рейтинг писателей фантастов про попаданцев
Мой топ-5 попаданческих книг.
Статья написана достаточно давно, за это время я нашел еще несколько прекрасных, не хуже этих попаданческих книг. Но о них уже в другой статье. А пока вот так.
Итак, снова о «попаданцах». Те, кто любит фантастику, знает, кто это такие – «попаданцы». А тем, кто не знает, объясняю: это люди, которые из своего мира, или своего времени переместились в чужой мир или время. И пытаются там жить.
Наверное, одним из первых попаданцев, если не самым первым, был «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» Марка Твена. Вот совершенно типичный попаданец! Со всеми попаданцев достоинствами и недостатками.
Попаданцев можно разделить на несколько основных категорий. Первая – попаданцы в миры фэнтези. Вторая – попаданцы в иное время, обычно – в прошлое. Третья категория – попаданцы в техномиры. Но это реже. Обычно такого попаданца воруют инопланетяне.
Первая и вторая категории самые распространенные, их можно тоже разделить – на подкатегории, но такая задача сейчас не стоит. Мне хочется поделиться моими впечатлениями о прочитанных (прослушанных) мной книгах. Мой ТОП-5 книг о попаданцах.
Именно прослушанных. В последние годы я страдаю категорической нехваткой времени, и стараюсь использовать его максимально эффективно. Еду в машине – включаю аудиокниги по автомобильной магнитоле. Занимаюсь в спортзале – беспроводные наушники, и аудиокнига с телефона. Работаю во дворе, занимаюсь хозяйством, обедаю – снова наушники и аудиокнига.
Я всегда любил читать, но тут еще и практический интерес – писатель обязательно должен читать книги других авторов, в этом я убедился на собственном примере. Прочитанные чужие книги в конце концов составляют критическую массу, из которой рождается «взрыв» в виде очередной книги.
Нет, речь не о краже идей. Идей столько, что они витают в воздухе, жужжат, как назойливые мухи, ожидая, когда писатель их схватит. Жизни не хватит, чтобы осуществить их все! Речь о том, что странным образом после прочтения чужой книги вдруг появляется вдохновение, толкающее на очередные литературные «подвиги».
Но к делу. Итак, какие попаданческие книги, каких авторов я считаю лучшими из того, что я прочитал (прослушал) за последние годы. Мой ТОП-5.
В дальнейшем я буду говорить «читал», вместо «слушал». Так проще. Но имейте в виду – я СЛУШАЮ, а не читаю.
Главного героя можно охарактеризовать тремя словами: «Злой хороший человек». Кстати, у романа тоже есть фишка Валерьева: герой опять находит способ ненадолго вернуться в свой мир, в свое время.
На сегодняшний день считаю эти романы лучшими в моем топе.
На втором месте серии «Царь Федор» и «Генерал-адмирал» Романа Злотникова.
Я люблю альтернативную историю: «Что было бы, если бы!» Еще в детстве мечтал: «А вот если бы поставить против войска Батыя пулеметы! Да танки! Вот было бы здорово! А что было бы?!». Вот «альтернативки» и рассматривают вариант – а что было бы, если бы.
Четвертое место в моем рейтинге у Сергея Лысака с его сериями «Поднять перископ!» и «Одиссея адмирала Кортеса».
Великолепные, забавные серии – и с юмором, и с великолепным знанием морского дела. Что и немудрено – ведь автор морской офицер!
Само собой – машина времени ломается, и корабль застревает в том времени. И начинаются приключения… Очень, я вам скажу, забавные приключения! Не буду спойлерить, одно скажу – через некоторое время с удовольствием прослушаю заново. Оно стоит того! Позитив!
И на пятом месте, «Разговор с вождем» Махрова и Злотникова.
Насколько мне известно, бОльшую часть текста писал именно Махров. Текст качественный, живой, профессиональный. Идея принадлежит Злотникову, и она очень интересна. Представьте себе: едет некий человек, бывший военный, прошедший Чечню. Москва. Транспортное кольцо. Звонок на сотовый, высветилось: «Коба». Так он шутливо называл своего начальника, боевого товарища. Включает «трубу», и…там чужой голос. С акцентом таким…характерным. Представляется Сталиным. ГГ посылает его по эротическому адресу, обзывает, бросает трубку. Но трубка не отключается. И ГГ разговаривает с человеком на том конце, с ужасом и восторгом понимая, что это…настоящий Сталин! Мироздание соединило его с Сталиным! А время – июнь. До начала войны несколько дней. И герой захлебываясь начинает рассказывать Сталину о будущем, о войне, о жертвах, обо всем, что помнит.
В общем – фишка в том, что герой время от времени попадает в прошлое, туда, в сорок первый год, изменяя будущее, уменьшая количество потерь в войне и добиваясь того, чтобы Советский Союз не развалился. Возвращается в свое время после того, как его в очередной раз убивают. И сравнивает – что изменилось в мире!
Очень забавное повествование, очень приятное и живое. Спойлерить не буду, почитаете – не пожалеете.
Ну вот таков мой Топ-5 попаданческих книг. Есть и еще достойные упоминания книги о попаданцах, но о них уже в другой раз.
Само собой, о своих попаданческих книгах я говорить не стал, хотя и считаю их вполне достойными прочтения – одни получились лучше, другие похуже, но все мне кажутся вполне приличными.
Впрочем – не мне судить. Людям нравятся. У меня самого много книг о попаданцах. Это интересно людям. А раз интересно – будем писать!
Лучшие книги про попаданцев: топ-10
Некоторые из них были первопроходцами, положившими начало тем клише, которые ныне используются сплошь и рядом. Другие выделяются из общей массы деталями — способом переноса, мотивацией действий или конечным результатом. Некоторые имена у всех на слуху, других помнят только знатоки. Ранжировать этих героев по степени заслуг — дело довольно муторное, потому ограничимся хронологическим порядком.
Итак, фанфары, дамы и господа! Золотая десятка попаданцев от «Мира фантастики»!
Марк Твен «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» (1889)
Попаданец: Хэнк Морган
Янки — самый первый традиционный «попаданец-современник» (для автора книги, конечно). Да, гораздо раньше был Гулливер, но тот попадал в «затерянный мир» на Земле, и к тому же это случалось не вдруг, а в результате вполне объяснимого процесса вроде стихийного бедствия. А вот «попадание» Моргана до сих пор охотно используется МТА — Хэнк встрял в конфликт, получил ломиком по черепу и необъяснимым образом очухался уже в далёком прошлом.
Кроме «первородства», у Моргана имеется ещё несколько особенностей. Герой попадает не в реальное прошлое, а в фантазию в духе штампованных рыцарских романов. Приключения Хэнка — лишь повод для сатирических шаржей Твена на культурно-литературные клише, а также на нравы тогдашнего американского общества.
Тем не менее придуманная классиком базовая схема попаданческой истории до сих пор востребована. Герой, мастер на все руки и бизнесмен, с помощью своих профессиональных знаний и навыков пытается изменить ход истории. Правда, в отличие от нынешних книг, янки это так просто не даётся — инерция эпохи оказывается очень велика.
Эдгар Райс Берроуз «Принцесса Марса» (1911)
Попаданец: Джон Картер
Бывший капитан армии Конфедерации Джон Картер, отправившись в Аризону на поиски золота, подвергается нападению индейцев и прячется от них в пещере. Там Картер впадает в странную кому, после чего его тело неким астральным образом перемещается на Марс. Герой получает от автора дар: из-за меньшей силы тяжести виргинский джентльмен в несколько раз сильнее аборигенов. Далее следуют традиционные приключения — Джон сражается, интригует, обретает любовь, богатство и власть.
Схема Картера используется практически во всех попаданческих историях, герои которых перемещаются в фэнтезийные миры. Разве что современные авторы обычно дарят своим героям магические способности или могущественные артефакты, а не предлагают научное обоснование, почему попаданец круче окружающих.
Лайон Спрэг де Камп«Да не опустится тьма» (1939)
Попаданец: Мартин Пэдуэй
Герой придуман как ответ твеновскому Янки — прежде всего в том, что касается конечного результата. Широко образованный американский археолог Мартин Пэдуэй, ударом молнии перенесённый в Рим 535 года, помогает готам отразить вторжение византийцев и становится фактическим властителем Италии. Заодно Мартин внедряет массу новаторских для того времени изобретений — от самодельного виски до книгопечатания.
Схема Пэдуэя ныне повторяется в большинстве попаданческих книг о всезнайке, который успешно ставит прошлое на уши. В романе де Кампа также впервые популярно изложена теория о расщеплении реальности — каждый попаданец, меняя прошлое, создаёт новую историческую линию. Так что роман стал одним из краеугольных камней не только попаданчества, но и жанра альтернативной истории.
Эдмонд Гамильтон «Звёздные короли» (1947)
Попаданец: Джон Гордон
Отчасти этот путешественник повторяет схему Джона Картера. Однако Гордон переносится в далёкое будущее не физически, а духовно. Именно Гамильтон впервые подробно отработал схему «паразита» — нашего современника, попавшего в тело человека из другого времени.
Правда, есть нюансы. Ведь перенос в будущее не становится для Гордона внезапным — он договаривается об обмене телами с галактическим принцем Зарт Арном. Однако из-за козней заговорщиков попавший в будущее Гордон предоставлен самому себе и сполна наслаждается типично попаданческими приключениями, которые опровергают принцип «не зная броду, не суйся в воду».
Джон Майерс Майерс «Серебряный вихор» (1949)
Попаданец: Кларенс Шендон
Богатый бездельник Шендон, наглый и малообразованный тип, потерпев кораблекрушение, попадает в загадочную страну Романию, населённую персонажами классической литературы. На первый взгляд автор использовал схему Гулливера, однако Романия — не место «где-то на Земле», и далеко не каждый может сюда попасть. Это своеобразная «карманная Вселенная», альтернативная реальность.
Тамошние приключения коренным образом преображают героя — из махрового подлеца он превращается в достойную личность. В этом и заключается главная нетипичность героя: как правило, попаданцы меняют окружающий мир «под себя», тогда как Шендон меняется сам.
Клайв Льюис «Лев, колдунья и платяной шкаф» (1950)
Попаданец: Семья Пэвенси
Новаторский ход — четверо братьев и сестёр попадают в волшебную страну Нарнию целой семьёй. В последующих частях «Хроник Нарнии» герои тоже обычно перемещались не в одиночку.
Приём «массового попадания» ныне довольно востребован. Причём если западные писатели ограничились переносом в прошлое одного города (межавторский цикл «1632»), на другую планету — небольшого куска французской территории (роман Франсиса Карсака «Робинзоны космоса») или полка американской армии времён Гражданской войны (цикл Уильяма Форстена «Затерянный полк»), а в параллельный мир — римского легиона (цикл Гарри Тартлдава «Пропавший легион»), то нашенские переместили в 1941-й аж всю современную Российскую Федерацию (цикл Фёдора Вихрева «2012: Вторая Великая Отечественная»). А чего мелочиться-то?
Джон Диксон Карр «Дьявол в бархате» (1951)
Попаданец: Николас Фентон
Умирающий профессор Кембриджа Николас Фентон заключает сделку с Дьяволом и из Англии 1920-х перемещается в тело сэра Ника Фентона, дворянина эпохи Реставрации Стюартов. Помимо необычного способа переноса, нестандартной выглядит мотивация героя. В 1675 году он пытается предотвратить убийство красавицы Лидии, жены своего носителя, в которую влюбился по старинному портрету. Да и результат действий попаданца тоже необычен.
Ещё роман может служить отличным примером того, как надо сочинять «историческое» попаданчество. Карр был фанатом эпохи Карла II Стюарта и не пожалел усилий, чтобы влюбить в эти времена и своих читателей.
Пол Андерсон «Человек, который пришёл слишком рано» (1956)
Попаданец: Джеральд «Сэмссон»
Американский солдат, владеющий приёмами дзюдо, вооружённый пистолетом и толикой современных знаний, переносится в Исландию времён викингов. Хотя герой находит приют в местной семье, обучается языку и кое-каким обычаям, иной менталитет в конце концов его подводит.
Лазарь Лагин «Голубой человек» (1966)
Попаданец: Юрий-Егор Антошин
Первый «классический» отечественный попаданец — советский студент Юрий Антошин, который ментально переносится в Россию 1894 года, в тело своего «альтер эго», рабочего паренька Егора. Автор избрал форму добротного исторического повествования с минимумом фантастических элементов. В отличие от своих лихих наследников, «попаданец по-советски» почти не пытается ничего изменить. Зачем? Ведь он осуществил заветную мечту строителя коммунизма — Ленина видел!
Кстати, обозначение Антошина как «голубого» не означает ничего эдакого — подразумевается выражение «голубой герой», то есть идеалист. Да и весь роман ныне отдаёт чем-то не от мира сего — особенно в сравнении с валом современных попаданческих книжек.
Дэйв Дункан «Большая игра» (1995—1997)
Попаданец: Эдвард Экзетер
Перед началом Первой мировой войны юный англичанин Эдвард Экзетер попадает в магический параллельный мир — Соседство, где пришельцы с Земли могут генерировать в себе ману, что практически делает их богами.
Обретя по итогам своих похождений огромное количество маны, Эдвард оказывается перед выбором — стать верховным божеством или пойти путём Христа и погибнуть ради спасения мира. Угадайте, что выбрали бы 99% героев подобных историй?
Как видим, истории о попаданцах не обязательно состоят из одних клишированных образов и ситуаций. Увы, последней книге в списке уже 20 лет — среди современных авторов новаторы встречаются редко. Да и к чему? Всё уже придумано до них…
Лучшие книги про попаданцев в магические миры и прошлое
Героя, каким-то образом, попавшим в другую реальность можно уверенно назвать попаданцем. Если говорить проще попаданец — путешественник во времени и между измерениями.
