аэродром кубинка история аэродрома
Аэродром Кубинка в конце 1930-х – начале 1940-х годов
Аэродром Кубинка ныне широко известен благодаря знаменитым авиационным группам высшего пилотажа «Русские витязи» и «Стрижи», базирующихся на нем. А история этого аэродрома началась в уже далеком 1932 году. Послевоенная история аэродрома и авиационных частей, базировавшихся в Кубинке, широко освещена в ряде печатных изданий и на страницах сети Интернет. Однако о создании и строительстве этого аэродрома в предвоенные годы до сих пор мало что известно.
Заинтересовавшись этой темой, я на протяжении последних десяти лет активно посещаю музеи и архивы, встречаюсь с ветеранами и старожилами Кубинки, общаюсь с энтузиастами, которые также не равнодушны к истории этого знаменитого аэродрома. В результате этой работы и при активной помощи единомышленников Георгия Лысенко и Сергея Исаева удалось собрать большой объем материалов и информации. Работа продолжается, но мне хотелось бы вынести на суд любителей истории отечественной авиации фрагмент рассказа Павла Ивановича Маложена, ветерана 121-го авиаремонтного завода (121 АРЗ), который был свидетелем появления и развития аэродрома Кубинка.
Рассказывает Павел Иванович Маложен:
В 1937 году, когда мне было 10 лет, наша семья приехала с Украины в село Покровское под Звенигородом, где отец устроился работать в совхозе. Мать была домохозяйкой, а я учился в средней школе. На лето того года отца перевели в другое отделение совхоза в Гарь-Покровское у деревни Татарки (возле современной ж/д платформы Петелино). Там, в новой школе, я проучился до ноября 1937 года и потом по снегу на лошади мы всей семьей переехали в село Никольское, где и остались жить. Отец устроился работать лесником в Кубинское лесничество, а я продолжил учебу в местной школе, потом перевелся в Кубинскую.
Каждый год летное поле аэродрома бороновали с использованием лошадей и потом засевали пыреем и тимофеевкой. На аэродроме часто проходили парашютные прыжки. Помню, как однажды, парашютист приземлился в огороде сельского дома. Летный состав авиачасти проживал в основном в домах жилого городка, а остальные военнослужащие (технический состав) в близлежащих деревнях: Никольском, Чапаевке и Кубинке, и за ними ездили машины.
Из построек на аэродроме находились: большой ангар, два навеса под самолёты, здание штаба (ныне – здание технического отдела 121 АРЗ), склады. Жилой городок состоял из двух кирпичных двухэтажных домов (ныне существующих), двух бревенчатых двухэтажных домов (один из них сгорел во время войны), одного щитового двухэтажного дома, одного рубленого двухэтажного дома (сгорел во время войны), деревянного штаба (на месте современного магазина), деревянного клуба (на месте современного СКДЦ «Полет»). На месте ныне существующей старой водонапорной башни стояла другая, кирпичная, но ниже. Недалеко от пруда в районе современного магазина «Пятерочка» (бывшая территория строительной части в/ч 54617) находилось 5-6 бараков 14-го участка военно-строительных работ (14 УВСР), работники которого занимались строительством зданий и сооружений сначала на старом аэродроме и в Старом городке, а затем и на новом аэродроме, и в Новом городке. Район, где располагались бараки, так и назывался – 14-й участок. В Новый городок рабочих возили на машинах. Среди строителей было много приезжих из других регионов Советского Союза, например, из Смоленской области.
Родился 21 января 1926 года в селе Жукля Черниговской области УССР. В 1937 году вместе с семьей переехал в село Никольское Звенигородского района.
В мае 1942 года после окончания средней школы устроился работать в 151-ю стационарную авиационную мастерскую, в/ч 30009 (Старый городок) учеником слесаря, спустя три месяца был присвоен 1-й разряд слесаря по ремонту самолетов. Последовательно прошел ступени слесарной карьеры: с 1-го по 5-й разряд.
4 мая 1947 года был переведен в 55-е стационарные авиаремонтные мастерские (55 САМ, в/ч 35550) слесарем 5-го разряда, которые 15 октября 1957 года были переименованы в в/ч 13806 (121-й авиаремонтный завод, 121 АРЗ). 31 марта 1961 года переведен контрольным мастером 1-й группы в/части 13806, которая в марте 1994 года была официально переименована в 121 АРЗ. Трудовую карьеру закончил 2 апреля 1995 года в должности контролера сборочно-монтажных и ремонтных работ 5-го разряда 121 АРЗ.
За время работы принимал участие в ремонте и обслуживании самолетов: У-2, И-16, Як-1, ЛаГГ-3, МиГ-3, Пе-2, Ту-2, Ил-2, Ил-10, Spitfire, Hurricane, P-39 Airacobra, P-63 Kingcobra, Ил-28, Як-15, МиГ-15, МиГ-17, МиГ-19, МиГ-21, МиГ-23, МиГ-29.
За добросовестный труд имеет десятки поощрений: благодарности, денежные премии, занесение на доску почета и в книгу почета 121 АРЗ, присвоено звание «Лучший контролер».
Проживает в поселке Старый городок Одинцовского района Московской области.
На месте современного цеха испытаний двигателей 121 АРЗ, находились два-три деревянных барака для заключенных, строивших новый аэродром и Новый городок. Один из бараков был женский. Бараки, огороженные колючей проволокой, охранялись. До места строительства заключенные ходили пешком под конвоем.
Однажды на старый аэродром приезжали землемеры, которые снимали замеры с летного поля аэродрома. Я нанялся к ним на работу: за рубль в день переносил и держал вешки. В 1938 году для строительства нового аэродрома начали корчевать часть леса под названием «Подрябинки» (территория от современного большого стадиона Нового городка до ТЭЧ ЦПАТа), в основном состоящего из берез и рябин. Изначально на новом аэродроме была одна небольшая грунтовая ВПП и большой кирпично-деревянный ангар (ДАРМ). На старом аэродроме в это время базировались самолеты следующих типов: У-2, УТ-2, И-15, И-16 (предположительно из 11-го и 24-го истребительных авиаполков. – Прим. В. Савченко).
Позже, немцы захватили Криуши и продержались там 3 дня (точную дату, когда это произошло, сказать затрудняюсь). Также захватили Пронское, но через 4 часа наши войска выбили немцев, после чего они отступили в сторону Троицкого и Власово. Когда наши войска освободили Криуши, то деревню сожгли, чтобы немцы ее опять не заняли.
В период наступления немцев, за Никольской больницей на поле часто выезжали «катюши», давали залп в сторону Троицкого, Власово и Москва-реки и сразу же уезжали. Пару раз противник обстреливал Старый городок и аэродром (скорее всего из миномётов) из артиллерии со стороны Троицкого. Вражеская авиация в основном бомбила Чапаевку, станцию Кубинка и новый аэродром. Старый аэродром не трогали.
Командиром 151 САМ был капитан Шинаих, который все время носил на плече немецкий автомат (говорили, что он был фином по национальности). Комиссаром являлся старший лейтенант Обухов, начальником штаба – майор Леонов, начальником оружейного цеха – капитан Жидков, начальником моторного цеха (по ремонту моторов М-11 и М-105) – Соколов Сергей Николаевич, начальником 1-го самолетного цеха – старший лейтенант Вихрев. После Шинаиха командиром мастерских назначили капитана Ермакова.
Одно время мастерская была приписана к истребительному полку, базировавшемуся на новом аэродроме, и нам приходилось каждый день туда ходить пешком и прямо на местах (в капонирах и на летном поле) ремонтировать самолеты. Позже самолеты ремонтировали в ангаре.
Во время войны нам выдавали по 650 грамм хлеба в день на человека, а кто курил, тот получал еще и махорку. В столовой мастерской работала пожилая женщина со своей дочерью. В здании, где сейчас техотдел, была небольшая комната – это и была столовая. Обедать ходили небольшими группами, так как всех сразу столовая принять не могла. На обед в основном давали «болтушку» – в воду замешивали муку и кипятили. Иногда в нее добавляли небольшое количество картофеля.
В 1942 году на старом аэродроме обучали курсантов молодых летчиков на самолетах У-2, затем их распределяли по строевым частям. В 1942-1943 годах, когда в мастерской в основном работали гражданские, нам выдали винтовки, и мы ходили в караул (охраняли территорию мастерских). После караула домой не возвращались, сразу шли на работу.
В феврале-марте 1944 года к нам приехал некий капитан Наринский. Походил, посмотрел мастерскую и уехал. 30 апреля 1944 года к станции Кубинка подогнали состав из нескольких железнодорожных вагонов, в который погрузили работников ремонтных мастерских в/ч № 30009 с вещами и отправили на станцию Сейма Горьковской области. А 10 мая 1944 года на место мастерских из Иваново передислоцировались 55-е САМ (в/ч 35550), командиром которых являлся тот самый капитан Наринский.
Позже на старый аэродром перебазировался запасной авиационный полк на американских самолётах «Аэрокобра». Самолётов было много, и они были расставлены по всему аэродрому. Мы осуществляли клепку этих самолетов – усиливали фюзеляжи. Под конец войны все «Аэрокобры» перебазировали в Мары на хранение. После этого старый аэродром не использовался по прямому назначению, а на его месте остались только мастерские, позже переформированные в 121 АРЗ (в/ч 13806). После войны отремонтированные самолеты для облета таскали из мастерских на новый аэродром на металлических листах по дороге, которая проходила чуть левее современной бетонки от 121 АРЗ к ЛИС.
История Кубинки, статья Сергея Исаева
В середине 1930-х годов недалеко от железнодорожной станции Кубинка, в нескольких километрах от характерной излучины Москвы-реки, являвшейся хорошо заметным с воздуха ориентиром, был построен аэродром Кубинка, на котором с 1935 года базировался 82-й отдельный авиационный отряд.
В 1938 году на этом аэродроме стали дислоцироваться только что сформированные авиаполки – 11-й и 24-й истребительные, вошедшие в 1939 году в состав 2-й истребительной авиабригады. В 1940 году 11 иап проводил в Кубинке войсковые испытания нового истребителя Як-1. 7 ноября 1940 года пятерка Як-1, ведомая командиром полка полковником Когрушевым Г.А., продемонстрировала эти новые истребители во время воздушного парада над Красной площадью.
В первые дни после начала Великой Отечественной войны московская зона ПВО была поделена на секторы. Базовым аэродромом западного сектора стал аэродром Кубинка, на котором продолжал базироваться 11-й истребительный авиаполк на самолетах Як-1, вошедший в состав 6-го истребительного авиакорпуса ПВО, разместились штабы и ремонтные базы.
Осенью 1941 года истребители 11 иап неоднократно вылетали на штурмовку наземных войск противника. Когда линия фронта вплотную приблизилась к Кубинке, полк перебазировался на Центральный аэродром Москвы. 1 декабря ударная группировка 4-й полевой армии вермахта прорвалась на стыке 5-й и 33-й армий Западного фронта и двинулась на восток. На подступах к кубинскому аэродрому бойцы частей 5-й армии и 643-го батальона аэродромного обслуживания смогли остановить наступающего противника. В этот период командир 643 бао майор Максимов А.М. взял на себя роль своеобразного координатора действий авиации в интересах 5-й армии, штаб которой находился в одном из аэродромных зданий.
В январе 1942 года после первых успехов советского контрнаступления под Москвой на передовом аэродроме Кубинка стали базироваться 122 иап, 173 бап и 65-я отдельная авиационная эскадрилья. Истребители МиГ-3 122 иап прикрывали конников группы генерала Белова П.А., действовавших в тылу противника, сопровождали транспортные самолеты, обеспечивали ПВО железной дороги. Систематически наносили бомбовые удары по противнику экипажи 173 бап и 65 оаэ.
В 1943 году в Кубинке базировался 48-й гвардейский авиационный полк дальней разведки, выполнявший задания по стратегической разведке в интересах Верховного Главнокомандования, в 1943-1944 годах – базировался 565 иап ПВО. В июне 1944 года в Кубинке был сформирован 1-й чехословацкий истребительный авиаполк. В декабре 1944 года управление и части 7-й воздушной армии были выведены с фронта в резерв Ставки Верховного Главнокомандования и почти год находились на территории Московского военного округа (МВО), в том числе и на аэродроме Кубинка.
В ноябре 1945 года управление 7-й воздушной армии убыло в другой округ, а части, входившие в состав ВА, остались в подчинении ВВС Московского военного округа. В начале 1946 года в состав ВВС МВО входили: 324-я истребительная авиационная Свирская Краснознаменная дивизия (29-й гвардейский, 195, 196 и 197 истребительные авиаполки), 176-й гвардейский Проскуровский истребительный авиационный полк, 5-я гвардейская штурмовая авиационная Запорожская Краснознаменная ордена Суворова дивизия (93, 94 и 95 шап) и 56-я бомбардировочная авиационная Бреславская дивизия (45, 173 и 244 бап).
Во второй половине 1940-х годов аэродром Кубинка был одним из многих подмосковных военных аэродромов и интенсивно использовался при подготовке к регулярным воздушным парадам над Москвой. В этот период в Кубинке постоянно дислоцировался 29-й гвардейский Волховский истребительный авиационный полк, а с лета 1948 года – и 196-й истребительный авиационный полк. Эти авиаполки входили в состав 324-й истребительной авиационной дивизии, штаб которой также находился в Кубинке. Командиром 324 иад в 1947-1949 годах был Герой Советского Союза полковник Чупиков Павел Федорович, которого позднее сменил Герой Советского Союза подполковник Луцкий Владимир Александрович.
В феврале 1949 года 29-й гвардейский истребительный авиаполк, которым в то время командовал майор Астахов Сергей Иванович, первым в ВВС получил новые самолеты-истребители МиГ-15 производства Куйбышевского завода № 1 и приступил к их освоению. Летчики 29 гиап параллельно с войсковыми испытаниями МиГ-15 стали готовиться к участию в воздушных парадах на новой авиационной технике и 1 мая 1949 года впервые продемонстрировали над Москвой 45 новейших истребителей МиГ-15.
В начале февраля 1950 года летный и технический состав 29 гиап под командованием Героя Советского Союза полковника Пашкевича Алексея Васильевича был поднят по тревоге и в обстановке секретности был срочно направлен «в правительственную командировку» в Китайскую Народную Республику. Самолеты МиГ-15 были оставлены в Кубинке. Личный состав 29 гиап, прибыв в Китай, вошел в состав советской 106-й истребительной авиационной дивизии. Полку была поставлена задача прикрыть с воздуха от ударов гоминьдановской авиации город Шанхай. За время пребывания в Китае летчики 29 гиап сбили 2 самолета противника. В ноябре полк был переброшен на аэродром Аньшань с задачей прикрыть с воздуха северную Корею, где воевал уже с американцами до конца января 1951 года, сбив в воздушных боях 37 самолетов противника. Свои потери составили 4 летчика. После возвращения из Кореи 29-й гвардейский иап вошел в состав 25-й истребительной воздушной армии ПВО Ленинградского района, где продолжил службу до своего расформирования в конце 1960-х годов.
В начале 1949 года 196-й истребительный авиационный полк под командованием Героя Советского Союза подполковника Шишкина Александра Павловича получил приказ срочно освоить новый истребитель Ла-15 и принять участие в Первомайском параде на новой машине. Всего за 26 дней полк переучился на новый истребитель. Одновременно с подготовкой к параду полку было предписано провести войсковые испытания Ла-15. Однако в течение короткого времени в 196 иап на самолете Ла-15 произошло несколько аварий и катастроф. Приказом командования Ла-15 были переданы в систему ПВО, а полк к октябрю 1949 года переучился на МиГ-15, на которых принимал участие воздушных парадах.
После убытия 29 гиап из Кубинки в Китай потребовалось найти замену этому полку в парадном расчете. По всей видимости, по инициативе всесильного командующего авиацией МВО генерал-лейтенанта Василия Сталина, было принято решение перебазировать в Кубинку хорошо ему знакомый 32-й гвардейский иап, дислоцированный в то время в Орле и входивший в состав ВВС ПВО. В феврале 1950 года 32-й гвардейский Виленский истребительный авиационный полк был переведен в Кубинку и вошел в состав «парадной» 324 иад. В Кубинке командиром 32 гиап был назначен Герой Советского Союза подполковник Сергей Федорович Долгушин. Полк в кратчайшие сроки переучился на МиГ-15 и впервые принял участие в воздушном параде над Москвой 1 мая 1950 года.
Вот как рассказывал о подготовке к воздушным парадам Борис Сергеевич Абакумов, летчик 32-го гвардейского, а затем 196-го истребительного авиаполка, в составе которого старший лейтенант Абакумов воевал в 1951-1952 годах Корее, где лично сбил 5 американских самолетов: «…Вскоре началась подготовка к воздушному параду над Красной площадью в день 1 мая (1950 года – С.И.). Погода в ту весну была очень неустойчивая. Полеты приходилось просто «ловить» и в каждый вылет вкладывать максимум своих сил. Сначала привыкали к видимому положению самолетов, расставленных на земле тройками в парадном строю, запоминали дистанции и интервалы, а потом тренировались в воздухе, в проходе над стартом, где с земли нас снимали на кинопленку. После чего был разбор полетов с показом кинокадров. А тут уж никуда не денешься, все ошибки видны.
Держаться в колонне в последних замыкающих тройках было особенно трудно. Воздух был настолько взбудоражен в хвосте колонны впереди идущими самолетами, что приходилось резко работать рулями, как говорится, от борта до борта, чтобы удержаться в строю на положенном месте. Помнится, что в одном из парадных вылетов я разбил до крови руку, хотя она и была в перчатке. Заметил я это только после посадки. После таких полетов спина обычно была мокрая от пота настолько, что кожаная куртка промокала почти у всех летчиков насквозь, а на форменной военной рубашке оставались пятна от ее коричневой окраски.
Настроение превосходное! Осматриваемся – все в сборе, никто не отстал, не пошел на вынужденную посадку. Такая посадка была бы очень сложной, на крыши домов и улицы Москвы садиться не разрешалось. Единственное место для этого в Москве для этого было пригодно – это только Москва-река, где специально дежурили спасательные катера, а за Москвой – заливные луга в районе Люберец.
В дни праздника Великого Октября маршрут полета оставался прежний, но погода усложняла весь полет. Иногда приходилось наблюдать интересное явление: когда на большой скорости скачки уплотнения влажного воздуха на крыльях и других частях самолета обозначались в виде острых облачных всплесков. Самолет слегка встряхивало и как будто кто-то ударял по нему. Воздушный парад и подготовка к нему в дни празднования Воздушного Флота (в июле или августе – С.И.) отличался от остальных своей праздничной программой и настроением. Тренировались «пилотажники» над аэродромом. Режим в дни подготовки к параду был строгий, никаких излишеств, летный состав в предпраздничные дни был на казарменном положении. Самолеты за три дня до вылета сдавались специальной охране. Аэродром замирал…»
С рассказом ветерана Кубинки Виктора Васильевича Шаркова «Воздушные парады: воспоминания «технаря» о том, как осуществлялась подготовка к воздушным парадам «на земле» можно ознакомиться здесь: http://www.airforce.ru/history/parade/index.htm.
В ноябре 1950 года в авиагарнизон Кубинка прибыл генерал-лейтенант Сталин и объявил 324-й авиадивизии боевую тревогу. Затем в Доме офицеров был собран летный состав, перед которым с краткой речью выступил Василий Сталин: «Требуются добровольцы для оказания интернациональной помощи братским народам Китая и Кореи. Кто не трус – тот поедет». Трусов, разумеется, не нашлось.
В «правительственную командировку» убывала 324 иад в составе двух полков – 176 гиап и 196 иап. 32 гиап, лишь недавно передислоцированный под Москву, оставался в Кубинке.
16 ноября 1950 года авиаполки 324 иад были переведены на штаты военного времени: 32 летчика и 30 самолетов МиГ-15 в каждом полку. 17 ноября приказом Главкома ВВС новым командиром 324-й авиадивизии был назначен трижды Герой Советского Союза полковник Иван Никитович Кожедуб. По фамилии своего командира 324 иад, направляемая в Корею, получила неофициальное название «кожедубовская». Были назначены и новые командиры полков: 176 гиап возглавил подполковник А.С. Кошель, командиром 196 иап стал подполковник Е.Г. Пепеляев. Главной задачей вновь назначенных командиров полков «кожедубовской» дивизии стало переформирование вверенных им частей, которые должны были быть укомплектованы добровольцами из летного и технического состава 32-го и 176-го гвардейских, 196-го истребительного авиаполков. Василий Сталин запретил направлять в командировку летчиков-«пилотажников», в большинстве своем служивших в 176 гиап, и принимавших участие в показательных полетах во время воздушных парадов над Москвой.
По возращении в Советский Союз 324-я истребительная дивизия была включена в состав Брянского корпуса Московского района ПВО. 176 гиап стал базироваться на аэродроме Орешково недалеко от Калуги, 196 иап – на аэродроме Инютино рядом со станцией Балабаново Калужской области. В рамках печально известного «хрущевского» сокращения ВВС в марте 1960 года 176-й гвардейский Проскуровский орденов Красного Знамени, Александра Невского и Кутузова III степени истребительный авиационный полк и 196-й истребительный авиационный полк были расформированы.
Планировавшееся направление в Корею двух авиаполков «парадной» 324 иад осложняло подготовку и проведение традиционных воздушных парадов. Поэтому согласно Директиве Военного министра СССР от 15 ноября 1950 года на аэродроме Теплый Стан началось формирование нового 234-го истребительного авиационного полка. Костяком летного состава вновь формируемого полка стали летчики-«пилотажники», служившие ранее в 176 гиап, и по приказу командующего ВВС округа оставленные в Теплом Стане. Первым командиром 234 иап был назначен подполковник Николай Николаевич Шульженко, который командовал 176 гиап до его отправки в Корею. 29 апреля 1951 года на аэродроме Теплый Стан в торжественной обстановке 234-му истребительному авиационному полку было вручено Знамя полка. Сразу же после формирования полка летчики 234 иап начали принимать участие в воздушных парадах над Москвой, демонстрируя не только пролет в плотном «парадном» строю, но и одиночный и групповой высший пилотаж. Впервые летчики 234 иап приняли участие в воздушном параде над Красной площадью, которой состоялся 1 мая 1951 года.
Одновременно с формированием 234 иап, в Кубинке из оставшегося летного и технического состава 196 иап началось формирование нового 274-го истребительного авиационного полка, первым командиром которого был назначен майор Астахов Сергей Иванович, командовавший 29 гиап в 1947-1950 годах. В 1951 году майора Астахова С.И. сменил на должности командира полка майор Микоян Алексей Анастасович (младший сын Анастаса Ивановича Микояна), в 274 иап в Кубинке стали называть «микояновским» полком.
30 ноября 1950 года вместо убывшей в Корею 324-й Свирской иад (в/ч 55713) была сформирована 9-я истребительная авиационная дивизия (в/ч 78447), штаб аэродром Кубинка, в составе:
• 32-й гвардейский истребительный авиационный полк (в/ч 35452);
• 234-й истребительный авиационный полк, известный как «пилотажный» полк (в/ч 54876);
• 274-й истребительный авиационный полк, с 1960 года – 274-й авиационный полк истребителей-бомбардировщиков, апиб (в/ч 93813).
Первым командиром 9 иад стал Герой Советского Союза полковник Луцкий Владимир Александрович, командовавший до этого 324 иад, а еще ранее – 32 гиап.
Состав 9-й истребительной авиадивизии оставался неизменным почти 40 лет до 1989 года.
После завершения формирования 9-й истребительной авиадивизии ее полки кроме повседневной учебно-боевой подготовки стали постоянными участниками воздушных парадов, которые проводились 2-3 раза в год: 1 Мая (над Красной площадью), в День Воздушного флота (в июле или августе – в Тушино) и, если позволяла погода, 7 ноября (над Красной площадью).
При этом летчики 234 иап демонстрировали одиночный и групповой пилотаж на самолетах МиГ-15/17 в составе «пятерок», «семерок» или «девяток», а летчики 32 гиап и 274 иап проходили над Москвой или Тушино парадным строем колонны звеньев («троек»).
Дислокация 234-го истребительного авиаполка на аэродроме Теплый Стан в пригороде Москвы, огромного быстро растущего города, осложняло его учебно-боевую подготовку. Поэтому весной 1952 года полк был перебазирован на аэродром Кубинка. А в конце 1960-х – начале 1970-х годов на месте аэродрома Теплый Стан был построен новый московский жилой микрорайон с одноименным названием.
Таким образом, с 1952 года на аэродроме Кубинка (авиагарнизон Новый городок) стали базироваться все три полка 9 иад.
В весной 1955 года летчики 32-го гвардейского и 274-го истребительных полков первыми в ВВС освоили первые советские сверхзвуковые истребители МиГ-19 и на этих самолетах стали принимать участие в воздушных парадах в небе Москвы.
В июле 1957 года полки 9 иад участвовал в праздновании, посвященном 250-летию Ленинграда. Из Кубинки участники воздушного парада перебазировались на аэродром Горелово, откуда самолеты МиГ-19 с подвешенными топливными баками (жители Ленинграда приняли их за торпеды) прошли парадным строем над Невским проспектом со стороны Московского вокзала.
В условиях базирования трех полков 9 иад на одном аэродроме штаб дивизии четко распределял дни полетов для каждого полка. Нередко случалось, что одному полку везло с погодой, и он три дня в неделю летал, а два других полка ждали у «моря погоды». В те годы аэродром Кубинка работал шесть дней в неделю (в то время суббота была рабочей), т.к. в каком-нибудь из полков проводились полеты днем или ночью.
С середины 1950-х годов в Кубинке стали проводиться наземные и летные показы авиационной техники правительственным и военным делегациям иностранных государств. Первыми зарубежными гостями, посетившими в 1955 году Кубинку, стали члены авиационной делегации Индии. А первым руководителем иностранного государства, посетившим Кубинку в июне 1956 года, стал Кроме президента Югославии только в 1956 году Кубинку посетили шахиншах Ирана, президент Индонезии и премьер-министр Афганистана. С тех пор посещения высокими иностранными делегациями «подмосковного военного аэродрома», как тогда писали в газетах, стали регулярными.
Основная роль в показе авиационной техники на земле и в воздухе отводилась личному составу «пилотажного» 234 иап. Но общая суматоха перед прибытием высоких гостей затрагивала не только этот полк, но и всех обитателей авиагарнизона Новый городок: от самого КПП убиралась территория, красились бордюры, летом – подстригались кусты, а зимой – «по ниточке» выравнивались сугробы… По домам офицерского состава, стоящим вдоль главной аллеи гарнизона ходили «ответственные» и предупреждали о том, что «завтра белье на балконах не сушить». А на самом аэродроме самолеты «драились» до блеска, мылом и бензином оттирались темные пятна на бетоне стоянок, вокруг которых высаживались молодые деревца, дерном выкладывались места, не покрытые травой и т.д.
В 1960 году 32 гиап первым в советских ВВС переучился на самолет МиГ-21Ф-13, а затем проводил войсковые испытания этого, ставшим легендарным, самолета. В это же время 274 иап освоил истребитель-бомбардировщик Су-7Б, вследствие чего был переименован и стал называться 274-м авиационным полком истребителей-бомбардировщиков (274 апиб). В начале 1960-х годов на базе 274 апиб отрабатывалась тактика применения авиационных ядерных боеприпасов, носителями которых были самолеты Су-7Б.
Эра воздушных парадов над Москвой закончилась воздушным парадом 9 июля 1961 года в Тушино, в котором приняли участие, как обычно, все три авиаполка из Кубинки. Летчики 234-го «пилотажного» полка демонстрировали мастерство группового пилотажа на самолетах МиГ-17 и МиГ-19. 32-й гвардейский авиаполк впервые продемонстрировал широкой публике самолеты новейшие истребители МиГ-21, а 274 апиб – истребители-бомбардировщики Су-7Б.
После принятия на вооружение двух авиаполков 9 иад новых самолетов, сценарий посещения Кубинки зарубежными делегациями несколько изменился: новую авиационную технику (самолеты МиГ-21 и Су-7Б) гостям показывали на земле и, в зависимости от программы, одиночными самолетами в воздухе летчики 32 гиап и 274 апиб, групповой пилотаж на самолетах МиГ-17 и МиГ-19 демонстрировали летчики 234-го «пилотажного» полка.
С начала 1960-х годов летчики 234-го «пилотажного» полка кроме учебно-боевой подготовки, участия в воздушных парадах и показах авиационной техники стали регулярно эскортировать в воздухе самолеты глав и руководителей иностранных государств, прибывающих в Москву с официальными визитами. Как правило, эскортирование осуществлялось следующим образом: в назначенной точке воздушного пространства при подлете к Москве «семерка» 234 иап встречала «литерный» борт, две пары самолетов занимали место справа и слева, а «тройка» занимала место выше и сзади самолета высокого гостя и эскортировала его до аэропорта Внуково. Кроме самолетов официальных делегаций летчики Кубинки с особым воодушевлением эскортировали самолеты, на борту которых находились первые советские космонавты – Юрий Гагарин, Герман Титов, Роман Попович, Павел Николаев и другие.
В июне-декабре 1962 года 2-я эскадрилья 32 гиап на самолетах МиГ-21Ф-13 была направлена в Индонезию, где наши летчики и инженерно-технический состав осуществляли переучивание индонезийских авиаторов на новейшую советскую авиационную технику. В августе-сентябре того же года 32 гиап доукомплектованный до штатов военного времени, имея на вооружении самолеты МиГ-21Ф-13, в полном составе был направлен морским эшелоном на остров Куба, где во время Карибского кризиса обеспечивал прикрытие стартовых позиций советских ракет, развернутых на острове, и ПВО группировок советских и кубинских войск. После завершения Карибского кризиса личный состав 32 гиап переучивал кубинских авиаторов на самолеты МиГ-21Ф-13. Осенью 1963 года личный состав 32 гиап без потерь вернулся в Кубинку.
В мае 1966 года согласно директиве Генерального штаба 234-му истребительному авиационному полку по преемственности были переданы ордена и почетные наименования 176 гиап, расформированного в 1960 году. 234 иап стал называться 234-й гвардейский истребительный авиационный Проскуровский Краснознаменный орденов Кутузова и Александра Невского полк. В 1968 году в честь 60-летия ВЛКСМ полку было присвоено почетное звание «имени Ленинского комсомола».
В честь 50-летия Октябрьской революции 9 июля 1967 года на аэродроме Домодедово состоялся грандиозный воздушный парад, в котором, конечно, приняла участие 9-я «кубинская» истребительная авиационная дивизия. 32 гиап и 274 апиб прошли над Домодедово полковыми колоннами троек, а летчики 234 гиап продемонстрировали групповой пилотаж на самолетах МиГ-17 и МиГ-21.
В конце августа 1967 года группа из 10 самолетов МиГ-21ФЛ 234 гиап под командованием командира полка полковника Медведева В.И. впервые в послевоенной истории советских ВВС посетила с дружественным визитом «капиталистическую» страну – Швецию. Этот визит положил начало регулярной практике посещения летчиками 234 гиап на своих боевых машинах авиабаз Финляндии, Швеции, Франции и ответных визитов авиаторов этих стран в Кубинку.
В конце 1967 года согласно директиве Министерства обороны СССР 32-й гвардейский истребительный авиационный полк был передислоцирован на аэродром Шаталово (60 км южнее Смоленска). Весной 1974 года Кубинку покинул 274-й авиационный полк истребителей-бомбардировщиков, который перебазировался на аэродром Мигалово (г. Калинин, ныне – Тверь). Таким образом, после 1974 года в Кубинке стал базироваться только 234 гиап и штаб 9-й истребительной авиационной дивизии.
В 1970-1980-х годах авиагарнизон Кубинка стал широко известен не только в нашей стране, но и за ее пределами. Ежегодно десятки делегаций посещали Новый городок, где гости знакомились с повседневной жизнью воинского коллектива 234-го гвардейского авиаполка, с современной авиационной техникой, стоявшей на вооружении советских ВВС, и, неизменно, становились зрителями захватывающего одиночного и группового пилотажа летчиков Кубинки.
В июле 1983 года 234 гиап первым в советских ВВС получил на вооружение новые истребители 4-го поколения МиГ-29. В июле 1986 года летчики полка впервые продемонстрировали 6 боевых МиГ-29 за границей, совершив визит доброй воли на авиабазу Куоппио-Риссала в Финляндии.
15 января 1989 года директивой Минобороны СССР 234-й гвардейский истребительный авиаполк был переименован в 234-й гвардейский смешанный авиационный полк (показной).
13 февраля 1992 года 234-й гвардейский авиаполк был переименован в 237-й гвардейский Проскуровский Краснознаменный орденов Кутузова и Александра Невского центр показа авиационной техники. Но это уже другая история…
Текст подготовил Сергей Исаев
1. Абакумов Б.С. Неизвестная война. – Курск: Радуга, 1997.