках любого другого превратившаяся бы в дурную комедию. Одиар подходит к этому, прямо скажем, довольно идиотскому сюжету с позиций убежденного аскета и, последовательно вытравив из кадра все лишнее, переводит действие в свой привычный, сугубо реалистический регистр. Ален, здоровенный детина с потухшим взглядом, загорающимся только перед боем, человек недалекий, но душевный, сбивающий с ног в первую очередь своей прямолинейностью. Он что-то вроде абсолюта, мораль существует где-то вне его, судить его по человеческим законам — все равно что разговаривать с бейсбольной битой. «Ты спрашиваешь у меня, доступен ли я; если доступен, то приезжаю — и мы трахаемся» — вот и вся любовь. С той же обезоруживающей простотой он подходит и к увечью своей подруги, невозмутимо заставляя ее гулять, плавать и не стыдиться. Тем же берет и Одиар, превращая бульварный роман в предельно честную и жестокую историю воспитания силы духа. «Ржавчина и кость» крайне интересно подходит к развитию главного мотива всех одиаровских фильмов, отношений «ученик — наставник». Тут женщина учится у мужчины хладнокровию и невозмутимости, а мужчина не начинает с ней считаться, пока она не превращается в него. И когда Котийяр, пережившая по пути столько боли и унижений, становится букмекером боев без правил, понимаешь — так закалялась сталь.
Лучшие отзывы о фильме «Ржавчина и кость»
Вы хотите увидеть эмоционально сильное кино? Гениальный фильм, который заставляет хотеть жить? Жизненное полотно о судьбе людей, которое позволит посмотреть на собственные проблемы под несколько другой призмой понимания драматизма действительности? Тогда не читайте ни одной рецензии чтобы случайно не наткнуться на спойлер. Не смотрите трейлер. Просто идите в кино.
Фильм для тех, кто хочет думать над сюжетом и не ходит в кино пожрать попкорн. И пусть это не покажется идиотской гиперболой: во время просмотра чувствуется, как нейроны в голове начинаются разрываться. Одиар гениален. В принципе, посмотрев «Пророк», зритель должен представлять какие элементы манипуляции он будет использовать. Но для двух часов показанное все же оказывается чрезмерным: то, что другие режиссеры размазывают тонким слоем на несколько фильмов, здесь собрано воедино. А потому все пролетает как одна минута.
Представьте себе открытку города Канн с панорамой Круазэт в жаркий полдень, с искрящимися бликами солнца на спокойной лазурной глади моря, зонтиками и лежаками, высаженными в ряд пальмами, придающими панораме африканский колорит, фольклорными синими стульями из металла на набережной. И вдруг, внезапно, эта открытка вылетает из рук и попадает в шредер. И от нее остаются лишь лоскутки.
В топ 10 любимых фильмов.
Как ты себя чувствуешь?
Раньше мне нравилось, когда на меня смотрят (с)
Люди, независимо от того, где родились, и какое место занимают в обществе, мечтают о любви и счастье. Трудно сказать, что для этого им придется пройти, каждому достанутся свои «огонь, вода и медные трубы». Но итоговый выбор всегда остается за самим человеком.
Охранник Али и дрессировщица Стефани познакомились в ночном клубе, их встреча не должна была повториться, ведь они из разных слоев общества. Но трагедия, которая происходит со Стефани, перечеркивает ее карьеру и жизнь. Али становится тем, из-за которого у Стефани просыпается желание жить дальше.
Жак Одияр снимает простые, жесткие картины о людях, которые обычно не замечать.
Сюжет, проработанный тремя сценаристами, явно перегружен желанием рассказать, но вот что именно, авторы так и не решили. Плохо прописанные герои и отсутствие сюжета, не придают картине веса.
Марион Котийяр попыталась сделать свою героиню более многогранной, но особой работы, кроме физических испытаний, так и не удается увидеть.
Маттиас Шонартс однобоко изображает загнанного человека, у которого есть дело, ради чего он живет, а все остальное пусть «горит синим пламенем». Идеальное животное.
Оператор фильма с одной стороны снял все очень красиво и воздушно, с другой, старался показать всю мерзость и жалкость мира, чернота и серость так и норовит вырваться на первый план.
«Ржавчина и кость» — безнациональное кино о потерянных людях, которое смогут понять любые зрители. Сигарев и Хлебников снимают об этом же, их поклонникам обязательно нужно посмотреть эту картину.
Без боли, без жертв
не было бы ничего.
Тайлер Дерден
..покатает в горсти, поскоблит тебя с уголка –
кудри слабого чаю,
лоб сладкого молока,
беззащитные выступающие ключицы.
скосишь книзу зрачки – плывут себе облака,
далеко под тобой, покачиваясь слегка;
больше ничего с тобой
не случится.
Вера Полозкова
Жизненное, реалистичное и при этом красивое, страстное, по настоящему французское кино. Здесь вся ценность полученных ощущений – это восприятие жизни, как она есть, с жестокостью, бедностью, отчаяньем, суетой, радостью от самых простых вещей. От большого, не арт-хаусного кино в настоящее время такое можно получить довольно редко. К примеру, ваша женщина когда-нибудь говорила вам: «Я поняла чего ты стоишь, когда ты не смог утереть нос случайно зашедшему в дом, проводившему меня вышибале»? Мужчина, который вам нравится когда-нибудь уходил в вашем присутствии из ночного клуба с другой женщиной, отлично зная как вы беспомощны в буквальном смысле? Ваш ребенок когда-нибудь проваливался в прорубь в водоеме с сильным течением? Тем не менее, это не чернуха и гиперреализм, а именно красивая драма, с вкусно снятыми боями без правил, китами касатками, женскими слезами, сексом с инвалидкой, щенками сенбернара, солнечными бликами в море и многим другим.
Север Франции — не холодный, а нежный и теплый, не суровый, но и не добродетельный к своим обитателям, живущим у морских берегов. Роскошные и манящие Антибы, в которых блеск и нищета существую параллельно друг другу, едва ли пересекаясь между собой. Именно сюда принесла нелегкая парня по имени Али, оставшегося у разбитого корыта собственной жизни, без всяких положительных перспектив, зато с маленьким сынишкой впридачу. И волей все той же судьбы Али сталкивается с пострадавшей от несчастного случая женщиной Стефани. Противоположности притянулись, ржавчина разлилась червонным золотом по хрупкой кости, но суждено ли быть хэппи-энду?!
Фильм-участник многочисленных престижных европейских кинофестивалей, в том числе Канн, Теллурида и Мюнхена, шестая по счету крупная полнометражная работа знаменитого французского постановщика Жака Одиара, сына не менее выдающегося Мишеля Одиара, картина «Ржавчина и кость» 2012 года едва ли относится к категории привычной для очень многих зрителей и донельзя типизированной и стереотипизированной французской киноромантики, представляя из себя на выходе не манипулятивную бульварную мелодраму с намеренным утрированием чувств и эмоций, а серьезную, глубокую и вдумчивую драму, сотканную не по лекалам эфемерной условности, а по жестоким правилам реалистического кинематографа, в котором жизнь предстает такой, какой она есть, с многочисленными полутонами и оттенками.
Второй раз в своей карьере обратившись к прозаическому литературному наследию писателя Крэйга Дэвидсона(ранее на основе его произведения Одиар снял свой самый заметный фильм «Пророк» 2009 года), удачно скомпоновав сюжетные мотивы его рассказов «Ржавчина и кость» и «Верхом на ракете», Одиар фактически снял кино, в котором на первый план выдвигается не история любви двух людей, объединенных сложностями своего бытия, а история жизни. Изредка прибегая к метафоричности общего повествования, и то на уровне довольно-таки простом и понятном, Одиар рассказал зрителям в своей картине, напрочь лишенной всякого воодушевляющего жеребъячего оптимизма, о двух героях, объединенных общей немощью.
Если у Стефани это немощь телесная, то у Али — психологическая и моральная. Он не в силе контролировать собственное течение жизни, по которой он просто плывет, не всегда удачно приспосабливаясь к новым условиям, не имея стабильной работы, стабильного заработка, стабильных человеческих отношений — он нигде не свой, но и совсем не чужой. В его характере, покрытом ржавчиной сомнений и неудовлетворенности, присутствует желанный многими мужской стержень, есть сила, но разум его не направлен на перспективу будущности. Зритель встречает его в положении полного неудачника, которому практически негде обрести уют и приют. Без инфантильности, но и без наличия внутреннего прогресса, Али полон отчуждения, а маленький сын подобен укору за совершенные им ошибки.
Одиар не склонен к нарочитой идеализации и романтизации, он, если угодно, безжалостно режет правду матку, при этом оставаясь и гуманистом, для которого человек, какой бы он ни был, по-прежнему совершенен в своей небезупречной безупречности. И, являясь фактически продолжением тюремной притчи «Пророк», «Ржавчина и кость» становится эдакой квинтэссенцией художественных и кинематографических изысканий Одиара, не манифестом, но призывом к современным людям, в душах которых проросли ржавчина и кость, не оставаться глухими, слепыми и немыми, в конце концов, быть людьми даже тогда, когда это невозможно. Слишком прямой гуманистический призыв в век постмодернистских плясок смерти и девиантных авторских макабров. Однако, впитав в себя все традиции французского кино ХХ века, Одиар в веке нынешнем смотрится как один из немногих апологетов гуманизма в современном кино, намного превзойдя по таланту собственного отца.