Рейтинг доверия что это такое звонят
Телефон на крайний случай. Что знают о проблемах эти консультанты на линии доверия
– Есть мнение, что телефон доверия – крайний случай, когда человек уже стоит на мосту и готовится прыгнуть, но разве это так?
– Бывают ли «ложные вызовы», как в Скорой помощи? Если звонят с дурацкой причиной, например, платье со скидкой не удалось купить – вас это будет раздражать?
– Не будет. Все, кто звонят на телефон доверия, звонят не просто так. По международным правилам телефонов доверия обратиться в эту службу может любой человек, и любой звонок должен быть принят. Есть так называемые узкие телефоны доверия – для наркозависимых, для детей и родителей, например. Наш – для всех.
Неизвестно, с чем звонит человек. Он может позвонить с покупкой платья, а потом выяснится, что у него куда более серьезная история. Консультанту телефона доверия необходимо обладать стрессоустойчивостью, толерантностью, умением слушать. Да, многому можно научиться, но природная эмпатия встречается не у всех – это какое-то врожденное свойство. Наша работа обычно сводится к одному разговору по проблеме, и он направлен на поддержку в конкретном моменте и на информирование о подходящих организациях.
Принцип работы: кто передо мной – с тем я сейчас. Люди звонят из события, и это довольно стрессовая штука – мы не знаем, кто позвонит в следующую секунду, и в данный момент мы должны быть с этим человеком.
– Как можно словом за полчаса обезболить и вывести человека в другую реальность?
– Не только словом, отношением. Важно, как консультант относится к позвонившему. Именно отношение дает терапевтический эффект. Ты присоединяешься к человеку. Тут есть тонкая вещь: перегиб, переприсоединение тоже плохо. Если консультант сливается с другим человеком, он уже не может ему помочь
Человек на мосту — что можно сделать
– А можете посоветовать, как стать «телефоном доверия» для близких? Вот как быть, если горе у друга? С одной стороны, страшно побеспокоить в тяжелую минуту, с другой – хочется помочь.
– Во-первых, сам помогающий может позвонить по телефону доверия, где выслушают и помогут помочь, если можно так выразиться. Во-вторых, важно не применять шаблонов в поддержке, как например, фразы: “Будь сильным, ты справишься, все будет хорошо. Возьми себя в руки, перестань, отвлекись”. Никакого повелительного наклонения! Важно просто быть с человеком, тут много говорить не надо. Нужно, чтобы говорил тот, кто переживает горе. Обычно помогающий сам начинает много говорить, потому что ему самому страшно, он растерян. Таким образом его чувства: тревога, страх, мешают выражению чувств другого. Ему надо самому справиться со своими чувствами, иначе он не сможет помочь.
Заботясь о том, кто переживает горе, лучше не торопиться предпринять что-либо. Важно перестать хотеть от человека изменений. «Успокойся и пойди на работу!», «Перестань лежать и плакать!» Это неправильная реакция. Быть с человеком физически и внутренне — надо, ждать, чтобы он и его состояние изменились — нет. Эмпатия означает чувствовать вместе с человеком, но не вместо него.
– А как это возможно, если у тебя нет подобного опыта? Если у друга умер кто-то близкий и любимый, а у тебя никто никогда не умирал?
– Это возможно, потому что у любого человека есть хоть какой-то опыт утраты, пусть даже на разном уровне. Потеря любимого животного, значимой вещи, опыт разрыва отношений с близким другом – все это важный опыт. Мы учим консультантов разговаривать на языке чувств. Потому что чувства — это то, что есть у нас всех независимо от возраста, развития, положения. Все чувства есть во всех людях.
Вот, например, у нас сидит девушка-студентка на телефоне доверия, а ей звонит умудренный опытом профессор университета с большими знаниями в области психологии. Как ей с ним разговаривать? Как найти контакт? Неважно, где и кто мы в жизни, но язык чувств нас делает равными. Кроме того, есть техника активного слушания, когда ты слушаешь, но не молчишь: уточняющие вопросы, повторение с перефразированием, открытые вопросы, разделенное молчание.
– Если говорить о критических ситуациях, почему люди бояться помогать? Я была свидетелем, как взрослый мужчина отказался даже подойти к человеку за перилами, потому что опасался, что тот прыгнет, и в этом обвинят его, случайного прохожего.
– Это вопрос ответственности и так называемого спасательства, что тоже относится к теме ответственности. Ни один человек не может нести ответственность за жизнь другого. Это трудный для принятия фактор. Поэтому я не могу осудить этого мужчину.
Знаете, что самое страшное для консультанта в суицидных звонках? В большинстве случаев мы не знаем, чем заканчивается история.
– Имеют ли место такие ситуация, когда консультант мог быть повести разговор лучше, эффективнее и этим изменить исход?
– Нет. Но понятно, что ошибки есть у всех. Нет никакой гарантии, и все мы люди. Важно, и это касается в том числе и консультанта телефона доверия, иметь мужество совершать ошибки. Ответственность за человека, который решил покончить с собой, консультант не может брать на себя, но он делает все, чтобы помочь. При таких звонках он мобилизуется и выполняет свою работу по максимуму. Очень важно больше говорить «я», а не «ты», например, «я слышу, как вы испуганы», «я чувствую вашу боль и отчаяние». И снова повторю: важно, чтобы больше говорил тот, кто позвонил.
– Вернемся к критическим ситуациям и нашему возможному участию в них. Если нет никаких телефонов, есть я, ночь, мост и человек на нем. Моя цель – чтобы он не прыгал. Моя речь может как столкнуть, так и вытащить. У меня есть 5-10 минут. С чего мне начать? Как себя вести?
– Основная задача – создать контакт. Это, как «люби Бога и делай, что хочешь». Если есть настоящий качественный контакт – можно говорить все, что хочешь, свободно. Можно спросить, как он себя чувствует, что он собирается делать, не хочет ли он прыгнуть. Не обращаться с новым знакомым, как со стеклянной колбой, а выражать все свои чувства, не оценивая его. Обычно люди боятся вмешиваться, но можно и важно говорить о текущем суициде.
– Как Леонардо Ди Каприо в «Титанике» объяснял Кейт Уинслет, что вода ледяная, когда она собралась прыгнуть с борта корабля?
Как запускается механизм неверия в себя
– Эмпатия по отношению к себе, любовь к себе, вера в себя – это понятия одного порядка. Сколько вещей мы не делаем, потому что думаем, что не можем. Как запускается механизм неверия в себя?
– Это так или иначе родительские послания. Кроме этого, школа, общество закладывают способность верить или не верить в себя и свои возможности…
– Веры в ребёнка много не бывает?
– Я сейчас открою вам свои профессиональные секреты. В своей работе я придумала такую основную линию и придерживаюсь её во всех вопросах. Это высказывание Игнатия Брянчанинова: «Всё, что сверх меры, – то от лукавого». Можно недо-, но можно и пере-. Ребенку может быть много. Запускается нарциссическая модель, ребенок идет в школу и думает, что он самый крутой. Выясняется, что это не так, и начинаются эмоциональные качели.
– Как быть взрослому человеку? Что делать с уже сформировавшимися страхами и неверием в себя?
– Сейчас много говорят о том, что надо быть в себе уверенным, что ты все можешь и со всем справишься. Как это может быть? Я не знаю. Это перегиб. Очень часто взрослые люди бывают не уверены в себе. Более того, слишком уверенные вызывают у меня ощущение небезопасности. Умный человек всегда немножко сомневается, в том числе, и в себе. Речь идет о так называемой здоровой неуверенности. Необходимо разрешить себе неудачу, обладать некоторой мерой сомнений. Кроме того, нужна обратная связь от других людей.
Если несколько близких людей пытаются сообщить тебе о твоих страхах, стоит задуматься. В конечном счете, мы можем выйти на сложный вопрос: кому верить? Себе или другим? Мне кажется, важно верить себе, но не обесценивать обратную связь и мнение других. На сигналы из внешнего мира стоит реагировать. Но тут снова важна мера. Реагировать на каждый сигнал – разрушишься. Совсем не будешь реагировать — уйдешь в аутизацию.
Монстры в нашей голове
– Монстры в нашей голове способны качественно менять жизнь. Многие, например, даже получив права, кладут их на полку, так как боятся водить машину. Почему?
– Страх водить машину связан с тем, что у нас творится на дорогах. Думаю, в Европе женщины не боятся водить машину. Ну и, может быть, нет мотивации, чтобы водить? Многие вещи приобретаются с опытом. Любой начинающий водитель испытывает тревогу и неуверенность. Как и любой начинающий родитель, любой начинающий консультант телефона доверия, выходя на первый звонок, умирает от страха. Когда ребенок делает первые шаги, он делает их очень неуверенно и много падает. Мне кажется, это нормально.
– Получается, страхи нас ограничивают?
– У страхов есть полезная функция. Они ставят нам границы и защищают от опасности. Но могут и здорово мешать. Говорят, на страх нужно идти. Побег от страха не понижает страх. Но мы, конечно, не про медведя в лесу сейчас говорим. На медведя идти не надо. Но когда это более тонкие страхи, которые касаются карьеры, отношений, смерти… Если мы не избегаем говорить о смерти, не запрещаем себе думать, размышлять, читать, разговаривать, то скоро заметим, что страх очень сильно понизился, а то и вовсе исчез. И это касается любых вещей. Страхи важно не прятать и не игнорировать, а говорить о них, как, кстати, и о других чувствах.
– Если ребенок боится чудовищ в шкафу, можно предложить поговорить о них?
– Да. Поговорить, описать, нарисовать, рассказать. Проявить поддержку: «Если что, я защищу тебя, я с тобой».
– Если я боюсь где-то работать, потому что кажется, что я не дотягиваю, что мне делать? Стремиться туда? Идти на свой страх?
– О своих страхах и сомнениях важно с кем-то поговорить. Это первое, что стоит сделать. Потом пробовать приблизиться к желаемой деятельности.
Неправильная позиция: для того, чтобы что-то делать, не надо этого бояться. Можно бояться и все равно делать.
И это иллюзия, что люди, которые работают в кризисных службах, скорой помощи, МЧС, не боятся. Ничего подобного. Страхи есть у всех людей. Просто можно бояться и делать, преодолевая страх, а можно бояться и не делать.
Зона внутреннего одиночества
– Чем отличается тревога от страха?
– Страх – конкретен, например, боязнь насекомых, смерти. Тревога – это когда объект нашего страха неясен, он в будущем, он нами придуман и так далее. Тревога состоит из комплекса чувств. И часто не все из них ощущаются явно.
– А если говорить о страхе боли? Мозг может ставить ловушки, заслоны? Что вот, мол, если о проблеме не говорить, то ее и нет. В жизни разверзается бездна, гангрена: гниющие отношения, опротивевшая работа, но мы предпочитаем жить, как ни в чем не бывало. Почему?
– Этот защитный механизм называется отрицание. Так психика защищается от непереносимой боли. Защищаясь от нее, мы оказываемся неспособными видеть реальность, вытесняем некоторые факты из сознания, забываем — и как будто этого нет. Механизм вполне функциональный, встречается часто, может работать до самой смерти. Но он действует разрушительно на личность человека. Это невроз, он забирает силы.
– Когда мы проживаем горе, нас лечит время? Или мы можем встрепенуться и быстро вылечить сами себя?
– Работа горя действительно совершается во времени. Не люблю этих слов, но в каком-то смысле, горе действительно нужно проживать правильно. Большинство людей, конечно, этого не умеют.
Важно не загонять все внутрь, не замыкаться, не изолировать себя, не создавать фасад человека, у которого все хорошо и которого ничто сломит. Признаться себе и окружающим, что случилось беда, что плохо, плакать и горевать. Иногда людям стыдно выражать свои чувства, и они попадают в вилку завышенных ожиданий.
Есть такая теория, называется “Зона внутреннего одиночества”, ее разработал психотерапевт Александр Палей. Она про то, о чем человек никогда не говорил. Чем больше в нас этих зон внутреннего одиночества – тем выше невроз. Если есть какие-то тайны, которыми мы никогда не делились, не высказывали, не проговаривали, — это создает невротический фон. Я не говорю о том, чтобы быть нараспашку. Здесь снова важна мера. Важно найти форму – кому рассказывать о своем внутреннем, в какой ситуации, как. Это гигиена внутреннего душевного состояния человека. Одна из ее форм – телефон доверия: анонимно, конфиденциально.
– Может ли помочь религия и в чем?
– Конечно. Любая религия выставляет человеку границы дозволенного. Это необходимо. Если все границы будут размыты, тревога у человека начнет зашкаливать. Почему сейчас очень много тревожных расстройств? Я думаю, одна из причин в том, что расплываются все границы. Все можно, непонятно, что нельзя, нет никаких правил. Человек свободен. Чем больше свободы – тем больше тревоги. Если представить себе мир без правил и законов, все свободны и делают что хотят, – это психиатрический мир. Снова скажу: «Всё, что сверх меры, – то от лукавого», поэтому в свободе и безграничности тоже должна быть мера. Её и задает религия.
Письма из бана: как я работала на телефоне доверия
В нашем городе таких как минимум три, на одном из которых я работала в силу того, что на кого-то это надо было спихнуть. На меня и спихнули. Только надо было еще написать программу, приложить примеры скриптов и тот самый сертификат – заставили пройти обучение. И выделили под это дело 0,25 ставки. Это примерно 2 часа в день работы, минус выходные, итого 2500 в месяц.
Первое мое знакомство с ТД было много лет назад, когда у меня была «острая» клиентка и я пыталась предупредить службы города в час ночи, что человек хочет покончить с собой. Полиция спросила адрес, которого я не знала, от телефона и ФИО они отказались и посоветовали мне самой утром съездить в психушку. МЧС повторило скрипт полиции. В психушке больше интересовались мной, чем тем, что я пыталась сказать и спросить, что мне делать. У меня просили возраст, попытались узнать – по анонимному-то телефону – где я работаю (это первое, что спросили после возраста), а также как меня зовут и где я живу. Когда я спросила, зачем, мне ответили – для статистики. Я пыталась объяснить, чо это не у меня дома человек пытается покончить с собой, но мне сказали, что утром я должна уговорить этого человека приехать к психиатру, а нет, не утром… просто уговорить ЗАПИСАТЬСЯ к психиатру на прием. Я о***а и трубочку положила.
И вот – я дипломированный психолог, который работает на телефоне доверия от социальной службы. Я прошла обучение на 16 часов, мне дали бумажку, отдел кадров ее отксерил и прикрепил в делу. Мне выдали задачу – написать программу, придумать показатели и не забыть сделать буклет – самой, в фотошопе лучше, но если совсем никак, то можно и в Ворде – о том, как полезно звонить на телефон доверия.
Сидела я в кабинете из шести человек, каждый из которых решал какие-то свои задачи, к нам кто-то постоянно заходил, звонили другие телефоны, у меня были другие дела, но вот – звонок.
— Алло, телефон доверия, здравствуйте.
И понеслось… Звонки, которые записываются, но которые анонимны. Зато если человек суициднится, его звонки пробьют и мою работу проверят – оказала ли я поддержку и почему недостаточную? Такое было, слава богу, не в мою смену и слава богу, что на телефоне тогда сидела не молоденькая девочка, а очень опытный психолог, которой опыт больше пригодился писать объяснительные, чем в помощи звонившему. Если человек хочет спрыгнуть с крыши и готовился к этому последние несколько месяцев, отговорить его практически нереально. Да и незачем порой. Тот, который спрыгнул (или под машину кинулся, я так и не поняла), болел раком и страдал от болей. Но всем же по*р, что у нас х**ое обезболивание онкобольных, а вот почему вы его не отговорили – это дааа, это давайте писать и совещания собирать.
— Телефон доверия, здравствуйте.
— Здравствуйте, меня парень бросил
Думаю: слава богу, не мама умерла.
— И вы очень расстроены?
— Что мне делать дальше?
— Вы растеряны? Это только что случилось?
— Нет, уже неделя, я места себе не нахожу, из дома выйти стыдно.
— Все буду пальцем показывать.
— А кого вы имеете в виду?
— Да, он же из моего класса.
-Хм. Он просто расстался с вами или еще как-то насмехается?
— Да, рассказывает всякое…
*Мамочка. Парень, как вариант, поматросил и бросил, девке в школу ходить, явно не пятый класс, а я должна по телефону ее успокоить и наметить какой-то выход из тупика?! С***а… Ладно, я ж психолог, буду по ситуации.
— Что вас задевает больше всего?
— Говорит, что я скучная.
— А кто вам передал его слова?
— Вы ей доверяете, он правда так говорил?
— То есть он не оскорбляет вас, не распускает сплетни, а просто выразил свое отношение к ситуации, объяснил причину расставания довольно неприятным для вас словом?
— а как долго вы были вместе?
— Месяц. (мда, срок… но в этом возрасте это СРОК)
— Вы успели его полюбить, строили планы?
-Нет, мы просто гуляли.
— А как он в это время к вам относился?
— Тоже планов не строил на будущее?
— Можно ли ваши отношения назвать больше дружескими?
— Да, наверное. Мы сексом не занимались.
*слава тебе, господи
— Вы скучаете по нему?
— Как по другу или как по парню?
— Ну я думала, он мой парень.
— Вы говорили, что вы пара?
— Ну нет, но все так думали.
— Ну да, все так думали, но вы же им не обещали, что будете встречаться с ним долго или выйдете за него замуж, например. Это были только их мысли на вас счет, они сами что-то придумали.
— А ваша подруга, вы давно с ней не гуляли из-за парня? Как его зовут?
— Не скажу, эт же анонимно.
— конечно. Так давайте вернемся к подруге. Вы давно с ней не гуляли?
— Может быть, стоит с ней погулять немного?
— А как в школу ходить?
— А как же в нее не ходить. Можно и поменять, конечно. Только вот скажите, были ли у вас в классе или школе уже такие случаи – ребята расстались, но в школу ходят?
— А у ваших знакомых есть родители в разводе? Они как себя ведут после расставания?
— Ну, так это родители.
— Совершенно верно, они и жили вместе, и общего за много лет больше. Или вот возьмем Дженнифер Эннистон и Бреда Питта. Долгое время даже в одном помещении не находились, а потом ничего, смогли. Привыкли.
Ой, думаю, тетя Даша…
— Ну, звезды Голливуда, были женаты, потом разошлись.
— А… Это как ХХХ и УУУ? (называет каких-то совершенно неведомых мне людей)
— Ну да, они справились.
-А ведь на них смотрел целый мир!
— Если бы ты пришла в школу, как думаешь, что бы кто тебе сказал?
— Ты же понимаешь, что люди бывают жестокими и любят провалы других.
— Что бы ты могла им ответить? И стоит ли отвечать?
— Конечно. Разве это друзья, если посмеются? А если не друзья, то стоит ли переживать?
— Смотри, а что значит «скучная». Что он имел в виду, стоит ли подумать, как стать веселее или просто найти товарища, которому с тобой не будет скучно. И вообще – может, это он сам скучный? Ты же не должна его развлекать?
— Ну да. Он сам скучный, думал, что я буду придумывать что-то, а мне не хотелось.
— Ну вот. Может быть, он решил первым расстаться, чтобы не оказаться брошенным самому?
— Ну вот. Еще хочешь поговорить?
— Алло, телефон доверия.
К счастью, именно таких звонков все-таки большинство.
человек хочет спрыгнуть с крыши и готовился к этому последние несколько месяцев, отговорить его практически нереально.
А зачем они вообще звонят? Типа предупредить о скором возникновении кровавого месива у такого-то адреса?
Был у меня негативный опыт обращения по телефону доверия, когда был особо острый период. После того момента даже не думаю о телефонах доверия, хотя иногда ужасно хочется выговориться какому-то незнакомому человеку.
я бы за 2500 мог свое начальство только на. уй послать и то доплаты бы попросил, а тут люди работают с психически неуравновешенными людьми.
Главное не вспоминайте, что сечин зарабатывает в день несколько миллионов рублей, а то сами себе звонить начнете.
И везде могут работать только – внимание! – люди с высшим психологическим образованием + прошедшие специальную подготовку, т.е. имеющие бумажку о том, что, мол, знают, как работать с человеком именно по телефону.
В свое время мне помогли в телефоне, еще был проводной. 20 лет назад. Незнаю, что случилось, какая-то паника ужасная. Спасибо, всем, кто помог.
Искренне считаю что психологом нужно родится или иметь природные зададки, а для пограничного состояния человека, вообще нужно быть универсальным психологом. Очень много всяких тонкостей и знаний, которые зависят даже от тона, слов и умения предвидеть дальнейшее развитие разговора и умело изменять ход общения «по ситуации» или предвосхищая из возможных вариантов только подходящий к данному случаю или личности.
А для «тупиковой» или «пиковой» ситуации позыва к суициду, вообще нужны знания психотерапевта, что должно и есть в одном лице у человека ТД.
Случайный человек без наития к этой профессии и чисто «механически» по скрипту из доп.курсов будет иметь меньший процент спасенных.
ТС не примите вышесказанное на свой счет) у вас точно зададки психолога есть и есть призвание.
Это всё я к чему или к тому, что писал это не «повыпендриваться», типа мы тоже «не лыком шиты», сам не люблю таких типажей с детства.
А к тому, что вся жизнь кувырком и грамотный психолог был не доступен, как и служба доверия и доверие к ней же) Кто там сидит?
Пришлось самому «постигать» азы многогранности души и ума.
Благодаря природным «зададкам» и еще кое чему все «ребусы» или как модно «пазлы», сложились в единую стройную картину сего миросуществования
Конечно это «неприлично» когда ты выпадаешь из «общего стада» и тем более «кичишься» этим.
Но как бы хотелось пообщаться с человеком «психологом» который
работает не по шаблонам и избегает стереотипы мышления.
Но таких наверно нет вотчине или один на миллион обычных.
Балин) Остапа понесло ® 😀
ТС, а можно с вами пообщаться приватно?
О тяжёлых жизненных ситуациях
Созависимость и контрзависимость
Поиск одобрения извне
Есть какие то техники работы с этим? можно как то проработать самому?
Обычно помогало выговориться но с таким никому не доверишь.
Если пост был такой- тыкните, плиз.
Истории клиентов. История третья
Бабушка лежала 5 лет! И пять лет ответственность была на этой «ни к чему не годной девочке».
Знакомая встретила. На фабрику устроила. Общежитие дали. Вышла замуж. Родила двоих сыновей. Квартира есть. Дети выросли. А ощущение никчемности осталось. Особенно, когда дети из дома ушли в самостоятельность.
Вот такой анамнез. Любите детей такими, какие они есть, без всяких условностей. Не за хорошие оценки. И вас они тогда тоже будут любить без условностей. Даже с болезнью Альцгеймера.
Истории клиентов. История вторая
Я рассказываю истории своих клиентов. Я психолог. Ещё раз хочу напомнить, что все истории реальны, написаны с разрешения самих клиентов. Спасибо всем, кто прочёл,откликнулся, прокомментировал и дал добро на следующий пост.
История, которая случилась в моей практике довольно давно, но оставила свой след в моей памяти, как наиболее трагическая и трогательная одновременно.
История этой семьи оказалась достаточно трагичной. Бабушка и дедушка имели двух дочерей. Разница между ними была 2 года. Старшая, умница и красавица, с золотой медалью окончила школу, поступила в институт, вскоре вышла замуж и отправилась вместе с мужем в свадебное путешествие на юг. По возвращению у неё обнаружили онкологию. Сгорела буквально за полгода.
Младшая, менее успешная, но не менее любимая, после школы почти сразу вышла замуж. У них с мужем родилась девочка. Муж оказался наркоманом. Туда же со временем затащил и жену. Родители догадывались о проблеме, но как это часто бывает, не хотели в это верить. Наркотики набирали обороты, дочь и зять становились всё более неадекватными, девочка переехала жить к бабушке с дедушкой, лишь на выходные её забирали мама с папой.
Не знаю, какие силы небесные подтолкнули дедушку в этот же день поехать к дочери. Картина, которая пред ним предстала, думаю, ясна.
Бабушка с дедушкой забирают мальчика и воспитывают этих деток, уже двоих. Мальчик, к счастью, родился здоровеньким, без видимых отклонений.
Как жить? Как пережить? Страх повторения судьбы дочери для внучки не даёт покоя. Бабушка уходит в религию, внучка с ней, конечно. Выбора у неё нет. Бабушка учит смирению и всепрощению.
